Чёрт, я изменила мужу! Как полюбить себя, если не любят в отношениях

Конечно, родители так и не смогли принять моего первого мужа. Да и прожили мы с ним год с небольшим. Жили, естественно, плохо, часто ругались. Его почти не бывало дома. К созданию семьи и рождению ребёнка никто из нас не был готов. О взаимопонимании и речи не шло. Мы не знали, как вести общий быт и как вообще муж с женой должны общаться. Мы были совершенно чужими друг для друга, совершенно разными и не имели представления о слове «компромисс».

Папа взял моего мужа на работу, и тот быстро почувствовал вкус денег. С производства начали исчезать материальные ценности на крупные суммы. Отец был в ужасе. Деньги уходили непонятно куда, по крайней мере, я их не видела, ведь дом и семью я полностью содержала, а долги мужа оплачивал отец. В моей семье творился полный хаос, и я чувствовала вину за происходящее.

Со временем я начала замечать, что муж прячет телефон в куртке, когда приходит домой, и отключает звук. Потом я застала его за поздней перепиской. Он уходил в гостиную, когда я уже спала, и переписывался с девушкой. Учитывая былую славу своего мужа, я немного напряглась и сделала распечатку его звонков и сообщений с телефона. Всё стало ясно сразу. Далее последовал развод. Вот, в принципе, всё описание моего первого брака. С того времени мы больше не видели Максима. Он ни разу не предпринял попытки увидеть дочь. До сих пор этот человек никак не участвует в её жизни.

После развода я пожалела, что не живу в те времена, когда родители сами выбирали своим дочерям мужей. Выходя замуж, я надеялась, как и все, что это на всю жизнь, но судьба распорядилась иначе.

Какие выводы я из этого всего сделала? Да никаких! Ничему меня эта ситуация не научила, а только лишний раз доказала мне мою теорему. Я знала, что жестоко поступила с беременной девушкой и рано или поздно мне прилетит, вот и ждала смиренно. Измены мужа меня не удивили. Я знала, на что шла, когда выходила за него замуж, и какой ценой мне это досталось. Пришло время возвращать долги. Вот я и вернула. Естественно, после нашего развода бывший муж вернулся к той девушке, и они благополучно родили ещё одного ребёнка. Правда, потом так же благополучно и расстались.

До сих пор корю себя за то, что в очередной раз просто не захотела быть позади планеты всей. Я ведь понимала, что, если этот человек не женится на мне, он вернётся к своей прежней девушке и женится на ней. По своей тупости и из страха остаться одной я поспешила выскочить за него замуж, чтобы в дальнейшем не ломать себя чувством ненужности и неприкаянности. Будучи беременной, я не готова была к тому, чтобы остаться без мужчины, даже если этот мужчина был весьма далёк от идеала.

Моё неудачное замужество было жестоким подтверждением моей неуверенности в себе, страха быть отвергнутой и ущербности моей натуры. Вот почему важно сызмальства в детях воспитывать уверенность в своих поступках, выборе, внешности, в своём окружении. Родители должны привить детям умение правильно мыслить и делать выводы, пока их психика только формируется, а не оставлять их наедине со своими мыслями и страхами. Взрослый человек сам не всегда может справиться со страхами в одиночку, а ребёнок – уж тем более.

В той ситуации я не только не оценила возможные последствия своего жестокого выбора, я сломала жизни людей, и свою прежде всего. Я лишила свою дочь радости расти в полноценной семье, где её воспитывал бы родной папа. Ведь каким бы ни был мужчина, который воспитывает ребёнка, если он не родной, ребёнок так и не получит полноценной родительской любви, и только сейчас я это понимаю. Когда вижу любовь своего отца ко мне, становится обидно за свою дочь, ведь я лишила её возможности почувствовать отцовскую любовь.

Когда я рассказала родителям о своей беременности, никто не поговорил со мной, не сказал, как правильно поступить. На меня не посыпались шквалом советы со всех сторон. Видимо, я настолько была одержима идеей выйти за этого человека замуж, что никто даже не подумал переубедить меня.

После развода родители купили нам с дочкой дом.

Время от времени у меня появлялись мужчины. Это были как новые знакомства, так и встречи со старыми поклонниками, но ни к чему серьёзному они не приводили. Все выходные я прозябала дома у телевизора, как старая дева, лила слёзы над мыльными операми. В моей жизни ничего не менялось, сплошной день сурка. Как сказал бы ослик Иа: «Душераздирающее зрелище». Кажется, я даже начала резко стареть в двадцать пять лет. По крайней мере сейчас, в тридцать шесть, я выгляжу моложе, чем тогда. В общем, жизнь проходила мимо.

В таком состоянии я прожила четыре года после развода с первым мужем, пока не встретила второго.

Теория счастливого брака. Попытка номер два

Любовь, которая возникает медленно и постепенно, так похожа на дружбу, что не может стать пылкой страстью.

Жан де Лабрюйер

Со вторым мужем мы познакомились банально… на свадьбе. Моя двоюродная сестра выходила замуж, пригласила нас с мамой. Помню, что очень не хотела идти. Сестра младше на восемь лет, соответственно, её друзья того же возраста. Я понимала, что мне будет скучно среди молодёжи, но мама уговорила пойти.

За мной тогда ухаживал парень. Никита. Симпатичный, тоже младше меня. Но сейчас не о нём.

Вот пишу эти строки и понимаю, что не пишется никак. Не получается красиво начать эту историю, а так хотелось бы.

В общем, гуляем на свадьбе, сижу за столом, скучаю. Вижу знакомое лицо. Парень со мной в одном институте учился, на пару курсов младше. Славный парень, но не зацепил от слова «совсем». Вечно бегал по лестнице с дурацким рюкзачком и читал на студенческих вечерах рэп, который я просто не переношу. В институте мы не были знакомы и никогда не общались. И если бы не этот вечер и его приглашение на танец, надо сказать, очень своеобразное, я никогда не обратила бы на него внимания, признаюсь честно, ведь это очередной парень, который не был в моём вкусе, короче, совершенно не мой типаж.

Я сидела в коридоре и строчила сообщения мальчику Никите, когда мой будущий муж выбежал из банкетного зала, прокатившись по скользкому полу в туфлях, затормозил возле меня и протянул руку, пригласив на танец. Я молча протянула ему свою, и он, заведя меня в зал, закружил в медленном танце. Сейчас и не скажу, о чём мы говорили. Помню только, что я была немного взволнована новым знакомством и как мама недоверчиво смотрела на нас с ним из угла зала, где она сидела с родственниками.

Сестра тут же поспешила сообщить, что мой новый знакомый недавно разошёлся с женой, но сына оставил себе. И поэтому если у нас завяжутся отношения, то я должна быть готова принять его с ребёнком, которому на тот момент было пять лет. Тогда я твёрдо была уверена, что справлюсь с чем угодно, если у нас с ним всё-таки что-то получится. И с чего я это взяла? Я, конечно, не тот человек, которого испугает чужой ребёнок, но тогда реально переоценила свои силы. Возможно, единственный раз в жизни.

Его звали Андрей. Как я уже сказала, он симпатичный, но не мой тип. Застенчивый и неуверенный в себе мальчик, которому ещё расти и расти до взрослого мужчины. В день нашего знакомства ему было двадцать шесть лет, а мне двадцать восемь.

Вечер закончился, все засобирались домой, и мы, не дождавшись машины, украли чьё-то такси. Он проводил меня до дома, а я пригласила его на чашку чая, и он сильно этому удивился. Показалось, что столь смелое предложение его напугало. Но он согласился, и мы отпустили такси. Я напоила его чаем, мы поговорили ни о чём. Всё это время он вёл себя насторожённо, и мне было не по себе. Ночевать Андрей не остался, как другие до него, а уехал домой, и на следующий день он позвонил.

«Привет!» – проговорил он почти детским голосом. Под словом «детский» я подразумеваю совершенно несерьёзный тон. Я тогда сразу не сообразила, как на этот детский «привет» реагировать. Тем не менее мы поговорили о чём-то, разговор был коротким и, можно сказать, опять «ни о чём».

Как видите, как бы я ни старалась, красиво описать наше знакомство всё-таки не получается, потому что ну не было в нём ничего красивого.

На следующий день он снова позвонил и сказал, что хочет заехать на пять минут. Я согласилась.

Когда вышла его встречать, увидела следующую картину: он, в одной руке розочка, в другой воздушный шарик. «Мило», – подумала я. Глядя на Андрея с этим воздушным шариком, я вспоминала Пятачка из мультика про Винни Пуха. Машина, на которой он приехал, была довольно-таки простенькой – старенькая «тойота».

Я не меркантильная сучка, но в той ситуации изначально было видно, что мы не подходим друг другу. Мы в корне разные. Когда случился мой первый развод, одна очень умная и статусная женщина преклонного возраста, ныне покойная, сказала мне: «Всегда выбирай мужчину под стать себе». Как жаль, что я не восприняла тогда её слова всерьёз. Я действительно всегда верила, что мужчина может не быть главным в семье и не зарабатывать больше жены, это всё не первостепенное. Главное, чтобы искренне любили друг друга. И только теперь я понимаю, что это полная чушь. И, надеюсь, моя история послужит всем ярким примером.

Андрей был полной противоположностью моего первого мужа: обходительный, вежливый, ну и, в принципе, хорошо воспитанный. Грамотный и с богатым внутренним миром. Этот человек обладал достаточным количеством положительных качеств для того, чтобы создать с ним семью, так я решила. Внешность у Андрея была запоминающейся, что уж сказать. Смуглый, темноволосый, кареглазый и всегда приветливый. Он носил бороду-эспаньолку, которая безумно ему шла. По крайней мере придавала ему вид более или менее взрослого мужчины. Стоило ему побриться, как тут же этот взрослый на вид мужчина превращался в пятнадцатилетнего подростка в свои двадцать шесть лет. А ещё он был высоким: 183 сантиметра против моих 165. Терпеть не могу коротышек! Хватило мне этого в первом браке. Маленький мужчина – горе в семье!

В отличии от Максима, Андрей никогда не умел воровать. Он принадлежал к числу тех редких людей, которые ни украсть, ни покараулить не могут, да и зарабатывал он соответствующе мало.

Андрея воспитывала мама, которая решала за сына все вопросы. Она купила ему маленькую однокомнатную квартирку, машину и гараж, но после того как её сын женился на мне, от этого всего благополучия осталась одна лишь машина – захудалая старенькая «тойота», на которой Андрей и приехал ко мне в первый раз, если помните.

На моё несчастье, его мама перестаралась с воспитанием сына. Оберегая своё чадо от повседневных забот, она лишила его возможности учиться на своих ошибках, принимать решения и брать ответственность за что-либо. Какой-либо навык зарабатывать деньги у Андрея отсутствовал напрочь.

Андрей практически не употреблял алкоголь и совершенно не курил. Он был положительным со всех сторон, поверьте, я проверяла. Я крутила его, как кубик Рубика, чтобы тщательно проверить, нет ли в нём какого-либо подвоха, но так ничего и не нашла. Его кротость и стеснительность подкупали меня, но, к сожалению, мы все сначала играем определённую роль, а входя в отношения, можем измениться до неузнаваемости. Маски, которые мы надеваем, желая завоевать любовь понравившегося человека, зачастую нисколько не помогают, скорее, наоборот, губят жизни, когда слетают с нашего лица. Всё это не что иное, как чистой воды манипуляция.

Вы никогда не задумывались, почему люди так боятся быть собой в начале новых отношений? Страшно, что их не примут такими, какие они есть на самом деле? А что потом, когда через годы, прожитые вместе, вы будете смотреть на человека и видеть совсем не того, с кем когда-то вместе начинали? Разочарование – вот что потом.

А не легче сразу быть собой, никого не обманывая? Ведь абсолютно у каждого человека есть родная душа, которая ждёт его где-то, так этим миром задумано.

Итак, наши отношения начались с одной розочки и воздушного шарика. Говорю же – всё банально. Андрей приезжал ко мне в гости почти каждый день, мы проводили вечер у телевизора. Целый месяц прошёл, прежде чем он меня поцеловал, но инициатором, конечно, была я, в очередной раз побежав впереди паровоза. Складывалось впечатление, что он старательно берёг себя для первого поцелуя. Ещё через месяц мы стали жить вместе. У меня. Причём тут инициатором был как раз таки Андрей. Он остался ночевать и захватил с собой зубную щётку. Как он сам говорит: «Бросил якорь». Я сразу поняла, что после зубной щётки последует чемодан с вещами, хотя «чемодан» – это слишком громко сказано. Вещей у него было совсем немного. В общем, не особо обговорив со мной своё решение, Андрей переехал ко мне.

После первого неудачного брака я твёрдо вознамерилась делать так, как мне хочется, и плевать на остальных. Я решила, что теперь буду поступать правильно, как пишут в умных книжках, как учат в героических романах. И восемь лет казалось, что у меня это получилось.

Андрея я считала положительным со всех сторон: вежлив, обходителен, симпатичен. Он вырос в простой семье и был неизбалованным, хотя отсутствие мужского воспитания чувствовалось буквально во всём.

Он не впечатлил меня сразу, обычный парень. Я просто хотела создать семью. Хотела, чтобы у моего ребёнка был порядочный отец, который будет любить её так же безгранично, как и мой отец любит меня. Я преследовала одну цель – поступить в первый раз в жизни правильно.

Чуть позже с нами стал жить его сын Миша. Причём поселился он как-то незаметно. Андрей и этот момент не обсудил со мной, а мне самой заводить разговор по этому поводу было неудобно. Я не хотела, чтобы он считал, будто мне ребёнок мешает. Не мешает, но поинтересоваться, хочу ли я, чтобы в моём доме жил его сын, Андрей не посчитал нужным. Всё произошло само собой, и я не была к этому готова. В очередной раз моего мнения не спросили, а я в очередной раз просто побоялась его озвучить.

Женщина обязана воспитывать детей и заботиться о них, и неважно, свои они или чужие. И когда Миша стал жить с нами, я просто была обязана заниматься его воспитанием и проявлять заботу не меньшую, чем я проявляю к своей дочери. Я чувствовала эту обязанность и не имела права от неё отказываться ни при каких условиях. Такова моя женская сущность, моя природа. Принятие чужого ребёнка – это сложный процесс, и не только для женщины. Делать из этого выводы о человеке глупо и неправильно. Сейчас я понимаю, что стать хорошей матерью для неродного ребёнка может только женщина, которая не имеет комплексов и различных психоэмоциональных травм, которая знает, что такое любовь к себе, и может подарить эту любовь ребёнку.

Но, к сожалению, не все разделяли моё мнение. Подруги все как одна твердили, что не смогли бы воспитывать чужого ребёнка.

И я не вешаю себе медаль за это, ведь воспитание неродного ребёнка – не достижение. Здесь каждый сам для себя решает, взять на себя ответственность или нет. Тем не менее я понимаю, что не справилась, и мне больно от этого. Я дала ребёнку надежду на полноценную семью, на материнскую любовь и сама же всё разрушила. Я так и не смогла заменить Михаилу родную мать.

Тем не менее функцию Мишиной мамы я взяла на себя сразу же, как он появился в моём доме. Я просто не видела другого сценария. Родная мама не захотела его воспитывать, она просто привела ребёнка Андрею и оставила. В чём была её проблема, до сих пор никто не знает. Но на Михаила это наложило болезненный отпечаток. И этот отпечаток повлиял на всю нашу совместную жизнь.

Я иногда думаю, вот спроси Андрей меня тогда, в начале, хочу ли я, чтобы Миша жил с нами, что бы я ответила? Конечно, согласилась бы. А если нет? Но у меня тогда был бы выбор. Просто я не осознавала всей серьёзности ситуации, всех последствий такого выбора. И совета в подобной ситуации не спросишь ни у кого. По-хорошему нужно было брать Андрея и идти к психологу с этим вопросом, но мы тогда не понимали, какую ответственность на себя берём.

Строя отношения с состоятельной девушкой, имеющей хороший дом, свежую машину из салона и многое другое, Андрей не осознавал, что, входя в мою семью, он берёт на себя ответственность. Теперь он должен создавать мне условия жизни не хуже тех, которые уже имелись. Моя же ответственность – в способности принять его сына как родного и окружить его любовью и заботой, не меньше той, что я дарю родной дочери.

Только сейчас я понимаю, что мы оба тогда понятия не имели, насколько тяжело нам придётся и сможем ли мы со всем этим справиться. Так вот – мы не справились. Оба.

Когда мы стали жить вместе, Мише было пять лет, но, несмотря на возраст, он всё понимал и чувствовал себя брошенным ребёнком, поэтому всячески пытался обратить на себя внимание. Его всегда ругали за поведение: сначала воспитатели в садике, потом учителя в школе. Да, мне было трудно. Я не представляла, как управляться с этим ребёнком. Андрей его воспитанием практически не занимался. Как и, впрочем, воспитанием моей дочери. Я осталась одна в этой сложной ситуации, без помощи со стороны, без совета кого-либо знающего. Иногда мне просто хотелось бежать из собственного дома. Однажды, когда чаша моего терпения в очередной раз была переполнена, в мою голову пришла мысль снять квартиру в другом городе и переехать туда жить с дочкой. Со временем я научилась справляться с подобными эмоциональными взрывами в моей голове.

Я старалась привыкнуть к Михаилу; когда он вёл себя безудержно, скрывала раздражение. Я старательно держала в себе весь негатив. Но тогда даже себе я не могла признаться, что у меня никак не получается принять этого человечка. Мне достался совершенно потерянный ребёнок, каким я сама была когда-то – я понимала это, как и то, что мне нужно его защитить, но не догадывалась, от чего именно. Привязанность к Мише у меня так и не появилась.

Спустя недолгое время Андрей признался мне в любви. Я не хотела его обманывать, поэтому сказала честно, что пока не испытываю к нему таких же чувств. Этап влюблённости я перескочила. Да, я никогда не была влюблена в своего мужа. Никогда. Говорю же, не мой типаж. Просто увидела в нём хорошего человека. Всё. И, по моему мнению, этого было достаточно для создания прочного союза.

Так в моём доме появились двое мужчин. К тому же позже мы завели собаку. Всё, как полагается в настоящих семьях. Я гордилась собой. Гордилась, что смогла создать настолько безупречную семью, можно даже сказать, образцовую. Поверьте, это стоило немалого труда. Причём Миша и моя дочь Валерия были безумно похожи друг на друга, поэтому никто и не догадывался, что они не родные брат и сестра. Всё сложилось точно, как картинка пазла.

Я даже начала готовить. Каждый день тащила домой пакеты с продуктами, кормила своих домочадцев. Правда, Андрей денег на еду не давал, что меня почему-то не настораживало. Андрей принимал эту ситуацию как должное. Он не спрашивал, есть ли у меня деньги на продукты, он просто каждый вечер с удовольствием кушал приготовленный мною ужин, а я с удовольствием кормила семью. Мне было стыдно просить денег, так как я всегда боялась выглядеть меркантильной в глазах мужчины. Я даже скажу больше: когда какой-либо мужчина проявлял ко мне хоть чуточку внимания, я всегда чувствовала себя обязанной ему за это и старалась угодить. Так произошло и с Андреем. Я была благодарна ему за то, что он связал свою жизнь со мной – откуда было знать, что нас ждёт дальше? Тем не менее я старалась отблагодарить его и делала всё, чтобы ему и Мише было хорошо в новом доме, в новой семье.

Как-то раз я всё-таки осмелилась попросить у Андрея денег на продукты. На следующее утро он, уходя на работу, поцеловал меня спящую и сказал: «Я на кухне оставил тебе тысячу». Целую тысячу рублей, подумать только! Но и этому я тогда была безумно рада. В общем, как бы помягче сказать, деньгами он меня не баловал все наши восемь лет совместной жизни. Ещё вначале мне следовало сделать надлежащие выводы, но я слепо верила в наше будущее, знала, что смогу стать счастливой с этим человеком.

Через полтора года мы поженились. Он сделал мне предложение восьмого марта на кухне за завтраком. Как-то так. Кольцо мне, естественно, не понравилось: вкуса к украшениям у моего избранника не было всё от того же слова «совсем». Соответственно, никаких эмоций от столь долгожданного жеста у меня не возникло. Ну, предложение, ну, кольцо, и что? Нет, я, конечно, изобразила удивление и даже радость, но как-то уж слишком ожидаемо и банально всё это происходило. Я хочу сказать, что эффекта неожиданности его действия не произвели.

Отца не вдохновила идея грядущей свадьбы. Он никогда не видел в Андрее настоящего мужчину, способного обо мне позаботиться. Поэтому на свадьбе, выпив, папа прочитал новоиспечённому мужу жёсткую лекцию. Короче, свадьба коту под хвост.

Я давно поняла, что от Андрея папа не был в восторге. Мой отец и мой муж – совершенно противоположные люди. Андрей очень спокойный, кроткий, безобидный человек, преданный и неспособный на обман и подлость – так мне тогда казалось. Нет-нет, конечно, мой отец – не монстр. Папа очень справедливый, добрый, душевный, бескорыстный человек, лучший на свете, но его характер и характер моего мужа – это огонь и вода. Однако со временем, несмотря на это, мой отец проникся симпатией к Андрею. Устроил его к нам на работу, как и первого моего мужа когда-то. Так мы стали работать вместе.

Андрей предстал передо мной человеком беспомощным и ранимым, совершенно не способным защитить ни меня, ни себя. Поэтому мне пришлось брать на себя эту задачу. Я боролась за нас обоих. Будучи уверенной, что перед моими отцом и братом Андрей не сможет за себя постоять, я никому не позволяла и слова плохого сказать о нём, никому не давала его в обиду. Мой муж был слаб и не умел бороться даже за свои принципы. Совсем. Поэтому в нашем союзе я сразу заняла лидирующую позицию. Слабость его характера не помешала мне принять его за хорошего семьянина.

Когда мы жили вместе, то никогда не ссорились. После первого неудачного брака я твёрдо уяснила, что в браке не должно быть оскорблений, грубых высказываний в отношении друг друга, унижений, матерных ругательств и неуважения. Это крайне важно! Когда мы с мужем начинали отношения, мы договорились об этом и за все годы существования «нас» ни разу не нарушили наше «соглашение».

И даже когда у нас бывали ссоры, а они случаются у всех, мы не оскорбляли, не унижали и не старались зацепить друг друга побольнее. Может быть, поэтому и ссоры-то у нас бывали несерьёзные. Мы могли поссориться из-за китайцев, из-за законодательства нашего бестолкового… Из-за погоды. Всяких казусов хватало. Но Андрей умел то, что ни у кого раньше не получалось. Он мог успокоить, когда меня дико несло в ссоре. Он брал стакан воды, набирал полный рот и выплёвывал мне в лицо. От этого становилось смешно, и проходила всяческая злость на него. Так мы и мирились. А однажды он меня измазал пеной для бритья, после чего я тоже моментально успокоилась, правда волосы не могла сутки расчесать, так как на какое-то время они превратились в солому.

Дело в том, что когда вы обижаете любимого человека, раните его чувства, у него возникает защитная реакция, и он начинает отвечать тем же. И всё! Тут вы оба переходите грань. С этого момента прийти к какому-то компромиссу, к перемирию будет с каждым разом сложнее. Внутри каждого из вас сформируется сосуд с обидами и оскорблениями, который с каждой ссорой будет наполняться. Будьте уверены, каждое обидное слово, брошенное в сердцах, останется там. И в один прекрасный момент эта ёмкость переполнится. И произойдёт БУМ! Конец всему! Точка невозврата, откуда отношения, увы, уже не вернёшь.

Мы с Андреем строили наши отношения по всем канонам, не оскорбляли друг друга, словно придерживались простых правил из книги «Как построить крепкий брак». Мы заботились о чувствах друг друга, бережно хранили их и не валяли в грязи. Наши отношения строились качественно, для чего использовались самые лучшие «материалы». Я была твёрдо убеждена, что для построения крепкого союза нужен несокрушимый фундамент, и его прочность зависела только от нас. Поэтому ещё в самом начале я наполнила наши отношения честностью, уважением, доверием и многим другим, без чего построить семейное счастье невозможно.

Я ценила Андрея, всегда гордилась им и никогда не выносила сор из избы, чтобы не испортить его репутацию идеального мужа. Хотя и ссорились мы с ним крайне редко и по пустякам. Мне завидовали, а наша семья служила для других эталоном.