Его рождественская ж*почка

– Это нечестно! – только и смог сказать он.

Почти жалобно. Ну потому что он один сейчас стоит окружённый женщинами. К такому его жизнь не готовила. Если он им откажет – то вполне вероятно им этот ответ совсем не понравится, и они его сами разденут.

Но, нет. Всё это вздор! Просто у страха глаза велики и Игорю всякие глупые мысли приходят в голову. Никто на него не набросится и не разденет. Ведь не сделают же они это? Не посмеют же?

Надо верить в лучшее. Обязательно надо.

– Сегодня Рождество, Игорь, сделайте нам подарок… – продолжили уговаривать единственного мужчину в художественной студии.

– А мне кто сделает потом подарок? – попытался отшутиться он.

Все перевели взгляд на Марину.

– Естественно, вы получите оплату, которую должен был получить натурщик, – деловито сообщила она.

– Нет. Так неинтересно. Меня это не интересует.

– А что вы хотите? – хором спросили художницы, глядя на него с затаённой надеждой.

Почти умоляюще. Это было настолько комично, что Игорь почти растрогался. Но его так просто не проймёшь! Он кремень. Он уважаемый член общества, а не какой-то там натурщик! Что о нём потом скажут, если узнают?

– Ну я даже не знаю… – протянул задумчиво Игорь, театрально потирая подбородок.

Он подумал, что об этом действительно никто не узнает. Зато он будет позировать. Это интересный опыт. Игорь никогда подобным не занимался. Что ему стоит порадовать дам в этот прекрасный рождественский вечер? Ну подумаешь – надо раздеться. Всё когда-то бывает в первый раз – подумал он и принял решение.

– Ну пожалуйста… Вам всего-то надо раздеться и позировать нам… – заворковали дамы.

Глаза блестят. Улыбки масляные. Вот хитрюги какие!

– Всего-то раздеться? Такое, знаете ли, не каждый день происходит в жизни приличного мужчины, – с напускной серьёзностью возразил Игорь.

– Ну подумаешь, разденетесь, чего мы там не видели… – хихикнула одна из художниц.

Все заулыбались. Вот бессовестные! Всё-то они видели и всё знают! А ещё они явно хотят взять Игоря на слабо – вот что они задумали! Повеселиться за его счёт захотели.

– Вот, значит, как вы встречаете здесь новых клиентов в художественной студии – раздеваться их заставляете, Марина, – с игривым упрёком бросил Игорь, многозначительно посмотрев на хозяйку студии.

– А что сразу Марина? – отозвалась она, вскинув брови. – Я здесь ни при чём. Не хотите, как хотите. Заставлять вас, Игорь, мы не будем.

Мужчина посмотрел на неё, а потом за один шаг приблизился. Он навис над девушкой, как-то коварно улыбнулся, а потом сказал:

– Я соглашусь только при одном условии, – сказал Игорь с ухмылкой.

У Марины ёкнуло сердце, а у остальных дам – заинтересованно приподнялись брови. Кто-то даже открыл рот от удивления.

Глава 3. Условие

– Я соглашусь только при одном условии, – сказал Игорь с ухмылкой.

Марина затаила дыхание. Игорь слишком близко к ней подошёл. Навис над ней. Смотрит так пронзительно, будто съесть хочет. А настроение и фантазия уже разыгралась. Отступать поздно.

– При каком? – нетерпеливо раздалось со стороны от художниц.

– Марина, соглашайся! – подхватили остальные дамы, явно подначивая.

Выражения их лиц не скрывали любопытства. Они хотели шоу и веселье.

– Ладно, говори, Игорь… – сдалась Марина, стараясь сохранить внешнее спокойствие.

Ей сразу понравился Игорь. И как выглядит, и как держит себя. А ещё такое порой бывает, когда мужчина сразу нравится. Притяжение! Вот что испытывала Марина по отношению к этому мужчине. Притяжение и любопытство. Какой он настоящий?

Игорь победно улыбнулся, наклонился ближе и зашептал что-то на ухо. Глаза Марины сначала расширились от изумления, а потом она тоже улыбнулась.

– И всего-то? – спросила она.

– По рукам? – ответил Игорь.

Раздался шёпот. Художницам стало любопытно. Они обязаны знать подробности!

– О боже, о чём вы договорились?! – не выдержала Маша, самая юная из собравшихся художниц.

– Игорь согласился нам всем позировать, но только если я завтра схожу с ним на свидание. Как думаете, согласиться?

– Да!

– Да! Соглашайся!

– Ну ладно… Я так и быть… – недолго думая произнесла Марина, но осеклась. – Соглашусь…

В тот же миг Игорь, не глядя, передал бокал кому-то из присутствующих рядом и схватился за свитер, чтобы стащить его с себя.

Все замерли, ожидая продолжения.

Шоу началось!

– Постой, Игорь, не здесь, – Марина схватила мужчину за руку и потянула к выходу из зала.

Было здесь небольшое помещение, где можно уединённо переодеться или раздеться для дальнейшего позирования. Почти коморка, но зато здесь можно скрыться от любопытных глаз.

– Веди меня, моя художница… – с улыбкой произнёс Игорь.

– Я не твоя художница. А ты, похоже, уже слегка пьян, раз так быстро согласился. Потом не пожалеешь?

– На прошлой выставке я купил одну твою картину и повесил в спальне, – Игорь проигнорировал слова девушки и сказал то, чего она никак не ожидала. – Я уверен, что такая художница, как ты, ничего плохого не сделает с приличным мужчиной в своей художественной мастерской. Я ведь прав?

Они зашли в помещение, Марина прикрыла дверь и повернулась к Игорю.

– Правда? – спросила она. – Ты купил мою картину?

– Ты только это услышала? А как же заверения для меня, что мне и моему мужскому самолюбию ничего грозит? – веселясь спросил Игорь, но понял, что его опять игнорируют. – Да. Я купил твою картину, – он театрально закатил глаза. – Одну из самых дорогих и больших. Теперь каждое утро и вечером любуюсь, смотря на неё.

– А почему именно в спальне повесил?

– Чтобы каждый день на неё смотреть.

Ещё он хотел добавить, что спит всегда обнажённым, но не стал раньше времени пугать Марину своими откровениями. Его друг Марат часто говорил, что Игорь порой такие глупости говорит, что может тем самым отталкивать от себя близких людей. А Марину отталкивать не хотелось. Он не станет ей говорить, что ложится в постель каждый раз обнажённым и смотрит на пейзаж, нарисованный Мариной, но видит не его, а её. Милую, очаровательную художницу, которая стоит сейчас перед ним. У него даже была её фотография на телефоне. Но это было тайной. Об этом девушка точно не должна знать.

– Тебе нравятся мои картины? – удивлённо спросила Марина.

– Да, очень, – искренне ответил Игорь.

– А моим родителям – нет. Они до сих пор не могут принять мою профессию, даже несмотря на то, что я уже добилась успеха. Сама!

– Значит, добилась своего вопреки всему?

– Да, я хотела доказать, что могу добиться успеха без помощи и связей.

– Ты молодец.

– А мой бывший тоже был другого мнения. Он сказал, что с появлением детей я должна буду сосредоточиться на их воспитании, а не на живописи.

Игорь нахмурился.

– Не понимаю, почему нельзя совмещать?

– А ты? Алина сказала, что ты близкий друг её мужа. Возможно, мы с тобой теперь будем часто видеться. Какие требования такой, как ты, к своей девушке и возможной будущей жене, будешь предъявлять?

Марина подошла к Игорю почти вплотную и посмотрела в его глаза.

– Требование будет только одно, – без раздумий ответил мужчина. – Точнее, небольшое пожелание.

Игорю понравились слова девушки о том, что они будут часто видеться. А ещё ему почему-то представилось, что речь сейчас идёт о нём и о Марине.

– И какое? – нетерпеливо спросила она.

Игорь чуть наклонился, протянул руку к лицу девушки и осторожно убрал прядь волос Марины за ушко, а потом тихо произнёс:

– Сходи со мной завтра на свидание и узнаешь.

– Так нечестно! Скажи, мне же интересно!

Игорь ещё ниже наклонился и что-то прошептал ей на ухо. Он долго говорил. А пока говорил, глаза девушки расширились от удивления.

– Ты дурак! Как такое можно говорить малознакомой девушке? Иди в жопу, Игорь! – возмущённо выпалила Марина.

А сама покраснела и еле сдержала улыбку. Ей даже по-глупому захотелось захихикать. Вот дурачок какой, говорить такие глупости!

– В жопу? Это приглашение? – ослепительно улыбнулся мужчина.

– Что?! Нет!!! Ну ты и пошляк!

– Поздно. Приглашение принято, моя рождественская жопочка!

– Что-о-о?! – Марина снова чуть не задохнулась от возмущения. – К-как ты меня назвал?!

– Моя рождественская жопочка… У тебя джинсы сзади порваны. Прямо на попочке. Это так и задумано? Джинсы заляпаны краской и порваны в совершенно замечательном месте! Заштопать эту дырочку будет настоящим кощунством… – ласково произнёс Игорь, а потом потянул свои загребущие лапы к девушке. – Мой рождественский подарок!

Игорь решился. Была – не была. Он должен это сделать.

Не успела Марина и пикнуть, как оказалась в крепких объятьях. Она была притянута к крепкому телу наглого мужчины, а после была сладко поцелована им. Так сладко, властно и настойчиво, что возражений не нашлось. Ведь Рождество сегодня. Праздник! И видимо, Игорь решил устроить особый праздник себе. Его руки медленно спустились с талии Марины и уверенно обхватили её пятую точку. Уверенно и нагло Игорь сжал Маринину жопочку, и чуть не заурчал от удовольствия, как бесстыжий рыжий кот. А он не был котом. И рыжим тоже не был. Всего лишь бесстыжим и наглым был с самого рождения. Ох уж и натерпелись его родители с самого детства своего единственного сына! Особенно в период полового созревания. Игорь сам был в шоке от себя в юности.

Марина пискнула в рот мужчины, который уже целовал девушку более настойчиво. По-французски. А если говорить правильно по-русски – с языком. А руки… Руки Игоря уже вовсю наглаживали попочку девушки. По-собственнически и как-то обещающе. Мол, скоро эта попочка найдёт приключения. Приятные и надолго запоминающиеся.

– Игорь! – Марина вырвалась из объятий, перевела дыхание и с хитринкой во взгляде посмотрела на мужчину. – Ты обещал!

А сама потянулась рукой к попе, проверяя, где там у неё дырка на джинсах. А дырка действительно нашлась. Большая такая – два пальца легко пролезают. И главное, что через эту дырку были видны трусы. Красные и кружевные. Хорошо хоть, что красивые. Но всё равно позорище!

Стыдно Марине стало за свой вид, в котором она находилась. Захотелось поскорее переодеться.

– И я всегда сдерживаю обещания, моя… – мурлыкнул мужчина.

Ему понравился и поцелуй, и то, что Марина его не оттолкнула, а сразу же ответила. А как Игорю понравилась попочка Марины – не передать словами! Щупать её было тоже приятно. Он был бы не против и пальчик просунуть в дырявые джинсы, но это было слишком.

Слишком рано.

У них ещё не та стадия отношений, когда пальцы можно совать в разные дырочки…

Даже если очень хочется, надо держать себя в руках.

– Да-да, твоя рождественская жопочка, я запомнила, – Марина попыталась привести и себя, и свои чувства в порядок. – А ещё я хорошо запомнила, что ты согласился нам позировать! Ты теперь не откажешься!

– Вероятно, я бредил, когда согласился…

– Берёшь свои слова назад? Но ты обещал!

– Я? Да, никогда! Никогда не беру свои слова обратно, моя жопочка… – сказал Игорь, азартно подмигнул Марине и начал театрально медленно раздеваться.

Именно в этот момент Марина осознала, что Игорь намерен полностью обнажиться. А это ведь не обязательно. Можно остаться в нижнем белье.

Но раз Игорь не уточнил такую важную информацию, то и Марина промолчит. Она не будет ему мешать полностью раскрепоститься.

Девушка еле-еле сдержала улыбку.

– Я тебе шляпу дам, – произнесла Марина, неотрывно наблюдая за действиями мужчины.

Вот он снял свитер, открывая роскошный вид на тренированное тело. Мышцы не бугрились, волосы на груди были короткими и редкими. Марина невольно облизнула губы – перед ней стоял отличный натурщик. Хороший рост, гармоничное телосложение и чётко очерченные мышцы – идеально для сегодняшнего вечера. Художницы, что пришли сегодня рисовать с натуры будут довольны. Кто-то был любителем, кто-то профессионалом. Но одно точно – вечер не будет скучным.

– Зачем? – полюбопытствовал Игорь, довольный тем, что девушка не спускает с него глаз.

– Твоё срамотишко надо прикрыть. А то мои приглашённые дамы совсем попадают без чувств. А они деньги мне заплатили, чтобы рисовать с живого натурщика… Будет жалко, если они не смогут ничего изобразить путного…

Марина снова облизала пересохшие губы. Жарковато даже слегка стало.

Интересно, с чего бы это?

– Знаешь, когда я сюда пришёл, то думал, что тоже буду рисовать, хоть и не умею рисовать. Вот как так вышло, что я буду сидеть не у мольберта с кисточкой в одной руке и бокалом шампанского в другой, а… А, кстати, где я буду сидеть?

– Сидеть или лежать ты будешь в центре помещения. На кушетке, накрытой красным бархатом, которую ты уже видел. Да-да, именно на ней, не смотри на меня так удивлённо. А вокруг тебя будут милые дамы, жаждущие запечатлеть на эскизах хорошо сложенного мужчину во всех позах, в которые он встанет, сядет или даже ляжет…

– Хм, в центре внимания я быть люблю, – ухмыльнулся Игорь.

Сразу было видно, что такое чувство, как стыд, ему совсем несвойственно.

Но на самом деле он храбрился, надев очередную маску. На этот раз другую, но сути это не меняло. Не каждый день он позировал обнажённым.

Он вообще это делает впервые!

Пока они разговаривали, Марина всё никак не могла отвести взгляд от мужчины. Он так непринуждённо и красиво раздевался. Бесстыдно. Играючи. И вот, наконец, избавившись от последнего предмета одежды, Игорь прикрылся предоставленной чёрной шляпой с широкими полями.

И Марина расстроилась.

Она лишь мельком всё увидела! Несправедливо это было… Совсем несправедливо! Она же хозяйка этого вечера, ей можно посмотреть… Ведь, можно же? Хотя бы мельком глянуть на срамотишко мужское…

Оценить, так сказать, с художественной точки зрения.

Но Игорь к этому времени уже развернулся к задумчивой девушке попой, открыл нараспашку дверь и пошёл в зал, в котором его уже ждали дамы художницы. И пошёл он так уверенно, что Марина снова засмотрелась. На обнажённую, крепкую, и чёрт побери, красивую мужскую задницу!

Да… Такую задницу можно было оценить с художественной точки зрения.

С такой задницы картины надо писáть!

И именно в этот момент Марина поняла, что её-то жопочка определённо уже нашла проблемы в это Рождество. Потому что такой мужчина, как Игорь, точно возьмёт потом то, что хочет. А он прямо сказал, что хочет её жопочку.

Хочет отшлёпать, а не что-то другое сделать.

Марина, конечно же, тогда возмутилась. Ну а как не возмутиться, когда такие глупости говорит приличный с виду мужчина?

– Я скорее отшлёпаю тебя по упругой жопке, на которой красуется дырочка, чем признаюсь сейчас в чём-либо… Поэтому или свидание завтра, или никакого обнажённого позирования! – именно это прошептал тогда Игорь Марине на ушко, а она его потом дураком обозвала.

И сейчас именно она считала себя дурочкой, потому что думала о всяких непотребствах. А всему виной Игорь и его голая бесстыжая жопа! Что б её!

Девушка тяжело вздохнула, прикрыла глаза, а потом решительно пошла вслед за Игорем и за приключениями, которые обязательно случатся сегодня.

Чуяла! Чуяла жопочка Марины, что эти приключения ей понравятся.

И Марина уже даже не думала переодеваться. Ну потому что стыдно стесняться какой-то маленькой дырочки, когда кое-кто другой вообще щеголяет с голой задницей!

Вот бесстыдник!

Глава 4. Джентльмен в одной шляпе

– А вот и я, дамы! Ваш рождественский натурщик собственной скромной персоной! – сказал Игорь, входя в зал к художницам.

Шёл он важно, расправив плечи и поигрывая грудными мышцами, демонстрируя безупречную физическую форму.

Игорь неспешно проследовал к кушетке, укрытой тяжёлым красным бархатом, и остановился. Все женские взоры тут же, слово намагниченные, приклеились к нему. Точнее, к одной-единственной детали мужского гардероба – к чёрной фетровой шляпе, которую мужчина удерживал одной рукой в области паха.

Художницы разочарованно вздохнули.

– Кхм… – раздался тихий смешок. – А вы знаете, многоуважаемый Игорь, что истинные джентльмены, приветствуя дам, всегда снимают головной убор? Хи-хи…

– Да-да! – кто-то поддакнул.

Художницы снова не стесняясь захихикали. Это было даже очаровательно.

– Правила созданы, чтобы их нарушать, – парировал Игорь с невозмутимой улыбкой. – К тому же, боюсь, если я сейчас проявлю излишнюю вежливость, вы напрочь забудете об искусстве.

Игорь ещё шире улыбнулся, и на одной его щеке появилась милая ямочка.

А вот Марина, что стояла сзади, немного вдали от мужчины, разглядела, что и на одной его ягодице имелась ещё одна милая ямочка.

Марина не смогла сдержать улыбку.

– Но мы, так и быть, сегодня вам это простим! – смилостивились художницы. – Можете не снимать шляпу. Нам и так всё нравится… У вас, Игорь, есть на что посмотреть.

Игорь, возможно, и смутился бы, но атмосфера была настолько лёгкой и непринуждённой, что мужчина просто улыбнулся и перевёл взгляд на кушетку.

Он был оптимистично настроен. Мужчина считал, что, чем быстрее этот женский балаган закончится, тем быстрее он по-настоящему расслабится.

– Так, девочки, давайте не будем смущать нашего сегодняшнего натурщика, – раздалось сзади от Марины. – У нас не так много времени.

– Не думаю, что меня можно чем-то смутить, – Игорь обернулся через плечо и подмигнул девушке.

Марина лишь покачала головой и улыбнулась.

– И всё же, я хозяйка этого вечера и должна всё проконтролировать.

– Хорошо, хозяйка. Руководи и контролируй. В какую позу мне сесть? Или, может, лечь?

– Садись на кушетку. Полуоборот, одну ногу вытяни, другую согни. И не забывай крепко держать шляпу…

Они обменялись взглядами.

Игорь опустился на бархат, приняв нужную позу. Чёрная шляпа на фоне светлой кожи и алой ткани смотрелась вызывающе контрастно.

Мужчина поднял глаза на художниц и внезапно вздрогнул. Дамы, ещё секунду назад мило хихикавшие, теперь с пугающей синхронностью схватились за канцелярские ножи.

Вжик. Вжик. Вжик.

Звук затачиваемых карандашей в тишине студии прозвучал зловеще. В этот момент, словно по сценарию, даже музыка стала тише, когда мелодии сменялись. Женщины-художницы посмотрели на Игоря не как на натурщика, а как на добычу.

Игорю даже показалось, что сейчас они зловеще рассмеются.

Но, к счастью, они всего лишь мило улыбнулись, продолжая натачивать карандаши.

– А чего это вы такое делаете? – осторожно спросил Игорь, наблюдая, как острые лезвия срезают стружку, обнажая длинные грифели.

Игорь громко сглотнул.

– Именно так художники затачивают карандаши, Игорь, – пояснила Марина. – Мы не используем точилки. Если карандаш заточить неправильно, то он просто не будет рисовать так, как нужно.

– Ваши карандаши выглядят устрашающе…

Художницы невинно улыбнулись. Вообще-то, у них всегда в запасе были наточенные карандаши. Кто же приходит на урок неподготовленным? Но здесь и сейчас художницам хотелось немного шалить. Провоцировать хотелось неопытного натурщика. Ну а вдруг он испугается и шляпу перестанет держать?

– Расслабьтесь, Игорь, – сказала самая взрослая и важная художница. – Мы не кусаемся.

Она поправила на носу очки, покрутила между пальцев остро наточенный карандаш и приготовилась рисовать. Мало кто сидел у мольбертов. У многих были блокноты и альбомы.

– Сначала, Игорь, мы будем делать наброски, – пояснила Марина, вставая за мольберт чуть в стороне, чтобы иметь лучший обзор и на натурщика, и на своих подопечных. – Поэтому желательно, чтобы ты почаще менял позы.

– Понял, – кивнул Игорь. – Только своими острыми карандашами в меня не тыкайте…

– Не бойтесь, Игорь, – Маша взяла три остро наточенных карандаша, зажала их между пальцами по штуке и изобразила Росомаху. – Мы будем нежны…

Все засмеялись, и Игорь тоже не смог сдержать улыбку.

Вскоре ему налили шампанское в бокал, чтобы было не так скучно позировать, а потом периодически доливали, не забывая угощать закусками. Игорь шутил, развлекал художниц и непринуждённо менял позы. Единственное, ему приходилось попеременно менять руки, чтобы держать шляпу.

Время шло.

Игорю нравилось позировать, а художницам нравилось делать наброски.

Но вот последней позой было выбрано положение лёжа. Игорь с удовольствием разлёгся, оставил шляпу покоиться на прежнем месте, а руки положил за голову. Одну ногу он полусогнул, а вторая была выпрямлена. Мужчина прикрыл глаза, когда художницы сделали набросок этой позы и взяли в руки кисти, тюбики масляной краски и палитры.

Шампанского было выпито довольно-таки много и играла приглушённая музыка. В студии было тепло и уютно, а художницы лишь изредка перешёптывались, уйдя с головой в работу.

И Игорь в этот момент окончательно расслабился.

***

– Он что, уснул? – едва слышно прошептала одна из художниц, наклоняясь к соседке.

Но услышали все.

– Тихо ты! Разбудишь! – шикнула на неё вторая.

– Ой, девочки… Вы это видите? – голос третьей дрогнул. – Скажите, мне это не чудится?!

– Не чудится! Всё видим… Шляпа поднимается…

Художницы невольно подались вперёд, не отрывая взгляда от центра художественной композиции. Игорь действительно задремал. Его грудь мерно вздымалась, дыхание было глубоким и спокойным. Он был полностью расслаблен в отличие от другой части тела, которая у мужчин иногда жила своей жизнью даже во сне.

Потому что физиология!

Медленно, но верно, миллиметр за миллиметром, поля чёрной шляпы начали приподниматься, отрываясь от тела мужчины. Образовывался весьма заметный зазор. Любопытный такой зазор.

Но к сожалению, на него падала тень.

– Ой, мамочки! – кто-то радостно пискнул. – Что творится-то…

– Там скорее папочка… Там большой, сладкий папочка проснулся раньше своего хозяина…

– Шуга-дэдди… – мечтательно выдохнула Маша и тут же, забыв о приличиях, и вовсе хрюкнула от смеха, не в силах сдержать восторг.

– Чш-ш! – хором осадили её подруги, но в глазах у всех плясал восторг и озорство.

Ситуация была пикантной донельзя. Спящий красавец, не ведая стыда, демонстрировал совершенно естественную, но такую впечатляющую реакцию мужского организма на расслабление и, возможно, приятные сны.

Художницы замерли, затаив дыхание. Они отложили кисти и внимательно стали наблюдать. Им было любопытно, насколько высоко поднимется шляпа? Как долго продлится это зрелище?

– Может, снимем шляпу, пока он спит? – предложила одна дама. – Скажем потом, что она сама упала. Случайно.

Такая солидная с виду, а всё туда же… Но никто её не упрекнул. Никто не посмотрел косо.

– А может, закончим на сегодня наше занятие, и вы пойдёте по домам? – подала голос Марина, а сама улыбнулась.

Её щёки были розовее обычного. Она кусала губы и тоже не могла оторвать взгляд от поднимающейся шляпы. Такое художницы ещё ни разу не рисовали.

– Нет, мэм! – дружный шёпот был ей ответом. – Нам нельзя домой! Мы будем паиньками, Марина, только пусть наш сладкий папочка и дальше спит… Может, шляпа сама и свалится…

Художницы мигом взялись за свои кисти, готовые запечатлеть диво дивное. Хотя бы набросок, но надо было успеть нарисовать.

Послышался дружный томный вздох от всей женской компании.

Художницы! Что с них взять? Дайте только срамотишко какое порисовать…

– А сфотографировать можно? – робко спросила Маша. – Я потом дома дорисую детали… Без шляпы…

Марина так посмотрела на девушку, что та тут же стушевалась.

– Поняла, молчу. Фотографировать натурщика нельзя. Частную собственность трогать запрещено.

– Марина, но ты это, когда будешь Игоря будить, будь с ним поласковее… Мужчина, видишь, в каком состоянии…

– В каком? – спросила Марина, будто не понимала о чём речь.

– Напряжённом! – женщина лукаво подмигнула хозяйке художественной студии.

У Марины брови на лоб полезли.

– Он так на тебя смотрел весь вечер… – продолжила говорить художница, таинственно понизив голос. – Такие взгляды бросал… Вы точно не были знакомы до этого?

– Я его сегодня первый раз увидела, – честно ответила Марина, стараясь говорить ровно.

Она замечала взгляды Игоря. Видела его неприкрытый интерес. Но девушка не думала, что это замечают и все остальные в студии.

– А он?

– А он, оказывается, был на моей выставке и даже купил картину.

В студии воцарилась долгожданная тишина, а затем раздался дружный, восторженный «ох», перешедший в оживлённые перешёптывания.

– Я так и знала, что Игорь – ценитель прекрасного! – прошептала одна художница.

– И судя по шляпе – большой ценитель! – подхватила другая.

Все перевели взгляд на Игоря и на шляпу, которая не очень деликатно прикрывала мужской пах. Шляпа держалась на одном честном слове. Балансировала, так сказать, на грани.