На кого нарвёшься 2. Новая жизнь

Василич не заставил себя долго ждать…

Потом полез сверху, Аня со страху дернулась всем телом и въехала ему локтем в висок.

– Ты че, совсем ошалела что ли?

– Туда нельзя, я девственница!

Василич отклячил пасть от удивления:

– А разве пещерные сапиенсы еще водятся?

– А тебе, чувак, что? Повылазило?

– Тогда это в корне меняет дело. Дожить до девятнадцати оставаясь не тронуто? Как тебе такое удалось? И как ты собираешься жить дальше с таким изъяном?

..........

Домой Аня вернулась около десяти. Дома никого, помылась и завалилась спать. “Вот это я доигралась… нажралась, как алкашка подзаборная и результат не заставил себя ждать… Да-а, люди как нажруться благородного напитка, так ниже животных опускаются. Ну в общем-то, при такой охрененной анестезии, в виде бормотухи, было, можно сказать, по барабану.”

Суббота Пашка.

Ранним утром вернулся с реки на хутор. Ночь в палатке провел с комфортом, не то что под чистым небом. Разобравшись с делами, отправился в город. Сперва на базаре продал рыбу. Молоко, яйца, а пару ощипанных и осмаленых куриц принес домой, а котенок его не встретил.

– Мам, а где Чертенок?

– На улице черти носят, где ж еще ему быть? Тебя что ли дома сидеть ждать?

Собрался к Нине на занятия и по пути купить Валерке подарок на день рождения.

– Далеко собрался? – поинтересовалась мама.

– К тете Нине, танцами заниматься.

– Пригласи ее на день рождения. Я Яну предупредила, что будет моя подруга. Еще и Савиных пригласила, Лизу с Гришей. Когда придете, меня дома может не быть, буду помогать Яне готовить. Курей что ты привез, туда с собой заберу.

– А с Савиными когда успела познакомится?

– Просто на улице встретились, разговорились. Обещала им молоко продавать и яйца, можно и курей, пока есть.

По пути к Нине, забежал в хозмаг, пробежал глазами по витринам и увидел складной нож с ручкой в виде лисы с большим хвостом: " Лисичка! Афигеть! Такой и себе бы купил, но у меня теперь есть охотничий." Забрал с витрины последний.

Нина ждала Пашку и скорее всего видела в окно, как он переходил дорогу. Заранее открыла дверь, когда он еще только поднимался по ступеням.

Снова музыка. Снова урок.

“Опять в том же платьице, только лифчик черный.”

На ноги уже наступать перестал и танцевали касаясь бедрами, с небольшим расстоянием между грудью. "Какой кайф эти танцы. Она старше моей мамы, а у меня на нее почти поднялся, хоть бы совсем не встал, а то будет ей в пах тыкаться."

Чем сильнее Пашка этого боялся, тем сильнее он поднимался. В конце концов Нина его почувствовала и расстояние между ними увеличилось. Пашка залился краской, а она улыбалась, как озорная девчонка.

Занятия закончились. Пашка передал слова мамы. Подождал пока Нина переоденется. Вот она появилась – нарядное платье, золотое колечко с рубином и такие же сережки в комплекте. Ресницы и губы накрашены, волосы уложены.

"Да-а, расфуфыренная выглядит она круто, с виду не старше мамы."

Нина спросила, какой по комплекции Валерка. Пашка объяснил ей. Зашли в магазин и она купила ему рубашку в подарок на день рождения.

Пашка у Валерки дома был впервые и единственное, что его поразило, так это панели на кухне, не крашенные как у всех, а отделанные деревом. Пашка даже не удержался и погладил покрытую лаком сосну:

– Валер, кто делал такую красоту?

– Я сам. – с гордостью ответил друг: – На стройке досок дохренища, а рубанок у соседей брал.

– Мне нравится. Нужно себе дома такое чудо замастрячить.

Пашка погладил панель еще раз. Достал из кармана складник и протянул Валерке:

– Это тебе.

– Лисичка! Бандитское перо! – Валерка открыл нож, рубанул им как саблей:

– Ха! – сделал выпад как со шпагой. – На!

Сложил нож и сунул в карман:

– Спасибо Паш, давно о таком мечтал.

Народу на Валеркин день рождения собралось много. Пашкина семья, Савины с Ленькой, Королевы, правда без Ани и Нина. Пашка принес проигрыватель с пластинками, чтобы была музыка. Стульев не хватало – взяли у соседей, посуду, вилки и ложки со стаканами тоже.

Женщины, накрывая стол сновали из кухни в комнату и обратно, а ребята крутились под ногами и больше мешали, чем помогали.

Расселись за столом. Наполнили стаканы, начались тосты.

Первые, естественно за именинника и его маму, а следующие за дружбу соседей и все подряд. Сперва, сидящие за столом обменивались редкими репликами, но по мере наполнения и опустошения стаканов разговоры полились рекой, шумной и бурной. Народ изрядно захмелел, Катя произнесла следующий тост:

– Давайте выпьем за танцы!

– Почему за танцы? – спросил Григорий.

– Потому что, прежде чем наши мужики свалятся под стол, нужно успеть потанцевать. – пояснила Нина.

Стол убрали в угол к окну, освободив место для танцев, но все по-прежнему от стола не отходили, продолжая бухать и закусывать стоя. Катя с Ниной, отошли к проигрывателю, пошептались и Катя объявила:

– Танцевальный сезон, открывают… оторвитесь от своих стаканов и тарелок и увидите кто.

Нина подошла к Пашке и шепнула на ухо:

– Я отойду на средину, приглашай.

У Пашки поджилки затряслись, одно дело танцевать вдвоем и совсем другое на публику. Нина вышла на средину, Пашка следом, пригласил ее поклоном головы, она сделала реверанс. Катя опустила иглу на пластинку и зазвучала рио-рита.

Нина с Пашкой ошарашили всех присутствующих Фокстротом, приведя в неописуемый восторг. Танец удался на славу. Пашка ни разу не сбился и ни разу не наступил партнерше на ногу.

Закончив танец поклонились и тут, грохнули аплодисменты! Передать внутреннее ощущение, Пашка был не в силах. Ради мига такого триумфа, можно отдать все. Станцевали на бис.

Пашка поставил медленный танец и вечер принял совсем другую окраску. Обыкновенная попойка перешла в фазу праздника. Пашка оказался под обстрелом женских взглядов. Он видел, как они на него смотрят, а смотрели они на него, не как на мальчишку, а как на желанного мужчину. "Эх, жаль тетя Варя не видит, как я потрясающе танцую."

Пашка пошел в туалет, за ним следом вышли Мари, Валерка и Ленька. Маринка спросила:

– Ты с нами? Нас ребята со двора ждут, чтобы отмечать Валеркин день рождения. Балдеть будем у строящегося гаража.

– Это где?

– Строится за стайками. Ты что, только родился? Видел сегодня в вашем доме новенькие в девятую заехали.

– Не видел, меня дома не было.

– Дима Лапин. Ребята ему помогали вещи заносить. Он пообещал всех угостить и на гитаре поиграть. Сказал, что будет костер и выпивка с закуской. В общем будет весело, приглашал всех ребят. Будут не только ребята, но и девчонки.

– Позже может подойду, сейчас не могу, музыку взрослым ставить нужно.

Танцы шли полным ходом, настроение у присутствующих поднялось. Трое мужчин, включая Пашку на пять женщин. Пары менялись.

Вася танцевал с Ниной. Катя с Лизой ушли на кухню и тут Нина спросила:

– Что не приходишь, покинул меня совсем.

Чтобы не обидеть ответил:

– Пока времени нет, на хутор мотаться нужно, сама понимаешь хозяйство без присмотра не оставишь.

– Появится время, забегай, пошалим. Кате скажешь что на работе задержался, объект к сдаче готовил.

"Ну конечно, разбежался. Так соскучился по твоему объекту, аж плеваться хочется, перебьешься красавица. Пусть твоим объектом председатель профкома занимается, а с меня хватит."

Рядом танцевал Григорий с Надей. Вася заметил, как Гриша окинул взглядом комнату и убедившись что жены рядом нет, положил свой ладошку на Надин задок и принялся поглаживать, а та кажется не замечала действий партнера.

"А Надюша ничего… я б ей с удовольствием засадил. Интересно, Гриша ее натягивает или нет? Раз Надя позволяет ему по жопе себя гладить, то скорее всего да."

Пашка танцевал с Яной, но из виду не выпускал никого, все видел, жаль только не слышал.

"Как теть Яна ко мне жмется! Ей делать больше нечего, что ли? Еще теть Нина или папа увидит, будут потом подкалывать."

Смотрел как Гриша гладит задницу Наде и завидовал ему. "Такой задок и я бы погладил. Эх! Хорошо быть взрослым!"

Валеркина мама прижалась к нему сильнее.

"Какая она горячая. "

У Пашки непроизвольно начал подниматься, он пытался отодвинуться от Яны, но она упорно продолжала жаться к нему.

"Он торчит, как лом, ужас! А она об него нарочно трется!" Пашка от стыда, готов был провалиться сквозь пол. Закончился танец и его страдания тоже. Пашка боялся глянуть в сторону провокаторши.

На следующий танец, Нина снова захомутала Васю:

– Когда ты только успеваешь на хутор ездить? На работе устаешь, еще и туда надо. Тяжело тебе так. Отдыхать нужно больше, беречь себя.

Васе приятно, что Нина за него переживает, но слабым выглядеть вовсе не хотел.

– Да не скажу что уж так сильно устаю, силенки пока вполне хватает, даже остается. Недавно вечером уехал на хутор, утром домой и сразу на работу и все нормально.

– И один там все делал?

– Конечно один, а кто мне поможет?

– Почему меня не взял с собой, я бы чем смогла помогла. В следующий раз обязательно с тобой поеду, только предупреди заранее.

"Тебя там только и не хватало, поросятам нужно вычистить, да потом еще тебе вылизать. Не слишком ли роскошно жить собралась?"

Пашка танцевал с Надей. "Ух, какая тетечка, так и пышет жаром. Вот бы тебя за жопку потрогать, как Ленькин отец трогал."

Григорий танцевал с Яной и теперь занимался ее задком, мял ей сразу обе булочки, прижимал Валеркину мать к себе так, будто хотел засунуть ей прямо через штаны и платье. Немного отпускал и снова прижимал. Как ни странно, она ничего не имела против.

Следующий танец Вася танцевал с Яной и очень осторожно попытался прижать ее к себе, она легко поддалась. Их тела соприкоснулись.

"А она хорошенькая, молоденькая и миниатюрная и мужика нет. Вот к кому нужно клинки подбить, живет рядом. Ого, у меня на нее уже встает, вот дела. Катя у меня все же умница, как замечательно с танцами придумала."

Первым до соплей наклюкался Вася. Катя с Григорием увели его домой. Следующими покинули пиршество Савины. Остались женщины и Пашка. Пашка выпил совсем немного, хмель хоть и слабый но давал о себе знать. Дело шло к завершению, он решил помочь с уборкой. Оставлять на ночь в однокомнатной квартире стол заваленный грязной посудой и остатками жратвы, он считал нехорошо и решил помочь с уборкой. Хотя на подсознательном уровне он просто хотел понравиться сразу трем женщинам, Нине, Наде и Яне, показав себя столь заботливым. Скорее всего он и к ребятам не примкнул по этой же причине.

Убирал со стола, носил посуду на кухню. Бухие женщины мусолили мужскую тему.

– Вот ты Яна, говоришь, что одинока, а кто в этом виноват? Я с мужем этой весной разбежалась, ну и скатертью ему дорога. Рыдать по нему и убиваться не стала и нашла себе мужчину. Хорошенький красавчик, вместе на заводе работаем, кстати он инженер. Дочки просят познакомить.

– Ты вон какая видная дама, за тобой и директор побежит. А я что? Кому я нужна?

Вмешалась Катя:

– Яна, дело не в том, кто видный, а кто нет. Дело в том, хочешь ты или нет.

– Конечно хочу, какая женщина не хочет мужчину?

– Зачем тогда дело стало?

– Нужно же не что попало, чтобы и к Валере хорошо относился.

– Такого можешь за всю жизнь не найти, а жить нужно сегодня. Бери что попроще, неприхотливей и без разных там выпендросов и претензий и пользуйся в свое удовольствие, пока молоденькая.

– А возраст, желательно какой?

– Ну ты уж голубушка совсем. Тут нужно смотреть для каких целей, если почпокаться лучше, конечно того кто в силе.

Пашкины мысли переключились на тетю Варю и Лесю, на две его любимые особы, столь разные и столь желанные. Закончив с посудой глянул на часы – начало второго. В кухню вошла мама:

– Вижу справился. Пора домой.

В поъезд вышли вчетвером, Пашка, мама, Нина и Надя.

Надя, взявшись за перила направилась на второй этаж в свою восьмую квартиру. Пашка снова глянул на ее зад и облизнулся, как кот мартовский.

Вышли на улицу, ни в одном окне из двух домов свет уже не горел:

– Мам, я немного подышу свежим воздухом. – Пашка хотел сходить к строящемуся гаражу, в надежде застать там ребят.

– Хорошо, подыши, коль за день не надышался, только недолго. Нина будет ночевать у нас, на твоей кровати. Тебе постелю на полу в зале.

И в шутку добавила:

– Смотри не завались к своей учительнице танцев в постель – студент.

– А тебе, что, жалко стало? – спросила Нина.

– Для тебя, Ниночка, мне ничегошеньки не жалко. Хочешь научить моего сорванца еще кой чему, окромя ваших танцулек, пожалуйста. Учи. Только не подмахни так, чтоб он с тебя на пол полетел, да не сломал себе кой чего.

Подруги покатились со смеху.

"Оч-чень остроумно! Надо ж нахрюкаться до такой степени. Совсем не соображают, что несут. Ну женщины." – Пашка только головой покачал.

"А что ж тогда они в таком состоянии могут вытворить? Хотя я уже видел что. "

А они, взяв одна другую под руку, для большей устойчивости, направились домой. Шли морской походкой, шатаясь, как морячки на палубе в небольшой шторм . Пашка провожал их взглядом пока не вошли в подъезд.

"Хорошо, что вдвоем, в одиночку пришлось бы на четвереньках ползти."

Пашка вышел за дом и если двор освещал фонарь на столбе, то тут полноправно хозяйничала ночь… темная летняя ночь.

Пройдя мимо рядов стаек, увидел силуэт строящегося гаража. Стояла тишина и никакого костра.

"Может сабантуй не состоялся?"

За гаражом увидел кого-то свернувшегося калачиком, лежавшего на земле. Нагнулся. "Именинник славно отметил свой день рождения."

Пашка тормошил Валерку. "В полном отрубоне."

С трудом взвалил на горбушку и потащил домой.

Дверь отворила Яна, увидев Пашку с ношей, включила свет в коридоре. В одной сорочке она была намного привлекательней, чем в платье. Яна поняла в чем дело:

– Неси в комнату на диван.

Свет из коридора слабо освещал комнату.

"На окне совсем нет штор, хорошо что оно выходит на строящиеся дома, а не во двор. Вдруг кто заглянет в окно?"

Пашка уложил Валерку на диван, снял с него обувь.

.....

Лежал с открытыми глазами, смотрел в темное небо. "Везучий я." Глянул на Валерку, спящего на диване.

"Извини, если бы не твой день рождения и не пьянка, этого бы не случилось. С одной стороны, пойло – зло, потому что превращает людей в животных, а с другой благо, потому что животные инстинкты заложены природой и людей тянет хоть на недолго вернуться в родную стихию и побыть дикими."

Поднялся, оделся и поплелся домой. Ночь не выходила из головы, овладев полностью всеми его мыслями:

"Странно. Когда на хуторе это дело закончилось мне было неприятно, а сегодня такого чувства не было вовсе. В этот раз, как в раю, если рай на самом деле существует."

Глава 7

Пашка. Воскресенье.

Пашка, как всегда, проснулся до петухов, хотя петухов в городе и не было. Зато с дивана, стоявшего рядом, доносился храп погромче петушиного крика. Подниматься не хотелось. Чертенок спит рядом с подушкой, лежа на спине, не по кошачьи раскинув лапы в стороны.

Вспомнил прошедшую ночь.

Тетю Яну, обжигающую его своим горячим дыханием. "Вот, оказывается, в чем смысл жизни!"

Вспомнил, как вернулся домой – дверь оказалась запертой. Забрался через окно и прикрыл его за собой. В комнате темень хоть глаз коли. Тихо разделся, сложил одежду на подоконник. На ощупь добрался до кровати, уже начал ложиться, рука наткнулась.... "Придурок! Тут же тетя Нина спит! Идиот!" Осторожно встал, забрал одежду и так же тихо пробрался в зал. Тут свет уличного фонаря хорошо освещал комнату, через тонкие, неплотно задернутые шторы. У стены напротив дивана, на котором спали родители, лежал матрас, подушка и покрывало.

Могучий храп прервал воспоминания.

Тихо, чтоб никого не разбудить поднялся, умылся, оделся и на попутке уехал на хутор. Сделав все дела. Кроме молока и яиц, прихватил трех курей и овощей, насобирал осыпавшихся с яблони яблок, с ягодой возиться не стал, слишком хлопотно. Зато из фляги налил трехлитровую банку кваску и прихватил с собой. "Сегодня будут похмеляться и мама не упустит случая собрать всех у нас дома."

Воскресенье Аня.

Проснулась рано. Сестренка, как всегда, спала прилепившись сбоку, мало что обнимала, так еще и ногу на нее закинула. Маринка тихонько посапывала досматривая последние сны.

Вспомнила вчерашнее приключение у Василича. Пришла к такому заключению. "Овчинка выделки не стоит. Процедура эта, не из приятных и естественно, удовольствия ноль. Слышала, что кому-то такое нравится. Попробовала, треп все это. А то что Василич языком едва шевелил, так это не в какое сравнение с Гномом. И все же, кое-что получила, а получила урок – пить надо меньше. А чему тут собственно удивляться? По пьянке все, всегда получается через жопу. Так оно и вышло.”

Маринка завошкалась, покряхтела, но не проснулась.

"Интересно, что снится этой стрекозе? Вот бы забраться к ней в сон и подглядеть… Андрейка, как с ним быть дальше? Я его люблю, он меня тоже. Может дать ему до свадьбы? " Аня усмехнулась своим нелепым мыслям:

"Легко сказать дать, а как я ему дам, если он шугается от меня, как от прокаженной. Ни к груди, ни к булочкам моим даже не прикасается, заладил свое и талдычит – Все после свадьбы, когда будем мужем и женой. Чересчур правильный. Целоваться с ним и то почти насильно приходится, а целуется он нежно и приятно."

Потихоньку, чтобы не разбудить, выбралась из-под Маринки и отправилась в ванную. Включила теплый душ… струи воды приятно щекоча, сбегали по телу… руки легли на плечи… скользнули к груди… по животику и к булочкам… погладили их… "Надо ж было до такой степени напиться… Вот дура набитая!"

Хорошо растерлась махровым полотенцем, оделась и пошла греть чай. Пришла мама:

– Выспалась? Когда я вернулась вы уже обе дрыхли. Вот мы вчера отметили день рождения, сегодня хоть помирай.

Аня налила чай, добавила молока. Мама сделала пару глотков:

– Знаешь, дочь, этот Пашка, ну Катин сын – такое вчера откинул! Ни в сказке сказать ни пером описать.

Аня вопросительно посмотрела на маму.

– Он вчера так танцевал с Ниной как это? То ли Фукстрот, толи Фигстрот, на вальс подходит. Все были в шоке!

У Ани брови приподнялись:

– А вот это уже интересненько!

Мама глянула на дверь кухни, ближе наклонилась к Ане и зашептала:

– Это еще не все, когда сидели за столом, выпивали и закусывали, он из под тишка поглядывал на меня и чуть заметно облизывал свои пухленькие губки. Заметила, какой у него рот? Немного большеват, но это делает его прямо шикарным.

Аня заинтересованно заерзала на стуле:

– И что дальше?

– А дальше, когда он на меня поглядывал, такое ощущение, что раздевал меня своим взглядом.

– А дальше? – нетерпеливо спросила заинтригованная Аня.

– А дальше еще веселей. Он пригласил меня танцевать.

– Ну и…

– Ну и, прям стыдно говорить…

– Да говори мам, чего уж там, между нами секретов нет – мы же подруги.

-

Было бы ему хотя бы лет тридцать, я бы его захотела.

У Ани челюсть отпала.

– Это еще не все. Когда он танцевал с Яной, этой малышкой, она липла к нему так, как банный лист к одному месту. Господи прости мою душу грешную, я тогда еще подумала – Неужто наша Яночка в него влюбилась.

– А тебе часом, не завидно было?

– Конечно завидно, потанцевать в любом возрасте хочется. Задумчиво произнесла мама и смутившись добавила: – Шучу я, дочка.

"По тебе не заметно, что шутишь. Чем же Паша вас так зацепил? Я сейчас тоже пошучу."

– Мам, а Пашины уши тебя, часом не возбуждали? У него лопухи, поболее чем у Чебурашки.

Мать укоризненно покачала головой:

– И как тебе не стыдно нести такую чушь. Мне нравятся мужики в возрасте.

Аня глянула в окно:

– Смотри, мам, легок на помине ваш Купидон.

К своему подъезду подходил Пашка, с рюкзаком за спиной и тремя банками банками молока и еще одна банка с чем-то. Все это в двух авоськах и в двух руках.

– Это он с утра уже на хутор успел смотаться. Да-а, интересный парень. – подытожила Аня.

Пашка. Воскресенье.

День начинался в точности, как он и предвидел, опираясь на полученный ранее опыт. В десять, как всегда был дома. Когда вошел, мама, папа и тетя Нина сидели за столом. Выгрузил из рюкзака продукты. Мама смотрела на него, как на икону святого апостола:

– Ох, Пашка и в кого ты такой заботливый и работящий? Чудо ты мое из чудес.

– В меня! В кого ж еще? – сказал папа.

Мама шлепнула ладошкой себя по лбу:

– Точно, вылитый ты! А я-то, дурочка, сидела и гадала, в кого это он у нас такой удался?

Мама глянула в окно:

– Вася, в беседке мужики собираются, иди поиграй в домино. Позабивай козла, или кого вы там забиваете? А мы пока что-нибудь приготовим. Ты Паш, пару минут передохни и сбегай позови соседей, знаешь кого.

Пашка время тянуть не стал. Сначала забежал пригласил Савиных. Затем постучал в дверь к Яне, очень переживал, что откроет сама. На счастье открыл Валерка:

– Скажи своей маме, что моя ее в гости ждет, чем быстрее, тем лучше.

– Ваш проигрыватель принести? – спросил Валерка.

– Конечно принеси. Я бы и сам забрал, но сейчас некогда.

Подошел Ленька:

– Всем привет, большой и горячий! Дима через часок ждет всех у гаража. Паш, ты пойдешь?

– Может позже подойду, пока дома дела есть.

– А ты, Валер?

– Через час буду, как штык.

– Пойду Мари позову, может и Аня пойдет.

– Они наверняка еще спят, я сам позову. – сказал Валерка.

Ленька с недовольным видом убежал на улицу.

Пашка поднялся на второй этаж, постучал. Открыла Аня:

– Привет!

Пашка качнул головой и улыбнулся:

– Я тоже с приветом. Мама просит Вас в гости, приходите, чем быстрее, тем лучше.

– А ты? Ты тоже просишь?

– Слово мамы – закон. Раз она просит, значит и мы с папой просим.

Аня посмотрела на него пытаясь понять, шутит или нет, но его лицо и взгляд непроницаемы. Пашка улыбнулся, чуть заметной, не по детски игривой улыбкой и побежал вниз, перескакивая сразу через три ступени.

"Действительно, прикольный малый."

Мама умылась, привела себя в полный боевой порядок. Оделись и Надя спросила дочь:

– Ань, ты к Сечиным идешь?

– Мам, ты иди, я чуть позже подойду.

Хлопнула входная дверь. Надя ушла.

Аня смотрит в окно. Из подъезда вышли сразу трое. Мама, Яна при параде и Валера с проигрывателем. Валерка отнес проигрыватель Сечиным и вернулся домой. К подъезду Пашки подходит пара Савиных. Аня заглянула в комнату, сестра спит. Заперла входную дверь и легкая, как ветер, понеслась вниз по ступенькам. На первом этаже толкнула Валерину дверь – открыто.

Прошла в комнату и окинула ее взглядом.

"Первый этаж и штор на окнах нет, хорошо хоть не во двор выходят, а на стройку. В такой обстановке шибко не разгуляешься.

Нужно где-то раздобыть шторы и привести комнату в божеский вид.”

.........

Через какое-то время вышла и направилась к Сечиным.

У Сечиных дома шумная подготовка к продолжению Валеркиного дня рождения. Заметно, что народ уже слегка ужалился. Женщины накрывали стол в зале. Василий с Григорием о чем-то болтали пристроившись на диване. Пашка сидел рядом с проигрывателем, слушая пластинки на самой малой громкости.

Пришла Аня, в надежде увидеть, как Пашка с Ниной танцуют. "Сегодня скорее всего танцев не будет. Будет просто гулянка. Коль пришла, немного посижу и слиняю в город." Подошла к Пашке и присела рядышком:

– Что слушаешь?

– Танцевальные мелодии.

В комнату вошла Яна. Пашка смутился. Она видимо тоже, потому что, когда их взгляды встретились, ее лицо покрыл легкий румянец и опустила взгляд. Аня заметила, как Пашка с Яной переглянулись: “А мама права, теть Яна на Пашку глаз положила. Ишь как покраснела, стараясь привлечь его внимание и это у нее получилось. Пашка смутился.”

Пашка смотрел на Яну: “Она покраснела. Наверно за вчерашнее стыдно. По пьянке накуролесила, а теперь не знает что делать. Ну я тут не виноват, тем более я тоже был не в здравом уме, а люди в состоянии животных, уже не люди и спрос с них может быть только в нарсуде. Нужно топать отсюда.”

Вышел на улицу. В беседке трое девчонок и трое ребят, Пашка присоединился к ним. Стали подходить мужики, чтобы играть в домино и ребятам пришлось покинуть беседку. Вскоре из дома вышли Валера и Мари.

Все дружной компашкой отправились к строящемуся гаражу. Туда же через пять минут подошел и Дима с гитарой. Видать он видел в окно, куда направилась компания. Пашка познакомился с Димой. Он был единственный из ребят, кто еще не был с ним знаком. Мари и ее ровесница Лида Фокина, расположилась рядом с Димой, он рассказывал и показывал, как играть на гитаре. Давал им побренчать. Валера выглядел грустным, Пашка подсел к нему: