Морана и сердце Нави

-Ну вот наконец-то тренировка в том, что у меня получается лучше всего, - говорю. В абсолютном не делании «ничего».

- Может быть хватит твоих глупых шуточек. Или ты не понимаешь, всей важности происходящего, - он бросает короткий взгляд. -В прошлый раз ты обнулила фазовый выброс инстинктивно. Сейчас ты должна его не гасить.

- Ты это сейчас серьёзно? - фыркаю.

-То есть, если я правильно тебя понимаю, если Навь снова наброситься на меня, ваша Задача по вашей методичке звучит так: «Отрок Морана, ты должна стоять. Не дышать. Смотреть, как всё катится к чёрту, и самое главное ты не должна вмешиваться, пусть тебя там порвут как тузик грелку, так, что ли?

-Именно так, - спокойно отвечает он. А мы будем все фиксировать и отслеживать выйдет ли что-то из этого.

Молчать я не научилась. По крайней мере пока.

Мы спустились по внешней открытой лестнице на уровень ниже. Воздух здесь был плотный, его как будто напитали электричеством.

- Стоп, остановись, стой здесь и пока не куда не двигайся, - сказал Перун, останавливаясь в метре от светящейся разметки. - Дальше пока не стоит двигаться, за этой линией начинается зона повышенных флуктуаций.

Он неспеша достает планшет и начинает вводить команды сигнал за сигналом до тех пор, пока не происходит деактивация защитного интерфейса.

На голографическом проекторе всплывает карта поля в начале это ровные линии, но на границе сектора символы другие дрожащие, рваные, как нервные импульсы.

— Смотри, вот сюда, вот видишь это? - он показывает на монитор. – В этом месте эфир максимально нестабилен. Малейший сбой и произойдет цепная реакция. Обычно для контроля над такими местами ставят усиленные барьерные духи. Но ты.

- А я просто живая аномалия, - заканчиваю за него. - И теперь и все ваше командование и вы в первую очередь хотите понять, развалю ли я это поле так же уверенно, как всё остальное. Так? Я все правильно сказала или где-то не учла что?

Он смотрит на меня долго.

-Близко ну не совсем так, это в первую очередь я хочу понять, - наконец говорит он, - где заканчиваешься ты, а где начинается пустота.

По позвоночнику про скользил холод.

- А хочешь небольшой спойлер, - тихонько шепчу ему на ухо. - Я сама нефига этого не знаю. Вот так-то!

— Ну что же значит, будем разбираться вместе и на месте.

Сказано почти мягко. Ну почти, есть еще над чем поработать.

Я делаю шаг вперёд, через невидимую черту.

Мир начинает меняется.

Это как войти в воду не после холода, а наоборот.

Воздух становится плотным, вязким.

Время замедляется, начинает тянутся.

Где-то на границе чувств я начинаю ощущать упрямое гудение.

Эфир вокруг меня пытается сохранять обычный рисунок.

Но потом я натыкаюсь на то, что внутри.

Пустота отвечает, но не яростью, не жадностью.

Просто фактом -Я ЗДЕСЬ

Линии поля начинают изгибаться, обходя меня, как поток я для неё камень.

- В этот же момент, - слышу голос Перуна. Он так же отслеживает мой интерфейс. Радиус локального влияния три метра. Поле пытается обойти твой контур.

- Как на карте эфирного поля Сварги? Дополнительно уточняю.

- Именно так.

Тишина между нами тяжелеет.

- Ещё один небольшой шаг, - приказывает он.

Я нехотя подчиняюсь.

Гул нарастает, усиливается, на ушные перепонки давит давление.

Голова начинает чуть-чуть кружится, но не от давления, а больше от его отсутствия.

За спиной как настенные часы щёлкают сенсоры.

Мне кажется, что они произносят. Тик так тик так кто-то щас уйдет во мрак.

- Мне становиться нехорошо, глубоко делаю вдох и медленно выдыхаю.

- Спокойнее все идет хорошо, - спокойно отвечает он.

- Ощущение такое что как будто завод вокруг продолжает работать по инерции, а питание уже сняли.

- Но ты же стоишь?

- Пока да.

- Тогда держись.

Я хочу послать его всеми доступными словами.

Но делаю ещё один небольшой шаг.

Потому что упрямство стабильно. В отличие от поля.

В этот момент всё ломается.

Я не вижу, что именно происходит.

Но ячувствую.

Где-то над нами защитное поле даёт микросбой.

Мир на секунду моргает.

Через крошечную трещину просачивается нечто.

- Что за х… - начинает Перун, но не успевает.

Пол вздрагивает.

Воздух сжимается.

Слева от меня пространство темнеет появляется маленькое серое пятно, похожее на ожог на ткани.

Из него вытягивается сущность.

Меньше, чем тварь в Тринадцать-Бета.

Но достаточно неприятная.

Мой мультитач вспыхивает красным:

ФАЗОВЫЙ ШУМ. НЕИЗВЕСТНЫЙ ОБРАЗЕЦ.

- Назад! - кричит Перун. - Морана, бегом назад!

Легко сказать, когда ты не в моей шкуре. Я пытаюсь сделать шаг, но понимаю, что не чувствую ног.

Пустота внутри расширяется, как купол.

Сущность рвётся ко мне.

Не к периметру. Не к Академии.

К точке нуля.

- МОРАНА СТОЯТЬ! - перехватывает голос Белобога в общем канале. - Отрок в некоем случае не двигаться!

Вы сейчас серьёзно.

- Перун если она сдвинется, то все поле обрушится, быстро поясняет он. - Перун, немедленно зафиксируйте её.

Перун делает то, что умеет лучше всего. Это исполнять приказы.

Он оказывается рядом в одно движение.

Хватает меня за плечи.

Дёргает назад ровно настолько, чтобы удержать на линии.

Пальцы - горячие, хватка - стальная.

- Отрок смотри на меня, - приказывает он.

Тварь ползёт к нам все ближе и ближе.

Я начинаю дрожать, страх накатывает волной за волной.

Тварь похожа на смесь тени и стекла; контуры дрожат, как дым в вакууме.

- Я хочу, что произнести, но не могу воздух застревает. – Она.

- Морана смотри мне в глаза. Смотри только на меня, - повторяет он.

Я поднимаю взгляд. Глаза хотят разорваться. Хочется забиться в угол и зарыдать как маленькая девочка. Хочется, что бы папа обнял и защитил как в детстве.

На секунду мир сужается до его глаз.

Холодных. Ясных. Сосредоточенных.

В его взгляде нет паники.

Только расчёт.

И тонкая, опасная злость, но не на меня. А на всю эту ситуацию, которая происходит в данный момент.

- Хорошо Морана, а теперь дыши, дыши спокойно и размеренно - говорит он. - Вдох. Выдох. Слушай меня пустота – это не ты. Это поле вокруг. Ты в ней точка. Ноль. Тактический ноль. Центр.

- Вы случайно не психофизик? – шепчу в ответ.

- Я солдат, - отвечает он. - Делай, что говорят и не задавай лишних вопросов.

Тварь почти у границы моего поля.

Я чувствую её чужеродный чужой холод поверх моего собственного.

Инстинкт орёт:сними напряжение, обнули её.

Голос Белобога в канале режет как нож:

- Сохранять спокойствие. Не гасить!

Перун держит меня, как последнюю надежду всего мира.

- Я не хочу её, я её боюсь еле-еле выдавливаю и себя. Сделайте что не будь я не хочу, чтобы эта тварь добралась до меня.

- Не чего не поделаешь, она хочет тебя, - сухо отвечает он. – И твоя задача постараться сделать так, чтобы это ей это не понравилось.

Мои пальцы вцепляются в его рукава.

Он не отстраняется.

-Просто представь, что она просто шум, - тихо говорит он. - А ты идеальная тишина. Не впитывай её. Просто не отвечай ей.

Если бы это было так просто.

Тварь касается границы.

Мир дёргается.

На долю секунды ломается всё зрение, слух, ощущение тела.

Я проваливаюсь в яму холода.

И действительно я не делаю ничего.

Не тянусь, не отталкиваю, не гашу.

Сущность проходит.

Прямо сквозь мою пустоту.

Её форма вытягивается, искажается, слой сенсорной оболочки слезает, как кожа.

Ядро прорывается дальше туда, где уже поднимаются внешние барьеры.

Там её встречает вспышка.

Защитная система Академии, наконец, делает то, для чего придумали.

Мы остаёмся на месте.

Он всё ещё держит меня за плечи.

Я вцепилась в его рукава так, что меня теперь и клещами не оторвать.

Вокруг нас воздух начинает пахнуть озоном.

И чем-то ещё тонкой нотой чего-то живого, нервного.

— Это было значительно лучше, - звучит голос Белобога в канале. В нём слышится плохо спрятанное удовлетворение. Она не обнулила выброс,только пропустила.

- Но какой ценой перегрузкой внешних барьеров, - сухо констатирует командор. - Но это однозначно лучше, чем локальный коллапс.

Хватка Перуна медленно ослабевает.

Но не сразу.

Мы встречаемся взглядами снова.

Лёд в его глазах остался.

Но под ним пламя вычисления.

— Вот видишь? - тихо говорит он, так, чтобы не попало в запись. - Ты способна быть не только разрушением. А теперь можешь меня отпустить.

— Это вы так вдохновляете меня? - шепчу. - Поздравляю, вы в этот раз не свернули вселенную.

Он наклоняется чуть ближе.

- Я говорю, - чётко произносит он, - что ты можешь быть оружием, если перестанешь считать себя исключительно проклятием. Еще раз говорю отпусти мои руки.

Фраза жалит.

И одновременно зажигает.

- Может, я и есть проклятие, - отвечаю. - Просто прицельное.

Он усмехается.

Коротко, неровно по-настоящему.

- Всему свое время.

Мы поднимаемся обратно на платформу.

Там нас уже ждут: командор, Белобог, офицеры безопасности и трое Отроков, стоявших на верхнем уровне после произошедшего они теперь смотрят на меня так, будто я чума в человеческом виде.

- Вы там оба совсем с умом тронулись? – кричит худощавый парень из Дома Горн почти срываясь в истерику. – Вы что там ополоумели, вести это чудовище на периметр? Оно могло обрушить половину поля!

- Серон, - рявкает командор. – Сбавьте пожалуйста свой тон, вы не в кабаке.

- Простите, но мы все здесь учимся и живем в одной Академии! - не отступает тот. - А нас только что использовали фоном для её эксперимента! Может быть, вы уже забыли, но это она уже разнесла дух Орлена в «Гармонии», а сегодня - теперь почти притянула ещё одну тварь из Нави. Что дальше, чего нам ждать - кто из нас следующий в череде ее экспериментов? Мы услышать четкий ответ, мы хотим разобраться в происходящем.? И вы не имеете права нас затыкать.

За его спиной взгляды поддакивающее кивают - кто-то - явно согласен, кто-то - просто боится высказаться и поддерживая толпу одобрительно машет головой.

Я смотрю прямо не отводя взгляд, вот их то я точно не боюсь, меня только что чуть не разорвала какая-то тварь, а они по сравнению с ней для меня пустышки.

Если начну оправдываться будет только хуже.

-Все сказал, что хотел. Закончил свое нытьё? —спокойно спрашивает Перун.

Серон резко разворачивается к нему.

- Что-ты сейчас сказал? Ты что теперь будешь её прикрывать? Это что теперь новая традиция собирать вокруг себя нестабильных?

Воздух тяжелеет.

- Повтори что ты сейчас сказал, - тихо говорит Перун.

В этом «тихо» больше угрозы, чем в крике.

- Я сказал и повторю это еще раз - Серон дёргает подбородком. - Вы её прикрываете.

Перун делает шаг вперёд.

Он не трогает Серона.

Просто подходит ближе.

- Послушай меня Серон - Отрок Морана, - произносит он ровно, - объект тактического эксперимента уровня «Омега». Любое несанкционированное вмешательство в её тренировки или попытка повлиять на её состояние может привести к катастрофическим последствиям.

Пауза.

- Если ты хочешь протестовать её, то подай официальный рапорт. На имя командования. И я с удовольствием передам тебе её тренировки, но тогда тебе предстоит жить рядом с ней и отвечать за все совершенные ею последствия. Ты меня понял?

В голосе Серона появляется дрожь.

Он переводит взгляд на командора.

Тот молчит.

- Да мне всё понятно, простите мне мою дерзость Дружинник, - выдавливает Серон.

- Очень рад, что мы пришли к взаимопониманию - отвечает Перун.

Он поворачивается ко мне.

- А вы сейчас отправляетесь медблок, - коротко приказывает. – Сейчас и немедленно.

- Но я в порядке, - возражаю.

Он смотрит так, что хочется отступить - и не отступать из принципа.

- Отрок ваше состояние не удовлетворительное. вы дрожите. Зрачки расширены. Цвет кожи нарушен. Давление, скорее всего, на уровне «через пару минут упадете здесь на пол». - Он делает ещё полшага. – А что, если ты сейчас рухнешь здесь в обморок, то это испортит мне отчёт. А я люблю идеальные отчёты.

— Это с вами что-то явно не так, - шепчу.

- Возможно, но об этом не вам судить - спокойно соглашается он. - Так что ты всё равно идёшь в медблок.

Я смотрю на Белобога пытаюсь хотя бы в его глазах найти поддержку.

Тот чуть кивает.

- Иди, Морана, - тихо говорит он. - На сегодня тренировок достаточно.

В его глазах я читаю усталость. И что-то, похожее на гордость.

Но для себя я решаю считать это галлюцинацией.

В медблоке холодно, ярко и пахнет обеззараживателем.

Я сижу на койке, болтая ногами, пока медтехник снимает показания с сенсоров.

Голова гудит, как плохо настроенный механизм.

Дверь открывается.

Но я не поднимаю глаз.

Подходит Перун.

- Если вы пришли сообщить, что я снова едва не уничтожила Академию, то не стоит можно было просто отправить посыльного или переслать отчёт.

- Слава богам ты сегодня не уничтожила Академию, - отвечает Перун. – Сегодня ты пропустила фазовый выброс через себя и дала барьерам сработать.

Он подходит ещё ближе.

- Впервые осознанно.

Я поднимаю взгляд. Мои глаза цепляются его глаз.

- А у вас явный талант вы умеете формулировать так, что это звучит и как похвала, и как приговор, - отмечаю.

- Привыкай, - пожимает он плечами. - Здесь это почти одно и то же.

Медтехник что-то бурчит про «стабильное давление» и «нервную нагрузку», листает планшет, потом уходит через боковую дверь.

Мы остаёмся вдвоём.

Опять.

- Знаешь, что здесь самое интересное, Морана? - спрашивает он.

- И что же?

— Это то, что у вас нет хобби, и вы развлекаетесь, рискуя своей жизнью?

Он пропускает.

- Ситуация в том, что ты не просто гасишь поле, - произносит он. - Вокруг тебя формируется зона, где все известные до этого правила меняются.

Он проходит по комнате, будто вычерчивает круг.

- Тактический ноль. Точка, где предсказуемые алгоритмы перестают работать. Это рушит отточенную и выверенную веками систему. Но в это момент он снова переводит на меня взгляд, это даёт нам шанс обойти угрозы, которые система не способна просчитать.

Мне очень не нравится направление разговора.

- То есть меня планируют использовать теперь как живую дыру в законах, - уточняю.

- Не как дыру, а как инструмент, - поправляет он. - Не больше. Не меньше.

Я смотрю прямо.

- А что, если я решу отказаться? И вообще я могу отказаться? - тихо спрашиваю.

Он подходит еще ближе. Останавливается напротив, оставляя всего полшага, между нами.

- Тогда, - говорит он без пафоса, - командование примет другое решение. И оно тебе понравится гораздо меньше.

В голосе нет угрозы.

Только сухие факты.

Холод от его слов пробегает по спине.

- Выбор, значит, - шепчу. - Быть оружием или стать предупреждением, как мой отец.

- Нет, - отвечает он. - У тебя в этой ситуации значительно худший выбор.

Он наклоняется немного вперёд.

- Ты можешь быть только оружие или из тебя сделают аварийный выключатель. Тот, кого отключат, как только поймут, что контролировать невозможно.

Слова входят без смягчения.

Я опускаю взгляд на руки.

Пальцы дрожат едва заметно.

- Знаете, что странно? - говорю. Меня пугает не то, что вы хотите меня использовать. Пугает, что часть меня она не против. Если я уже такая, - может, из этого хотя бы будет толк.

Тишина между нами густеет.

В его глазах что-то мягко меняется. Опасно.

- Тогда слушай и исполняй без прикосновенно все приказы, - говорит он чуть тише, чем обычно. - И постарайся выжить.

Он поворачивается к выходу.

- И да у нас будет ещё много ночей на периметре, Морана. И, поверь сегодня это была просто игра, следующая вылазка будет намного тяжелее этой.

- А вы умеете вдохновлять. Как говориться обнадежили так обнадёжили, - криво улыбаюсь. – С нетерпением уже жду следующего задания.