Последыш

Последыш

Пролог

Костер горел слишком ровно. Без искр, без языков пламени. Пламя скорее синее, чем красное. Рядом сосна. С мощными, выпирающими из земли корнями и массивными, искривленными ветвями. «Не успел», – подумал я, переведя взгляд на подвешенную девушку. Странно, но ее вид не вызвал у меня ни жалости, ни разочарования. Единственное, это к имеющимся злости и целеустремленности заново присоединилась в разы усилившаяся настороженность. Я стоял в полной темноте, не приближаясь к границе света и не решался ее покинуть. Оставаться в этой липкой, обволакивающей тьме было страшно, но выйти на свет – вообще не по себе.

Стараясь не шевелиться, и не отводя взгляда от висящей боком обнаженной девушки, я напряженно пытался понять, что меня смущает. «Не ходи», – шепнула тьма. Кожа по всему телу покрылась мурашками. Опять, блин, началось. Я так до сих пор и не определился. То ли сказалось напряжение и у меня произошел конкретный сбой в голове. То ли… А вот других внятных объяснений я так и не придумал.

На всякий случай я снова включил подствольный фонарик и, развернувшись спиной к поляне, поводил лучом света. Никого. Постоял минуту. Еще минуту. Вернулся в исходное положение и, выключив фонарик, сделал несколько осторожных шагов. Замер. Взгляд обшаривает поляну с нового ракурса. Ничего нового. Еще несколько шагов. На отходящем от ствола корне – одежда. Сокращаю расстояние, и оказываюсь прямо напротив Риты. Тени немного сместились, и я почувствовал, как волосы на загривке встали дыбом. Я наконец-то понял, что было во всем этом не так. Тело Риты висело на ее собственных волосах. «Как такое возможно», – подумал я, уже сомневаясь в том, что она мертва. Блин, волосы какие длинные, вроде не замечал этого раньше. И черные, хотя всегда помнил ее русой. Я, больше не таясь, влекомый любопытством, подошел к ней вплотную.

Костер неожиданно потух. Разом, как будто закончился заряд. Я включил фонарик и, подсвечивая казавшееся обескровленным лицо, тихонько позвал: «Рита». «Ри-ита-а-а», – провизжало сзади. И следом – хохот. Меня как будто током пронзило. Я, подпрыгнул, развернулся и, оскалившись, начал класть заряды картечи в то место, откуда, как мне показалось, раздался этот визг-хохот. Отстреляв пять патронов и не переставая скалиться, замер. Кроме звона в ушах – ничего. Оглянулся на висящее тело. Тут без изменений. Уже отворачиваясь, заметил движение. Крутанул ногами «циркуль» и, вытаращив глаза, уставился на то, как на ветке начали расплетаться волосы. Похолодев и боясь пошевелиться, досмотрел, как ноги Риты, примяв траву, оказались на земле, а сама она откинула голову назад и застыла без движения.

Сзади послышались шаркающие звуки. Я с трудом сдерживая инстинктивное желание пальнуть в Риту, семенящими шажками – медленно, практически на месте – начал разворачиваться. Все естество требовало бежать. Бежать не разбирая дороги и вопить, избавляясь от скопившегося за последние часы невыносимого напряжения. Но я был скован нереалистичным, не поддающимся анализу рассудка, но проживаемым всеми органами чувств разворачивающимся вокруг сюжетом. Луч фонаря высветил вышедшую из кустов на поляну очередную напасть. Напасть выглядела как интеллигентного вида мужчина, щурящийся от яркого, направленного на него света. Интеллигентный вид ему придавали аккуратная профессорская бородка и усы. А вот о том, что он из разряда напастей, свидетельствовало то, что этот «интеллигент» был одет в одни лишь трусы и к тому же волочил кого-то за ногу. И этот кто-то, по всей видимости, был мертв. На секунду переместил луч света. Вернул обратно. «Не убежал», – тряхнув бородкой, констатировал «профессор» и, выпустив ногу, прикрыл глаза ладошкой. «Не убежал». Я покрепче прижал приклад плечом и, мысленно посочувствовал теперь уже бывшему проводнику. «Ты свет-то убери», – недовольно потребовал интеллигент. «Хорошо», – коротко кивнув, согласился я и выстрелил ему в лицо.

Глава 1

Подъехав к столярке, я увидел, что оба Андрюхи уже стоят возле ворот.

— Здорово, парни. — Взглянул на часы. — Чего так рано?

— Привет, Глеб. Да вот тебя ждём, хотели поговорить.

— Понял, сейчас машину загоню сначала.

Я собрался посигналить, но Валентин, наш сторож, уже увидел, что я подъехал, и начал открывать ворота. Я заехал во внутренний двор, выбрался из машины.

— Валентин, здравствуйте.

— Доброе утро, Глеб. Всё без происшествий. Чайник вскипел. Хлопцы тебя уже с восьми часов поджидают, — коротко отчитался он.

— Понял вас. Спасибо. Пойду узнаю, чего у них стряслось.

— Пойди, пойди, Глеб. Ну а я до дому, — слегка махнул сумкой Валентин. — Сегодня ещё моя смена, а завтра охламон выйдет. Так что до вечера, Глеб. Сторож, прощаясь, протянул руку и неторопливо пошёл домой. А я направился к парням.

— Ну чего? О чём хотели поговорить?

Оба Андрея выглядели смущённо. Вообще ребята они были хорошие. И по человеческим качествам, и как специалисты. С детства — друзья. Росли в одном дворе. После армии вместе работали у армян в мебельном цехе. Когда мы дали объявление на вакансию распиловщика, пришли тоже вместе. Серьёзные, воспитанные, аккуратные. Поговорили с ними и, посовещавшись с Игорем, взяли обоих. Не пожалели. Андрей Савичев, «блондин», прозвали его, занялся изготовлением дверей, а Андрей Фомин — Фома, соответственно, занял место распиловщика. Они даже одевались похоже. Сейчас оба были в джинсах, сланцах и белых футболках.

— Глеб, мы насчёт Риты, — начал Савичев.

— Какой Риты? — не понял я.

— Риты, Игоря сестры, — пояснил Фома.

— А чего с ней?

Фома замялся.

— Глеб… Мы неделю назад с девчонками возле пиццерии стояли. Заказ ждали. Ну и видим: «Эскалейд» подрулил, белый. А из него Рита и парень вышли. Ну и в здание рядышком, которое офисное, зашли.

Сказав это, Фома замолчал. Я же, испытав укол ревности, отреагировал грубее, чем того требовала ситуация.

— И че? Чего здесь странного?

Фома моргнул и продолжил:

— Так после этого мы ещё пару раз видели, как она приезжала.

— Ну и что?

Разговор начинал тяготить. Рита была мне симпатична, и тема её встреч с кем-то неприятно задела.

— Глеб, так она каждый раз с разными типами приезжала. А машина та же самая. Как-то мы не смогли это объяснить. Вот и решили тебе рассказать.

И оба выжидающе уставились. Хотел отмахнуться, но следом задумался: действительно, в голову не шло ни одного нормального объяснения. Н-да.

— Ладно, ребята, принял. Спасибо за информацию.

— Ещё одно, Глеб. — Савичев оглянулся на входивших в ворота остальных членов бригады. — Те ребята сурово так выглядят. Так что, если что, можете с Игорем на нас рассчитывать. — Фома на эти слова друга согласно кивнул.

— Понял, парни. Ещё раз спасибо.

Подошли ребята, мы все поручкались, и я пошёл в кабинет. Там заварил кофе, уселся на диванчик, открыл новости. Вот же блин! Придётся прояснить ситуацию. И в первую очередь для себя. Картинка «Эскалейда» с Ритой засела в голове, как живая. Ладно, через два дня Игорь вернётся, и поговорим. Всё, пойду работать. Но выйти из кабинета не успел. Открылась дверь, и вошла Оля. Наш административный аппарат. Причём в одном лице.

— Привет, Глеб.

— Ага, привет.

Я двинулся на выход.

— А ты что, кофе уже попил? А я конфет принесла, — она призывно улыбнулась.

— Хорошая девочка, — ответил я, не останавливаясь, и показал большой палец.

Оля целый день могла провести на сладостях и чае. И занималась тем, что отвлекала других. Я на это смотрел сквозь пальцы. Работу она выполняла и перевыполняла. А то, что развлекалась, доставая всех мужиков в поле зрения, — так лишь бы не меня.

Вышел из цеха и увидел, что Жека, оседлав КУН, разгружал привезённый вчера лес. Вообще-то я именно этим и собирался заняться. Тут же во дворе сортировали пиломатериал остальные ребята. Не понял, им чего, заняться нечем?

А если Рита реально во что-то впуталась? А я Игоря ждать собрался. А её, к примеру, срочно спасать требуется. Или над ней прямо сейчас кто-нибудь измывается. Либо она, не понимая ничего…

— Гле-е-еб! — Оля с чаем и сигаретой стояла сбоку. Капец, когда успела?

— Чего тебе?

— Ты что, не слушал меня? А? — она помахала сигаретой прямо перед моим лицом.

Никакой субординации.

— Да, задумался, — как всегда, спустил ей вызывающее поведение. — А чего ребята не в цехе работают?

Оля поперхнулась дымом и закашлялась. Причём неслабо так. Аж покраснела вся.

— Бросай курить, — посоветовал я ей. Развернувшись, с опаской придержал ее за руку и забрал чашку с чаем.

— Фу-ух, — наконец справившись, выдохнула она. — Чуть не задохнулась! Из-за тебя всё!

— Я-то здесь при чём?

— При том! — возмущённо уставилась она на меня. — Я же тебе только что всё объяснила. С одиннадцати часов электроэнергии не будет, вот ребята во дворе и решили прибраться. Ты где летаешь?

— Хм, и надолго?

— До трёх.

— Понятно, — вернул ей чашку с чаем. — За старшего остаёшься.

— А ты чего? Наработался уже?

— Да съездить кое-куда надо, — не стал я вдаваться в подробности.

Усевшись за руль, достал телефон и задумался. С одной стороны, импульс позвонить Игорю появился сразу после разговора с парнями, но, с другой стороны, делать этого не хотелось. Потому как, если быть искренним, я уже давно и с интересом поглядывал на Риту. Но этим и ограничивался, не решаясь на конкретные шаги. Она реально клёвая. Но совершенно непредсказуема. И, опасаясь её реакции на флирт, я до сих пор вёл себя нерешительно. А тут такой шанс появился… Ну а если ситуация надумана и ничего ей не грозит, то хотя бы ухажёров её шугану. Так и быть.

Я положил телефон на панель и завёл машину. Сдавая назад, посигналил Жеке, чтобы не растоптал трактором, и, развернувшись, выехал со двора. Уже выворачивая с промзоны, сообразил: ребята ведь вечером видели Риту. А сейчас утро. И только сейчас вспомнил, как охарактеризовал тех типов блондин. Суровые. Хм. Как бы меня самого там не шуганули. Ладно, доеду пока до офисов, а там видно будет.

Андрюхи и мама Игоря жили в одном микрорайоне, так что я знал, о каком месте они рассказывали. И сам там иной раз проводил время. Я перестроился в крайний ряд и на светофоре повернул налево. Двадцать минут по городским улицам — и я подъехал к пиццерии на аллее. Вечером, когда спадало дневное пекло, здесь всегда было полно народу. Причём всех возрастов. Но не сейчас. Аллея по длине была примерно метров двести. Уютная, зелёная, везде скамейки. Но сейчас, подъезжая, я видел занятыми лишь несколько, и то исключительно в тени тополей. Автомобилям тут проезд был запрещён, поэтому я припарковался, как положено, в начале. И всего в паре домов от того самого трёхэтажного офисного здания, куда, по словам Фомы, заходила Рита. Выглядывая на парковке белый «Эскалейд», я ощутил, как во мне просыпается азарт. Я понял, что мне начинает приносить удовольствие вся эта история. Было реально интересно последить, разузнать и спланировать действия.

Так, «Эскалейда» не вижу. Пойду прогуляюсь до здания, посмотрю, что там за офисы вообще. Вылез из машины. Солнце прямо пекло. Подумав, дотянулся и включил кондиционер на полную.

Подходя к крыльцу, прочитал название на вывеске: «Аллея». Ну естественно. Зашёл в здание. Ух, хорошо. Прохладно. Но, похоже, мне не сюда. Вокруг стояли самокаты и велосипеды. Прошёл чуть вперёд, и взгляду открылось пространство, заставленное различными туристическими принадлежностями. Причём впечатление новых они не производили. Подошёл парень. Лысый, крепкий. В чёрных штанах со множеством карманов и в футболке защитного цвета.

— Здравствуйте. В поход или на рыбалку?

— А-а, прокат, что ли? — дошло до меня.

— Ну да, а вы что-то другое искали?

— Да, другое, мне офисы нужны.

— Понятно, — кивнул парень. — Выйдите на улицу, и с правой стороны, с торца, вход на этажи выше.

— Спасибо, — поблагодарил его. — Но раз зашёл, поброжу, посмотрю, чего у вас тут. Вдруг пригодится.

— Пройдитесь, конечно, — махнул он рукой.

Ну я и прошёлся. Чего только тут не было. Палатки, таганки, раскладные стулья, спальники. Это то, что было практически на входе. Прошёл дальше. Снасти, ледобуры. Ого, слева в конце зала стояло несколько снегоходов, а вдоль стены — накачанные резиновые лодки. Перед ними на специальных подставках — подвесные моторы. Интересно. Оглянулся — парень так и торчал у входа. Ладно, буду иметь в виду.

Сетуя на пекущее солнце, дошёл до пристроенного и застеклённого лестничного марша. А войдя внутрь и ступив на лестницу, понял, что зря переживал из-за жары на улице. Сейчас я даже под джинсами почувствовал влагу. С лица так и вовсе потекло. Преодолевая духоту, поднялся на этаж. Подергал запертую дверь и разочарованно уставился на ряд кнопок с прилагающимся списком организаций.

Всего восемь. Все чего-то продающие. Ладно, поднимусь на третий.

«Фитнес-клуб Голден Джим», — остановился я перед вывеской. Картинка сложилась мгновенно. Рита, посещающая тренажёрный зал, и подвозящие её на служебном авто работники. Ну Андрюхи, блин. Представив, как я, подкараулив всю компанию, начал бы наезжать, даже покраснел. И так стоял, обливаясь потом, а тут ещё и изнутри в жар бросило. Плюнув на приличия, снял футболку и обтёрся. Посмотрел, во что она превратилась, и решил, что до машины и так дойду.

Ну и, как назло, при спуске на второй этаж открылась дверь, и оттуда вышла парочка. И вот надо же: первой женщина. Ох ты! Я даже сбился с шага. А когда она, притормозив, повернулась и посмотрела на меня, так и вовсе остановился. В долю секунды во мне возникло состояние безоговорочного признания. Признания её красоты и недосягаемости. Она пробежалась по мне быстрым взглядом, чуть двинула уголками губ и, выдохнув: «До вечера, Владимир», — вспорхнула с места. Белое платье мелькнуло на нижнем пролёте, и я, наконец-то начав дышать, вернулся в реальность. Реальность скалилась улыбкой и выглядела недобро.

— Чего, пацан, поплыл? — обратился ко мне неприятный спутник самой прекрасной женщины на свете. Обращение «пацан» только усилило неприятное впечатление, и я, не ответив, двинулся прямо на него. Парень, мгновенье поколебавшись, отступил и, открыв дверь, вернулся обратно на этаж. «Какой отвратительный тип, — подумал я. — Наверняка работает тут в какой-нибудь шарашке. А она — их привилегированный клиент. Вон он и провожал её. Только что не кланялся».

С этими уничижающими рассуждениями шагнул на улицу.

Глава 2

Я поехал домой. Вспотел, запутался. Хотелось в душ, переодеться и спокойно переварить все что произошло за утро. В такой последовательности и начал. Доехал, отлип от кожаной спинки — и всё так же полуобнажённый, с футболкой в руке — пошёл через двор к подъезду. Бегающие по двору детишки внимания на меня не обратили. А вот караулившие их мамы и бабушки проводили заинтересованными взглядами. Ну и пусть. Искренне буду надеяться, что причины интереса у них были разные.

После душа лёг на кровать. Собрался поразмыслить, но почувствовал, что меня начало клонить в сон. Посмотрел время и не стал противиться. Убавил кондиционер, поставил авиарежим, залез под одеяло и отдался этой неожиданной, но притягательной сонливости.

Просыпался сладко. Неторопливо. То выплывал из дрёмы то вновь проваливался. Потом долго потягивался всем телом. В такие моменты я чувствовал глубокое удовлетворение. Ведь я имею возможность поступать так, как мне хочется. Например, прямо сейчас не думать о работе, а, забив на все дела, наслаждаться потягушками.

Окончательно проснуться заставило чувство голода. Я выбрался из постели и, надев трусы, прошёл на кухню. Растворимый кофе, сосиски, батон, помощь микроволновки — и я, наевшись, сижу в кресле. Включил телефон, начинаю размышлять.

Это что у нас получается? Вряд ли в одном месте катаются два белых «Эскалейда». Это раз. Исходя из этого, согласен, что парни, которые выросли на улице, верно учуяли какую-то странность. Это два. Что это за такая мадам, на чьей машине катаются разные типы и возят Риту? Это три. Мадам офигенная — это четыре. Вывод? Правильно. Нечего играть в героя. Пора звонить Игорю. Экран показывал, что за два часа сонливой неги моя персона никому не потребовалась. Ну и хорошо. Значит, у Оли и ребят всё шло своим чередом. Открыл раздел «Избранное», нажал «Жора друг». Один, два, три, по привычке считал я гудки, четыре…

— Здорово, Глеб! Вот собирался выйти из магазина и тебе позвонить.

— Здорово, Жора. — С самого детства все друзья только так Игоря и именовали. — А чего ты в магазине? Свалил, что ли, с базы? — Игорь уже несколько дней находился в горах, у своего дяди на базе отдыха.

— Ага, свалил. Я уже здесь, в городе. Только что приехал. Вот зашёл за пивом и сейчас к нам в столярку поеду.

— Хм, а я дома уже.

— Понял, тебе какого брать? — по голосу слышалось, что Игорь обрадовался.

— Мне не надо, я не буду. Дело есть. Покататься нам с тобой, похоже, придётся.

— Да ну, Глеб. Завтра по делам двинем. Сегодня дружеская встреча.

— Не вопрос, Жора. Только тут у Риты непонятки какие-то, думаю, нужно будет этим заняться.

— Да ты чё? — сразу посерьёзнел Игорь. — Чего-то серьёзное?

— Да в том-то и дело, что непонятно. Приедешь — расскажу.

— Ладно, сейчас подъеду. Пиво всё равно возьму. Если что, рулишь ты, — поставил он наглым образом условие и отключился.

Зная дядю Славу, у которого гостил Игорь, я подозревал, что друг все четыреста километров от гор пилил в состоянии похмелья. Так что для меня был не удивителен его заезд за пивом сразу с дороги. Представив, как он будет пить, а я — наблюдать, отправил сообщение: «Квасу возьми и орешков каких-нибудь». «Ок», — пришёл ответ, и я, довольный, пошёл доставать пивные кружки.

Я, конечно, не ждал, что он уже через пять минут будет, но по истечении часа у меня начало расти раздражение. Вроде бы и ничего такого и не с похмелья, чтобы ждать с нетерпением, но в то же время я уже как-то был в состоянии встречи и совсем не ожидал, что её начало будет так затягиваться. В очередной раз посмотрев время, собрался позвонить, но, как это обычно бывает в жизни, как раз в этот момент запищал домофон. «Ну наконец-то», — подумал я и нажал кнопку разблокировки замка. Раздражение как пришло, так и ушло, ведь, по большому счёту, я соскучился. И был рад возвращению друга. Услышав шаги, с улыбкой распахнул дверь и раскрыл руки с приглашением к объятиям.

Но неожиданно для себя увидел, как в квартиру первой заходит Рита. Взглянув на меня, стоящего в трусах, раскинувшего руки, с затухающей улыбкой на растерянном лице, она, защищаясь, выставила ладони и протараторила:

— Встречу оценила, о прощении подумаю, на объятия не рассчитывай.

Выпалив это, посторонилась, пропуская в квартиру Жору.

— Ты бы брал пример, что ли, с него, — сказала она, обращаясь к брату, — смотри, следит за фигурой.

Я же в этот момент стоял и мялся, решая, то ли сначала… А, да ладно. Шагнул к ухмыляющемуся другу, обнялся, потом повернулся к Рите и, решив прикрыть смущение наглостью, спросил:

— Точно не будешь?

— Схлопочешь сейчас, — нахмурив брови, пообещала она в ответ, и я невольно отшатнулся. Ну её. Зная Риту, угрозу схлопотать я воспринял всерьёз.

Поэтому развернулся и направился в спальню, собираясь одеться поприличнее. Там поменял трусы на шорты, накинул футболку и вернулся к гостям. Рита с Жорой уже устроились, развалившись в креслах возле журнального столика. Жора, наполняя кружку, пояснил и задержку, и присутствие сестры:

— Да вот решил сразу заехать домой за Риткой, чтобы, как говорится, все яйца были в одной корзине.

Рита при этом фыркнула и, с неподдельным интересом уставившись на меня, спросила:

— Ты чего это там наплёл моему неадекватному братишке? Он меня после разговора с тобой из постели выдернул, краситься, завтракать запретил, карами всякими грозил, если я тотчас с ним к тебе не поеду. Хорошо хоть в туалет дал сходить и умыться разрешил.

Жора во время её обращения залпом выдул пиво, с шумом выдохнул, сказал: «Отлично» — и, с похожим интересом, стал ждать моего ответа.

Вот же ситуация. Мне, честно говоря, было неуютно оттого, что в план разговора с Жорой вмешалось присутствие Маргариты. Ну да ладно, может, это и к лучшему. И я под очередное бульканье начал рассказ, в качестве вступления использовав извинение.

— Слушай, Рита, ты прости, если что не так, но утро вокруг твоего имени у меня получилось странным. — И максимально подробно изложил всю историю.

Рита и Жора слушали внимательно. Друг — с кружкой в руке, а Рита, откинувшись в кресле и не отрываясь от меня взглядом. Когда я закончил, Жора поставил недопитое пиво на стол и развернулся к сестре:

— Объяснишь?

Рита, не отводя от меня странного, оценивающего взгляда, вид имела задумчивый.

— Ничего себе ты следопыт. Даже не знаю, что сказать. То ли спасибо за беспокойство, то ли идите вы, параноики.

— Не-е, сестрёнка, — Жора отрыгнул газы. — Не пойдёт. Давай объясняй. А то мне первое, что пришло в голову, так это как будто ты по вызову катаешься.

— Что?! — Рита от этих слов даже вскочила на ноги и, задыхаясь от возмущения, яростно прошипела: — Ну ты придурок, охренел, что ли, совсем, пьянь!

Она резко повернулась ко мне. Прищурившись, спросила:

— Ты тоже о таком подумал?

Признаться честно, такие мысли, при всей их абсурдности, в мою голову приходили. Но, глядя на трясущуюся от злости Риту и её скрючившиеся с острым маникюром пальцы, я энергично помотал головой.

— Что ты! Нет, конечно!

Она пару секунд смотрела с подозрением, а потом выдала:

— А о чём тогда?

— Так в том-то и дело, что никакого объяснения у меня не было, поэтому и решил разузнать, — ответил я и мысленно похвалил себя за грамотный отмаз.

— Ну и что? Разузнал?

— Нет! — встрял Жора. Он так и сидел, набычившись после её «пьянь» в его сторону.

Рита махнула рукой и уселась обратно в кресло. Наступило молчание. Прошла минута, и Жора пробурчал:

— Ну прости, перегнул…

Ещё примерно минута — и Рита, поочерёдно нас оглядев, смилостивилась:

— Ладно, слушайте…

Сделала паузу, похоже подбирая слово, как нас обозвать, но благоразумие в этот раз победило, и она передумала. Её рассказ свелся к следующему. В конце мая она гостила на базе у дяди Славы. А рядом с ним, на соседней, снимали двухэтажный коттедж молодые ребята, которые проводили психологический интенсив под названием «Энергия тела». Про название ей Анна, администратор дяди Славы, поведала. А Рите было скучно, вот она и заинтересовалась. Выбрала время, когда вся группа сделала перерыв на обед, и пошла знакомиться с устроителями тренинга. Ими оказались два парня и женщина по имени Братислава.

— По описанию это её ты встретил на лестнице, — сказала, посмотрев на меня, Рита.

«Братислава», — почти по слогам мысленно повторил я.

— Какое красивое имя, — вырвалось у меня вслух. По телу пробежали мурашки. Перед глазами отчётливо всплыл образ, и я даже как будто запах её почувствовал.

— Ага, — подтвердила Рита. — Она и сама невероятная женщина. Она столько знает. Столько умеет. Я когда первый раз пришла к ней на…

— Хы-хы: «братик Слава», — глупо развеселившись, вступил в разговор Жора.

— Ты чего несёшь! — вскочив, одновременно проорали мы с Ритой.

Я сжал кулаки и качнулся телом. Понял, что очень хочу его ударить. Рита же, не сдерживаясь, пнула ногой по столу, выплеснув напитки из кружек и опрокинув полуторашки. А после этого, круто развернувшись, выбежала в коридор и, хлопнув дверью, исчезла. Я же после того, как она пнула по столу, впал в какой-то ступор и так и стоял, уставившись на пролитый квас из моей кружки. В голове громко стучал пульс в такт повторяющимся в голове слогам. «Бра-ти-сла-ва».

«Бах», — зазвенело в голове. «Бра-ти…» «Бах», — по второй щеке дал леща Жора.