Демон Луны

– Ну, что там? – не выдержал Александр Македонский.

– Непонятно, – ответил Полковник после некоторой паузы. Он указал рукой куда-то вдаль. – Вон там есть люди. Но я не могу определить, друзья они или враги. Может, ты нам скажешь?

Полковник передал бинокль Александру Македонскому. Тот уверенно принял его, поднёс к глазам и даже покрутил колёсико для настройки резкости. Пару минут он осматривал стоящие впереди бараки.

– Я никого из них не знаю, – сообщил наконец Александр Македонский. – Это не Кучерявый, не Зоб, и вообще, они на местных не похожи. Одеты по-другому, и оружие у них другое.

– Как думаешь, кто это может быть? Бандиты? – спросил Полковник.

– Похоже, что бандиты. У них там даже мотоцикл стоит за углом, – кивнул Александр Македонский. Взглянув в сторону бараков, он добавил: – Судя по всему, блокпост Кучерявого захвачен.

Возникло некоторое напряжение. Кирилл и Птица взволнованно переглянулись, а Пистон присел и приготовил автомат. Адидас, прижавшийся к земле рядом с Александром Македонским, глухо и злобно зарычал.

– Тихо, тихо, дружок, – начал успокаивать пса Александр Македонский и мягко положил свою ладонь ему на голову.

– Что предлагаешь? – снова спросил Полковник. Его голос был ровным и спокойным.

Александр Македонский оценивающе посмотрел вдоль дороги, затем его взгляд вернулся к баракам. Подумав немного, он произнёс:

– Если пойдём по дороге, нас увидят. Справа – сплошной лес. Заходить туда что-то неохота. Зайдём-то быстро, да только вот выходить потом долго придётся. Есть вариант обойти бараки слева и дальше пробираться к Карьеру через болото. Оно начинается сразу за бараками. Просто его отсюда ещё не видно.

– А мы не заблудимся в этом болоте? – засомневался Полковник.

– Не заблудимся, – вмешался в разговор Птица. – Это сейчас здесь болото. До Катастрофы в этом месте было водохранилище. Там даже остров есть. Ну, то есть раньше был. Сейчас просто пригорок торчит посреди болота.

– И что там, на этом острове? – спросил Полковник.

– Там после Катастрофы люди поселились. Я как-то раз у них в гостях побывал. Живут дружной коммуной. Братья, сёстры, – вполголоса ответил Птица, стараясь не привлекать к себе внимание бандитов.

– Как у нас в храме, что ли? – усмехнулся Полковник. Он снова повернулся к Александру Македонскому и, принимая от него бинокль, озвучил своё решение: – Добро, через болото так через болото. Давай, веди!

Они вернулись по дороге немного назад и начали аккуратно обходить бараки слева по кромке леса. Бандитов отсюда из-за кустарников и редких деревьев видно не было. Это давало надежду на то, что бандиты их тоже не смогут обнаружить. Пришлось сделать довольно большой крюк, но в результате группа Полковника всё же выбралась к болоту.

На самом деле болото было больше похоже на изрядно заросший луг. К настоящему времени бывшее водохранилище уже почти полностью высохло, но кое-где ноги натыкались на воду, а почва под ногами колыхалась, словно под ней было что-то мягкое. На севере виднелась большая плоская гора из насыпного щебня. По всей видимости, она была сформирована из отвалов докатастрофных выработок. Собственно, сам Карьер находился где-то за этими отвалами. Сначала они шли в направлении на северо-запад. Затем пришлось повернуть почти на девяносто градусов и продвигаться по болоту на юго-восток. Вскоре впереди показался и островок.

– Стой! Кто идёт? А то ведь я стрелять буду! – послышалось откуда-то из-за кустов.

Все резко остановились. Пистон поднял свой автомат. Но Птица рукой показал ему, что, мол, всё в порядке, а затем негромко крикнул в ответ:

– Брат Наум, это ты? Я Птица со Свалки. Помнишь такого?

– Птица? – переспросил человек с островка. – Как же не помню! Помню. Отчего мне такого не помнить?

– Со мной мои друзья из Западного храма Луны, – добавил Птица, чтобы Брат Наум не беспокоился насчёт чужаков.

– Из храма Луны? – удивился Брат Наум. Кусты зашевелились, и, раздвигая ветки руками, к ним выбрался сутулый, косматый, хмурый мужчина. Его одежда была основательно изношенной, а резиновые сапоги заляпаны грязью. За спиной у него висел на ремне старый дробовик. – Как же! Как же! Наслышаны мы о вас! Слухи быстро расходятся. Так это вы, значит, Орду Папину распугали?

– Мы, – коротко подтвердил Птица. Он представил всех своих друзей и вежливо спросил: – Ну, а у вас как тут дела? Мы видели, что блокпост Кучерявого бандиты захватили.

– Они и к нам сюда пожаловали. Эдакие сякие! – энергично кивнул Брат Наум. Он принялся рассказывать: – Сначала оттуда Зоб прибежал, чтобы предупредить нас. Предупредил и немедля отправился дальше, к Майклу Джексону на западный блокпост. Ну, мы приготовились, залегли в засаде и стали ждать. Оружия-то у нас – один дробовик на всех, палки да вилы! Молодых сестёр с детьми упрятали поглубже, в погребах. Вдруг чего не так пойдёт? Кто знает-то? К утру слышим: идут! Трое или четверо. Кто их разберёт! Ну, мы пальнули. Потом они пальнули. Потом снова мы. Одного из них мы точно уложили. Остальные были ранены, но ушли по болоту обратно. У нас, к сожалению, тоже без потерь не обошлось. Погибли Отец Михаил, Брат Мирослав, Сестра Радмила и Сестра Эльвира. Похоронили мы их всех недалеко отсюда. Теперь вот не знаем, что нам дальше-то делать. А что, если они опять сюда вернутся? Да ещё и подмогу с собой приведут?

– Сочувствуем, уважаемый! – с грустью в голосе произнёс Александр Македонский.

– Брат Наум, сколько у вас тут людей обитает? – спросил Полковник.

– Теперь из мужчин остались только Отец Леонид, Я и Брат Остап. Они сейчас из-за кустов за нами наблюдают. Ещё пять сестёр: Милена, Каролина, Роксана, Софья и Изольда. Ну и дети, три девочки и два мальчика.

– Ясно, – сказал Полковник и пробежался взглядом по окрестностям. – Нам тут надо человека одного найти. Интернетом его кличут. Он где-то недалеко отсюда должен быть. Около западного блокпоста. Если всё получится, то мы к утру должны уже вернуться обратно. На это время вам в помощь выделим кого-нибудь из наших. А потом мы можем вас всех забрать в наш храм Луны. Если вы пожелаете, конечно.

– Это очень отличная новость! Уж не знаю, как мне отблагодарить вас, братья! – разволновался Брат Наум. – Ну, теперь нам точно нечего бояться. Говорят, у вас в храме любой голыми руками может с десяток бандитов завалить.

– Не-е, брешут, – засмеялся Полковник. – Полсотни, не меньше!

Видимо осознав, что опасности никакой нет, к ним из-за кустов буквально вывалились и другие смущённые, но радостные обитатели островка. Брат Наум представил братьев и сестёр из своей общины, а Полковник познакомил их со своей группой. После недолгих приветствий устроили небольшое совещание. Полковник вкратце рассказал, куда и зачем они идут, подчеркнув исключительную важность этого предприятия. Затем, обсудив возникшую проблему, пришли к общему решению, что будет достаточно, если помогать защищать общину останутся Пистон и Птица. Адидас тоже почему-то предпочёл пока отдохнуть на островке. Уговаривать его не стали. Пусть с детьми поиграет, да, может, его и угостят тут чем-нибудь вкусным. Брат Наум предложил отвести Полковника, Кирилла и Александра Македонского к нужному им месту на своей любимой лошади, которую он ласково называл Мариной. Полковник с нескрываемой радостью согласился на это предложение. Можно было сократить время, да и дорогу Брат Наум знал гораздо лучше.

Лошадь грязно-рыжеватой масти стояла уже впряжённой в телегу и была готова отправиться в любой момент. Выглядела она худой, но мускулистой. Едва завидев Брата Наума, она зафыркала, начала усиленно прядать ушами и нетерпеливо заударяла копытом о землю.

– Сейчас поедем, милая! – ласково сказал Брат Наум, грузно забираясь на телегу.

Полковник, Александр Македонский и Кирилл уселись позади него. Брат Наум обернулся, неловко улыбнулся и взялся покрепче за вожжи.

– Н-но, п-шла! Да поторопись, родимая!

Лошадка на удивление оказалась довольно прыткой. Она ловко затрусила по наезженной дороге, идущей прямо через болото. Почва была мягкой, словно резина, поэтому телегу совсем не трясло. Сначала они ехали на запад, но затем стали постепенно заворачивать всё больше к северу. Вскоре болото закончилось, и они поехали по пустырям, буйно заросшим бурьяном и молодыми деревьями. Кое-где из травы торчали остатки бывших строений. Наконец Брат Наум резко свернул влево и въехал на территорию старого завода. Целых зданий тут почти не осталось. Всё было усыпано расколовшимися бетонными блоками, проржавевшей арматурой, разбитым стеклом и даже остатками техники. Но, судя по всему, сохранились подземные помещения.

Брат Наум подъехал к чуть ли не единственному уцелевшему здесь зданию и остановился. Здание выглядело так, будто оно выдержало интенсивную бомбёжку. Стены были сильно разрушены, почти все стёкла выбиты, а крыша вообще отсутствовала. Рядом со зданием стояло некое сооружение, похожее на радиовышку, высотой около десяти метров. От вышки шло множество электрических проводов и кабелей. Одни провода шли куда-то вглубь здания, другие тянулись в сторону рядом стоящего небольшого деревянного барака.

Из этого барака вывалился молодой парень в грязном белом халате и в резиновых сапогах. На голове у него была надета кожаная шапочка, как у лётчика или танкиста. Он энергично всплеснул руками и вскрикнул:

– Коромысло с ведром! Александр Македонский, дружище! Неужели это ты? Я ведь думал, что вас всех на Свалке бандиты поубивали!

– Да не-е, Интернет, с чего бы! – тут же отозвался Александр Македонский, спрыгивая с телеги. – Погибли только Углерод и Косой. Остальные живы и здоровы. И Хорн тоже жив.

– Хорн? Он же в горы уходил? Он что, успел к тому времени вернуться?

– Нет, не успел, – ответил Александр Македонский. – Мы сами его в горах нашли, когда от Красных Мух убегали. Потом все вместе укрывались в храме Луны в горах. Сейчас вот решили тебя навестить. Птица шёл с нами, но остался на островке в коммуне Брата Наума помочь им защититься от бандитов. Остальные передают тебе привет.

– Здорово! – обрадовался Интернет. Он руками показал на вход в здание, как бы приглашая войти туда. – Милости прошу в наше скромное заведение! Я тут пока один остался. Чуваки мои по делам к Майклу Джексону отправились. Вернуться только завтра к обеду обещали.

– Интернет, можно полюбопытствовать? – вежливо обратился к нему Полковник. – Ваша установка связи ещё работает?

– Конечно, работает! С чего бы ей не работать? Мы тут с чуваками над ней день и ночь танцуем с бубнами и барабанами! А зачем она вам?

– Мы хотели связаться с нашими. Сообщить им, что с нами всё в порядке. Чтобы они не беспокоились.

– Не проблема! Сейчас всё устроим! – весело бросил Интернет.

Он повёл гостей по обшарпанному коридору, но затем свернул к лестнице, ведущей в подвал. Спустившись по ней, они оказались на цокольном этаже здания. Помещение было завалено всякой старой аппаратурой и инструментами. Покосившиеся железные стеллажи, приставленные к стенам, были доверху забиты разным барахлом и полуистлевшими коробками. В дальнем углу виднелся небольшой стол, рядом с которым стоял высокий металлический шкаф с переключателями и циферблатами. На столе располагалась аппаратура, явно предназначавшаяся для радиосвязи.

Интернет подошёл к столу и объявил:

– Вот наша установка!

– Отлично! Спасибо, Интернет! – сказал Полковник и указал рукой на стоящего рядом с ним Кирилла. – Это наш техник, Кирилл. Позволь ему помочь установить связь с нашей колонией. Он знает, как найти её в радиоэфире.

Интернет улыбнулся и кивнул Кириллу. Вместе они покопались в аппаратуре, настраивая частоту сигнала. Приборы были хоть и старые, но содержались в хорошем состоянии. В Пещерах радиосвязь поддерживалась постоянно, и поэтому была надежда, что их скоро услышат. Кирилл монотонно говорил в микрофон, вызывая Базу. Некоторое время никто не отвечал, но через пару минут связь была наконец установлена, и из динамиков донёсся далёкий голос дежурного.

– Утёс, Утёс, говорит Гнездо. Слышу вас хорошо!

Полковник подошёл к микрофону.

– Гнездо, это Утёс. Приветствую вас!

Послышалось какое-то шуршание и шипение. Затем в эфире зазвучал взволнованный голос Профессора, председателя Совета колонии.

– Как там у вас дела? Мы уже переживать начали. Что случилось со связью? Куда вы пропали?

– Виктор Андреевич, ты не поверишь. Даже не знаю, с чего начать, – немного растерянно выговорил Полковник.

– Что с моей дочерью? Она жива?

– Жива, жива! С ней всё хорошо. Она замуж вышла.

– Замуж?! За кого?

– Его зовут Хорн. Не переживай, это очень достойный человек. Знаешь, за это время с нами много чего произошло. Всего не пересказать. Та установка связи, которой мы пользовались в последний раз, нам больше недоступна. Там было нападение. Пришлось всё бросить и срочно бежать оттуда. К сожалению, выбрались мы не все. Я сейчас говорю с тобой из другого места.

– А где сейчас Мира? Почему она не с тобой? Очень хотел бы с ней поговорить.

– Поговоришь. Обязательно поговоришь. Просто мы сейчас так решили. Я остался искать способ восстановить связь с нашей колонией, а они с Хорном и другими людьми отправились в экспедицию на другую планету.

– Куда отправились? На другую планету?!

– Не спрашивай меня, как такое возможно. Я и сам этого не понимаю. Когда она вернётся, то сможешь сам у неё всё узнать. Мира лучше объяснит. Научными словами. Она это хорошо умеет.

– Я даже не представляю, о чём ты говоришь, Валерий Фёдорович. Ну да ладно! Так вы нашли безопасное место, подходящее для переселения нашей колонии?

– Да, Виктор Андреевич, нашли! Мы нашли такое место! Ты очень удивишься, когда его увидишь.

– Очень хорошо! А то наши поиски мало чего дали. Припасы уже заканчиваются. Но как нам теперь туда перебраться? Это ведь далеко?

– Это не просто далеко. Путь сюда трудный и опасный. Самолётом воспользоваться больше не получится. Наш пилот, Валет, погиб, а топливо мы израсходовали.

– Как же тогда нам быть?

– Уверен, что Мира найдёт способ переправить вас сюда.

Глава 6. Станция

Первый день путешествия подходил к концу. Солнце, которое днём имело яркий зеленоватый цвет, при приближении к горизонту начало заметно желтеть. Хорн, посовещавшись с Мирой и Андроником, отдал распоряжение остановиться и устроить лагерь для ночлега. Видно было, что дневной переход людей немного утомил, но настроение у всех всё равно осталось приподнятым.

Они двигались в направлении на северо-запад. Неизвестно, как это соответствовало настоящим сторонам света планеты, но, по крайней мере, так показывал компас. Справа, на самой кромке горизонта, виднелся горный хребет, тонущий в трепещущей дымке. Но это был не тот хребет, куда они направлялись. Те, другие горы, над которыми поднимались в небо загадочные конструкции, находились далеко впереди. Отсюда их едва можно было разглядеть.

В экспедицию отправились восемнадцать человек. Было решено, что все Настоятели храмов Луны, а также старшие братья и сёстры остаются у портала заниматься неотложными вопросами, связанными с новой религией, посвящённой Леди Бете, благодатной Хозяйке их новой реальности. Четверо верных учеников Хорна – Мануил, Аврелий, Хоропей и Курций – всегда следовали за ним, чтобы набираться мудрости, записывать его слова и фиксировать его поступки. Вместе с Андроником они составили Круг Иеронимов, наиболее приближённых к Великому Учителю людей, призванных сохранять и распространять его Учение. С самого начала предполагалось, что Иеронимов должно быть шестеро, но один из учеников по имени Диодор погиб во время битвы с Ордой Папы Римского. Теперь вакансия шестого Иеронима оставалась свободной, и Хорн не спешил с выбором претендента на это место.

Мира пригласила в экспедицию Данилу, одного из двух технических специалистов колонии в Пещерах. От храмов было выделено ещё десять братьев и сестёр. В их числе оказалась и сестра Изабелла, которая когда-то помогла Хорну попасть в Западный храм Луны.

Днём двигались вытянутой вереницей. Впереди шагали Хорн, Мира и Андроник, который за свою стойкость в схватке с самим Папой Римским получил прозвище Железный Столб. За ними неотступно следовали ученики Хорна, а дальше – Данила и все остальные братья и сёстры из храмов. Во время переходов братья и сёстры дружно распевали мелодичные песни, прославляющие Леди Бету, а на привалах принимались танцевать и водить хороводы. Хорн не переставал удивляться: когда они успели столько всего насочинять?

Погода была отличная. Ласковое зеленоватое солнце щедро заливало своим светом безоблачное бирюзовое небо. По пути попадались многочисленные деревья, на которых росли всевозможные съедобные плоды. Кроме обычных деревьев, встречались и другие удивительные растения. Они походили на росшие прямо от поверхности земли огромные нераспустившиеся бутоны цветков или головки луковиц. Хорн и Мира назвали их тюльпанами. Чаще всего попадались серебристые тюльпаны высотой до десяти метров. Бутоны этих цветков были почти прозрачными, как стекло, но сам материал на ощупь казался гибким и податливым. Несколько таких растений росло и около портала. Однако особого интереса поселенцы к ним не проявляли, поскольку уже в первые дни выяснилось, что их лепестки являются совершенно несъедобными. Реже встречались прекрасные тюльпаны жёлтого и оранжевого цвета, намного более высокие и крупные. Один раз удалось увидеть вдалеке колоссальных размеров красный тюльпан, высота которого была под добрую сотню метров, если не больше.

Под ногами ползали всевозможные насекомые, а в кронах деревьев копошились весёлые птички. Иногда мелькали крохотные зверюшки. Они двигались настолько быстро, что разглядеть их толком не успевали. Трава была мягкая и приятная на ощупь, но при этом плотная, как ковёр. По такой траве можно ходить хоть босиком.

Место для ночлега выбрали около огромного раскидистого дерева, ветки которого были сплошь усыпаны спелыми фруктами. Рядом с этим деревом произрастал серебристый тюльпан, а немного подальше росли также и другие плодовые деревья поменьше. Поэтому приготовить вкусный и сытный ужин никаких проблем не составило. Перед тем, как ложиться спать, Хорн, Мира, Андроник и присоединившийся к ним Данила, удобно рассевшись под большим деревом, решили обсудить результаты первого дня экспедиции.

– Сегодня мы прошли километров пятнадцать всего, – сообщила Мира. – Для первого дня это простительно. Не все ещё как следует втянулись в режим переходов.

– Мы оценивали, что от портала до сооружений около ста километров, – напомнил Андроник.

– Это получается, что нам ещё пять дней дотуда нужно шлёпать, – быстро прикинул в уме Данила.

– Долго! – посетовал Хорн. – А мы ведь ещё собирались к устью реки выйти. До него вообще неизвестно сколько километров. Наша экспедиция растянется на целый месяц, если не на месяцы!

– Эх, вот бы как-нибудь ускориться! – вздохнул Андроник и почему-то с надеждой уставился на Миру.

– Что ты на меня так смотришь? – удивлённо спросила Мира.

– В самом деле, Мира, – улыбнулся Хорн. – Ты же нам всем недавно говорила, что мы являемся цивилизацией с развитыми технологиями. Что же мы в таком случае слоняемся тут по равнине, как древние люди в поисках пропитания?

– Говорила, – согласилась Мира.

– Ну и где же тут скоростные трассы? Поезда? Самолёты?

Мира сначала раскрыла рот от изумления, затем резко вскочила, оглянулась по сторонам и широко улыбнулась.

– Точно! – воскликнула она. – Я как-то совершенно об этом не подумала. Это же было очевидно! А ты молодец!

– О чём ты не подумала? – не понял Хорн.

– Мы должны вызвать летательный аппарат или попасть на скоростную трассу!

– Летательный аппарат?! – изумился Андроник. – Как?

– Да, да, – сбивчиво проговорила Мира, явно что-то вспоминая. – Я когда-то даже видела такое во сне, когда теряла сознание в Лаборатории, где мы изучали свойства артефакта. Помню, как я летела прямо по воздуху к Белому Городу у берега моря. К нашей будущей столице. Всеми движениями я управляла с помощью мысли. Будто бы воздух сам собой сгущался вокруг меня, подхватывал и нёс в нужном направлении. Тогда это выглядело совершенно естественно. Словно я всю жизнь этим занимаюсь.

– Ну, это был всего лишь сон, – неуверенно произнёс Хорн. – Во сне многие летают.

– Нет, это был не простой сон. Я видела именно эту реальность. Во сне было всё так же, как и здесь, – девушка обвела рукой вокруг. – До мельчайших подробностей. Тогда я не могла себе такое придумать.

– Ты хочешь сказать, что мы можем не ходить пешком, а перелететь прямо по воздуху? – не поверил Данила.

– Возможно, тут пока не все системы полностью настроены, – пожала плечами Мира. – Планета развивается. Может, со временем и такие способы передвижения окажутся для нас доступными. Но кое-что должно функционировать уже сейчас.

– Прекрасно! – сказал Хорн. – Но как же этими способами воспользоваться?

– Может, нужно обратиться к нашей планете с просьбой? – предположил Данила.

– Кстати, мы ей даже название ещё не придумали, – вставил Андроник.

– Мы даже ещё точно не знаем, планета ли это. Вот когда выясним, тогда и название придумаем, – отмахнулась Мира.

– Что мы тянем-то! Давайте попробуем! – с нетерпением проговорил Данила. – Сначала обратимся к планете. Если ничего не получится, то попросим Леди Бету!

– Позвольте мне попробовать! – сказал Андроник. Он встал, гордо выпрямил осанку и с торжественной интонацией произнёс: – Уважаемая планета! Пожалуйста, мне необходимо быстро переместиться на пятьсот метров отсюда к северо-востоку!

Хорн и Данила поначалу весело рассмеялись, но тут же умолкли. Потому что буквально вслед за этим серебристый тюльпан, росший в нескольких метрах от них, неожиданно встрепенулся, зазвенел, а затем начал плавно распускаться. Лепестки бутона разлеглись на траве и заиграли приятным светом. В центре распустившегося цветка открылась круглая площадка около метра диаметром.

Андроник глубоко вздохнул, стараясь взять себя в руки, и смело шагнул на край ближайшего к нему лепестка. Как только он его коснулся, лепесток сделался более ярким, и по нему побежали волны света, как бы приглашающие идти к центру бутона, на круглую площадку. Андроник осторожно перебежал к площадке, остановился и повернулся к своим товарищам. Лепестки медленно и совершенно бесшумно поднялись, и бутон плотно закрылся. Андроник оказался словно в стеклянной светящейся капсуле. Цветок сомкнулся ещё сильнее и начал втягивать юношу куда-то под землю. Через секунду Андроника внутри цветка уже не было. Капсула опустела, и свет, исходящий из цветка, медленно начал угасать. Прошло ещё несколько секунд – и серебристый тюльпан вернулся к своему исходному состоянию.

Пока Хорн, Мира и Данила с удивлением разглядывали таинственный цветок, откуда-то издалека послышался радостный вопль Андроника. Взглянув в ту сторону, они с удивлением обнаружили, что Андроник находится в полукилометре от этого места и усиленно машет им рукой. При этом он стоял в центре такого же раскрывшегося светящегося серебристого бутона, какой произрастал и рядом с ними.

– Во дела! – воскликнул Данила и даже присвистнул. – Вот вам и система транспортировки! Оказывается, она всё время была у нас под боком! А мы даже и не догадывались об этом!

Через минуту Андроник тем же способом вернулся обратно. Переполненный впечатлениями, он начал сбивчиво рассказывать о своём опыте первого путешествия.

– Там такая красота! Это видеть надо! Тут под землёй то ли тоннель какой-то проходит, то ли путепровод. Хотя больше похоже на кровеносный сосуд. В нём всё светится, переливается цветными огоньками. Всё куда-то несётся с бешеной скоростью. Я только успел нырнуть туда – и меня сразу же выбросило наверх.

– Замечательно! Молодец, Андроник! – похвалила его Мира.

– Может, нам тоже стоит попробовать? – предложил Хорн.

– Конечно! Давайте попробуем! – тут же согласилась Мира и весело рассмеялась.

В этот момент серебристый тюльпан, произраставший рядом с ними, вновь всколыхнулся, издал мелодичный звон и начал плавно распускать свои светящиеся лепестки.

– Смотрите! Что это? – вскрикнул Данила. – Но его же, кажется, сейчас никто не вызывал?

– Это я его вызвала! – заявила Мира, продолжая смеяться.

– Как так? – удивился Андроник.

– Похоже, цветок можно вызвать не только словами, но и мыслями, – предположил Хорн.

– Не может этого быть! – не поверил Данила.

– Может! – сказала Мира. – Система отвечает на мысленные команды! Леди Бета изменила наши организмы, и теперь мы, по-видимому, связаны с этой планетой на ментальном уровне.

– Она что же, слышит наши мысли? – спросил Андроник.

– Не думаю. Она слышит мысли не более, чем твоя рука, когда ты двигаешь ею. Скорее, планета ощущает наши желания, если они оформлены в чёткий мысленный посыл. Это должно быть несложно. И нам предстоит ещё этому научиться, – ответила Мира.