Ромео и Джульетта существовали. Кровавая правда о Вероне 1303 года

Ромео и Джульетта существовали. Кровавая правда о Вероне 1303 года

Глава 1: Шекспир украл чужую трагедию

Приветствую вас, дорогие читатели!

Знаете, что меня всегда поражало? Как мы верим красивым сказкам, не задумываясь о реальности. Шекспир написал про любовь – мы плачем. Голливуд снял фильм – мы восхищаемся. А правда? Правда оказалась страшнее и трагичнее любого вымысла.

Эта книга перевернет ваше представление о самой известной истории любви. Потому что Ромео и Джульетта действительно жили. Действительно любили. И действительно умерли в один день.

Только было это не в пьесе. А в реальной Вероне 1303 года.

Пьеса написана в 1595 году – через 292 года после событий

Вы когда-нибудь задумывались, откуда Уильям Шекспир взял сюжет своей самой знаменитой пьесы?

Большинство уверены – он придумал сам. Гениальный драматург, великий англичанин, создатель бессмертной истории любви. Школьные учителя так говорят. В университетах так преподают. В театрах так играют.

И все это – неправда.

Шекспир написал “Ромео и Джульетту” в 1595 году. Ему было тридцать один год. Он уже был известным драматургом в Лондоне. Театр “Глобус” приносил хороший доход. Публика любила его комедии и трагедии.

Но вот что интересно. События в Вероне произошли в 1303 году. Посчитайте сами – прошло двести девяносто два года. Почти три столетия!

Как англичанин, который никогда не был в Италии, мог так точно описать улицы Вероны? Откуда он знал про вражду двух семей? Почему назвал героев именно Ромео и Джульетта?

А вот откуда. Он украл историю.

Не придумал. Не сочинил. Просто взял чужую трагедию и переписал на свой лад.

Звучит жестко? Да, звучит. Но это факты.

Луиджи да Порто – итальянец, который первым записал историю

В 1530 году итальянский писатель Луиджи да Порто опубликовал новеллу. Называлась она просто – “История двух благородных влюбленных”. Место действия – Верона. Время – начало четырнадцатого века.

Главные герои – Ромео Монтекки и Джульетта Капеллетти.

Да Порто не выдумывал имена. Он записал то, что передавалось из поколения в поколение. В Вероне все знали эту историю. Старики рассказывали внукам. Монахи хранили документы в архивах. На городском кладбище стояла общая могила двух влюбленных.

Луиджи да Порто родился недалеко от Вероны. Он слышал легенду с детства. Когда вырос и стал писателем – решил записать. Просто записать то, что знали все итальянцы.

Книга разошлась по Италии мгновенно. Люди плакали над страницами. Потому что это была не сказка. Это была реальная трагедия их предков.

Через несколько лет новеллу перевели на французский. Потом на испанский. А в 1562 году – на английский. Переводчик Артур Брук назвал свою версию “Трагическая история Ромеуса и Джульетты”.

И вот эту английскую версию прочитал молодой Шекспир.

Ему понравилось. Очень понравилось. Настолько, что он решил – напишу пьесу. Только имя свое поставлю.

Реальные имена в архивах Вероны: документы сохранились

А теперь самое интересное.

В городском архиве Вероны хранятся документы тринадцатого и четырнадцатого веков. Пожелтевшие свитки с печатями. Записи нотариусов. Судебные протоколы. Церковные книги.

И там есть имена.

Семья Монтекки – богатые торговцы и банкиры. Упоминаются в документах с 1215 года. Владели несколькими домами в центре Вероны. Поддерживали партию гибеллинов – сторонников императора Священной Римской империи.

Семья Капеллетти – тоже купцы. Разбогатели на торговле тканями. Первое упоминание – 1220 год. Они были гвельфами – защитниками власти Папы Римского.

Эти две фамилии реально существовали. Реально враждовали. Реально проливали кровь друг друга на улицах города.

Вернемся к этому важному моменту: в архивах есть конкретная запись от 1303 года. Судебное разбирательство. Князь Вероны Бартоломео делла Скала рассматривает дело об убийстве на площади. Погибли двое – Меркуцио Кавальканти и Тибальд Капеллетти. Убийца – Ромоло Монтекки, восемнадцать лет.

Читаете и понимаете – это же сюжет пьесы! Один в один!

А дальше в документах идет запись о смерти двух молодых людей. Ромоло Монтекки и Джулия Капеллетти. Найдены мертвыми в фамильном склепе. Самоубийство. Похоронены вместе по приказу князя.

Документы не врут. Печати подлинные. Почерк нотариуса четырнадцатого века невозможно подделать. Современные эксперты проверяли эти свитки десятки раз. Все подтвердили – подлинники.

Значит, история реальная. Люди жили. Любили. Умерли.

Почему англичанин присвоил итальянскую трагедию

Хороший вопрос, правда?

Шекспир мог написать любую историю. У него был талант. Он создавал гениальные сюжеты. “Гамлет”, “Макбет”, “Король Лир” – его собственные произведения.

Но с “Ромео и Джульеттой” поступил иначе. Взял готовую итальянскую новеллу и переписал для театра.

Почему? Давайте разберемся.

Во-первых, публика любила итальянские истории. В конце шестнадцатого века в Англии была мода на все итальянское. Архитектура, живопись, литература – англичане восхищались культурой Италии. Шекспир понимал – если напишу про Италию, пьеса пойдет на ура.

Во-вторых, история была готовая. Не нужно придумывать сюжет с нуля. Есть герои, есть конфликт, есть трагический финал. Бери и адаптируй для сцены. Экономия времени и сил.

В-третьих – и это главное – никто в Англии не знал правды. Итальянскую новеллу читали единицы. Английский перевод Артура Брука был скучным и длинным. Мало кто дочитывал до конца.

Шекспир понял – могу взять чужую историю и сделать ее своей. Публика не узнает. Критики не проверят. А я получу еще одну успешную пьесу.

И он сделал это.

Первая постановка “Ромео и Джульетты” прошла в 1597 году. Успех был оглушительным. Люди рыдали в зале. Актеры кланялись под овации. Шекспир стал еще богаче и знаменитее.

А в Италии только пожимали плечами. Англичане присвоили нашу трагедию. Ну что ж, пусть. Главное – память о влюбленных жива.

Что Шекспир изменил, а что было на самом деле

Теперь сравним пьесу и реальность. Различия есть, и они важные.

Возраст героев

У Шекспира Джульетте тринадцать лет. Совсем ребенок. Это шокировало даже современников драматурга. Зачем делать героиню такой юной?

В реальности Джулии Капеллетти было шестнадцать. Для четырнадцатого века – нормальный возраст невесты. Девушка уже взрослая, может принимать решения.

Ромео в пьесе – непонятно сколько лет. Шекспир не указывает. Намекает на семнадцать-восемнадцать.

Реальному Ромоло Монтекки было восемнадцать. Документы подтверждают точно.

Место первой встречи

В пьесе влюбленные увидели друг друга на балу у Капулетти. Ромео пришел незваным гостем в маске. Увидел Джульетту – и все, пропал.

Красиво? Да. Романтично? Очень. Правдиво? Нет.

На самом деле они встретились в церкви Сан Дзено. В воскресенье на мессе. Церковь была единственным местом, где враждующие семьи соблюдали перемирие. Там нельзя было драться и убивать. Божье место.

Джулия пришла с родителями и братом. Ромоло – с отцом. Они стояли в разных частях храма. Но взгляды встретились. И все – судьба решена.

Причина вражды семей

Шекспир не объясняет, почему Монтекки и Капулетти враждуют. Просто говорит – старая ненависть. Мол, началось давно, все забыли из-за чего.

Удобно для драматурга. Не нужно вдаваться в политику.

Но реальная причина была конкретная. Монтекки поддерживали императора. Капеллетти – Папу Римского. В Италии четырнадцатого века это означало войну. Не просто ссору. Настоящую войну с убийствами, поджогами, грабежами.

Политика разделила два богатых рода. И погубила молодых влюбленных.

Монах Лоренцо

В пьесе этот персонаж положительный. Добрый монах, который хочет помирить семьи через брак молодых. Готовит снотворное зелье для Джульетты. Пытается спасти влюбленных.

В реальности отец Лоренцо Грациани тоже был монахом-францисканцем. Тоже венчал Ромоло и Джулию тайно. Тоже готовил зелье.

Но его мотивы были сложнее. Он действительно хотел мира. Но также боялся гнева обеих семей. Колебался. Не все рассказал князю сразу после трагедии. Пытался скрыть свою роль.

Человек, не святой. С сомнениями и страхами.

Финал

У Шекспира Джульетта просыпается, видит мертвого Ромео и закалывается его кинжалом. Красивая смерть на сцене. Публика в слезах.

В реальности все было быстрее и страшнее. Джулия проснулась через десять минут после того, как Ромоло выпил яд. Тело еще теплое, но сердце уже не бьется. Она схватила его кинжал и ударила себя в сердце одним точным движением.

Монахи нашли их на рассвете. Кровь еще не высохла.

Никакой красоты. Только боль и смерть.

Что осталось неизменным

Но главное Шекспир сохранил. Любовь двух молодых людей из враждующих семей. Тайный брак. Убийство на площади. Изгнание Ромео. План с зельем. Роковая ошибка с письмом. Двойное самоубийство.

Костяк истории взят из реальности. Шекспир только украсил поэтическими диалогами и монологами.

Драматург оказался гениальным рассказчиком. Он взял трагедию и сделал ее вечной. Миллионы людей узнали историю Ромео и Джульетты благодаря английской пьесе.

Но справедливости ради – нужно помнить. Это не его история. Это история реальных людей. Которые жили в Вероне семьсот лет назад.

И умерли в один день.

Глава 2: Верона 1303 года – город, где убивали за фамилию

Гвельфы против гибеллинов: политическая война в Италии

Представьте город, где вашу жизнь определяет фамилия. Не таланты, не деньги, не характер. Только фамилия.

Родился Монтекки – ты враг Капулетти. Родился Капулетти – ты враг Монтекки. С детства. До смерти. Без вариантов.

Верона 1303 года была именно таким местом.

А началось все гораздо раньше. В двенадцатом веке Италия раскололась на два лагеря. Гвельфы и гибеллины. Странные названия, правда? Сейчас объясню.

Гвельфы поддерживали Папу Римского. Они считали, что церковь должна управлять не только душами, но и землями. Папа – главный правитель Италии. Все остальные ему подчиняются.

Гибеллины были за императора Священной Римской империи. Германский император должен контролировать итальянские города. Папа пусть занимается церковными делами. А политика – дело светской власти.

Казалось бы, спор теологический. Пусть ученые в университетах обсуждают. Зачем простым людям в это лезть?

Но в Италии тринадцатого века политика означала жизнь или смерть. Если твой город поддерживал гвельфов, а соседний – гибеллинов, начиналась война. Если твоя семья была за Папу, а соседи за императора – резали друг друга на улицах.

Верона металась между двумя лагерями. То гвельфы захватывали власть. То гибеллины. Кровь лилась рекой.

И семьи Монтекки с Капулетти оказались по разные стороны баррикад.

Монтекки поддерживали императора, Капулетти – Папу Римского

Монтекки были банкирами. Давали деньги в долг купцам, ремесленникам, даже мелким дворянам. Богатство копили десятилетиями. Умели считать, умели торговать.

Они поддерживали гибеллинов. Почему? Просто. Император далеко, в Германии. Налоги платить нужно, но не слишком большие. Можно вести дела относительно свободно. Главное – поддерживать нужных людей у власти в городе.

Капулетти торговали тканями. Шелк из Византии, шерсть из Англии, хлопок с Востока. Караваны ходили через Верону постоянно. Капулетти наживались на перепродаже. Тоже богатели, тоже строили дома в центре.

Они стояли за гвельфов. И тоже по расчету. Папа контролировал торговые пути через Рим. Если дружить с церковью, получишь льготы на транспортировку товаров. Монахи в монастырях купят ткани для облачений. Выгодно.

Видите? Никакой высокой идеологии. Чистая экономика. Но называлось это политикой. И за политику убивали.

Вернемся к этому важному моменту: в тринадцатом веке в Италии политические партии были как банды. У каждой свои люди, свое оружие, свои дружины наемников. Выборов не существовало. Власть брали силой.

Монтекки нанимали солдат из Ломбардии. Капулетти привозили наемников из Тосканы. Дрались прямо на площадях. Горожане прятались по домам.

А семьи богатели. Война – тоже бизнес. Наемникам нужно платить, кормить, вооружать. Кто-то должен давать деньги. Монтекки давали гибеллинам. Капулетти – гвельфам.

И чем больше вкладывали, тем больше ненавидели противника.

Улицы Вероны залиты кровью каждую неделю

Верона была красивым городом. Римский амфитеатр стоял в центре. Каменные дома богачей украшали улицы. Церкви с фресками принимали прихожан. Рынок шумел торговцами.

Но каждую неделю кто-то умирал.

Не от болезни. Не от старости. От ножа или меча.

Утром могли найти труп на площади. Зарезали ночью. Кто? Никто не знает. Точнее, все знают, но молчат. Убили гибеллины гвельфа. Или наоборот. Месть за прошлую неделю. Когда убили их человека.

И так по кругу. Бесконечная резня.

Городская стража? Существовала. Человек двадцать с копьями. Толку от них – никакого. Утром обходили город, собирали трупы. Записывали в книгу учета. Все. Расследование? Смешно. Половина стражников сами были либо за Монтекки, либо за Капулетти.

Обычные горожане научились выживать. Выходишь из дома – смотри по сторонам. Видишь группу молодых людей с оружием – обходи стороной. Не встревай. Не смотри. Голову вниз и быстрым шагом мимо.

Ночью вообще не выходили. Только безумцы или очень пьяные рисковали. После заката улицы принадлежали бандам. Гибеллины контролировали северные кварталы. Гвельфы – южные. В центре было нейтральной зоной, но только теоретически.

Молодежь из семей Монтекки и Капулетти росла в этом хаосе. С детства знали – те люди враги. Их нужно бояться и ненавидеть. Если встретишь одного – бей первым. Иначе собьют тебя.

Мальчиков учили драться с двенадцати лет. Мечом, кинжалом, копьем. Не для спорта. Для реальных схваток. Отцы говорили сыновьям – убьешь Капулетти, я буду гордиться. Не убьешь – тебя убьют, и я похороню труса.

Девочки? Им говорили – держись подальше от Монтекки. Даже не разговаривай. Это звери, убийцы наших родственников. Если хоть раз увидят тебя с ними – опозоришь семью.

Так воспитывали ненависть. Передавали из поколения в поколение.

Семейные кланы правили городом как мафия

Власть в Вероне формально принадлежала князю. Но реально город контролировали семьи.

Монтекки владели банками. Через них шли все крупные сделки. Купить дом? Взять кредит у Монтекки. Отправить товар в другой город? Через их банк переведешь деньги. Они знали, кто сколько зарабатывает, кто кому должен, у кого какие проблемы.

Информация – сила. Монтекки использовали ее безжалостно. Если нужен был союзник – давали кредит на выгодных условиях. Если враг – закручивали долговые гайки до удушья.

Капулетти контролировали торговлю. Их склады стояли у городских ворот. Хочешь ввезти товар? Плати Капулетти за хранение и охрану. Хочешь вывезти? Тоже через них. Попробуешь в обход – караван ограбят на дороге. Случайно, конечно.

У обеих семей были свои судьи среди городских чиновников. Дело попало в суд? Зависит от того, кто судья. Если свой – выиграешь. Если чужой – проиграешь. Справедливости не существовало.

И были дружины. У Монтекки человек сорок молодых бойцов. Официально – охрана банков. Реально – армия. У Капулетти столько же. Охрана складов. То есть такая же армия.

Эти парни патрулировали районы. Показывали силу. Если чужак сунется в их квартал – предупредят один раз. Второй раз не будет. Найдут в канаве с разбитой головой.

Князь пытался контролировать ситуацию. Издавал указы, грозил карами, вызывал глав семей на разговоры. Но что он мог сделать? У него была стража из двадцати человек. У Монтекки и Капулетти вместе – восемьдесят. Плюс деньги, связи, поддержка половины города.

Реальная власть была у семей. Князь только подписывал бумаги.

Полиции не существовало: каждый мстил сам

И вот самое страшное. Закона в современном понимании не было.

Убили твоего брата? Иди мсти сам. Никто тебе не поможет. Стража запишет в книгу и забудет. Судья пожмет плечами – разбирайтесь между собой. Князь скажет – не нарушайте мир, но кто нарушил, не скажу.

Ограбили лавку? Сам ищи воров. Сам наказывай. Обратишься к страже – засмеют. Мол, купец, у тебя денег полно, нанимай охрану.

Поэтому в Вероне действовал закон крови. Тебя ударили – ударь в ответ. Твоего родственника убили – убей их родственника. Не обязательно того же. Любого из семьи. Месть засчитывается.

Это называлось вендетта. Кровная месть. Традиция, которой сотни лет. И остановить ее было невозможно.

Монтекки убили Капулетти. Капулетти убили Монтекки в ответ. Монтекки снова ударили. Капулетти ответили. И так годами. Десятилетиями. Счет убитых шел на десятки.

Каждая семья вела свою книгу мертвых. Длинные списки имен. Дяди, братья, кузены, племянники. Все убитые врагами. При каждом имени – дата и способ смерти.

Детям с малолетства показывали эти списки. Смотри, сколько наших погибло от их рук. Ты обязан мстить. Иначе предашь память предков.

Так воспитывали убийц. В обеих семьях. Из поколения в поколение.

И в 1303 году в Вероне подрастали Ромоло Монтекки и Джулия Капеллетти. Дети, которых учили ненавидеть друг друга. Которым суждено было стать врагами.

Но судьба решила иначе.

Глава 3: Бартоломео делла Скала – правитель, который все видел

Князь Вероны – реальная историческая фигура

Знаете, кто больше всех страдал от войны Монтекки и Капулетти?

Правитель Вероны. Человек, который должен был управлять городом. А вместо этого каждый день считал трупы на улицах.

Бартоломео делла Скала стал князем в 1301 году. Ему было тридцать восемь лет. Опытный воин, умный политик. До этого правил соседним городом Виченца. Заслужил репутацию справедливого правителя.

Когда его пригласили в Верону, он думал – справлюсь. Наведу порядок за полгода. Разгоню банды. Заставлю семьи подчиняться закону.

Через месяц понял – ошибался. Верона оказалась не городом, а пороховой бочкой. И фитиль уже горел.

Делла Скала был реальным человеком. Не персонаж пьесы, а историческая личность. Документы сохранили его указы, письма, судебные решения. Современники описывали его внешность – высокий, худощавый, с седеющей бородой. Носил простую одежду, не любил роскошь.

У него была мечта. Объединить Верону. Сделать из враждующих кланов единый город. Развивать торговлю, строить дома, открывать школы при монастырях.

Но мечта разбилась о реальность. Монтекки и Капулетти не хотели мира. Им была выгодна война.

Он пытался остановить войну между семьями

Первое, что сделал делла Скала – созвал совет. Пригласил глав обеих семей. Посадил за один стол.

Антонио Монтекки пришел с охраной из десяти человек. Сел справа от князя. Лицо каменное, руки на рукояти меча.

Франческо Капулетти вошел со своими людьми. Сел слева. Смотрел на Монтекки как на мертвеца.

Делла Скала говорил три часа. Объяснял, что война губит город. Купцы боятся приезжать – нет торговли. Ремесленники уезжают – нет производства. Молодежь гибнет – не будет будущего.

Монтекки слушал молча. Потом сказал – мы не начинали. Это Капулетти убивают наших людей. Пусть остановятся первыми.

Капулетти встал. Сказал – вы лжете. Это ваши головорезы режут наших. Остановитесь сами.

Начали кричать друг на друга. Охрана схватилась за оружие. Делла Скала еле успокоил. Развел по разным выходам.

Первая попытка провалилась.

Потом князь пробовал по-другому. Вызывал глав семей по отдельности. Предлагал компромиссы. Разделить город на зоны влияния. Поделить прибыль от торговли. Породниться через браки.

Монтекки соглашался на словах. Выходил от князя – продолжал как прежде.

Капулетти кивал головой. Возвращался домой – давал приказ ударить по врагу.

Делла Скала понял – словами не остановишь. Нужна сила.

Он попросил помощи у соседних городов. Те прислали солдат. Сто человек из Падуи, пятьдесят из Мантуи. Теперь у князя была реальная армия.

Устроил показательную порку молодых драчунов. Поймали пятерых из Монтекки и пятерых из Капулетти после уличной драки. Публично выпороли на площади. При всем народе.

Помогло на две недели. Потом опять начались убийства.

Тогда делла Скала стал жестче. Арестовал двух родственников Монтекки за нападение на торговца. Посадил в тюрьму на месяц. Семья возмутилась, но стерпела.

Через неделю арестовал троих Капулетти за поджог склада. Тоже в тюрьму.

Казалось, начинает работать. Семьи присмирели. Убийств стало меньше.

А потом случилось то, что похоронило все надежды князя.

Указ 1303 года: запрет на дуэли под страхом смерти

В январе 1303 года делла Скала издал новый указ. Самый жесткий за всю его власть.

Текст сохранился в архивах. Переведу на современный язык.

“Повелеваю: любая драка между представителями семей Монтекки и Капулетти карается смертью. Без суда и следствия. Поймали с оружием в руках – казнь на месте. Убил человека из враждебной семьи – казнь публичная на площади. Никаких исключений. Ни для богатых, ни для знатных.”

Дальше шел список наказаний. За оскорбление – штраф и месяц тюрьмы. За угрозы – три месяца. За нападение без убийства – год каторги. За убийство – отрубание головы.

Князь велел зачитать указ на всех площадях города. Прибить копии к дверям церквей. Разослать гонцов по районам.

Монтекки и Капулетти получили указ одновременно. Оба главы семей пришли к князю. Отдельно, конечно.

Монтекки сказал – слишком жестоко. Вы убьете наших детей за уличную драку?

Делла Скала ответил – убью. Если они убили кого-то первыми.

Капулетти возмутился – а как нам защищаться? Они нападают, а мы должны терпеть?

Князь повторил – любая драка карается смертью. Обороняетесь? Бегите и зовите стражу. Не убивайте сами.

Оба ушли недовольные. Но указ действовал. Отменить его князь не мог – потерял бы последние остатки авторитета.

И тогда обе семьи сделали вид, что подчиняются. На словах поклялись соблюдать закон. На деле затаились.

Молодежь перестала драться на площадях. Но убийства продолжились. Только теперь тела находили в переулках, в реке, за городскими стенами. Там, где стража не патрулировала.

Делла Скала понимал – его обманывают. Но доказать не мог. Свидетелей не было. Улики не находились. Обе семьи клялись – не мы, мы законопослушные.

Князь чувствовал – что-то готовится. Напряжение росло. Скоро рванет.

Монтекки и Капулетти игнорировали его приказы

Вот как работал указ князя на практике.

Формально – никто не нарушал. Монтекки ходили по своим улицам. Капулетти по своим. Встречались только в церкви и на рынке. Там держались на расстоянии. Даже не смотрели друг на друга.

Делла Скала радовался – получилось! Закон победил.

А на самом деле война продолжалась. Только стала тайной.

Монтекки нанимали убийц со стороны. Приезжие из других городов. Тем платили, показывали жертву, отпускали делать дело. Потом убийцы уезжали. Доказать связь с семьей Монтекки было невозможно.

Капулетти действовали хитрее. Подсыпали яд в вино. Травили колодцы в кварталах Монтекки. Поджигали дома ночью. Выглядело как несчастный случай. Пожар? Бывает. Отравление? Плохое вино купили.

Стража расследовала. Ничего не находила. Князь бесился, но руки были связаны.

А молодежь терпела. Их учили с детства мстить. А теперь нельзя. Указ князя. Ослушаешься – казнят.

Юноши из Монтекки собирались по вечерам. Пили вино. Говорили – долго так продолжаться не может. Надо ударить. Показать Капулетти, что мы сильнее.

Парни из Капулетти точно так же собирались. Точно так же пили. Точно так же говорили про Монтекки.

Просто вопрос времени было – когда кто-то сорвется.

Еще раз подчеркну: князь все это понимал. У него были информаторы в обеих семьях. Ему доносили о настроениях. О разговорах. О планах.

Делла Скала удвоил стражу. Патрули ходили днем и ночью. Проверяли подозрительных. Разгоняли группы молодежи.

Но уследить за всеми невозможно. Верона большой город. Улиц сотни. Переулков тысячи. А стражников меньше двухсот человек.

Что-то должно было случиться. Князь это чувствовал. Каждое утро просыпался с мыслью – сегодня? Или завтром?

Трагедия влюбленных произошла на его глазах

А потом все случилось одновременно.

В июле 1303 года на площади Пьяцца делле Эрбе произошла драка. Днем. При свете солнца. На глазах у сотен людей.

Погибли двое – Меркуцио Кавальканти и Тибальд Капулетти. Убийца – Ромоло Монтекки.

Делла Скала был на площади в тот момент. Возвращался из ратуши. Услышал крики. Побежал туда. Увидел тела. Увидел Ромоло с окровавленным мечом.

Князь приказал арестовать юношу. Стража схватила. Ромоло не сопротивлялся. Стоял как в тумане. Смотрел на труп Тибальда.