Исцеляя осколки

Мы закончили ужин уже поздно. Бутылка вина почти опустела, еда исчезла с тарелок, на кухне стало тихо и лениво. Всё важное уже сказано, а остальное можно отложить на завтра.

Кейт убрала коробки в пакет и потянулась.

— Ну что, — сказала она, — сегодня был хороший вечер.

— Да, — ответила я. — Правда хороший.

Я откинулась на спинку стула и вдруг вспомнила, как мы познакомились. Первая пара по маркетингу. Кейт пришла с полным отсутствием намерений молчать. Села рядом со мной, потому что место было свободным, и через двадцать минут я знала про неё всё: откуда она, сколько у неё было парней, почему она на самом деле выбрала этот факультет, и что преподаватель сегодня говорит не то, что написано в учебнике. После окончания университета, Кейт взяли на работу в лучшую компанию «PRworks» — солидном агентстве в центре города, где она теперь отвечает за кризисные коммуникации и работу с клиентами из сферы технологий и ритейла.

— Помнишь нашу первую встречу? — спросила я.

Кейт усмехнулась.

— Ты тогда молчала и рисовала каракули на полях. Я подумала: «С этой точно нужно подружиться, иначе она так и просидит всю жизнь в углу».

— А я подумала, что ты ненормальная.

— И оказалась права, — Кейт засмеялась.

Я улыбнулась. Мы делим эту двухкомнатную квартиру на окраине Гаррисберга уже три года. Она находится на третьем этаже старого дома без лифта, и с вечно скрипучими половицами. Три года назад я сняла эту квартиру, потому что она была дешёвой, а Кейт просто некуда было идти. Она тогда ушла от очередного парня, который оказался козлом, и временно ночевала у меня. «Временно» затянулось на месяц, потом на два, а потом она просто не стала съезжать. И из сумасшедшей соседки по парте она стала лучшей подругой.

— Ладно, — Кейт встала, — сейчас расплачусь от умиления, пойду лучше посуду помою.

Я рассмеялась.

— Иногда жизнь не так уж и ужасна.

— Это ты сейчас к чему? — спросила я.

— К тому, что тебе нужно иногда напоминать, что мир не только из проблем состоит.

Я не ответила. Потому что она была права.

Когда Кейт ушла в свою комнату, квартира сразу стала тише. На кухне ещё стоял запах еды и вина, на столе блестели капли воды, а из окна тянуло прохладой. Я выключила музыку, поставила в раковину свой бокал и на секунду задержалась у стола, не зная, хочу ли ещё что-нибудь сделать или уже просто лечь и позволить вечеру закончиться.

Я медленно прошла в спальню, закрыла за собой дверь и села на край кровати. Тело уже начинало сдавать после длинного дня. Плечи тянуло вниз, глаза немного щипало от усталости, а в голове всё ещё плавали остатки вина и чужих голосов, перемешанные с музыкой. Я сняла кольца, положила их на тумбочку и какое-то время просто смотрела на собственные руки, будто они могли подсказать мне что-то важное. Я откинулась на подушку и уставилась в потолок, пытаясь на доли секунды заглушить свои мысли, которые так лезли наружу. Телефон на тумбочке тихо загорелся, я на секунду замерла. Сердце зачем-то дрогнуло, хотя я почти сразу поняла, что это не Джеймс, а просто уведомление. Я даже не потянулась посмотреть. Вместо этого закрыла глаза и позволила темноте комнаты накрыть меня окончательно. За стеной тихо заскрипела дверь. Кейт, наверное, уже укладывалась спать. Потом всё снова стихло. В квартире больше не было ни смеха, ни голоса. Осталась только ночь и дыхание города за окном.

***

Утро среды пахло дешевым офисным пластиком и моим собственным похмельем. Солнечный свет, пробивавшийся сквозь жалюзи, казался неоправданно агрессивным — он вонзался в глаза, как пара раскаленных спиц. В голове гудел невидимый рой рассерженных ос, а во рту словно переночевал отряд грызунов.

Я сидела за столом, спрятав лицо в ладонях, и пыталась вспомнить, в какой момент вчерашнее шампанское превратилось в яд.

— Если ты сейчас упадешь в обморок, постарайся не задеть монитор. Он стоит дороже, чем все твои надежды на светлое будущее, — раздался над ухом голос Эми.

Я приоткрыла один глаз. Эми стояла рядом, выглядя подозрительно свежей для женщины тридцати шести лет, которая вчера ушла с корпоратива последней. Она поставила передо мной большой стакан ледяной воды и таблетку аспирина.

— Пей, жемчужина, — она рассмеялась.

— Не называй меня так, — прохрипела я, жадно глотая воду. — Если он назовёт меня так ещё раз, я клянусь — меня стошнит прямо на его итальянские туфли. И это будет лучшим моментом моего дня.

Эми уселась на край моего стола, бесцеремонно отодвинув стопку отчетов. Ее серые глаза светились недобрым любопытством.

— Слушай, Айв, ты хоть понимаешь, что наш «дорогой шеф» вчера едва стакан не раздавил, когда увидел тебя и того мужчину с «Дельты».

Я почувствовала, как щеки обдает жаром, который никак не был связан с похмельем.

— Мы просто разговаривали, Эми. Джеймс оказался довольно хорошим собеседником, вот и всё.

— Как жаль, что нормальные мужчины в этом здании не водятся, — Эми хмыкнула и поправила безупречную укладку. — А Марк... Марк считает тебя своей личной собственностью. Так что до четверга постарайся не попадаться ему под горячую руку.

— До четверга? — переспросила я.

— Да, до четверга. Он улетает в пятницу в Майами. Вроде какая-то важная встреча нарисовалась.

Не успела я ответить, как дверь генерального директора распахнулась. Марк вышел в общий зал, сияя, как начищенный медяк. На нем был новый темно-синий костюм и туфли из крокодиловой кожи, которые блестели так ярко, что мне захотелось зажмуриться. Он выглядел свежо, будто вчера пил не виски, а эликсир молодости.

Марк направился прямо к моему столу. Каждый его шаг отдавался в моей голове тяжелым молотом.

— Доброе утро, команда! — провозгласил он, останавливаясь рядом со мной. — Айвори, ты вчера была просто звездой. «Дельта» уже прислала подтверждение по контракту.

Он положил руку мне на плечо, и я почувствовала, как его пальцы слегка сжали кожу. От него пахло дорогим одеколоном и дикой уверенностью в себе.

— Ну что ты такая бледная, крошка? — он наклонился ближе, так что я почувствовала его тяжелое дыхание. — Ничего, сегодня поработаешь подольше, и хмель выветрится.

— Я в порядке, Марк, — ответила я, стараясь не дышать.

— Конечно, ты в порядке. Жду отчет к обеду, — Марк усмехнулся и, отвесив покровительственный кивок, удалился в свой кабинет.

Я закрыла глаза, пытаясь унять тошноту.

— По-моему, крокодилы на его ногах вздрогнули от твоего взгляда, — сказала Эми шепотом.

— Я их почти прикончила, — выдохнула я, наконец делая глоток кофе.

Весь остаток дня прошел в тумане. Работа, конечно, давалась мне туго, цифры расплывались, время тянулось, как жвачка, но я старалась механически заполнять таблицы, отвечать на звонки и перебирать бумаги, одну за одной.

Я уже собиралась уходить на обед, как телефон на столе завибрировал. Незнакомый номер. Короткое сообщение: «Завтра в семь. Д.»

Я улыбнулась. Впервые за весь этот бесконечный, тошнотворный день мне стало по-настоящему легко дышать.

***

Офис начал пустеть после шести. Я решила остаться, чтобы закончить правки над будущим проектом. Эми ушла, бросив на меня предостерегающий взгляд. Когда последние шаги коллег затихли, в помещении воцарилась та самая давящая тишина, которую я так ненавидела.

Закончив, я уже собирала сумку, когда дверь кабинета Марка скрипнула.

— Айвори, ты еще здесь? Зайди ко мне на минуту.

Его голос был вкрадчивым. У меня всегда шевелились волосы на затылке. Я медленно поднялась и пошла в его кабинет.

Марк сидел в своем кожаном кресле, пиджак был сброшен, галстук ослаблен. На столе стояла початая бутылка виски. Он выглядел... помятым.

— Садись, — он указал на стул напротив. — Ты вчера отлично поработала. Все были в восторге. Особенно этот... Брукс.

Он произнес имя Джеймса, будто выплюнул что-то горькое. Марк встал и медленно обошел стол, остановившись за моей спиной. Я кожей чувствовала его присутствие.

— Ты ведь понимаешь, Айвори, — его руки легли мне на плечи. Тяжелые, влажные ладони. — Что всё, что у тебя есть — эта работа, этот статус, — всё это благодаря мне.

Он наклонился ниже, его дыхание опалило мое ухо. Мои пальцы вцепились в ремешок сумки. Я боялась, что не сдержусь, и моя рука встретится с его уродливым, красным лицом.

— Брукс — временное явление. А я — твое будущее. Не заставляй меня разочаровываться в твоей лояльности.

Его рука скользнула с плеча вниз, намеренно задев грудь. Я резко вскочила, стряхнув его руку. Внутри всё дрожало от омерзения, но голос остался холодным.

— Марк, уже поздно. Отчет на вашем столе. Увидимся завтра.

Я не ждала его ответа и выбежала из кабинета, слыша за спиной его негромкий, издевательский смех. Выскочив на улицу, я вдохнула холодный воздух полной грудью, пытаясь смыть с себя ощущение его прикосновений.

Я вытащила телефон и посмотрела на дату.

Среда. Почти полночь.

«Пожалуйста, Джеймс, — подумала я, глядя на темную реку Саскуэханну. — Будь тем, кем я тебя себе придумала. Вытащи меня из этого дерьма».

***

Четверг за окном не задался с самого утра: небо затянуло плотными свинцовыми тучами, и к шести вечера на Гаррисберг обрушился затяжной, монотонный дождь. Сегодня был выходной, который я проводила сидя на диване в гостиной, поджав ноги и завернувшись в колючий шерстяной плед. Кейт была на работе. В последнее время она проводила там большую часть своего времени, поэтому мы редко пересекались. На экране телевизора герои очередного бесконечного сериала выясняли отношения в залитом солнцем Лос-Анджелесе, но их фальшивые проблемы пролетали мимо моего сознания. Я то и дело переводила взгляд на часы, чувствуя, как внутри тугим узлом затягивается волнение.

Когда стрелка перевалила за шесть, я подскочила, сбросив плед. Начался ритуал, знакомый каждой девушке перед первым свиданием: хаос, рожденный из неуверенности.