Дело Золушки

Аника Озерова

Дело Золушки

Глава 1

– «Дело о Золушке»? Целых две недели в компании штатного фотографа?

Разочарование Кары Спенсер было очевидным. Она столько сил потратила, доказывая свою компетентность, показывая, что она не просто миловидная девушка, а настоящий детектив, достойный серьезных расследований. И вот, очередное задание от начальства, которое сложно назвать профессиональным вызовом, а скорее легкомысленной затеей.

Кара гневно посмотрела на коллег. Рик Роумэн еле сдерживал смех. Конечно, ему весело! Он работает в агентстве всего ничего, а уже успел опередить Кару в двух многообещающих делах!

Мисс Ричардс, директор частного детективного агентства, наблюдала за реакцией девушки с поднятой бровью.

– Опять чем-то недовольны, мисс Спенсер?

Кара была недовольна абсолютно всем! И Мелисса Ричардс, как никто другой, должна была ее понять, ведь ей, женщине, тоже пришлось нелегко, чтобы добиться успеха. Существовало предвзятое мнение, что детектив непременно должен быть мужчиной, высоким, с решительным взглядом и курящим сигару.

Женщину-детектива большинство людей воспринимали как особу чувствительную, эксцентричную и не вызывающую доверия. Именно поэтому Кара когда-то ушла из агентства, принадлежащего ее отцу. Мистер Спенсер видел в ней лишь наивную девушку, возомнившую себя Шерлоком Холмсом, и поручал ей в основном отвечать на звонки в офисе. Своим же настоящим помощником он считал супруга ее старшей сестры. Именно Кэмерону Принстону мистер Спенсер планировал в будущем передать бразды правления агентством. Несмотря на то что Кара всегда считала себя более сообразительной и наблюдательной, чем Кэмерон, ее мнение не учитывалось!

Почему же ее способности детектива остаются незамеченными? Пусть у Кары и нет выдающейся физической силы, но ведь для успешного расследования важны интеллект и проворство! В обращении с оружием она ничем не уступала своим коллегам-мужчинам. И сообразительностью ее природа не обделила – это даже мисс Ричардс признавала. Но почему ей достаются лишь незначительные дела о мелких правонарушениях и неверных супругах?

Впрочем, грех жаловаться. В Лондоне Каре хотя бы предоставляли такие задания, в то время как собственный отец вовсе не доверял ей серьезных дел. До переезда и поступления в агентство «Дефендер», ей приходилось заниматься лишь надоевшей секретарской работой.

И все же она чувствовала сильное разочарование. Неужели настоящая детективная работа заключается в фотографировании шикарных домов и опросе унылых жен богачей, чтобы потом кто-то другой использовал твои материалы?

– Мисс Ричардс, – осторожно заговорила Кара, – нельзя ли мне полностью поручить это дело? Раз уж мне в любом случае придется в него вникать…

– Мисс Спенсер, вам необязательно вникать, – ответила начальница с улыбкой. – Просто опросите потерпевших по предоставленной анкете, а анализом займется мистер Роумэн.

Конечно, кто же еще! Всегда мистер Роумэн! Рик в свою очередь наградил Кару надменной ухмылкой, от которой захотелось дать ему пощечину. Вот так уводят дело из-под носа. И причина очевидна. Его предпочли лишь потому, что он мужчина…

Превозмогая себя, Кара пыталась скрыть досаду. Ей меньше всего хотелось показаться излишне чувствительной. Вряд ли ее авторитет в глазах мисс Ричардс вырос бы, если бы она позволила себе расплакаться на людях.

– Ясно… В таком случае, могу ли я надеяться на дело с лотереей? Вам же известно, когда муж заподозрил, что жена скрывает от него крупный выигрыш.

– Делом о лотерее занимается мистер Пирс.

Девушке стоило огромных усилий сохранить самообладание.

– Хорошо, – ровным тоном ответила она. – А дело об исчезнувшей картине из частного собрания еще не занято?

– К сожалению, мисс Спенсер, это дело уже поручено молодому сотруднику, Россу.

Не желая устраивать скандал, Кара выждала, пока коллеги сосредоточатся на своих задачах, и тихо обратилась к начальнице.

– Мисс Ричардс, если моя работа заключается только в выполнении рутинных задач, то зачем мне платить как детективу? Проще уволить меня и нанять секретаря.

– Я и не думаю о вашем увольнении, Кара. Вы – ценный сотрудник.

– Но если я ценный сотрудник, почему мне не доверяют сложные дела?

– Всему свое время. Сейчас вы вносите свой вклад в общее дело. Никто, кроме вас, не умеет так хорошо общаться с требовательными клиентами.

Девушку не тронула такая лесть. Она прекрасно понимала, что это лишь способ от нее избавиться.

– Мне не пять лет, а двадцать пять, – с обидой заявила она. – У меня высшее образование. Вы сами отмечали, что я талантлива. Почему бы тогда не предоставить мне возможность работать на равных условиях с коллегами мужского пола? Не ожидала от вас, мисс Ричардс, подобного предвзятого отношения… Именно я предложила название «Дело Золушки», и параллели со сказкой вызвали интерес у прессы. Это расследование может принести нам признание. Дайте мне шанс проявить себя…

Речь шла о самом захватывающем расследовании последних двух месяцев. Не доверяя полиции, несколько известных персон обратились в частные детективные агентства с просьбой разобраться в череде необъяснимых краж. У звезд экрана и сцены пропадала обувь – не просто дорогие туфли, а эксклюзивные шикарные модели, созданные именитыми дизайнерами по индивидуальному заказу. Последнее исчезновение стало пятидесятым по счету, и одна известная певица пообещала агентству «Дефендер» солидное вознаграждение за раскрытие преступления.

Помимо финансовой выгоды, это дело сулило и широкую известность – за него уже взялись шесть крупных сыскных агентств Лондона. Неудивительно, что каждое стремилось опередить конкурентов и сорвать куш.

– Ваше старание заметно, Кара, – спокойно ответила мисс Ричардс. – Я обдумываю, как предоставить вам возможность реализовать ваш потенциал. Вероятно, следующее важное дело будет поручено именно вам. И тогда…

– Я работаю в этой компании уже четыре года! – воскликнула Кара, не в силах больше сдерживаться. Обычно она старалась не перебивать начальницу, но сейчас возмущение прорвалось наружу. – Я никогда не уклонялась от задач, даже от самых монотонных. Я перепечатывала интервью на машинке. Занималась проявкой фотографий. Помню, как приносила кофе всем коллегам. А как я проводила бессонные ночи, расследуя случаи супружеской неверности? Долго ли мне еще заниматься такой ерундой? Эту работу может выполнить и подросток, я ведь заканчивала университет не для этого!

– Вы хотите сказать, что в нашей компании царит мужской шовинизм? – спросила мисс Ричардс, слегка нахмурившись. Она была крупной, высокой женщиной с пышной прической из седых волос, и Кара рядом с ней казалась совсем юной.

– Разве это не очевидно? – не отступала Кара.

В голове всплыли слова отца: «Кара, ты такая хрупенькая! Почему бы тебе не оставить эту опасную работу мужчинам? Займись чем-нибудь другим, например, выращивай цветы. Потом выйдешь замуж и забудешь о карьере. Место женщины – дома, с детьми…».

Он всегда считал, что предназначение и счастье женщины – это семья. Даже думать о чем-то большем ему казалось бессмысленным. Словно женщина – не полноценный человек, словно у нее нет интеллекта, энергии, стремлений. А просто изящное домашнее животное, созданное лишь чтобы угождать мужу и рожать детей.

Кара встречала таких женщин. Например, такой всегда была ее старшая сестра. Эмили просто воплощение отцовского идеала дочери! Но Кара не принадлежала к этому типу, и любая попытка превратить ее в слабое, беспомощное существо вызывала у нее протест. Сейчас ее возмущал взгляд мисс Ричардс, полный почти материнского снисхождения.

Кара действительно казалась воплощением нежности и беззащитности. Миниатюрная фигурка – всего сто шестьдесят сантиметров роста, в сочетании с миловидным личиком, темными волосами и карими глазами вызывали у большинства мужчин инстинктивное желание оградить девушку от всех бед. Пожилые женщины не могли удержаться от проявления материнских чувств. Неожиданно короткая стрижка лишь подчеркнула ее юношеский вид, делая почти девочкой. Все это никак не способствовало созданию образа уверенного в себе детектива. В противоположность ей, парни, вроде Рика Роумэна, одним своим дерзким видом и внушительным ростом внушали доверие, хотя внутри могли быть абсолютно пустыми.

Кара поклялась себе ни о чем не просить, но не смогла сдержаться.

– Пожалуйста, – прошептала она, презирая себя за слабость. – Хорошо, пусть не «Дело Золушки». Хотя бы какое-нибудь другое дело. Ведь у многих есть параллельные проекты.

Начальница с тенью сожаления покачала головой.

– Увы, мисс Спенсер. Вам предстоят две напряженные недели в компании фотографа. Кстати, вам пора собираться, он скоро приедет.

Еще и фотограф! Как будто Кара не может сама управиться с камерой. Потому что он, видите ли, эксперт. Интересно, хоть в чем-то ее саму считают профессионалом? Или всегда лучшие дела будут доставаться подобным Рикам?

– Уверена, это будет самовлюбленный юнец, который начнет учить меня, как работать, – с грустью заключила Кара.

Мисс Ричардс улыбнулась.

– Он совсем не юный, мисс Спенсер. Ему тридцать, и он настоящий художник. Возможно, вы слышали о нем – это Деннис Блумфилд.

Девушка непроизвольно нахмурила брови. Имя Блумфилда действительно было ей знакомо – известный фотограф обычно вращался в мире моды.

– Почему он вдруг взялся за расследования? – с презрением спросила она. – Наверное, хочет запечатлеть кинозвезд в пикантных ситуациях? Ему мало телешоу?

– Хочу напомнить, что наше агентство часто с ним работает, – спокойно возразила начальница. – Мистер Блумфилд – личность многогранная. Он регулярно освещает кражи эксклюзивных вещей и, возможно, сейчас владеет информацией по этому делу больше, чем мы.

«Прекрасно, – с досадой подумала Кара, – еще и этот многогранный Блумфилд! Еще один мужчина, уверенный в своей правоте. Лучше бы это был неопытный мальчишка, с ним проще справиться».

– Кстати, кажется, у меня что-то было для вас… Ага, вот оно. Это вам, мисс Спенсер, чтобы избежать путаницы.

Мисс Ричардс покопалась в ящике и положила перед девушкой крупную фотографию. Кара с предубеждением взглянула на снимок… и ее сердце бешено заколотилось.

Она же видела его – на обложке модного журнала! Просто решила, что это не фотограф, а модель. Такая внешность обычно свойственна манекенщикам и актерам.

Иссиня-черные волосы, кажущиеся неестественными – возможно, из-за черно-белого снимка. Темные глаза с искрой смотрят из-под густых бровей. Волевые, мужественные черты лица… Хищный взгляд придает улыбке что-то дьявольское. Вероятно, в нем есть южная кровь, возможно, итальянская…

На фотографии Деннис расположился в своей мастерской, окруженный множеством размытых фотопортретов, заключенных в рамы. Он сидел на стуле, развернувшись спиной вперед, и опирался локтями на ее изогнутую часть. В этом непринужденном положении Каре вдруг увиделось воплощение мужской самоуверенности. Расстегнутые верхние пуговицы рубашки открывали вид на его ключицы.

Кровь прилила к лицу Кары.

«Только бы никто не подумал, что этот дерзкий красавец хоть чем-то меня зацепил!» – подумала она.

– Ах да, я видела этот снимок… в каком-то журнале, – нарочито равнодушно проговорила она, убеждая себя в безразличии.

В уголках губ мисс Ричардс появилась легкая усмешка.

– Он очень милый молодой человек. Надеюсь, вы поладите. Но, мисс Спенсер…

– Да?

– Помните, что вы прежде всего профессионал.

От этого двусмысленного намека щеки девушки мгновенно покраснели.

– Разумеется, я помню, – нарочито холодно ответила она. – С чего бы мне забывать?

Кара старалась держать мужчин на расстоянии – как в физическом, так и в эмоциональном плане. И это не было удивительно после того, как ей пришлось бороться за свое место под солнцем – сначала с отцом, затем с мужем сестры, а в последнее время с такими, как Рик.

Меньше всего ей хотелось поддаться чувствам и поставить крест на своей карьере. Тратить время и энергию на какого-то мужчину? Ни за что! Особенно на самоуверенного красавчика, работа которого – нажимать на кнопку фотоаппарата…

– Да, вот это новости, – протянул Деннис Блумфилд, откинувшись на спинку стула.

Они расположились в комнате Джесси, старшего брата, в этом месте они с детства привыкли находить убежище, когда что-то шло не так. Однако, выигрыш их тети в лотерею пятнадцати тысяч фунтов вряд ли можно было назвать неприятностью.

Кто из них хотя бы раз не мечтал о том, что бы он сделал, если бы у него появилось много денег. Деннис, например, грезил о новой яхте, кругосветном путешествии и профессиональной японской фототехнике. Но все это оставалось лишь фантазиями. Он осознавал, что деньги не появляются из ниоткуда, а его зарплаты хватало лишь на скромное существование в Лондоне, одном из дорогих городов мира.

– Знал бы я, что такое возможно, покупал бы эти билеты всю свою жизнь, – заявил Оливер, второй по старшинству.

Он, в отличие от братьев, не продолжил семейное дело, а вместо фотографии увлекся живописью. Его внешний вид соответствовал образу художника: свободная рубашка вместо пиджака и помятые брюки. Он не отличался особым лоском, но обладал добрым и мечтательным характером и выдающимся талантом.

– Я никогда не верил в лотереи, – пожал плечами Джесси. – Это бессмысленная трата денег… Или, по крайней мере, я так думал.

– Пятнадцать тысяч фунтов, – мечтательно произнес Деннис. – По пять тысяч каждому. Олли, куда ты потратишь свои деньги?

«Брошу случайные заработки и займусь только творчеством», – хотел сказать Оливер, но сдержался и ответил:

– Я еще не решил. Пять тысяч – это серьезная сумма, брат.

– Скажешь тоже, – пробормотал Деннис.

Ему не нравилось, когда братья напоминали ему о том, что он самый младший. С ранних лет у него развился этот комплекс, который не исчез даже к тридцати годам. Деннис посмотрел в окно, любуясь прекрасным садом тети Мэри. До того как леди Мэри Блумфилд сорвала самый крупный в Лондоне куш в лотерее, она держала небольшую кофейню на первом этаже в своем достаточно вместительном доме. Помимо этого бабушка занималась благотворительностью. Она всегда была очень доброй, она заменила маму троим осиротевшим подросткам, сыновьям ее брата.

Тетушка могла в суровых английских условиях вырастить какой угодно экзотический цветок, который чувствовал себя отлично, сад был ее гордостью.

– Целых пятнадцать тысяч, – повторил Деннис с воодушевлением. – Представляете, сколько возможностей? Можно, наконец, заниматься только любимым делом. Забыть о выставках с фермерской продукцией, тощих моделях и чопорных парламентариях.

Джесси удивленно покачал головой.

– Без письма от тети ни за что бы не поверил в такое.

– Рано радуемся, деньги еще пока не у нас, – серьезно напомнил Оливер. – Не забывайте об условиях! Получим мы их только в том случае, если успеем жениться в течение трех месяцев. Иначе денежки уйдут в фонд защиты коал.

– Тетя упоминала еще и о тасманских дьяволах, – вставил Деннис.

– Ах да, и о двупалом ленивце, не забудьте.

И тут братья не выдержали и расхохотались. Оливер оперся о подоконник, Деннис смеялся, откинувшись на спинку кресла, а Джесси корчился от смеха на своей кровати, которая давно стала ему мала.

Деннис утер слезы от смеха.

– Ну почему именно двупалый? Что в нем такого особенного, что тетя готова отдать ему целое состояние?

– Наверное, она считает, что он обделен по сравнению с трехпалым, – предположил Оливер с усмешкой. – Вы же знаете тетю Мэри, она всегда жалеет тех, кому не повезло.

– А эти дьяволы тоже обиженные?

– Мне все равно, кто чем обижен, – мрачно произнес Джесси. – Главное, чтобы эти создания не забрали наши деньги себе!

Снова раздался взрыв хохота, братья избавлялись от накопившегося напряжения.

А волноваться было из-за чего! Всего пару часов назад тетя Мэри пригласила их на традиционное чаепитие в своей уютной гостиной. Братья старались не пропускать эти встречи, даже несмотря на то что из них только Деннис жил в Лондоне. Джесси приезжал из пригорода, а Оливер жил и работал еще дальше.

Но в этот раз у тети Мэри для них были сюрпризы поинтереснее сандвичей и кексов. Она показала им письмо с известием о выигрыше в лотерею и копию чека на пятнадцать тысяч фунтов.

– Вы мои самые родные люди, – произнесла тетушка, светясь от счастья. – Поэтому состояние перейдет к вам, дорогие мои племянники. У меня уже есть все, что необходимо: вы, моя семья, и любимый сад. А перед вами открыта вся жизнь.

Не успел ни один из ошеломленных братьев что-либо сказать в ответ, как она поспешила добавить:

– Но деньги станут вашими только при одном условии. Вы должны найти себе жен в течение трех месяцев.

Тетя Мэри сияла так, словно ей пришла в голову гениальная мысль. Деннис все еще не мог поверить в происходящее. Он очень любил тетю, она стала ему почти матерью, но более странной дамы мир еще не видел! Мэри Блумфилд постоянно генерировала идеи, направленные на улучшение мира вокруг! Помимо племянников, она умудрялась заботиться о соседях, нескольких подругах и даже о коллегах своего брата. Маленькая, поджарая, с седыми волосами, собранными в строгий пучок, она была настоящим сгустком энергии. Ее любви и заботы хватало на несколько благотворительных организаций, клуб игры в гольф для пожилых и общество защиты животных. В ее доме жили четыре непородистые кошки, которых заботливая дама подобрала на улице…

– Иногда у тети Мэри бывают… э-э-э… причуды, – осторожно заметил Оливер, сильно любивший свою старую родственницу. – Она, конечно, самый добрый человек на свете, но ее представления о лучшем иногда немного удивляют.

Деннис не мог с этим не согласиться. Единственное, что он смог выдавить из себя за время чаепития, это:

– Тетушка, как вам вообще такое могло прийти в голову?

– О, такое часто встречается в книгах, которые я читаю, – ответила она, улыбаясь.

Вспомнив это, Деннис поморщился, словно от зубной боли.

– А во всем виноваты романы. Вы представляете, что она читает?

– Конечно, представляем, – кивнул Джесси. – Толстые тома в ярких обложках, где изображены розы, целующиеся парочки и всякое такое.

– И даже не думайте меня обмануть, – предупредила она братьев, погрозив им пальцем. – Никаких фиктивных браков, мальчики! И никаких разводов через месяц. Вы должны испытывать настоящие чувства. И я запрещаю вам говорить невестам, что вы получите деньги благодаря женитьбе.

– Какой ужас, – пробормотал Деннис.

Женитьба была последним, чего он желал. Особенно брак по любви. Если бы дело касалось денег, это еще можно было бы обдумать. Однажды он уже познал разрушительную силу любви – и к чему это привело?

Тетя Мэри строго произнесла:

– И запомните, все трое должны вступить в брак. Если хотя бы один останется неженатым к указанному сроку, деньги будут направлены на создание заповедника для коал и сумчатых волков. Эти животные на грани исчезновения!

– То есть, мы все обязаны жениться? – уточнил один из племянников.

– Именно так. И никто не должен знать о выигрыше. Если хоть кто-то, например, журналисты, узнает правду, деньги немедленно уйдут в заповедник.

– В заповедник?! – переспросил обескураженный Джесси, самый рассудительный из братьев, унаследовавший этот дар от отца.

– Кстати, где папа? – вдруг поинтересовался Деннис.

– На работе, – ответила тетя Мэри. – Он в последнее время там пропадает, боюсь, это плохо скажется на его здоровье.

Томас Блумфилд, фотокорреспондент «Таймс», был поглощен работой.

– Но сегодня я попросила его задержаться. Хотела с вами поговорить наедине, – улыбнулась тетя.

– А вы вообще собираетесь ему рассказывать об…

– Нет, никто не должен знать. Даже он. Если вы проболтаетесь отцу, мальчики, деньги пойдут на заповедник, это я обещаю.

– Тетя, вы серьезно не скажете своему брату о выигрыше?

– Абсолютно серьезно, –удовлетворенно кивнула тетушка. – И вы тоже будете хранить молчание. А теперь допивайте чай. Скоро придет миссис Линн из Комитета помощи бездомным.

– Откуда?

– Из Комитета помощи бездомным, – раздраженно ответила тетушка Мэри. – Это очень активная организация. Вы даже не представляете, как нуждаются люди, потерявшие кров из-за тюрьмы или катастроф! Наша задача – не дать им опуститься и протянуть руку помощи.

– А вы-то тут причем? – как можно мягче уточнил Джесси.

– Как это причем? Все мы помогаем чем можем. Недавно я напечатала брошюры в поддержку бывших заключенных. Нужно организовать благотворительную раздачу одежды. Мы уже проводили ее, но надо делать это чаще. Почему вы не едите кексы? Они получились не очень?

– Кексы превосходны, – притворно восхитился Оливер, откусил кусочек, но больше не смог.

Вскоре раздался звонок в дверь – прибыла та самая леди из Комитета. Поблагодарив тетушку за угощение, братья молча поднялись в комнату наверху, предвкушая серьезный разговор.

Теперь они сидели в комнате, где когда-то рос Джесси, и с нервным смехом обсуждали непростую ситуацию. Тетушка настаивала на немедленном ответе: примут ли они ее пари. Ставка в этой своеобразной игре – пять тысяч каждому.

– Решайте, мои дорогие, – произнесла тетя Мэри своим обычным мягким тоном. – Мне очень любопытно, кто победит: вы, мальчики, со своими будущими женами, или мои бедные коалы и ленивцы.

– Ленивцы…, – прошептал Деннис, растерянно проводя рукой по лбу спустя два часа.

– А чего ты ожидал? – справедливо заметил Джесси. – У тети Мэри новая затея. Я это понял, как только ее увидел.

Редкие животные были второй страстью их эксцентричной тетушки, после нуждающихся людей, таких как бывшие заключенные или матери-одиночки. Она всегда щедро жертвовала заповедникам, даже взяла на содержание больного белого медведя в лондонском зоопарке. И, конечно, она имела полное право тратить выигранные деньги по своему усмотрению – они были ее. Но при мысли о ленивцах Денниса охватывала дрожь. Пять тысяч фунтов! Огромные деньги, которых ему всегда не хватало!

– Поймите правильно, я за благотворительность. Ленивцы – отличные ребята…

– Согласен, – буркнул Оливер. – Они мне всегда нравились. В отличие от сумчатых волков.

– Тебе станет легче, если наши деньги достанутся пингвинам? – усмехнулся Джесси. – Тетя права в одном. Кто-то должен жертвовать на зверушек. Но другое дело, когда эти фунты ускользают от тебя…

– А вдруг она шутит? – с надеждой предположил Оливер, любивший пошутить сам. – Неужели она правда так сделает?

– Тетя Мэри серьезна, как никогда, – покачал головой Деннис. – Надо решать, принимаем мы предложение или нет.

Оливер растерянно посмотрел на братьев.

– Где мы возьмем невест? Найти родственную душу за три месяца, да еще и по заказу, нереально!

– Она сказала – жены, а не родственные души, – возразил Деннис.

– По-моему, это одно и то же, – заметил романтичный Оливер.

– А по-моему, нет, – нахмурился младший брат. Единственный из Блумфилдов, кто познал любовь на практике, и повторять этот опыт он не хотел.

– Но она сказала, что мы должны быть влюблены, – напомнил Джесси.

– За пять тысяч фунтов я изображу тебе самую пылкую страсть, получше, чем в мексиканском сериале, – небрежно бросил Деннис.

Оливер уставился на него.

– Ты что, собираешься обмануть тетю Мэри?

– А почему бы и не согласиться? Работа стала невыносимой, однообразной. Завтра, например, начальник загружает меня двухнедельным заданием: беготня с детективом из частной конторы. Нужно фотографировать места преступлений, коих только в Лондоне – не меньше тридцати. Плюс – беседы со знаменитостями и съемка их гардеробных, спален…

– Шеф мыслит рационально, – без тени иронии заметил Джесси. – Кинозвезды капризны, а ты – самый востребованный фотограф. После той летней коллекции одежды они без ума от тебя.

– А я от них – нет.

Деннис помрачнел. Его утомляли певицы и актрисы, их капризы, их манера вести себя, будто они – Мисс Вселенная. Иногда он даже проклинал свою привлекательную внешность, когда очередная актриса шептала шефу, что хочет работать только с Блумфилдом. Многие, особенно юные и простые, мечтали о постели с ним. А после истории с Роми Деннис и думать не хотел о серьезных отношениях.

Впрочем, «Дело о Золушке» его заинтересовало. Деннис вообще любил нестандартные вещи. Этот интерес когда-то привел его в модельный бизнес, где, казалось, было много простора для творчества. Но, как оказалось, в любой работе больше рутины, чем полета фантазии…

А загадочное исчезновение туфель давало волю воображению. Деннис невольно размышлял о мотивах странного преступления и собирал информацию с интересом. Вот только сыщиков он не любил, и перспектива работать с одним из них две недели его не радовала.