Измена. Развод. Десять лет спустя

Стив бросает на меня непонятный взгляд и уходит в сторону стойки администратора. Там переговорив пару минут с медперсоналом идет к лифту и исчезает совсем из моего поле зрения.

Поджав губы, стараюсь не обращать на пульсирующую боль в ноге.

Вокруг суета! Бегают врачи, медсестры, ординаторы. Приемный покой переполнен. Множество людей разных рас и социальных ступеней. Рядом с пострадавшими и больными людьми кто-то да есть. Кого-то обнимаю за плечи, кого-то держат за руку или гладят по голове, а кто-то просто сидит молча рядам. А я одна. Совсем одна в незнакомой стране, в больнице полной людей.

Жалость к себе вдруг захлестывает в головой и накрывает волной. Держалась как-то до этого момента, думала сильная, все вывезу со всем справлюсь. Я же привыкла быть сильной, все тащить на себе и быть всегда одной. А тут вдруг надоело. Я бы хотела чтобы рядом был кто-то родной, знакомый и небезразличный.

Позорно шмыгнула носом.

На меня покосилась рядом сидящая пожилая темнокожая пара. Извиняющееся улыбнулась и еще раз шмыгнула носом. Проверяю телефон, в надежде найти там сообщение от Миры.

Слезы катятся по щекам.

– Ольга, что случилось? – рядом вдруг возник Стивен.

И не просто возник, а опустился на корточки возле моих ног, так что наши лица оказались на одном уровне.

Этого еще не хватало, представь пред ним во всей опухшей от слез красе. Он и так видимо считает, что я немного того, особенно если взять во внимание наше знакомство.

– Ничего, все в порядке.

– Очень больно? – участливо спрашивает мужчина, его неравнодушие заставляет мои слезы катиться сильнее.

Вот даже он не безучастен, незнакомый мужик, а от родной дочери нет ни одного сообщения. Как я могла так упустить Миру? Почему это случилось с нами? Со своей мамой я очень близка, и всегда мечтала что с дочерью тоже смогу быть подругой…но…упустила.

– Очень, – киваю.

И нога болит и душа.

– Сейчас вас примут без очереди. Здесь работает один человек, он должен мне за услугу, поэтому я все устроил. Может попросить для вас обезболивающее? Или воды?

– Воды если можно…только позже, не уходите, пожалуйста от меня, – произношу, хватая Стивена за руку.

Если он и удивлен этим действием, то и бровью не ведет. Поднимается с колен и не выпуская мою руку, присаживается рядом на кушетку. По своему трактует мое поведение.

– Позвонить Мире или Роману? – спрашивает Стивен.

Отрицательно качаю головой.

– Уж точно не Роману, – фыркаю я, из-за заложенного носа и слез получается совсем не красивый звук. Но сегодня уже нечего беспокоится о первом впечатлении.

Стивен видел меня во всей красе.

– Тогда Мире.

– Не нужно. У них с Алексом дела, не тревожьте молодых.

– Их дела могут и подождать. Я конечно останусь с вами сколько нужно, но в скором времени вас заберут на рентген, а мне дадут заполнить документы. Я ни черта о вас не знаю, Ольга. Ни группы крови ни чего.

– Не уверена, что Мира сможет вам в этом помочь, – улыбаюсь, но совсем невесело.

Аккуратно вытягиваю свою руку из ладони Стивена и достав из сумочки салфетки, промакиваю глаза.

– Почему?

– Мы не очень близки.

Стивен задумчиво смотрит по направлению к лифту. Он будто собирается мне что-то сказать, но завидев знакомого высокого мужчину в белом халате, поднимается на ноги.

– Мистер Маккуин, извините за ожидания. Мы готовы принять Миссис… – врач замолкает опуская взгляд на меня.

– Мисс Белову, – поправляю, поймав взгляд Стивена, зачем-то добавляю. – Я не замужем.

Стивен кивает, но оставляет мою ремарку без комментариев.

Спустя пару минут к нам подходит медсестра толкая впереди себя инвалидное кресло. Я кое-как перебираюсь на него и меня наконец везут на рентген. Стараюсь не думать о том, что там могут обнаружить.

Только не перелом… Мира будет в ужасе, если на ее идеальном празднике я буду ковылять в гипсе и на костылях.

Прячу лицо в ладонях и еще раз всхлипываю. Иногда очень устаешь быть сильной женщиной, и хочется просто побыть маленькой девочкой и ни о чем не думать.

Все больничные манипуляции тянутся очень долго…Я провожу в больнице почти шесть часов и когда наконец меня спускают обратно вниз, с удивлением обнаруживаю Стивена в комнате отдыха для ожидающих.

– Вы все еще здесь? – вырывается у меня удивленный возглас.

– В моей машине остались ваши туфли и шляпа. Вдруг вы обвиняли бы меня в краже? – усмехнувшись произносит мужчина, пряча руки в карманы брюк.

Он смотрит на мою ногу, упакованную в привлекательную синюю лангету.

– Как я понимаю, все обошлось?

– На свадьбу Миры придется надеть тапочки, никаких больше каблуков, – говорю я.

Стивен хмурится.

– Что сказал врач?

– Умеренный отек мягких тканей и вывих. Через пару дней все должно прийти в норму. А пока, щадящий режим и что-то холодное. Кажется, я не смогу присутствовать на яхте…

– Не думайте об этом, главное это здоровье. Обопритесь на меня, я помогу дойти вас до машины, – произносит Стивен, подходя ближе.

Он довозит меня до апартаментов, помогает подняться на этаж и заводит в квартиру. Аккуратно укладывает меня на диван и приносит из холодильника бутылку холодной воды и пакет с замороженным горошком. Мне ужасно неловко из-за того что он носится со мной все это время, но я так устала за этот день, что позволяю принять себе это простое человеческое отношение и ни о чем не думать.

Как только Стивен уходит, тихо прикрыв за собой дверь. Я заглядываю в телефон от Миры так и нет сообщений. Я пишу ей короткое, что со мной все в порядке и откидываю мобильный, устало прикрывая глаза.

И только перед стом понимаю, что мои босоножки и шляпа так и остались в машине у Стивена.

10 Глава

На утро с ногой стало только хуже. Кое-как приняв душ, и прожевав бутерброд сыром и помидором, отменила экскурсию по павильонам Голливуда, на которую записалась почти сразу по прилету. Очень мне хотелось пройтись по тем местам где снимались фильмы моей юности, теперь не то что “пройтись”, ползаю кое-как.

Мира с утра скинула сообщение, собирается заехать после пилатеса.

А мне что остается?

Пить обезболивающее и разбираться с накопившимися на почте письмами. Рабочие чаты тоже полнятся сообщениями. Пока я спала, мои цветочные феи работали и конечно, вопросы у них возникали.

Эта разница во времени не очень удобна, чтобы вести бизнес.

Хмыкнула.

Неужели я стала думать как Роман? Примерно так, он всегда аргументировал свой переезд. И хоть мы тогда уже не жили вместе, он решил поделится откровенностью.

Включив расслабляющую музыку, устраиваюсь поудобнее на диванчике в кухне-гостиной, вытянув на софе травмированную ногу, и подтягиваю к себе ближе ноутбук.

Что ж начнем.

Время пролетает незаметно и вздрагиваю от внезапного дверного звонка.

– Вот блин, задачка со звездочкой, – с трудом поднимаюсь с дивана, придерживаясь за стены ковыляю к двери.

Сделав несколько, я чувствую, как нога болезненно пульсирует. Обезболивающее уже перестало действовать…

Я открываю дверь и вижу Миру, и ее жениха, Алекса. Последний нагружен под завязку пакетами и какими-то еще вещами, так что я не сразу нахожу за всем этим его лицо.

– Здравствуйте, Хельга. Как дела? – улыбается молодой мужчина, проходя в квартиру.

– Добрый день. Все хорошо. Как у тебя? – отвечаю, закрывая за ребятами дверь.

Мира тоже уже внутри. Клюет меня в щеку и чуть отстранившись смотрит на мою ногу.

– Капец, мам! – всплескивает руками дочь. – Как ты себя чувствуешь?

– Лучше чем вчера, – вру не моргнув глазом. – Помоги мне дойти до дивана, пожалуйста.

Мира подставляет мне локоть и не разуваясь, доводит меня до дивана на краешке которого уже расположился Алекс. Рядом с ним стоят ходунки, костыли и трость. Это этим он был нагружен, когда заходил?

Я смотрю на них с недоумением.

– Эта штука у тебя на долго? – спрашивает Мира, помогая мне прилечь, кивая на лангету на моей ноге. – Перелом же не подтвердился? Или Стивен что-то напутал?

– Через пару дней уже можно будет снять. Перелома нет. А вы… – хочу спросить, зачем они столько медицинского оборудования привезли, оно ведь совсем не нужно.

– Мы привезли вам помощь, – говорит Алекс с доброй улыбкой и открытой улыбкой, показывая на костыли. – Теперь вы сможешь передвигаться по квартире. Около консьержа оставили инвалидную коляску.

Мои глаза округляются.

– Ого…Спасибо, Алекс, но это не обязательно… – начинаю я, но Мира перебивает меня.

– Мама, тебе нужно двигаться! Ты не можешь просто сидеть здесь! У нас свадьба на носу! – её голос наполняется раздражением. Мы говорим по-английский, чтобы Алекс участвовал в разговоре, но сейчас я была бы рада, чтобы мы перешли на родной язык и поговорили без посторонних ушей. – Столько всего ее нужно сделать. Яхта через два дня. Я вообще не понимаю, что теперь делать…

Я чувствую, как моё сердце сжимается от её слов. Я знаю, что она переживает из-за предстоящего события и хочет, чтобы всё прошло идеально. Но что-то в ее словах больно царапает меня изнутри. Вся эта забота и беспокойство, кажется каким-то ненастоящем.

– Я понимаю, но… – пытаюсь я объяснить.

– Но ты не понимаешь! – резко отвечает она, начиная расхаживать из стороны в сторону. Я вижу, как её красивое лицо краснеет от злости. Ее высокие каблуки розовых лодочек, возмущенно стучат по кафельному полу. – Мы так долго готовились!

– Мира! – вмешивается Алекс, пытаясь успокоить её, поднимается и хватает свою будущую невесту за плечи. – Давай не будем об этом сейчас. Хельга, ведь приехала ради тебя из России. Она не специально повредила ногу. Все образуется, еще есть время. Если, что можем перенести свадьбу на пару недель. Ничего критичного.

– Нет! Ты что, Алекс?! Передумал? – испуганно пишут Мира, заглядывая в лицо жениху. – Передумал жениться на мне?

Алекс выглядит смущенным и отводит глаза в сторону, поспешно произнося.

– Нет. Я просто, предлагаю варианты?

Дочь смотрит на меня прося помощи.

– Ничего переносить не нужно. На яхте я тоже смогу присутствовать. Буду загорать и пить коктейли. Мира, прекрати истерику, – прошу примирительно.

– Я не маленькая и у меня нет истерике, – произносит зло Мира, ее глаза наполняются слезами. – Мне нужно подышать и позвонить папе.

Громко стуча каблуками Мира выбегает из квартиры. Я приоткрыв рот смотрю ей вслед. Я совсем не знаю свою дочь, в те дни когда она гостила у меня, я никогда не видела ее в таком состоянии.

Остаюсь одна с Алексом. Он выглядит еще более смущенным и расстроенным.

– Простите за неё, Хельга. Мира очень темпераментная девушка. Всегда взрывается и не может сдерживать свои эмоции. Она немного остынет и позвонит вам… Она просто переживает из-за свадьбы и хочет, чтобы всё прошло гладко, – говорит он тихо.

– Я понимаю… – отвечаю я с усталостью в голосе. – Она слишком сильно переживает.

Алекс кидает взгляд на ходунки и костыли из-за которых вся эта ситуация и возникла.

– Вы знаете, я думаю, это хорошая идея. Вам нужно поддерживать активность. Если хотите, я могу помочь вам с ними.

– Спасибо, Алекс. Но я надеюсь до этого не дойдет, – вздыхаю я.

Алекс скомкано прощается со мной, ему не терпится догнать Миру. Заверяю парня, что все в порядке велю написать мне сообщение, как он найдет мою дочь.

Алекс захлопывает дверь и я опять остаюсь одна, стараясь пережить эмоции причиненные ураганом по имени Мира.

Работать не выходит больше, голова забита не тем. Переживаю за дочь и ноет нога.

Но постоянно лежать я тоже не могу, нужно расхаживаться. С ненавистью смотрю на ходунки и костыли.

– Ребята, сегодня обойдусь без вас.

Когда я делаю несколько шагов по комнате, мой взгляд падает на столик рядом с диваном. Там лежит конверт с медицинскими документами, которые я вчера забрала из клиники.

Нужно перенаправить их в страховую, чтобы они занялись оплатой. Я подхожу к конверту и открываю его.

Несколько раз читаю документ и выписку. Это не может быть… у меня начинают гореть уши и лицо. Все мое лечение оказывается уже оплачено Стивеном Маккуином.

11 Глава

В руках у меня телефон, и я медлю прежде чем набрать номер Романа. Сердце колотится в груди – не потому, что я боюсь его услышать и нервничаю, а потому, что заранее знаю: разговор будет нелегким.

– Алло? – отвечает он, и в его голосе я улавливаю нотку усталости.

Сейчас поздний вечер, и по идее он уже должен был выехать из своего офиса в центре и направляться в дом загород. Да, я против воли знаю, как устроена жизнь мужа, дочь всегда в подробностях рассказывала о ней.

– Привет, Роман. Это я, Ольга. Я не во время? – говорю я, стараясь звучать спокойно, хотя внутри все бурлит.

Он вздыхает так, будто это тяжелое бремя. Я знаю, что он не ждал этого звонка.

– Я еще в офисе, так что слушаю тебя, мне нужно сделать перерыв и проветрить голову. Что у тебя случилось? Нога как?

– Более или менее, спасибо что спросил.

– Оля, давай вот без этого твоего сарказма и так настроение дерьмо.

Лезть к нему в душу с вопросами не собираюсь, не мое это дело. Давно не мое. Точка.

– Мне нужны личные контакты отца Алекса.

– Кого? – после несколько секундного молчания выдает Роман. – Маккуина старшего?

– Да. Телефон или почта. У тебя что-то есть?

– Кхм…тебе зачем, дорогая? Решила наладить родственные связи? – хмыкает весело бывший муж.

– Не твое дело.

– Как раз таки мое. Ты через пару недель уедешь, а мне потом разгребать, что ты здесь натворишь. Потрахаться захотела? Сними себе кого-нибудь другого. Помоложе, – выплевывает в трубку Роман.

Приходится отстранить телефон от уха.

Господи, столько лет прошло, а этот мужчина все так же начинает плеваться желчью в мою сторону, когда речь заходит о других мужчинах. Его чуть не разорвало, когда он узнал, что у меня был роман с молодым парнем.

Хмыкаю, вспоминая бурную реакцию бывшего мужа и его кучу голосовых сообщений где он взывал сначала к моей совести, а потом упрекал меня в том, какой пример я подаю нашей дочери. На что я грубо ответила ему, что подаю точно такой же пример как и ее отец. Живу свою лучшую жизнь в удовольствие.

– Если у тебя постоянно чешется одно место, это не значит, что и у других так же, Рома, – отвечаю резко. – Это по делу, хоть я и не должна перед тобой отчитываться. Стивен заплатил за нас всех в ресторане, оплатил ущерб который я нанесла и свозил меня в клинику, – про то что и там мои счета были закрыты, я решаю умолчать. – Я просто хочу поблагодарить его лично.