Дримхакеры. Рефлекс. Начало

Андрей Одринский

Дримхакеры. Рефлекс. Начало

Аннотация

«Рефлекс. Начало» — первая книга серии «Дримхакеры».

Вы когда-нибудь просыпались внутри сна?

Не просто помнили, что снилось, а понимали: «Я сплю. Это — сон. Я могу здесь всё».

Журналист Андрей видел поле, цветы и получил вопрос. Брокер Юрка встретил на дороге незнакомца, который назвал его «драйвер». Хирург Галя после дежурства нашла в руке тёплую фигурку, которой там не было. Пожарный Валерка вышел из комы — и потерял ту, кого спасал.

Есть фигурки - внутри каждой — свёрнутый бог. Тюрьма из окаменевшего времени. Запечатанный тысячелетия назад, он страдает в искажённом потоке времени. Кто-то сходит с ума за год, кто-то проживает эпохи в одном мгновении. Но если бог вырвется на свет – тогда воплотятся самые жуткие сны.

Единственное, что поддерживает его — твоё воспоминание. Взгляд. Мысль: «Интересно, кто это такой?»

А за кулисами реальности — Система. Операторы следят за «резонансом» — мерой твоего влияния на мир. Их инструменты — стирание памяти, подмена судеб и жертвы. Их цель — не дать человечеству вспомнить, кто оно на самом деле.

Но есть те, кто сопротивляется. Те, кто входит в сон осознанно. Те, кто видит трещины в реальности.

Они называют себя дримхакерами.

Они знают: реальности физических миров — лишь колода карт в руках Системы. Но колоду можно перетасовать. Дверь - открыть. Сон взломать. Реальность изменить. Вопрос только в цене…

Мистический триллер и одновременно практическое пособие по осознанным сновидениям в сюжете. Для тех, кто ищет ответы.

→ Телеграм-канал: @dreamhackersbook

→ Бот с квестом и закрытыми материалами: @Dreamhacker17Bot— активируй код из главы книги и забери «Дневники Германа», библия мира и расширенный практикум.

P.S. В сюжете заложены действующие методы и практики осознанных сновидений.

Спокойной ночи, дримхакер. Нас ждёт вечность.

Кто есть кто в этой книге

Андрей — журналист. Он видел странный сон - поле, цветы, сияющее небо. Ему был задан вопрос. И он не понял, что это только начало.

Юрка — друг Андрея, брокер. Любит розыгрыши. Однажды на дороге его спас незнакомец. Тот назвал его «драйвер».

Галя— врач-хирург. Однажды после дежурства она проснулась с фигуркой в руке. Фигурка была тёплой.

Валерка— бывший пожарный. Он спас девушку из огня. А потом потерял её. И вышел из комы.

Антон— диджей. Он знает, как вызывать духов. И ещё кое-что. Но молчит.

Армен и Тата– влюбленные, однажды они погибли, но Система не терпит резонансов. У них своя ветка.

Остальные — друзья, гости. У каждого своя тайна.

➜Все они пока не знают главного: за ними следят.

… Пространство и время - фундаментальные основы Вселенной, на которых строится наше осознание и является мерой, с которой мы сверяем наш мир. Но что такое пространство и время?

Человеческое восприятие всегда стремится заковать свой опыт в законы, догмы и правила, но, возможно, что пространство и время не так фундаментальны, как мы думаем, оценивая все вокруг человеческими необъективными конструкциями.

Если допустить, что эти аспекты не являются истиной, то возможны иные невероятные горизонты бесконечной Вселенной…

«… Распространение данной книги одобряем. Информированная личность несет ответственность за использование знаний, заложенных в сюжете...»

Оператор Ветви точки ВиП (Времени и Пространства)

… чего ты хочешь???

-Я? Хочу сделать мир лучше!!!

…Хмм…

ГЛАВА ПЕРВАЯ. НАЧАЛО.

Погоня

Холодная дрожь по спине от пронзительного крика: – Ст-о-о-ой, твааррь, — переходящего в утробный животный рык, подстегивает стремительный бег человека по темному переулку. Тяжелый рюкзак бьет по спине, тянет вниз. Беглец, не раздумывая, сдёргивает с плеч, швыряет назад.

Слюни текут из сведенного одышкой рта, глаза застилает влага, хрипящая боль рвет лёгкие, колет бок, подгибаются ноги. «Может, отстанут???» — вспыхивает мысль, но рев раздаётся прямо за спиной:

— Попалсяя, ссуука!!! — тяжелая, хваткая лапа цепляет за капюшон.

— А-а-а, — кричит человек, судорожно вырываясь и выкручивая торс, с треском лопаются ремни, захлестывающие одежду крест-накрест по груди и спине, оставаясь в лапах, руках, когтях? преследователя, человек падает в лужу, поднимается, бежит, спотыкаясь, дальше. Бежит, ощущая за спиной хриплое дыхание охотников.

И нельзя уйти. Ужас. Он холодит сердце, сводит с ума…

— А-а-а, — вопль стоит в ушах. – Н-е-ет!!! — человек в грязной, рваной одежде ныряет в проулок справа.

«Скрыться!!!»

Мчится по сумрачному коридору, сворачивает, скользя, видит проем, прыжком влетает в него. Бежит дальше, впереди – приоткрытая дверь. Старая, вся в масляных потеках побуревшей краски. Захлопывает ее за собой.

Руки дрожат. Закрывает задвижку, прислушивается - никого. «Вроде отстали» — выдыхает он. Бег иссушил ноги и человек оседает на корточки, тяжело дыша, сплевывая тягучую слюну. Быстро оглядывается. Пустой, серый, пыльный чулан, ветхие обои, напротив - провал окна с осколками мутного стекла.

И тут в дверь стучат. Тук-тук-тук. Деликатно, мягко. Человек затаив дыхание, прислушиваясь, поворачивает голову. Тук-тук-тук.

Удар! Еще! С такой силой, что летит пыль от доски. Удар! Рычание зверя за стеной.

Дверь трещит, прогибается, летят куски штукатурки и кирпичного крошева. Рев, хэканье. Удар! Рвет полотно лезвием топора, следующий — сносит половину створки.

«Бежать!» — движение к окну – «Туда!»

Рывок – но проем стремительно зарастает глухой кладкой гранитных блоков. Треск – чулан ощетинивается стеклянными шипами. Острые, блестящие иглы вспарывают бумажную труху стен, наливаясь кровавым рубином.

«Конец» – гаснет мысль отчаянья – в щепки разлетается разбитая дверь и под торжествующий рев охотников человек обреченно падает на колени…

Андрей вздрогнул и проснулся. Нервно огляделся по сторонам, выдохнул: «Опять этот сон, – подумал он, – но какой реальный, зараза. Достал».

Провёл ладонью по лицу — пальцы дрожали. В вагоне было душно, но внутри, под рёбрами, застыл мутный, холодный ком.

Посмотрел на ладони — разумеется, на них ничего не было. Ни крови, ни грязи. Только смутное воспоминание о погоне, о ревущих голосах, о топоре, пробивающем дверь, да холодок в сердце. Но это же был сон. Просто сон. Но сердце колотится, как у загнанного зверя. «Бред, просто сонный бред. Дописался, писатель. Ладно успокойся, это просто сон».

Поезд метро нырнул в очередной тоннель – ехать предстояло до конечной и Андрей, сложив руки, прикрыл слипающиеся глаза. Минутой позже задремал…

… Мчавшийся по темному тоннелю состав выскочил на просторный перрон следующей станции. Андрей, позевывая, встал, потянулся, разминаясь, огляделся по сторонам – пустой вагон в столь поздний час вызывал отчаянную скуку. «Осторожно, двери закрываются, следующая станция – Алтуфьево, конечная», – раздался бодрый голос машиниста, зашипела пневматика, закрылись двери.

Новенький, чистый, удобный метропоезд мягко набирал скорость. Андрей встал ближе к кондиционеру, прислонившись к поручню, бездумно уставился на закрытую форточку.

Вагон резко дернулся на ходу, мигнул свет и внезапно по окну напротив скользнула змейкой сеть трещин и сколов, а на блестящей новой краской раме появилась серая пыльная паутина царапин...

Оглянувшись, увидел обветшалый вагон, ряды рваных сидений, жгуты проводов, торчавших сквозь ржавые панели. В лицо летели мятые обрывки старых газет и серой пыли…

Разбитые плафоны раздражающе мерцали, раскачиваясь, срывались с петель, отбрасывая мутные тени. Он обернулся на движение – тени сгущались, мелькали в окнах, чьи-то фигуры выползали из теней, подступая все ближе и ближе… Силуэты обретали форму, чернея провалом мрака в пространстве. Жесткий скрип торможения швырнул его на грязный, драный пол. Падая, он вытянул руки и… проснулся.

Он дал мир?

— Осторожно, двери открываются, станция Алтуфьево, конечная, поезд дальше не идёт, просьба выйти из вагона, — зашипел в динамиках усталый голос машиниста, щелчком оборвавшего связь. Андрей, вздрогнув, поднял голову, захлопал глазами.

Двери старого вагона метро, судорожно подергиваясь, застревая в проеме, лязгнули, распахнулись. Не дожидаясь окрика вечно хмурого дежурного по станции, выгоняющего запоздалых пассажиров, он встал, накинул лямку рюкзачка на плечо.

На ватных от дремы ногах вышел в тёплый, пахнущий машиной гранитный зал конечной станции. «Опять! Что такое? Может, пора к мозгоправам?» - подумал он. Улыбнулся. Смешно, только еще к психологам не ходил.

Потянулся и неторопливо зашагал по широкой платформе на выход. Ближе к ступенькам ускорился, разгоняясь, и быстро, разминая онемевшее ото сна тело, взлетел по ступенькам подземки, шагая через одну…

Выйдя из вестибюля метро в сумрачный сентябрьский вечер, Андрей достал сигареты, поискал зажигалку. «Нет. Забыл. Курящие есть?» Оглянувшись на залитую светом фонарей площадь, обратился к идущему следом лысому мужику в кожанке:

— Курите? Огонь найдется?

— Завязывай с этим, парень! Бросил, лет десять, как!

Не обращая на него внимания, лысый поспешил к фастфуду напротив. Накрапывал лёгкий осенний дождик, оставляя на асфальте усыпанные листвой радужные лужи. Немногочисленный народ выбегал из Ростикс, допивая напитки и, жуя на ходу бургеры, нырял в теплое нутро перехода метро.

На остановке, обляпанной обрывками бумажного спама с призывами сдать-снять, посетить единственную в этом году выставку меха, меда и варенья, было шумно.

Развалившись на скамейке, трое пьяненьких мужичков выводили хриплыми баритонами «…Выйду ночью в поле с конём, ночкой тёмной тихо пойде-е-ем…».

Встав рядом с певческим трио, Андрей скинул смс «на месте» Юрке, с которым они дружили с института и с интересом продолжил наблюдать за концертом.

Здесь, на высокой ноте, пухлый, крупный мужик, не удержав рвущийся из души порыв, широко махнул ручищей вправо и впечатал голову сидящего рядом соисполнителя в пластик остановки. Тот, отключившись, мягко сполз спиной по скамейке к ногам коллег, так, что его голова уютно устроилась на коленях нечаянного агрессора.

Впрочем, потеря личности была краткой - упавший мужчина приподнял голову и с мутной обидой на помятом лице вцепился зубами в ляжку.

Укушенный толстяк, взвизгнул на высокой ноте: «…Каааанем!!!» с размаха хлопнул ладонью по макушке лежащего на его бедре приятеля и тот рухнул к ногам дружков, унося в бессознательное причину своего падения.

Даже самые хмурые наблюдатели не сдержали улыбки, увидев финал вокальной эпопеи. Растормошив, привели в чувство, усадили на скамейку. Бабули с удовольствием принялись рассказывать всему трио о вреде алкоголя и до чего они могут докатиться своим беспутным образом жизни.

Мужички вяло отмахивались, даже не пытаясь возразить. Цапнутый озабоченно потирал ляжку со следами слюнявого укуса.

Тем временем подошел транспорт и увез всех ожидающих в своем теплом, уютном салоне, разгоняя опавшую листву по бордюрам.

Андрей проводил его взглядом — ярко освещенный новенький электробус был по-своему красив.

Кто-то из удалявшегося «электрона» отчаянно махал кому-то рукой, прижавшись лицом к стеклу последней двери. Андрей флегматично обернулся, ожидая услышать топот опоздавшего пассажира, но площадь жила своей жизнью, да и в целом пустовала, только у куриного общепита стояла стайка молодых ребят.

«Ту-ту, ту-ту-ту, ту-ту-ту, ту-ту» — пропел сигнал Юркиной Хонды, зарулившей на парковку напротив остановки, приоткрылось окно, водитель помахал рукой, привлекая внимание.

Андрей поспешил через дорогу к автомобилю, бросив в ноги рюкзак, сел на сиденье рядом с водителем.

— Хай, мэн! Сейчас на хату заскочим, чай-пиво попьем, народ собрался уже, тебя да Валерона ждали, — задорно заметил Юрка. Хлопнул по подставленной ладони:

— Как сам? Книгу дописал? Дома все норм?

— Норм, вот, застрял в одном месте, ничего в голову не идет…

— Ничего, развеешься, все получится, а о чем сюжет-то хоть? Секрет? Я там буду?

— Мистика, фантастика, прототип одного из героев с тебя писал, такой же баламут.

— Баламут? Ха! Ну тогда поехали, забаламутим! — скаламбурил Юрка, дав по газам, помчался по мокрому асфальту, визжа покрышками на поворотах. Одновременно, не отрываясь от дороги, включил на магнитоле ритмичный хит.

Доехали быстро — уже через пять минут парковались во дворе дома.

— Ну что, готов к новым приключениям? — загадочно улыбнулся Юрка, щуря зеленые, как у кота глаза.

— Приключения? Какие еще? А кто будет?

— Да будет один испытатель запредельного, — засмеялся Юрка, — чудик, Антоха, познакомишься, остальных знаешь, все наши. Галя, Валерка и я везем всех. Ты вещи для дачи взял? Сапоги? По грибы пойдём, да порыбачим на островах, — бросил критичный взгляд на кроссовки Андрея.

— Шутишь, конечно, когда ещё получится с нашими выбраться, — отмахнулся Андрей. — Даже перчатки старые прихватил, на всякий. Писал, Валерку ждем? Что там?

- Ага, сломался, но уже едет из своего сервиса, думаю, минут десять — пятнадцать. И оставляй рюкзак, там тащить еще всего.

Выйдя из машины, направились к подъезду многоэтажки. Уже в лифте Андрей заметил на стене, среди измалеванных черными неряшливыми граффити надпись красным, выполненную аккуратным каллиграфическим почерком: "Он дал мир".

" Кто он? Дал, кому? Какой мир? Звучит, как мантра какая-то — Он-Дал-Мир", — закрутилась в голове карусель беспорядочных мыслей, но открылись двери и они вышли на площадку.

— Открывай сова, медведь пришёл! — Юрка буквально вломился в квартиру. — Встречайте нас с Андрюхой! Вот он, наш синеглазый писатель! Ура!

В ответ раздался дикий рёв и стук по столешнице — компания расположилась на большой кухне за столом и развлекалась — ребята и девчонки играли в карты, обсуждая разные темы, шумела музыкой колонка, Галя сидела на подоконнике с сигаретой и чашкой кофе, пуская дым в открытое окно.

Разуваясь в коридоре, Андрей заметил два кофра с гитарами на вешалке – значит, Тата и Армен снова будут играть и петь дуэтом, как в прошлый раз, у костра на поляне… Это было очень красиво.

Приветствуя всех, опустился на стул рядом с Антоном, взял протянутую банку прохладного пива.

За столом шла жаркая дискуссия, разделившая собеседников на два лагеря — одни выступали с позиции — мир прост и обычен, другие искали что-то запредельное и непознаваемое. Скорее, на три — остальные потешались. Впрочем, беззлобно, подначивая обе стороны.

— Так ты считаешь, что мы все знаем и нет ничего загадочного? — горячился Серега, самый молодой и неуемный в их компании, смешивая колоду. Повысил голос, приводя аргументы:

— А ты в курсе, что мы до сих пор не понимаем, что такое обычный свет и откуда он берётся? И вызывающе откинул непослушную челку с лица, вперив торжествующий взгляд в собеседника.

— Знаю! Он берётся из розетки! — под общий хохот, Юрка, стоявший в дверях кухни, пару раз щелкнул выключателем света: — В чем сыр-бор? О чем спор? Опять Серега воду мутит, маг-недоучка? И разлохматил кудрявую копну волос на голове Сереги.

— Отстань! А почему недоучка? — отмахнулся Сергей: — У меня, между прочим, даже диплом экстрасенса есть!

Окружающие захохотали ещё громче, а маг с дипломом потемнел лицом и, бросив карты, готов был взорваться возмущением, когда заговорил Антон, все это время с улыбкой наблюдавший за словесной баталией. Его мягкий и звучный голос, казалось, заполнял пространство. Все притихли, даже колонка зависла и замолчала.

«Вовремя», — отметил про себя Андрей, улыбаясь — Серега был неподражаем.

— Ваш спор, как мне видится, не имеет смысла, — начал Антон. — ведь вопросы в одной системе координат, а ответы лежат в другой, — улыбнувшись, обвёл всех взглядом: — Личное мнение, без душнины, только тема длинная, а нам, наверное, уже пора?

Запиликал домофон и Юрка со словами «а вот и Валерон», пошёл открывать дверь.

Сергей загорелся:

— Интересная идея, давайте обсудим, а что ты имеешь в виду под системой, этих, координат???

— Например, когда, задавая сложные вопросы, мы ищем ответы в том, что от нас скрыто нашими же предубеждениями, считая, что все непостижимо и загадочно. Обычно все гораздо проще, — продолжил мысль Антон, — и, как правило, лежит на поверхности. Зачастую ответ кроется в самом вопросе, Сереж.

Он сказал так емко и проникновенно, что умолкли смешки. Народ заслушался.

— Э-э-э, — задумался Сергей. — А вот, если…

Но зашедший на кухню Валерка, прервал диалог: — Всем привет, драйверы!

На вопрос, что случилось, отмахнулся: — Ерунда, всего делов — закисшие клеммы. Мою руки, кофе и поехали! Хлеб и специи купил, если что.

Пока опоздавший пил горячий напиток, остальные дружно собирали все по сумкам. Юрка командовал — это берём, а вот это есть на месте, пока под дружный хохот ему не натянули на нос вязаную шапку: отстань, зануда. Каждому достался увесистый пакет, даже девочкам пришлось помогать.

Ребята накинули рюкзаки и кофры, а Антон помимо всего повесил на плечо чехол с чем-то плоским и широким внутри, бережно прижимая к боку ветровки.

— Деку тоже взял? - спросил более осведомлённый Юрка. — Что играть будешь?

Антон мягко улыбнулся: — По настроению. Но точно деньрожденское.

— Если что, Антоха у нас профессиональный DJ, — заметил Валерка, — сводит круто. Ладно, вниз, по коням!

Уложив вещи по машинам, ребята устроили шутливый спор, кто едет с Галей, затеяли борьбу в куче осенних листьев. — Так, это что такое? Не пущу в машину листопад! — засмеялась она. — Отряхивайтесь, да поехали уже.

Галя недавно появилась в компании, но сразу пришлась всем по душе — позитивная, легкая в общении и без намеков на более, чем дружбу, что полностью устраивало девчонок и не совсем — парней.

За полгода знакомства никто так и не сумел покорить синеглазую брюнетку, обладающую привлекательной фигурой и внешностью. Но ребята продолжали выделываться, впрочем, не переходя рамок, сразу обозначенных девушкой.

Покурили на дорожку, разошлись по машинам, с Юркой и Андреем в машину сели Антон и Серега, молодая пара Леся и Лешка поехали с Галей, а Валерка забрал Тату и Армена.

— Ехать часа полтора, — заметил Юрка, заводя машину. — Скинул всем точку, ждать не будем. Так что пока можно поспать.

Хонда покатилась по вечерней Москве, Андрей вытянул ноги и откинул спинку кресла. Включил печку – тепло и уютно. Глаза слипались и незаметно для себя он задремал, окунувшись в сон.

Первый ОС

Ему снилось:

… Обрамленный лесом зеленый луг, пестрый от разноцветия трав. Желтая тропинка бежит к изящным деревянным домам деревушки вдали. Знойное и жаркое лето, журчащий прохладой ручей, солнце… А где солнце?

Андрей посмотрел вверх — просто голубой фон без светила и облаков? Озадаченно посмотрел на ноги в камуфляже и берцах — зачем они, лето? - Что? Где я?

Сомнение. Что-то здесь не так. Мутный вопрос: почему я смотрю сквозь автоматный прицел? Что со мной?

Пальцы крепко сжимают цевье АК, холод ствольной коробки, прижатой к щеке, глаза, прищурившись, ищут цель…

Но окружающее было так чуждо оружию, берцам, агрессии, что он отбросил в сторону ствол и огляделся.

Тягучая мысль: «Пасторальный, сонный бред…» и, вспышка озарения — да я сплю! Это же сон!

Только он подумал — мир всколыхнула волна, разбегаясь кругами, меняя все вокруг. Долину залил мягкий, ласковый свет, которого он никогда не видел наяву — нежный, живой, струящийся сквозь пальцы. Этот свет можно было пощупать, вдохнуть… Он посмотрел вверх.

Перламутровые облака затянули бездонную синеву небосвода. Трава под ногами вспыхнула изумрудным сиянием, а её запах — свежий, сладкий, почти осязаемый — сводил с ума.

Хотелось перебирать пальцами каждую травинку, ловить бриллианты росы, вглядываться в нежное свечение каждого бутона. В симфонию света незаметно вплелась тихая мелодия — гармоничная, первозданная, как само дыхание мира.

Райское место, зачем здесь оружие?

Андрей упал на колени и протянул руки к полевым цветам, блаженная гармония и счастье переполняли душу, хотелось плакать и смеяться от безумного ощущения любви и света, как себя самого, созданного из света и любви.

— Я дома, это мой дом, — зашептал Андрей. — Это волшебно!

Он видел свои пальцы, нежно перебиравшие стебли, чувствовал каждую росинку на листьях, мягко стекающую от его прикосновений, ощущал невероятную нежность и слышал звук каждой капли, впитывающейся в землю. Совершенство звука и пространства, сияние бесконечной любви Творца...

— Боже! Это чудо! — восторг переполнял душу, слезы текли по щекам.

Но ветер, казалось, несущий само дыхание жизни, застыл, как хрупкий лед, все замерло вокруг, стихла мелодия, звеневшая хором тысячи голосов.

Мир свернулся, потускнел в серую пелену и мглу. Исчезло солнце, тучки, в зените зависло дымное кольцо, закручиваясь в черный шнур.

Пронзающая до каждой клеточки волна изменений мгновенно отрезвила его и, проникая в сознание, повис тяжелый ВОПРОС:

— ЧЕГО ТЫ ХОЧЕШЬ?

Светлый от впечатлений разум-облик Андрея закричал в ответ:

— Я? Хочу сделать мир лучше!

— Иначе зачем быть? — продираясь сквозь сумрачное безразличие сна, затягивающего в омут безмыслия, подумал-сказал он.

— Хмм, попробуй... — услышал? воспринял Андрей.

Белая стена светящегося тумана, свиваясь в спираль, отрезала от мира и затянула за собой в дымящийся холодный колодец…

Оператор сектора: Стабильный всплеск субъективного резонанса более 3 б.п*., с тенденцией увеличения амплитуды осознанности - прошу предоставить допуск А3** – полное стирание памяти о контакте. Уточнение: Резонанс 3,2 б.п. — зафиксирован переход между состояниями. Переход был прерван стандартными методами – туман. Проведена стабилизирующая коррекция базового уровня А1 – забвение.

Администратор сектора: Коррекция А3 отклонена. Субъект находится на базовом уровне осознанности. Объективные намерения в рамках тестирования не проявлены. Решение: нормативный запуск дублирующей ветви событий, Д17-1 со сбросом резонанса в дубль, применение – более 4 б.п. Текущая ветвь событий Д17 не меняется. Пассивное наблюдение субъекта и окружения.

Оператор Ветви: Одобрено.

__________________________________________________________________________________________________

* Резонанс (б.п. —баллы потока) — мера влияния субъекта на реальность. Подробнее см. Глоссарий в конце книги.

**А1-А9+ — протоколы реакции Системы на воздействие. Подробнее см. Глоссарий в конце книги.

Андрей вздрогнул всем телом, выныривая из сна, будто его выдернули за шиворот. Сердце колотилось где-то в горле, ладони вспотели, а в голове звенела пустота — тяжёлая, липкая, как застывший кисель.

Он попытался ухватить сюжет, зацепиться за образы — поле, цветы, свет? — но воспоминание рассыпалось в памяти, как песок, струящийся сквозь пальцы.

Осталась только тошнотворная пустота и ощущение, что из головы вынули что-то важное, оставив зияющую дыру.

— Ты чего? — Юрка покосился на него, не отрывая рук от руля. — Кричал что-то. Еле разбудил тебя. Чуть в кювет не уехали.

— Кричал? — Андрей потёр лицо. — Не помню.

— Ну да, минут пять назад. Я уж испугался, думал, приступ.

Андрей оглянулся назад. На заднем сиденье Антон и Серега сидели каждый в своём кресле, уткнувшись в экраны телефонов. В ушах торчали наушники, на губах — расслабленные полуулыбки.

Свет от дисплеев освещал лица неровным синим светом. Кто-то из них — кажется, Серега — беззвучно шевелил губами, повторяя реплики персонажей.

— Сериал смотрят, — пояснил Юрка, проследив за его взглядом. — Я сказал, чтобы не мешали, короче, заснул ты, Андрюх. Крепко. Даже всхрапывал.

— Всхрапывал? — Андрей попытался улыбнуться, но лицо слушалось плохо. — Извини.

— Да ладно, — Юрка хлопнул его по плечу и снова уставился на дорогу. — До дачи полчаса. Если хочешь, доспи. Только не ори больше, лады?

Андрей кивнул, откинулся на спинку кресла и прикрыл глаза. И вдруг, перед внутренним взором снова всплыло поле — яркое, залитое светом, с цветами, пахнущими так сладко, что хотелось плакать. Вспомнил! А потом был черный круг, стена тумана… И голос, тяжёлый, давящий: