Персики Тосканы

Анастасия Махрова

Персики Тосканы

Часть 1. Солнце Тосканы.

Глава 1.

Виктор мчался за котом, как пущенный из пращи камень. Мелькали вывески магазинов, яркие билборды, но бывший сотрудник магорга Виктор Колтон видел перед собой только пушистый серый хвост. Говорил ему мистер Роббинс, не иди в частный сыск, нет же, пошел. И ладно бы дела были интересные, но по большей части всё то же самое, что и в магорге – кот пропал, или украли перстень. Теперь еще и мужья неверные прибавились. Такое Виктор любил меньше всего. Марк Бланк, который ушел вслед за ним и теперь работал с ним в паре, ворчал иногда:

– Босс, нам бы убийство какое, да пожестче, что нам эти греховодники.

– Я правильно понимаю, что ты желаешь смерти бедным магам? – спрашивал Виктор юного помощника.

– Не обязательно магам, – парировал Марк. – Обычный люд тоже подойдет.

Теперь этот кот на его голову. Виктор нашел бедолагу за мусорными баками на углу Уордор-стрит и Олд-Комптон-стрит, но, вместо того, чтобы радоваться спасителю, кот несся по Сохо, как ошалелый. Поймать его удалось лишь спустя два часа. Взмыленный и злой, Виктор вернулся в офис, зажав под мышкой непокорное животное. Едва Марк заикнулся про его расцарапанные руки, Виктор быстро избавился от докуки.

– Я нашел кота, а ты отнесешь его хозяйке, – мстительно улыбнулся Виктор.

– Босс, это ведь в другом конце Лондона! – ужаснулся напарник, но Виктор уже сгрузил ему котейку.

Оставшись один, он откинулся в кресле, устало вытянув ноги. Жаль, что у него нет секретаря, которая приносила бы кофе. Но с секретарем он бы точно разорился.

Весну сменило лето, а он так и не уехал в Италию. Финансовый вопрос встал ребром – брат Марка выселил его из дебаркадера, решив продать. Пришлось перебираться к отцу. Сидеть у родителя на шее Виктор, конечно, не желал, потому открыл фирму, занимающуюся частным сыском. Иногда с тоской в сердце он думал о Чире. Как он там? Превратился ли в чудовище рядом с Мориани, или его еще можно спасти? Усталый мозг уверял его, что спасать уже нечего – бесенок превратился в самого настоящего беса.

Хлопнула входная дверь, и Виктор, подобравшись, попытался пригладить взлохмаченные волосы. Да уж, что подумает клиент, увидев его руки в свежих царапинах. Офис их находился в подвальном помещении, и чтобы попасть внутрь, необходимо было преодолеть довольно крутую лестницу. Минута, которая проходила от звонка дверного колокольчика до вхождения клиента в двери, часто оказывалась спасительной. Виктор и Марк сгребали в кучу пустые пластиковые стаканы, выбрасывали коробки из-под пиццы, смахивали со стола крошки. В этот раз прибирать было нечего.

– Папа? – удивился Виктор, взглянув на посетителя. – Что-то случилось?

Джек Колтон улыбнулся. Он с интересом оглядел небольшой кабинет.

– Мы могли бы и дома с тобой поговорить, но больно уж хотелось посмотреть, как вы с Марком устроились.

– И как тебе? – спросил Виктор, ощущая легкое беспокойство. У папы что-то стряслось. Может, он заболел? Или потерял работу? Что-то заставило его выбраться из недр Магической библиотеки и прийти к нему в офис.

– Неплохо устроились. Почти центр. – Папа устроился напротив Виктора.

– Ага, почти. – Виктор поставил в воздухе невидимые кавычки. – На чем добрался?

Отец устало вздохнул.

– Ладно, Вик, пожалуй, хватит любезностей. Давай к делу.

– Давай, – согласился Виктор.

Отец сложил пальцы скобкой и вздохнул.

– Что-то мне неспокойно, Вик. Думаю, чем меньше мы будем медлить… У меня есть друг по переписке. Зовут его Стефано Росси, он итальянец. Оба мы простые клерки без капли магии. Я библиотекарь, а он – работник музея. Что нам, старикам, нужно? Пару писем в месяц, иногда – телефонный звонок. Но Стефано давно не писал мне. Я думал, может, занят.

– Возможно, так и есть, – пожал плечами Виктор, пока не понимая, к чему ведет папа.

– Соглашусь, сынок. Но только сегодня Стефано должен был позвонить мне. И не позвонил. Он никогда не пропускал возможности созвониться. Ни разу за более чем тридцать лет.

– Позвони ему сам, – предложил Виктор. – К чему скромничать, если переживаешь?

– Я звонил, – раздраженно ответил отец. – Но никто не взял трубку.

Виктор кивнул. Тревога отца была понятна. Человек в возрасте, мало что могло случиться. Отгоняя непрошеные воспоминания о смерти мамы, он поинтересовался:

– А дети есть у него? Жена или родители?

– Жена умерла несколько лет назад, детей у них не было. У него есть брат и племянница, с ними он и живет. Вот только домашнего телефона я не знаю. Всегда звонил в музей.

Виктор встал, чтобы налить им чаю. Чашки у них с Марком были разномастные: большие, маленькие, щербатые, новые, но объединяло их одно – их не помешало бы помыть. Под скептическим взглядом отца, Виктор, немного покраснев, сначала вымыл посуду, затем налил чай.

– Пап, ты хочешь, чтобы я позвонил туда? – уточнил Виктор.

– Нет, я хочу, чтобы ты съездил в Италию, – невозмутимо ответил отец, и, глядя на недоумение Виктора, добавил.

– Денег я, разумеется, дам.

– Пап, давай подождем. Может, через пару дней твой приятель объявится, – упрямился Виктор. – У него там дел невпроворот, я уверен.

«Как и у меня» – мрачно подумал он. У Виктора накопилось много пусть и мелких, но безотлагательных заказов.

– Ты даже не спросил, Вик, в каком он городе живет, – терпеливо заметил отец.

Словно это имело значение. Виктор спросил:

– И в каком же?

– Порто-Эрколе.

Сердце Виктора забилось быстрее. Какое странное совпадение. Отец хочет, чтобы он поехал в город, где сейчас находится Чир. И Романо Мориани, разумеется. Совпадение ли это? Может, нет никакого друга, и отец его выдумал, глядя, как он мается, откладывая поездку?

– Пап, я…

– Марк справится здесь и один. Судя по всему, очереди у вас нет. Поезжай, – мягко сказал папа. – Тебе давно пора разобраться с этим. Узнать, как там Чир, и, возможно, напасть на след Мориани.

– А друг-то существует? – всё же уточнил Виктор.

– Разумеется, – оскорбился отец. – И я действительно переживаю за него. Стефано рассказывал, что в их городе полно Темных ангелов – бандитов из группировки Мориани. Синьора Романо, кстати, сейчас найти несложно – он не то чтобы скрывается. Это его город, и Мориани делает там всё, что хочет. Я заказал тебе билет на завтра. – Отец положил перед ним синий листок. – Увидимся дома.

Не допив чая, отец попрощался и ушел, а Виктор долго сидел над дымящейся чашкой.

Глава 2

– Вы могли бы работать хорошо, мисс Хансон, – равнодушно протянула миссис Блоссом. – Если бы постарались.

Начальница отбросила листки с написанной статьей, как дохлую крысу. В душе Герсеми пробудился Везувий. Не в силах справиться с гневом, она молчала. Герсеми смогла тихо выйти из кабинета, подхватив статью, швырнуть ее на свой стол, но в туалете дала выход эмоциям.

– Мерзкая старуха! Гадина беспринципная. Мымра! – Слезы стекали по лицу Герсеми, она с ожесточением терла щеки салфеткой. Она написала замечательную статью о мошенничестве в спортивном сообществе, а миссис Блоссом нашла в ней массу недостатков. Герсеми хотелось написать не просто статью, а книгу, но где взять время? Работа в «Магическом вестнике» вытягивала из нее все жилы.

Виктор предлагал ей уйти в частный сыск, вместе с ним и Марком, но Герсеми не решилась. Поездка на остров три месяца назад примирила их, но до чего-то большего дело не дошло. Официально они остались друзьями, хотя дружба между бывшими любовниками весьма сомнительна. Невысказанные слова, обиды… Герсеми не хотелось недомолвок, и она осталась работать в газете. Иногда по вечерам, она доставала телефон и набирала сообщения. Периодически даже отправляла их, но только те, по которым понять ее чувства было сложно. «Как дела?», «Как на работе?». В ответ она получала такие же дежурные ответы.

Лето в Лондоне проходило быстро. Не успела оглянуться – прошел июнь, начался июль. Герсеми подумалось, как было бы славно уехать сейчас на морское побережье. Написать, наконец, книгу, да и просто отвлечься от будничной рутины. В последнее время она работала без выходных, может, наберутся отгулы?

Она вернулась в офис, посмотрела на коллег, почти впавших в сонное оцепенение, и открыла файл с книгой. Неплохо было бы открыть статью, и посмотреть замечания миссис Блоссом, но сил не было. Книгу она начала писать зимой, когда их Виктором роман потерпел фиаско. Пытаясь занять себя вечерами, Герсеми рассуждала об отношениях мужчин и женщин, и сама не поняла, как написанное стало формироваться в книгу. Курсор мигал на слове «исключительный». Исключительный мужчина должен обладать редким, особенным качеством – понимать тебя. Как женщине найти такого, и есть ли предел исключительности? Может случиться такое, что для тебя в этом мире припасено не так много вариантов идеальных мужчин? И как не пропустить того самого? Герсеми стала рассуждать об идеальном для себя мужчине, и выделила несколько пунктов, отмечая в скобках то, о чем нужно подумать позднее:

1. Мужественный (в чем состоит мужественность? Может ли парень быть мужественным в бою, но мягким в быту?).

2. Ответственный (женщина не должна взваливать на себя дом, детей, работу и прочее). Если мужчина ответственный, он возьмет часть на себя. А иначе, зачем он нужен?

3. Верный.

К этому пункту прибавить нечего. Верность и честность – вот что отличает хорошего человека от плохого. С другой стороны, самой ей не хотелось быть честной до абсурда – если коллега сделал комплимент, зачем это знать любимому? Мало ли, ревновать будет.

4. Ревность…

– Мисс Хансон, вы уже начали работать над ошибками в статье? – услышала она над головой, и в ужасе свернула файл с книгой. Мгновение понадобилось ей, чтобы открыть статью.

– Несомненно, миссис Блоссом. Ваши замечания весьма дельные, статья становится лучше. Со дня на день я сдам вам исправленный вариант, – мило улыбнулась она. Герсеми привыкла быстро справляться с нахлынувшими эмоциями.

– Вот и отлично. Кого я не терплю, мисс Хансон, так это бездельников. Тех, кто в рабочее время занят своими делами.

Герсеми почувствовала, что щеки ее загорелись. Посмотрев вслед начальнице, она со вздохом открыла статью и взяла листки с замечаниями. Каким замечательным начальником был мистер Уингер… Ему и дела не было, кто чем занят, лишь бы сдавали все в срок. Герсеми с неохотой признавала, что с приходом нового руководства газета стала интереснее: факты проверялись тщательнее, статьи печатались лишь самые интересные. Исправив ошибки, она отправила на почту начальнице отчет о проделанной работе, и, оглянувшись по сторонам, обнаружила, что рабочий день закончился, и офис почти пуст.

Мысли об отпуске вновь пришли в голову. Она взяла настольный календарь и посчитала количество дней, которые можно взять. Получилось почти две недели. Неплохо. Она оделась и вышла на улицу, окунувшись в шум города. Дома ее никто не ждал. Можно вновь сесть за книгу, но перед тем неплохо бы заглянуть в Магическую библиотеку. Может, мистер Колтон ей что-нибудь посоветует? Отец Виктора был хорош тем, что принадлежал одновременно к миру магическому, и к немагическому. Он знал о литературных новинках обоих миров. Герсеми справедливо полагала, что такая вещь, как психология одинаково важна для любого человека, является он магом или нет. Ей хотелось почитать книги на интересующую ее тему – может, все написано до нее, и не стоит углубляться в психологию без специального образования? Может статься, что ее псевдонаучные изыскания никого не заинтересуют.

В библиотеке привычно пахло пылью и воском для натирания паркета. Герсеми вспомнилось, как они с Виктором проводили здесь время в те недолгие счастливые дни после его переезда из Норвегии. Виктор шел навестить отца, Герсеми его сопровождала, и большую часть времени они целовались, спрятавшись за высокими стеллажами, уходящими в потолок. С чего ей вздумалось ревновать его к Гвен? Почему не спросила, а просто убежала, хлопнув дверью, застав их вместе? Тема ревности в ее книге займет не одну страницу.

Джека Колтона она не нашла, зато, уходя с книгами подмышкой, наткнулась в холле на сэра Гахериса. Пожилой профессор имел отличную память на учеников, потому сразу ее узнал:

– Мисс Хансон! Какая неожиданность. Похвально, что, даже покончив с образованием, вы уделяете время книгам.

– Да, сэр, это так. Правда, не совсем научным, – смутилась Герсеми. Не отыскав без мистера Колтона нужных книг, она набрала детективов.

– Ничего, всякая литература важна, – миролюбиво заметил профессор. Сам он книг не взял. – Я заехал навестить мистера Колтона, но тот уже отправился домой.

– Да, я тоже хотела его повидать.

Сэр Гахерис, осмотрев ее внимательно, поцокал языком:

– Вам бы следовало больше отдыхать, мисс Хансон. У вас интересная работа, но всё же нужно уделять время и отдыху.

Герсеми неловко пригладила рыжую копну волос. Ну вот, даже знакомые замечают, что она выглядит, как замученная пахотой лошадь.

– На самом деле, я сегодня тоже об этом думала, профессор. Уехать бы к морю, хоть недельки на две. Возможно, я сообщу о своем намерении начальству. Статьи можно писать не только в офисе.

– Ваша статья об убийстве на острове Бъок имела успех, – заметил сэр Гахерис, махнув за ее спиной библиотекарю.

– Так и есть, сэр. Хотя многое я писать не стала. Особый Билли вряд ли хотел бы обнародовать свою деятельность. Да и Янис… – она вздохнула. – Интересно, как у него дела?

– Я немного слышал о деле мистера Лицитиса. – Сэр Гахерис задумчиво погладил седую бороду. – Он не имеет права выезжать из страны какое-то время, но в остальном всё обошлось. Адвокату удалось убедить судей в том, что Яниса запугали. Заставили убить ту семью.

Да уж. Герсеми покачала головой. Конечно, она не хотела Янису зла, но обостренное чувство справедливости мешало ей порадоваться за парня от всей души. Получается, что каждый, убивший человека, может избежать наказания и жить дальше? Ей с трудом верилось, что Янис раскаивается в содеянном. Его, скорее, волновало наказание, нежели преступление. В очередной раз удивившись, что сэру Гахерису до всего есть дело, она решила сменить тему:

– Пожалуй, мне пора, сэр. Спасибо за заботу, я подумаю об отпуске.

Сэр Гахерис вдруг вынул из многочисленных карманов плаща потертый блокнот и записал несколько слов. Затем он вырвал листок и протянул Герсеми:

– Если надумаете все же поехать в отпуск, рекомендую одно место. Италия, солнце, море. Мой друг держит небольшой отель в Тоскане, он с радостью предоставит вам номер.

– Спасибо. – Герсеми взяла листок и положила в сумку. – Мне, правда, пора. До свидания, сэр.

Профессор махнул ей рукой. Шагая по переулкам Вест-Энда, она думала о Викторе. Как у него дела, интересно? Все ли получается с частным сыском? Она вынула телефон, но затем положила обратно в сумку. Три месяца прошло. Он мог начать встречаться с девушкой. Неловко будет, если она ему помешает.

Дома она написала электронное письмо начальнице, и, боясь передумать, отправила. Даже если миссис Блоссом была против, она узнает об этом позже. Что ей терять? В конце концов, есть и другие газеты. Она развернула листок сэра Гахериса. Профессор советовал ей поехать в Италию, в один из отелей городка Порто-Эрколе. Может, действительно позвонить, забронировать номер? Подумав о теплом солнце Тосканы, она улыбнулась. Ее командировку на Бьок весной сложно было назвать отпуском; сейчас же Герсеми решила не упускать шанс. И отдохнет, и книгу напишет. Может, еще пару статей, чтобы миссис Блоссом не слишком гневалась. Денег у нее было немного, но сестра не раз говорила, что займет, в случае непредвиденных обстоятельств. Как бы безответственно это ни выглядело, Герсеми решила, что это тот самый случай.

Глава 3

Дом стоял на возвышенности. С балкона открывался вид на море, и на сад, немного заросший, но полный солнца и сонных пчел. После вчерашней поездки – сначала на самолете до Рима, потом на такси до Порто-Эрколе – Виктор долго спал, но сейчас почти бодрый, почти выспавшийся, сонно рассматривал окрестности. Справа виднелась крепость Санта-Барбара, внизу горошинами рассыпались дома с красно-коричневыми черепичными крышами. Вчера он познакомился лишь с хозяином дома, Марко Мориани, остальные домочадцы и гости отеля уже отдыхали. Сейчас Виктор видел, что внизу суетится народ: темноволосая, полногрудая женщина что-то быстро говорила по-итальянски светловолосому мальчику, успевая и персики собирать, и, по всей видимости, руководить приготовлением завтрака. Возле гаража возился с автомобилем загорелый юноша. Виктор, осмотрев свои бледные, тонкие пальцы, вздохнул. Да уж, ему здесь лет пять нужно жить, чтобы сойти за своего.

Натянув шорты, он поцокал, рассматривая белые, в царапинах ноги, затем спустился.

– Выспались, мистер Колтон? – Синьора Лючия, хоть и говорила по-английски с акцентом, знала язык неплохо. – Сейчас будем завтракать, подождите немного.

– Прошу прощения, синьора, я не буду есть. Дела, – улыбнулся Виктор. И пока синьора Лючия на стремительном итальянском что-то говорила ему вслед, видимо, сетуя, что он отказался от такого важного и незаменимого приема пищи, он пересек залитый солнцем двор, и через заднюю калитку спустился к дороге. Где находится музей, он примерно знал – в номере нашелся путеводитель. Преодолев несколько кварталов, он остановился и осмотрелся по сторонам, признавая поражение. Узкие улочки, говорливые торговцы, жар мостовой – всё вокруг было чужим, незнакомым. Возле красных зонтиков кафе он увидел мужчину, с виду европейца, и подошел:

– Простите, вы не подскажете, где можно найти Музей Магических Артефактов?

Мужчина оторвался от чтения потрепанной книги. Увидев, что книга на английском, Виктор невольно прочел: Карло Леви. «Христос остановился в Эболи».

– Здесь магия везде, мистер англичанин. Это море, пляж, крепость… В такой погожий день искать музей? Не лучше ли познакомиться с городом или искупаться в море?

– С чего вы взяли, что я англичанин? – удивился Виктор.

– У меня всего лишь есть глаза, – буркнул незнакомец, закрываясь книгой. Чашка кофе рядом была куплена так давно, что даже не дымилась. – Музей там, вниз по улице.

Мужчина чем-то напомнил Виктору Особого Билли, да и вообще походил на шпиона. Он выглядел по странного неуместно среди шумных итальянцев, словно старался казаться туристом, но выходило слабо. Не хватало лишь дыры в книге, как в старых шпионских фильмах. Сухо поблагодарив, Виктор направился вниз по узкому проулку. Музей спрятался в тени деревьев. Белый камень его стен скрывал немало тайн, но готов ли он ими делиться? Виктор прошел внутрь, в тишину холла.

Почти все музеи мира охраняют старушки, и этот не был исключением. На входе, рядом с колоннами, сидела милая пожилая женщина, ни слова не понимающая по-английски. Когда Виктор, представившись, несколько раз произнес имя Стефано Росси, она вскрикнула, округлила глаза и скрылась в подсобке. Слушая чью-то перебранку, Виктор терпеливо ждал. Он искренне надеялся увидеть друга отца в добром здравии. Наверняка окажется, что старик просто обиделся на папу. Виктор знал, как это бывает. Сначала ты вроде не против, когда вмешиваются в твою личную жизнь, но чем старше становишься, тем меньше хочется рассказывать о буднях, довольно серых, о родственниках. А если приятель нелестно отзовется о родственниках – вообще пиши пропало.

– Мистер Колтон. – Появившийся в дверях мужчина был седовлас, строен, но на Стефано Росси, показанному отцом, на фотографии, не походил. – Прошу, пройдемте в кабинет.

Они прошли по пустым залам: из темноты на Виктора смотрели то портреты древних старцев, то каменные, полураскрошившиеся статуи. В открытые окна врывался запах розмарина, слышался стрекот цикад. Виктору на миг стало не по себе, словно за окном била ключом жизнь, а он шел по склепу, давно забытому, никому не нужному. В кабинете сквозняк разбросал бумаги, и Виктор с незнакомцем какое-то время собирали их.

– Выходит, вы знаете английский, – констатировал Виктор, присаживаясь в кожаное, вытертое от времени кресло.

– Учил в университете, – подтвердил мужчина, устраиваясь напротив. – Меня зовут Мерино Балтасаре, я заместитель директора музея. Работы летом у нас немного. Мало кого из туристов интересуют магические артефакты, когда пляжи и бассейны манят прохладой.

– Я хотел бы увидеть Стефано Росси, – повторил Виктор. – Мой отец, Джек Колтон, давно с ним дружит, и обеспокоен его внезапным молчанием. Он не пишет, не подходит к телефону. Конечно, возможно, синьор Росси просто обижен…

– Он умер, – прервал его синьор Балтасаре. Виктор в огорчении замер на полуслове. Вот как. Папу ждет плохое известие. Очень жаль.

– И как же это случилось? – спросил Виктор. – Синьор Росси чем-то болел?

Синьор Балтасаре сложил руки, словно в молитве, глядя мимо Виктора в открытое окно. Летнее утро Тосканы заявляло о себе: шорохом волн, мерным шумом деревьев в саду, пением птиц.

– Его убили, – наконец, сказал синьор Балтасаре.

– Вы уверены в этом? – опешил Виктор. – На теле обнаружены травмы? Что сказали врачи?

– Врачи не могут ничего сказать, мистер Колтон, поскольку тела не обнаружено, но я нисколько не сомневаюсь, что нашего дорогого синьора Росси нет в живых, – ответил со вздохом Балтасаре. – В тот день он был один в музее. Когда мы пришли утром, то не обнаружили ни синьора Росси, ни древнего, очень ценного меча. Если бы Стефано был жив, он никогда не позволил бы похитителям забрать меч. Они убили его, я не сомневаюсь в этом.

Виктор видел и другие варианты, но, видя, как расстроен Балтасаре, решил умолчать об этом. Синьор Росси мог выкрасть меч, мог быть ранен и похищен ворами для каких-то целей. Мог погнаться за бандитами и попасть в беду. Хотя в чем-то он был согласен с Балтасаре – вероятность убийства исключать было нельзя. Представляя, как расстроится папа, он спросил:

– Можно посмотреть место, где находился украденный меч?

– Послушайте, мистер… – Синьор Балтасаре на время закрыл глаза, видимо, желая, чтобы Виктор исчез, затем открыл их. – Здесь кого только не было за прошедшую неделю: полиция, магорг. Мы устали. Зачем вам-то влезать в наши дела?

Виктор прекрасно понимал заместителя. Друг, с которым он наверняка проработал не один десяток лет, пропал, исчез прямо с рабочего места. Друзья и близкие даже попрощаться с ним не могут, поскольку тела не нашли.

– Я понимаю, синьор, – мягко сказал он. – Но вы уверены, что полиция и отдел магорга настроены его искать? У них наверняка много работы. Я тоже в прошлом магорг, сейчас занимаюсь частным сыском. Найти синьора Росси, живого или мертвого – дело чести.

Балтасаре помолчал, затем неохотно кивнул.

– Пройдемте. Пока идем в зал оружия, расскажу немного о мече.

– Давным-давно девять столетий назад, жил отважный рыцарь Гаруффио ди Кастелланте — начал рассказ Балтасаре, шагая по пустым коридорам. Виктор едва поспевал за ним. – Знаменитый защитник слабых. Однажды, возвращаясь домой после победоносного сражения, Гаруффио обнаружил странный светящийся камень посреди леса, неподалеку от своего замка.

Остановившись, он увидел в камне сияющий клинок, мерцающий голубым светом. Камень оказался древним заклинанием феи-крестницы Гарунделии, пожелавшей вознаградить достойнейшего героя Италии за храбрость и справедливость. Наш рыцарь достал меч, и тот откликнулся на его прикосновение, признав в нем хозяина. Назвали меч Эспадорин. Еще его называют клинок судьбы, или же просто меч Гаруффио.

Каждый раз, когда Гаруффио угрожала опасность, лезвие начинало светиться ярко-синим. Он был крепким, как сам камень, из которого его достали. Говорят, меч мог разрубить что угодно… – оглянулся на него синьор Балтасаре. Виктор чуть не упал. Ох уж эти экскурсоводы. – Этот волшебный меч мог победить любого врага одним ударом, лишь бы сердце владельца было чистым перед лицом истины и справедливости.

– Этот Гаруффио… Он действительно существовал? – уточнил Виктор. – Это историческая личность?

– Официальных подтверждений нет, но легенд про него много.

– Понятно. – Они вошли в зал, полный мечей, гнутых сабель, и даже копий. – И что там с мечом?

– Владеть таким оружием означало нести большую ответственность, – продолжил синьор Балтасаре, подходя к стеклянному стенду. Место, где когда-то был меч, пустовало. – Если же рыцарь воспользуется силой Эспадорина ради корысти, меч исчезнет навсегда вместе с доблестью хозяина. Много подвигов совершил Гаруффио благодаря Эспадорину, освобождая земли от монстров, спасая принцесс, восстанавливая мир между народами. Сам король принял решение наградить его титулом великого магистра ордена святой Магдалины за выдающиеся заслуги.