Как мы победили тишину

– Сынок окончательно пришел в себя! Играет с Димой в кубики, —докладывала я ситуацию мужу.

– Я очень рад, скучаю и жду вас.

Гордею был почти год, и он учился ходить. Но обстоятельства не позволяли развивать этот навык в полной мере. После операции я старалась носить его на руках или просила его ползать. Малыш топал неуклюже и мог в любой момент упасть, возникал риск удара головой.

Днем у мамы Жени состоялась беседа с врачом-анестезиологом. У них возникли какие-то сложности с анализами, и операция была под вопросом.

Мы ждали выписки из больницы, предварительно планировалось, что отпустят домой в понедельник. Каждое утро измеряли температуру, водили мальчиков на перевязку, получали укол и мечтали о том, как ребята будут болтать без остановки, радоваться миру звуков.

У Марины тоже все складывалось благополучно, ей с нами было неинтересно общаться, она читала книги, выполняла школьные задания, рисовала и смотрела фильмы.

А маме Жени пришлось искать ближайшую лабораторию, чтобы срочно пересдать один из анализов. Их показатель не понравился доктору. Девушка была растеряна, не знала, в какую сторону бежать. Человеку, приехавшему из другого города, сложно ориентироваться в большой и шумной Москве. Но заботливые сестры помогли. Недалеко от больницы, в нескольких остановках, находился медицинский центр, где можно было сделать экспресс-анализ.

Через пару часов результаты прислали на электронную почту больницы. Женю ждала операция. Она была единственным пациентом на пятницу. Из соседней палаты пациентов выписывали.

Девочку готовили к операции. Кохлеарную имплантацию проводят с той стороны, где слух хуже. Чтобы оставить ухо с меньшей потерей для слухопротезирования с помощью слухового аппарата. У Жени это левое ухо, поэтому с этой стороны часть волос сбрили так же, как мальчикам. Остальную часть мама заплела в косу. Я смотрела на них и мне казалось, что с нами такого не было.

Наше утро начиналось как обычно. А Женю увезли на каталке, мама очень сильно переживала. Мы не знали всех подробностей, но было ясно, что у девочки есть какие-то сопутствующие заболевания, связанные с неврологией. Вероятно, они не являлись противопоказанием к кохлеарной имплантации, но были поводом для волнения. Операция длилась чуть дольше, чем у Димы, около двух часов. Все это время мама девочки не находила себе места, ходила по коридору и ждала новостей. С нами она не разговаривала, и мы с Диминой мамой не стали ее беспокоить. Ее поддерживали медсестры.

Точно так же, как и наших малышей и Марину, вскоре на каталке привезли Женю. Она громко кричала. Вместе с ней пришел и доктор, что-то объяснить маме. Было видно, что девушка расстроена. Девочке сделали укол, она успокоилась и уснула. Мама тихонько плакала. Через какое-то время девочка проснулась. Мама дала ей немного воды, но Жене стало плохо: ее начало тошнить, и из носа пошла кровь. Мы все испугалась и растерялись. Но медицинский персонал готов к такому течению событий. Через несколько минут пришла врач осмотреть Женю.

– Не переживайте, сказала врач. Понаблюдаем.

Жене стало лучше, и она уснула. Врач-анестезиолог предупреждал, что такая реакция организма на наркоз возможна, но бывает нечасто. Никто не может точно сказать, произойдет такое с ребенком или нет. Нужно быть готовым.

У Жениной мамы с собой не было ни пеленок, ни салфеток, сменной одежды не хватало. Она выглядела беспомощной. Девочке было плохо неоднократно. Сестры приносили сменное постельное белье. Мы с мамой Димы отдали все, что осталось у нас. Хотелось помочь девушке. Медсестра сделала укол, прекращающий рвоту. Ночь была бессонной и беспокойной. Женя кричала, срывала повязку, отталкивала врачей, подходящих к ней.

Новый день принес облегчение: с утра Женя смогла уже немного покушать и стала значительно спокойнее. Но вставать еще не могла, у нее кружилась голова, как она объясняла маме, и координация была нарушена. Следовало подождать, пока все функции восстановятся. На момент выписки состояние Жени нормализовалось, но пережить маме пришлось много.

Время шло быстро, мальчики чувствовали себя прекрасно. Я водила Гордея за ручку по отделению. Самостоятельно он еще не начал ходить. Я боялась его отпускать, хотя он рвался и даже пытался от меня убегать. Через несколько дней повязку сняли и заклеили швы за ушками пластырем. Надо сказать, что Гордей терпеливо относился к перевязкам, но вот утренние уколы давались с трудом. Я крепко держала его. После операции в ножке стоял катетер, через который вводилось лекарство. Но уж очень он не нравился сыну, пришлось его вытащить и теперь медсестре приходилось колоть внутримышечно.

К нам в палату пришла девушка, сотрудница компании-производителя Cochlear и рассказала, что следующим этапом в центре Аудиологии будет подключение речевого процессора – внешней части кохлеарного импланта. Там же и проведут первичные настройки. Специалист, который будет настраивать, выдаст кейс с запасными деталями к процессору и инструкцию. Кейс от второго аппарата ждал нас дома. Девушка предложила нам дату и время подключения и настройки. Я записала их, так как от волнения могла забыть. Маме Димы тоже сказали их дату, но она не совпадала с нашей, мы были немного огорчены, думали, что получится встретиться. Мы обменялись телефонами, чтобы созваниваться после того, как разъедемся по домам.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

Коротколатеральные слуховые вызванные потенциалы – результат электорофизеологической активности внутренних волосковых клеток улитки внутреннего уха, слухового нерва и ствола головного мозга в ответ на звуковой стимул (здесь и далее прим. автора).

2

Диагностическая процедура, позволяющая получить объективную оценку состояния барабанной перепонки, полости среднего уха и евстахиевой трубы.

3

Проверка состояния внутреннего уха.

4

Диагностическая процедура, в ходе которой врач-сурдолог определяет уровень остроты слуха пациента.

5

Акупунтура – иглоукалывание.

6

Компьютерная томография

7

Электроэнцефалография