Реестр: Внесение

Алина заставила себя читать. Письма, реестры, записи из больницы, пометки на полях. И постепенно увидела: если Джозеф “есть”, то в цепочке всплывает другая линия – одна встреча, одно решение, одна покупка, один адрес. И дальше – событие, которое выглядит слишком точным, чтобы быть совпадением: пожар в лаборатории. Гибель людей. Потеря разработки. Вырванная из мира возможность.

– Вы хотите сказать… – голос у неё сел. – Что его существование ведёт к катастрофе.

– Я хочу сказать, – тихо ответил Грей, – что ткань уже знает исход. Она выбирает меньшую боль.

– И вы помогаете ей выбирать? – спросила Алина.

Грей не улыбнулся.

– Мы удерживаем форму, – сказал он. – Вам кажется, это жестокость. Иногда это – медицина.

Слово “медицина” прозвучало почти насмешкой после вчерашнего.

Алина почувствовала, как медальон в кармане тяжелеет. Не жаром. Давлением. Как будто ей предлагают согласиться.

– Почему вы показываете это мне? – спросила она.

Грей закрыл папку.

– Потому что вы будете видеть пустоты везде, – сказал он. – И однажды вмешаетесь не туда. Мы можем научить вас отличать пустоту-рана от пустоты-шов.

– А если я не захочу? – спросила Алина.

Грей посмотрел на неё спокойно, почти устало.

– Тогда вы всё равно будете видеть, – сказал он. – И будете делать это вслепую.

Он сделал паузу, короткую, как вдох перед холодной водой.