Клан Смерти

– Как вы и просили, мы всё проверили. Каллум по-прежнему настаивает на присутствии Рианнон, – произнесла Слоун. Её невозмутимость лишь сильнее натягивала струну напряжения в комнате. Я взглянула на брата, но его молчание не давало ответов.

– И что же заставило тебя втянуть в это сестру? – спокойно спросил отец. Каллум наконец поднял взгляд.

– Запах, – бросил он отрешенно, будто это объясняло всё на свете.

– Запах? – я невольно усмехнулась. – И чем же пахнет так характерно, что ты сразу вспомнил обо мне? Я подалась вперед, сложив руки на краю стола, но брат лишь раздраженно закатил глаза.

– Мне этот запах незнаком, – произнес он, обращаясь уже только к отцу. Его лицо стало пугающе серьезным. – Другие Мастера твердят обратное. По их общему мнению, след ведет прямиком к Бронну Норту.

Услышав это имя, я мгновенно подобралась. Внутри всё похолодело.

– О чем вы говорите? – я переводила тревожный взгляд с отца на Слоун. Они говорили о моем друге детства. – С Бронном что-то случилось? Голос дрогнул, но я из последних сил старалась сохранить лицо.

– Не совсем так, – отозвалась Слоун. Поджав губы, она сделала шаг ко мне. Я инстинктивно отступила, требуя объяснений.

– Кое-что случилось… но не с ним, – добавила она с явной настороженностью.

Отец помрачнел. Он на мгновение задумался, а затем произнес слова, от которых мое сердце пропустило удар:

– Бронн Норт, представитель старшей ветви северного Клана Теней, обвиняется в убийстве. Он будет казнен через три дня на рассвете. Если за это время вы найдете весомые аргументы для его оправдания – я их рассмотрю.

– Вы издеваетесь?! – не сдержалась я и сорвалась на крик. – Как вы можете обвинять его в таком? Заочно! Его родители в курсе, что вы собираетесь пустить под нож их единственного сына?

– У них есть дочь, – лениво отозвался брат. Его голос был таким ледяным, что по моей коже пробежали мурашки.

– Заткнись, Каллум! Ты слишком туп, чтобы принимать такие решения, – выпалила я, чувствуя, как внутри закипает неуправляемый гнев.

– Слишком туп?! – Он вскочил со стула, едва не набросившись на меня. – Если бы не я и мои решения, твоего дружка прикончили бы еще вчера! – Он брызгал слюной от ярости. Слоун попыталась его успокоить, но он грубо оттолкнул её руки.

– Вы давно его подозревали? Как долго?! – я не отступала, напирая на брата.

В кабинете внезапно стало тесно. Наши взгляды буквально обжигали друг друга, Слоун металась между нами, пытаясь предотвратить драку. В углу молчал отец, наблюдая за этой сценой с непроницаемым выражением лица. Я знала: он всегда будет на стороне Каллума – своего законного наследника. А я… я была лишь дочерью от любовницы, досадным напоминанием о его слабости.

– Вы знали, как он мне дорог! Знали и молчали! Сколько дней идет это чертово расследование? – Мой пульс участился, в висках застучала кровь. – Сколько дней? – повторила я уже шепотом, не в силах скрыть отчаяния.

– Два дня, – вдруг виновато произнес брат. Его пыл мгновенно угас, голос стал тише, но это уже не имело значения.

– Два дня? Я вам не верю! Бронн на такое не способен!

– Именно поэтому ты здесь, Рианнон, – твердо произнес отец.

– И кого же, по-вашему, он убил? – мой голос дрожал от негодования.

Вся эта ситуация казалась до ужаса абсурдной. Я смотрела на них, ожидая услышать имя, которое перечеркнет всё мое прошлое.

Каллум вальяжно откинулся в кресле и, не сводя с меня тяжелого взгляда, произнес:

– Человеческую девчонку из города, – Каллум сделал паузу, смакуя эффект. – И не из простой семьи. Дочь чиновника. Хотя, насколько мне известно, воспитывала её тетка.

Я до боли сжала кулаки, чувствуя, как ногти впиваются в ладони.

– Бронн не мог этого сделать. Это просто невозможно.

Отец поднялся из-за стола и подошел ко мне вплотную. По этикету мне следовало опустить взгляд, но я смотрела в его ледяные глаза с вызовом.

– Либо докажи, что он не виновен, либо не мешай правосудию! – Его слова, как и всегда, ударили под дых. Глупо было ждать от него поддержки.

Я резко развернулась и, не прощаясь, направилась к выходу.

– Ты куда?! – окликнул меня Каллум.

– Ты разве не слышал? – я обернулась в дверях. – Мне нужно доказать невиновность друга, пока мне не пришлось носить цветы на его могилу.

После ухода Рианнон кабинет погрузился в тяжелое молчание. Трейнор Норт застыл в кресле; его лицо казалось каменным, но в глубине глаз затаилась смертельная усталость. Он пристально наблюдал за сыном. Каллум делал вид, что увлечен изучением собственных ногтей, но в его позе сквозило подавленное бешенство.

Слоун не знала, как ей поступить. На кону стояло сложнейшее расследование, а они завязли в центре семейной драмы. Она понимала, что Рианнон сейчас мечется по своей комнате, и ей до боли хотелось поддержать подругу, но впервые это казалось невыполнимым. Слоун снова посмотрела на Каллума. Его странное поведение – сначала с Селестией, теперь с сестрой – раздражало её до зуда под кожей.

– Что с тобой происходит? – нарушила она тишину. Трейнор недоуменно перевел взгляд на них, словно только что заметил искры, летящие между молодыми людьми.

– Всё просто прекрасно. Разве нет? – Каллум натянул улыбку, тонкую и острую, как струна лютни перед разрывом. – Риан давно взрослая девочка, пора бы ей начать принимать решения.

– Я не об этом, – отрезала Слоун, чувствуя, как внутри закипает негодование.

– О чем вы вообще говорите? – вмешался отец.

– Ни о чем, – отмахнулся Каллум.

– Он снова перестал контролировать свои вспышки гнева! – Слоун обратилась напрямую к лорду. – Вы разве не заметили?

– Сын? – голос Трейнора стал твердым, как закаленная сталь.

– Вы же понимаете, что я делаю это не специально! – Каллум вскинул голову.

– А с Селестией ты тоже «не специально» обошелся? – взорвалась Слоун.

– Селестия – идиотка! – Каллум коротко рассмеялся, но смех вышел нервным и надтреснутым. – Представляешь, отец? Она пыталась напасть на Рианнон. Это недопустимо. Дуру нужно было поставить на место.

Трейнор тяжело вздохнул и принялся растирать виски, словно пытаясь унять подступающую мигрень.

– Как мне всё это надоело… – произнес он почти шепотом. – До вашего рождения в замке была спокойная, скучная жизнь. И, видит бездна, мне это нравилось.

– Ты хотел сказать: «до рождения Риан»? – Каллум перешел на шутливый тон, но глаза оставались холодными. – Если так, я с тобой полностью согласен.

– Заткнись! – Трейнор с такой силой хлопнул ладонью по столу, что Слоун вздрогнула. – Мне осточертели эти перепалки! От тебя становится всё меньше пользы, Каллум. Если не научишься владеть собой, ты однажды убьешь собственную сестру!

– Она мне не сестра! Она – дочь врага! – выкрикнул Каллум. Его лицо исказилось от ярости, становясь почти неузнаваемым.

Слоун замерла в шоке. Для неё Рианнон всегда была его сестрой, пусть и двоюродной.

– Как ты смеешь?! – взревела она. Её зрачки вспыхнули алым, выдавая вампирскую природу.

Каллум уставился на неё с мимолетным недоумением, но тут же нахмурился и стушевался. Гнев в его глазах начал медленно сменяться глухим отчаянием.

– Нужно всё ей рассказать, – виновато произнес Каллум. – Я больше так не могу. Отец, ты прав: пока я силой сдерживаю эту сущность внутри, она будет искать любой повод, чтобы убить её.

– Пока рано, – отрезал Трейнор, снова откидываясь на спинку кресла. – Мы не знаем, как Рианнон отреагирует на правду. Ты, сын, обязан найти способ контролировать свою ярость. И вместо того чтобы изводить сестру, помоги ей доказать невиновность друга.

Лорд посмотрел на своего командира с холодной решимостью.

– А ты, Слоун, проконтролируй этих двоих.

– Да, мой лорд, – Слоун склонила голову в низком поклоне, как того требовал устав Рыцарей Ночи.

Следующие пятнадцать минут прошли в обсуждении стратегии. Трейнор приказал немедленно забрать Рианнон и отправиться к семье убитой девушки. Его не волновал поздний час – на счету была каждая минута, а жизнь Бронна висела на волоске. Слоун понимала: впереди бессонная ночь. Ей предстояло не только найти след убийцы, но и сдерживать Каллума. Как всегда, роль «няньки» для этих двоих снова досталась ей.