Читать книгу Гвихоль. Красные чернила смерти. Том 2 (Ангелина Шэн) онлайн бесплатно на Bookz (7-ая страница книги)
Гвихоль. Красные чернила смерти. Том 2
Гвихоль. Красные чернила смерти. Том 2
Оценить:

3

Полная версия:

Гвихоль. Красные чернила смерти. Том 2

Проверив телефон, я увидела четыре пропущенных с перерывом в три минуты каждый. Как четко… Следом шло сообщение с того же неизвестного номера:

«Добрый день, госпожа Намгун. Мне нужно с вами встретиться. Это очень важно. Вы сегодня свободны?»

Я не могла не напрячься, поэтому не раздумывая позвонила и спустя всего две секунды услышала:

– Госпожа Намгун?

Судя по голосу, это был пожилой мужчина, но говорил он твердо, голос звучал сильно. Вопрос был задан спокойно, так что я не уловила страха или хотя бы нервозности собеседника, но это не значило, что не случилось нечто серьезное, раз звонок такой срочный. Мало ли кто мог позвонить мне, мало ли что себе могут выдумать люди, и все же я предпочитала оставаться настороже.

– Да, верно. С кем я говорю?

– Меня зовут Сон Ук, – представился мужчина. – Прошу прощения, госпожа Намгун, что звоню так внезапно, но дело очень срочное. Боюсь, в скором времени меня могут убить.

– Убить? – озадаченно переспросила я.

– Да. Злой дух.

На мгновение я растерялась. Не привыкла, что кто-то так уверенно и хладнокровно сообщает, что его хочет убить злой дух. Обычно это мне приходится убеждать людей в сверхъестественной угрозе, а если они что-то и подозревают, то все равно сомневаются и смущаются.

– Приезжайте в любое время, – ответила я. – У меня сегодня нет запланированных встреч или ритуалов.

– Благодарю вас, госпожа Намгун. – Теперь я разобрала в голосе Сон Ука смутное облегчение. – Буду у вас через двадцать минут.

– Я поняла вас. До встречи.

Я положила трубку и, посмотрев на экран телефона, приподняла брови. Двадцать минут? Какова вероятность, что Сон Ук живет так близко или что он случайно оказался неподалеку? Скорее всего, не получив ответа на звонок, он решил не тратить время и приехать ко мне, а затем зайти, когда я перезвоню. Я бы не удивилась, если бы услышала, что Сон Ук может прийти и через пять минут, но из вежливости появится немного позже…

Все это доказывало, что дело серьезное. По крайней мере, с точки зрения Сон Ука. Я не могла гарантировать, что он не ошибается либо потому, что слишком суеверен или доверчив, либо потому, что нездоров.

Я спустилась в офис и села за стол перед алтарем, приготовив дневник. В нем я записывала все важное из бесед с клиентами.

– Дживон-а, – позвала я. – Тебе лучше пойти к себе. Скоро придет клиент, который считает, что его хочет убить злой дух.

Дживон подняла голову от учебника по экономике.

– Мм… И вот этими словами вы убеждаете меня уйти? – спросила она.

– Я не шучу.

– Ну и я тоже, вообще-то.

Я вздохнула.

– Вы еще помните, что я ваша ученица?.. – многозначительно протянула она.

– Да. Как же о таком забыть. Хорошо, оставайся, но не вмешивайся, – попросила я.

Дживон обиженно насупилась, но я видела, что она обрадовалась разрешению поприсутствовать при разговоре с клиентом.

Спустя ровно двадцать минут двери открылись, и на пороге показались двое мужчин. Один из них, лет сорока пяти, был одет в строгий черный костюм, отличался на удивление высоким ростом, широкими плечами и суровым лицом. А вот вторым оказался худощавый мужчина лет семидесяти или чуть старше, сказать наверняка было трудно. Выражение его бледного лица было уверенным, а взгляд – ясным и внимательным. Одет он был в белую рубашку и бежевые пиджак и брюки. Я сразу поняла, что это и есть Сон Ук.

– Госпожа Намгун Бёль, – дружелюбно улыбнулся он. – Еще раз спасибо вам, что согласились встретиться. Надеюсь, я вас не побеспокоил.

Я встала из-за стола и вежливо улыбнулась ему в ответ:

– Нет, это моя работа, не нужно волноваться. Буду рада вам помочь, господин Сон.

Сказав это, я указала на место перед столом.

– Господин То, подожди меня снаружи. – Сон Ук взглянул на стоящего за его плечом высокого мужчину.

Он вроде бы попросил его, и все же голос прозвучал довольно требовательно, почти как приказ. Господин То молча кивнул и скрылся за дверью.

Подойдя к столу, Сон Ук сел на указанное место и кинул поверхностный взгляд на пестрый алтарь за моей спиной, не став рассматривать ни разнообразные картины божеств, ни ритуальные предметы, ни подношения и свечи… Он даже не поднял глаза на множество фонарей в виде лотосов под потолком и не покосился на написанные каллиграфическими иероглифами сутры на стенах.

Либо Сон Ук был слишком сосредоточен на своей проблеме, либо же не в первый раз оказывался в подобной обстановке. Почему-то у меня создалось впечатление, что такой человек, как он, не мог не обратить внимание на что-то новое и необычное, так что я склонялась ко второму варианту. Тем более Сон Ук был так уверен в том, что злой дух существует… Вероятно, он уже посещал шаманов.

– Господин То – мой телохранитель, – объяснил он.

– Вы наняли его, чтобы защититься от злого духа? – пошутила Дживон.

Я многозначительно покосилась на нее, а Сон Ук усмехнулся и покачал головой.

– Нет, господин То работает на меня уже… лет шестнадцать, кажется. Меня зовут Сон Ук. Позвольте узнать ваше имя?

– Пэ Дживон. Приятно познакомиться, господин Сон.

– И мне… Это ваша ученица? – Он вновь обернулся ко мне.

– Да. Давайте перейдем к делу, господин Сон. Расскажите, что случилось.

– Конечно, – закивал тот. – Начну с самого начала, вы не против?

– Расскажите всё, чтобы я смогла точно понять, что происходит.

– Хорошо. У меня есть трое детей…

В одно мгновение непринужденность Сон Ука исчезла: черты лица ожесточились, глаза потускнели, а челюсти сжались. Он тяжело вздохнул и отвел взгляд, но затем вновь посмотрел на меня: уже спокойнее, и все же я заметила, что он лишь прячется за истончившейся стеной невозмутимости.

– У меня… было трое детей, – чуть более тихим, хотя все еще твердым голосом исправился Сон Ук.

От его слов мне стало нехорошо. Я ощутила горечь, но постаралась не выдать своих чувств. Я не знала, нужно ли Сон Уку мое сочувствие, но ему точно требовалась помощь, а потому стоило просто внимательно его выслушать.

– Неделю назад случился пожар, – продолжил он. – Это произошло в доме моего младшего сына, Гиюна. Он, его жена и лучший друг погибли… К счастью, моя внучка в тот момент была с няней на прогулке.

Я кивнула, показывая, что внимательно слушаю. Дживон все так же не сводила глаз с Сон Ука, но ее прежнее любопытство сменилось печалью.

– Два дня назад случился еще один пожар. В нем погиб мой старший сын, Тхэюн, и его жена. Дети были в школе и не пострадали. – Сон Ук на мгновение прервался, а затем посмотрел мне прямо в глаза. – Я должен умереть следующим. Возможно, уже сегодня в моем доме случится пожар. Поэтому я попросил всех покинуть дом. Но, уверен, злой дух не отстанет от меня так просто.

Сон Ук замолчал, видимо ожидая моей реакции, и, помедлив, я осторожно уточнила:

– Господин Сон, мне очень жаль, что с вами произошло нечто столь ужасное… Я приношу вам свои искренние соболезнования… Но позвольте узнать, есть ли какие-то причины, по которым вы решили, что в пожарах виноват злой дух? Почему вы считаете, что это не череда несчастных случаев или что поджоги не устроены кем-то из людей?

Сон Ук криво усмехнулся. Взяв кожаный портфель, который ранее поставил на пол рядом с собой, он вытащил из него тонкую стопку фотографий, но пока держал их в руках так, что мне была видна лишь оборотная сторона.

– Полиция не установила причин пожаров. До сих пор неясно, что произошло, хотя они клянутся, что вот-вот все выяснят. Я не тороплю их, потому что понимаю: это бесполезно… Вы верите в совпадения? – внезапно спросил он.

Я помедлила с ответом:

– Трудно сказать.

– Я – нет, – покачал головой Сон Ук и положил передо мной стопку фотографий. – Взгляните на это, госпожа Намгун.

Я аккуратно разложила фото перед собой и, взглянув на них, невольно нахмурилась. Плохое предчувствие комом встало в горле, а в груди потяжелело, словно на мои ребра подвесили камни.

На фотографиях были изображены два разных места происшествия: две комнаты, кажется, гостиные. И все-таки понять точно было сложно, потому что все в них было обгоревшим, черным, покрытым гарью и пеплом. Чудовищная картина…

Но главным были не последствия пожара. Центральной частью всех фото были две стены: с места первого и с места второго пожаров. С разных ракурсов, но демонстрировали они одно и то же.

Имена.

«Сон Тхэюн».

«Сон Ук».

Каждый красный слог в этих именах казался размером не меньше чем с ладонь. Кто-то написал их кровью. Я в этом не сомневалась.

– После того как пожар в доме Гиюна потушили, на стене нашли написанное кровью имя Тхэюна. На тот момент я об этом не знал. Был за городом, но приехал сразу же, как Союн, моя дочь, сообщила мне о пожаре. Тхэюн, видимо, не слишком обеспокоился тем, что кто-то написал его имя кровью на стене… Либо тоже не был в курсе, я… Я не знаю. – Голос Сон Ука дрогнул, но он почти сразу взял себя в руки. – А затем случился пожар в доме Тхэюна. И на стене написали уже мое имя. Подозреваю, я следующий.

Я вглядывалась в фотографии, и тучи мрачного предчувствия сгущались все сильнее. Перед глазами тут же сложились в яркие картины воспоминания о написанных кровью именах жертв кысынсэ – тех, кого он заставил разбить себе голову. Я искренне надеялась, что эти два дела никак не связаны.

– Вы не видели пауков? – спросила я. – Или сороконожек?

– Пауков? Сороконожек? – Сон Ук явно удивился. – Что вы имеете в виду?

– Может быть, вы, или полицейские, или кто-то еще из тех, кто был на местах пожаров, заметили, что там появилось много сороконожек или пауков?

Сон Ук прищурился, внимательно смотря на меня, и медленно покачал головой. У меня появилось чувство, будто он понял, что я подумала о каком-то конкретном злом духе, но уточнять не стал.

– Дживон-а, позвони Донсу, – попросила я. – Пусть приедет.

Она кивнула и молча, при этом весьма поспешно покинула комнату.

– Донсу – это имя работающего с вами медиума? – уточнил Сон Ук.

Я взглянула на него с удивлением.

– Да, – ответила я. – Чья это кровь?

– Прошу прощения?..

– Полиция выяснила, чьей кровью были написаны имена? – переспросила я.

Сон Ук угрюмо свел брови, и его взгляд, упавший на фото, потемнел:

– Первое имя, вероятно, написал сам Гиюн. Его… тело пострадало при пожаре, но криминалисты обнаружили на его запястьях глубокие порезы. Кровь принадлежит ему. Есть и другой вариант: кто-то порезал Гиюна и использовал его кровь. А вот мое имя… Оно написано кровью Тхэюна. Его руки тоже в порезах. Но криминалисты еще не закончили с экспертизой. Поэтому большего я пока не знаю.

Его голос оставался все таким же ровным, лишь иногда прерывался, когда Сон Уку будто было сложно произнести следующее слово. И в такие моменты на его лицо падала глубокая тень. Я удивилась его выдержке: он хорошо справлялся, учитывая, что за неделю потерял двоих сыновей.

Я отвела взгляд. Напряжение буквально трещало внутри, а нервы натянулись. Хотелось вскочить на ноги и помчаться на место происшествия, чтобы все проверить… Но одной мне будет тяжело. Нужно дождаться Донсу.

Я продолжала надеяться, что это случайность. Странное совпадение.

Но как тогда объяснить эти кровавые надписи? Кто-то – человек, а не злой дух – желает Сон Уку смерти?

– У вас есть враги? – спросила я.

Сон Ук разочарованно вздохнул, но ответил:

– Возможно. Я не знаю. Раньше я работал детективом, был начальником полиции, но все уже в прошлом. Сейчас на пенсии.

– Ясно… – протянула я, но на самом деле мне пока мало что было ясно.

– Вы все еще сомневаетесь? – Его голос прозвучал с беззлобной насмешкой.

– Поймите меня правильно, господин Сон. В моей работе необходима уверенность. Мне нужны неопровержимые доказательства. Если честно, я надеюсь, что вы все же ошибаетесь.

– Я бы тоже хотел ошибиться, – с легкой горечью отозвался Сон Ук. – Но я знаю, о чем говорю.

– Вы верите в злых духов, – произнесла я. То, что планировалось как вопрос, прозвучало как утверждение.

– Верю, – невозмутимо подтвердил он. – А еще знаю, что вы настоящая шаманка. Что у вас есть дар. Поэтому и обратился именно к вам.

– Почему вы так уверены во мне? – Мне стало интересно, но почему-то одновременно немного не по себе.

Сон Ук помедлил, но продолжил все так же прямо на меня смотреть.

– Однажды меня уже пытался убить злой дух. Это было давно… Около тридцати лет назад. Но меня спасли шаманка и медиум. Их звали Ко Сунхи и Ли Иджэ.

Я застыла. Сначала я даже не поняла, почему так ошеломлена, а затем смысл слов Сон Ука дошел до меня.

Ко Сунхи… Мама. И Ли Иджэ…

– Вы… – Мой голос прозвучал хрипло, и я кашлянула. – Вы знали мою маму?

– Можно сказать и так, – кивнул Сон Ук. – Мы виделись лишь пару раз по делу, но тогда я сумел убедиться, что у госпожи Ко действительно есть дар. Что она настоящая шаманка.

Добавлять Сон Ук ничего не стал, возможно, не желая вдаваться в подробности того дела.

Но мне не было так уж интересно, что за злой дух и по какой причине напал на Сон Ука. Мне было интересно другое… Моя мама… Какой она была? Что сделала? Как себя вела? Что говорила?..

Десятки подобных вопросов, которые я не решилась бы задать незнакомцу.

– То есть вы узнали обо мне… из-за того, что уже встречались с моей мамой? – вместо этого сдержанно уточнила я.

Если Сон Ук тридцать лет назад встречался с ней, это не особо помогало понять, как теперь он вышел на меня. А я хотела знать. Тем более Донсу пока еще не приехал, а сидеть в тишине, которая грозила стать гнетущей, желания не было.

– В подобном деле я не хотел рисковать, – ответил Сон Ук. – Поэтому попросил своего помощника найти, как можно связаться с госпожой Ко… Но затем выяснил, что она… нездорова. Тогда я узнал о вас и поспешил сюда.

Я кивнула, гася несвоевременное недовольство. Причин сердиться на Сон Ука не было. Если бы не Лим Суа… если бы не та тварь… моя мама до сих пор работала бы шаманкой, наверняка имела бы учеников и была бы готова вновь помочь Сон Уку. Он не виноват, что, разыскивая ее, узнал о ее… состоянии.

Нет, злость всколыхнулась в моей душе из-за того, что я вспомнила Лим Суа. В который раз подумала о том, чего она лишила и меня, и маму, и Ли Иджэ.

Моя злость была не одинока: по сердцу также резанула скорбь.

– Давайте я уточню еще раз, – предложила я. – Не всегда, но довольно часто нападения злых духов с чем-то связаны. У них должна быть причина. Почему этот злой дух убил именно ваших сыновей? И почему он хочет убить именно вас? Дело может быть в месте, в котором оказывается человек, или в предмете, которым он владеет. В проклятии, которое на него насылают… Или же в самом человеке. В том, что он сделал. – Я пристально посмотрела на Сон Ука. – Вы точно ничего не знаете? У вас нет никаких догадок?

Я ощущала себя адвокатом, который пытается выудить у клиента, врет ли тот, виновен ли и если да, то насколько. Или же полицейским, который ставит под сомнение показания жертвы.

Но я не чувствовала даже малейших угрызений совести или неловкости. Пусть Сон Ук думает, что я его подозреваю, что пытаюсь уличить во лжи. Но ведь он пришел ко мне за помощью, и я искренне пытаюсь помочь. А потому не стоит мне мешать, иначе в чем смысл?

В деле Ю Соры скрытность ее родителей едва не стоила другому человеку жизни. Поэтому сейчас я не хотела опоздать, тратя время на выяснение того, о чем Сон Ук и так уже мог знать.

– Госпожа Намгун, я правда не понимаю, в чем дело, – сокрушенно покачал головой он. – После того как узнал о случившемся, пока ехал к вам, пока ждал ваш ответ – все это время я искал ответы на вопросы: кто и почему? Но так и не нашел. Если бы у меня были подозрения, я бы поделился ими с вами. Поверьте, я очень хочу жить. Не смотрите на мой возраст, – с легкой насмешкой добавил он, но вновь помрачнел: – У меня остались дочь, сестра и внуки… Я не могу подвергать их опасности.

– Хорошо, я вас поняла. – Я ободряюще улыбнулась. – Значит, нам стоит проверить место пожара и ваш дом.

– Мой дом?

– Да. На вас уже указали – написали ваше имя. Пожары случились именно там, где ваши сыновья… жили. Значит, велика вероятность, что какой-то след мы отыщем в вашем доме.

– Злой дух уже может поджидать меня там, – согласился Сон Ук.

Я не стала ничего отвечать. Не хотелось ни пугать его, ни объяснять, что сверхъестественная угроза не всегда исходит от злых духов… Да и злые духи бывают очень разными.

Прошло не больше получаса, в течение которых я принесла Сон Уку чай и поговорила с ним ни о чем, и вот на пороге комнаты показался Донсу. Он явно собирался наспех, а потому его волосы выглядели взлохмаченными, словно он не успел причесаться, а одет он был только в джинсы и футболку с длинными рукавами, без куртки или хотя бы толстовки, которые бы лучше подошли к прохладной апрельской погоде.

– Привет, нуна.

– Привет, Донсу-я, – откликнулась я.

– Здравствуйте, – вежливо кивнул он Сон Уку. – Я Чон Донсу.

– Какой юный медиум, – добродушно отозвался тот. – Приятно познакомиться. Меня зовут Сон Ук.

– Нам нужно отправиться на место происшествия, – начала объяснять я. – Введу тебя в курс дела по дороге, хорошо?

Донсу кивнул.

– Я подвезу вас, – предложил Сон Ук. – Тхэюн тоже живет… – он кашлянул, – жил в Каннам-гу[34], только в Чхондамдоне. Недалеко отсюда, поэтому сперва заедем к нему, а затем уже в мой дом.

– Спасибо за предложение, но мы поедем за вами на моей машине, – ответила я. – Мне могут понадобиться мои ритуальные предметы, еще на всякий случай возьмем с собой подношения и музыкальные инструменты.

– Конечно, госпожа Намгун, – серьезно кивнул Сон Ук.

Вместе с Донсу мы быстро упаковали подношения, которые могли понадобиться. Телохранитель То помог отнести их и чангу[35] в мою машину.

Набрав номер Дживон, которая осталась в моей квартире, я предупредила ее, что уезжаю и не знаю, когда вернусь.

– Не хулигань.

– Мне не десять лет, – отозвалась та, и я была уверена, что она закатила глаза.

– В этом-то и дело. И не забудь поесть.

– Вы это мне о еде напомнили? – хмыкнула она. – Лучше проследите, чтобы вовремя ел Донсу-оппа[36], а то он одним кофе питается, и о себе не забывайте!

– Хорошо, – улыбнулась я.

– В следующий раз я поеду с вами.

– Будет зависеть от дела. Все, мне пора. Нужно еще рассказать Донсу о том, что случилось. Увидимся.

– Осторожнее там… – попросила Дживон.

Я положила трубку и села на водительское сиденье, после чего повела машину следом за крупным серым внедорожником Сон Ука. Судя по всему, до того, как выйти на пенсию, он хорошо зарабатывал и накопил неплохое состояние. А то, что на него уже больше пятнадцати лет работает телохранитель, доказывало, что Сон Уку все же есть кого опасаться.

Дорога заняла чуть меньше получаса, и за это время я рассказала Донсу обо всем, что узнала от нашего нового клиента. Донсу сосредоточенно кивал и несколько раз бросал в сторону впереди едущего автомобиля пронзительные, полные подозрения взгляды. И я прекрасно понимала, что у него на уме. Но сама не заметила в словах Сон Ука лжи… Либо он прекрасный актер, либо сказал правду.

В любом случае от него мы пока ничего не добьемся. Поэтому стоит сосредоточиться. Я не раз сталкивалась со злыми духами, но последние наши находки и выводы… После произошедшего я стала еще чувствительнее к угрозе потустороннего вмешательства, а моя реакция на нее – еще острее.

В Сеуле появились два могущественных существа: та, кто душит своих жертв, и тот, кто является с пауками и кровавыми именами. Мы с Донсу обязаны как можно скорее докопаться до сути происходящего и остановить их.

Наконец господин То припарковался в нескольких метрах от высокого кирпичного забора, окружающего нужный нам дом. И хоть пока мы не видели его целиком, я успела заметить почерневшие стены и окна, от стекол которых остались лишь осколки.

А еще ощутила витающую вокруг ауру смерти. Это было не то, что чувствуют медиумы. Но и я, как шаманка, могла уловить потустороннее влияние, нечто, что покрывало этот участок подобно полупрозрачной траурной вуали.

Возможно, я лишь накручивала себя… И все-таки уже почти не сомневалась, что в смерти Сон Тхэюна, как и в смерти его младшего брата, виновен злой дух. А это значило, что Сон Ук действительно в опасности. Смертельной опасности.

Вслед за ним мы вошли на территорию коттеджа. Дом средних размеров, в два этажа, когда-то, вероятно, был уютным, но теперь светлый кирпич почти сплошь покрылся гарью, крыша в нескольких местах искривилась. Я обратила внимание, что территория вокруг дома не пострадала: ни газон, ни аккуратно высаженные цветы на клумбах, ни плетеные качели.

Донсу сделал несколько уверенных широких шагов, приближаясь к входным дверям, и замер перед ними, с прищуром всматриваясь в дом.

– Лучше не входить внутрь, – предостерег Сон Ук. – Это небезопасно.

Донсу ничего не ответил, лишь еще несколько мгновений стоял перед дверьми, а затем пошел вдоль дома, не сводя глаз со стен и окон. Я видела, как напряжены его плечи, как он то сжимает, то разжимает кулаки… Вдруг Донсу резко замер, склонив голову набок.

Я не мешала, давая ему время почувствовать, увидеть и понять. Убедиться.

Он прижал пальцы к вискам и потянулся к наушникам, висящим у него на шее, но одернул себя. Я коротко выдохнула, потому что поняла: Донсу что-то услышал. И хотел заглушить этот голос или же иной потусторонний звук.

Я и сама слышала чужие голоса – во время транса. Но я не подвержена риску услышать шепот из мира духов или даже из мира мертвых так же внезапно. Донсу никогда не говорит об этом, но его привычка постоянно слушать музыку на громкости, от которой становилось больно ушам, все объясняла за него.

Он обернулся:

– Весь дом окружен темной энергией. Она почти не… выветрилась. Это было вмешательство.

Он говорил уверенно и твердо. Не сомневался.

Сон Ук глянул на дом, а затем на Донсу, и в его взгляде мне почудилась настороженность:

– Вмешательство?

Но Донсу не стал объяснять, он даже не посмотрел на Сон Ука, ожидая, что отвечу я.

– Только темная энергия? Ты никого не увидел? И есть ли чувства?

– Пусто, духов нет. – Донсу помедлил. – А чувства…

Он снова оглянулся на дом. Я заметила, как он в напряжении свел брови и недовольно поджал губы, тем самым вдруг выдав свои сомнения. В чем дело? Что его так озадачило?

Донсу обернулся к Сон Уку, его взгляд стал изучающим, а потому я тоже внимательно посмотрела на нашего клиента.

– Я не ощутил обиду, – пояснил Донсу. – Или гнев. Я почувствовал… Не знаю… злорадство? И веселье.

Сон Ук, как мне показалось, растерялся, но эта его растерянность была оттенена отразившейся в сведенных бровях мрачностью.

– Хм. Веселье? То есть злой дух просто… развлекался? – медленно переспросил он и стиснул зубы. – Мои сыновья…

Прервавшись, он отвернулся, и тогда я посмотрела на Донсу:

– Ты уверен? Веселье? Никакой обиды? Или гнева?

Не то чтобы я была удивлена, но такое сочетание казалось более непонятным, чем желание отомстить. Оно встречается куда реже, чем ненависть или ярость.

Если это и вправду злой дух, для которого убийства просто забава… Найти его может оказаться крайне трудной задачей. Потому что, когда нет мотива, сложнее и отыскать подозреваемого. К тому же… что, если не ненависть и скорбь, могло настолько отравить душу, что после смерти та не упокоилась и принялась убивать?

– Не до конца уверен насчет злорадства и веселья, но в отсутствии обиды и гнева не сомневаюсь. – Донсу пожал плечами. – Нужно искать дальше.

Я кивнула и обернулась к Сон Уку:

– Теперь осмотрим ваш дом.

Я тут же подумала, что мы отправимся на место потенциального убийства. Вместе с потенциальной жертвой. Хоть я и привыкла к подобной ответственности, это не значило, что страх каждый раз не сжимал мне горло.

Я была уверена в своих силах… Но знала, что в какой-то момент их может оказаться недостаточно. Знала, что любого можно обмануть, перехитрить…

Убить.

Глава 7

Мертвый псих

Чон Донсу

В сложившейся ситуации меня хотя бы порадовало заверение Сон Ука, что в его доме никого не будет. Значит, никто не станет мешать мне искать – намеренно или случайно. А я надеялся, что сумею что-то найти, ведь пока у нас не было никаких зацепок.

Но также я чувствовал раздражение: не отпускала мысль, что Сон Ук солгал нам, что он может что-то знать, что на нем все же лежит груз вины, а если и не на нем, то на одном из его сыновей…

Хотя, возможно, я просто слишком мнительный. Может быть, слишком мало доверяю людям. Слишком сильно привык ко лжи и притворству.

bannerbanner