Между нами осень

– Не надо, Кать, – мягко остановила поток речи Лара. – То, что ты рассказала, это важно. И я бы очень хотела тебе помочь, но... Боже, я знаю! Слушай, есть одна очень хорошая...

– Знахарка в Уймонской долине?1 – усмехнулась Катя.

– Психотерапевт, – улыбнулась Лара в ответ.

– Что-то новенькое, – покачала головой Катя, но в её взгляде не было намёка на осуждение и сарказм.

– Она работает с семьями. Она нам очень помогла, когда у Шурки был кризис трёх лет. Я скину тебе её номер, сходи, поговори хотя бы с ней.

– Хорошо, спасибо.

Внезапно телефон Лары завибрировал. Она взглянула на экран и слегка нахмурилась.

– Это няня, – сказала она. – Пишет, что Саша упала в лужу, нужно ехать домой переодеваться.

– Ох, – вздохнула Катя. – Иди, конечно.

– Они с няней в соседнем дворе. Думала, у нас будет больше времени...

Лара надела куртку и взяла в руки шляпу.

– Знаешь, что я поняла за последние годы? – вдруг сказала она. – Иногда важно отпускать контроль и просто принимать ситуацию. Не пытаться всё исправить, не пытаться всё предусмотреть. Просто... жить в моменте. Поверь, я точно знаю.

С этими словами она быстро обняла Катю и поспешила к выходу.

Катя осталась сидеть в кафе ещё какое-то время. Слова подруги крутились у неё в голове. Отпустить контроль... Легко сказать. Когда весь мир, кажется, держится только на твоих плечах, как его можно отпустить?

Взглянув на часы, она поняла, что пора собираться, чтобы успеть забрать Матвея из садика. Расплатившись, она вышла на улицу.

Погода изменилась. Солнце наконец выглянуло из-за тяжёлых туч, и оранжевые листья старых вязов вспыхнули огнём, добавляя улицам особый осенний шарм. За это Катя любила центр – за старинные городские усадьбы и доходные дома, каждый из которых был по-своему красив и уникален. Было в них что-то уютное, тёплое, и даже время здесь ощущалось иначе. Эти здания столько видели, столько пережили, и всё равно продолжали стоять – гордые, несломленные. Совсем не то, что серые и совершенно одинаковые советские хрущёвки, которые она каждый день видела в своём районе. «Когда-нибудь… – подумала Катя, расстёгивая плащ, – когда-нибудь…» – она глубоко вздохнула и пошла в сторону метро.

Взгляд её случайно упал на яркую афишу, приклеенную к информационному стенду. «DureLex. Тридцать лет спустя», – гласила крупная надпись. Сначала её привлекло давно знакомое название группы, потом она машинально пробежала глазами по фотографиям музыкантов и замерла на одном лице. Сердце Кати пропустило удар. Сергей. Боже, этот мужчина совсем не стареет. Сколько лет прошло, а у неё по-прежнему что-то ёкает внутри, стоит лишь подумать о нём2…

Катя сфотографировала афишу и убрала телефон. Она не понимала зачем, но точно знала, где хочет быть в эту пятницу.

Глава 3. Трудности воспитания

Катя сидела на полу в коридоре, прижавшись спиной к стене. Тишину в квартире нарушали только приглушённые голоса, доносившиеся из детской. Катя подтянула колени к груди и закрыла глаза, прислушиваясь.

– ...и тогда принцесса взяла волшебный меч и отправилась на поиски дракона, – голос Саши звучал мягко, с той особой интонацией, с которой он всегда читал сказки Матвею.

– А почему она не боялась? – спросил мальчик.

– Потому что она знала, что делает правильное дело.

– Как Егор сегодня?

– Что Егор? – переспросил Саша.

– Ну, Егор защитил Полину, когда Кирилл отобрал у неё карандаши. Она плакала, а Егор вернул ей все карандаши.

– Егор молодец. Правильно поступил.

Катя напряжённо ждала. Вот сейчас, сейчас Саша заговорит о том, что произошло утром.

– Так, а теперь давай-ка спать, герой, – услышала она вместо ожидаемого разговора. – Завтра рано вставать.

– А ещё почитай?

– Завтра, хорошо? Спокойной ночи, Матвей.

– Спокойной ночи, папа.

Папа. Слово резануло слух и отдалось глухой болью в груди. Щёлкнул выключатель. Катя быстро поднялась и отошла к гостиной, делая вид, что только что вышла оттуда. Саша тихо прикрыл за собой дверь и повернулся, заметив жену.

– Уже спит? – шепотом спросила она.

Саша молча кивнул и направился на кухню. Катя последовала за ним.

– Ты не поговорил с ним? – спросила она, когда они оказались достаточно далеко от детской.

– О чём? – Саша открыл холодильник и достал бутылку воды.

– Ты знаешь о чём, – всё ещё шепотом, но с нажимом произнесла Катя.

Саша вздохнул, налил воду в стакан и сделал глоток.

– Катя, ему шесть лет. Через пару дней он и не вспомнит об этом. Дай ему время.

– Не вспомнит? – Катя скрестила руки на груди. – Я бы не стала на это рассчитывать. Такое дети не забывают.

– Слушай, он успокоился и вечером всё было хорошо. Зачем бередить?

– Зачем? – Катя с трудом сдерживала голос. – Затем, что мне он сказал, что я ему не мама… а тебя папой называет…

– Так и поговори с ним сама! – перебил её Саша. – Кать, я устал. Был тяжёлый день. Давай не будем сейчас это обсуждать.

– А когда будем? Когда он вырастет и будет считать нормальным называть меня чужой?

Саша потёр виски.

– Слушай, давай не сейчас, а?

Катя посмотрела на него и промолчала. У неё не осталось ни аргументов, ни желания спорить с мужем.

– Ладно, – тихо произнесла она.

– Спокойной ночи, – Саша взял стакан и вышел из кухни.

Оставшись одна, Катя села за стол и открыла ноутбук. Проект нужно было сдать к концу недели, и времени оставалось катастрофически мало. Катя сделала глубокий вдох и заставила себя смотреть на экран. Работа. Сейчас важна только работа. И это единственное, где она может контролировать хоть что-то.

Катя смотрела на экран, сравнивая функции кнопок с прописанными в тех.задании. В какой-то момент она заметила, что уже несколько раз просматривает одну и ту же строку, но не понимает, в чём ошибка. Промт был составлен правильно, ИИ выдал, что всё работает корректно, но загвоздка была в том, что ничего не работало! Где она могла просчитаться? Катя взглянула на часы – почти час ночи. Пора в постель.

Закрыв ноутбук, Катя направилась в ванную. Механически выдавила пасту на щетку, почистила зубы, умылась, чуть задержавшись на своём отражении. Из зеркала на неё смотрело усталое лицо с тёмными кругами под глазами, морщинами, которых с каждым днём становилось только больше и несколькими предательскими седыми волосками. Катя вздохнула. Ей было всё равно, как она выглядит.

По пути в спальню она остановилась у детской. Тихонько приоткрыв дверь, Катя заглянула внутрь. Ночник в виде гуся, распластавшегося на столе, мягко освещал комнату. Матвей спал, свернувшись калачиком и наполовину сбросив с себя одеяло. Катя осторожно подошла и поправила его, укрыв мальчика до самого подбородка. Потом наклонилась и легко коснулась губами его лба.

Матвей заворочался во сне, что-то пробормотал и снова затих. Катя присела на край кровати, наблюдая за его спокойным дыханием. Как тихо поднималась и опускалась его грудная клетка в пижаме с мишками, как чуть причмокивали его пухлые губки и подрагивали длинные ресницы… Волна любви накрыла её с головой. Несмотря на все трудности, несмотря на сегодняшний инцидент, она любила его больше всего на свете. Этот мальчик был самым главным в её жизни. Катя легонько провела рукой по его волосам и тихо вышла из комнаты.

В спальне горел приглушённый свет. Саша лежал в постели, прислонившись к изголовью, и смотрел что-то в телефоне.

– Я думала, ты уже уснул, – тихо сказала Катя, забираясь под одеяло.

– Не спится, – коротко ответил он, не отрывая взгляда от экрана.

Катя придвинулась ближе и прислонилась к его плечу. Саша, помедлив, обнял её одной рукой.

– Не переживай так, – сказал он, целуя её в макушку. – Всё наладится. Матвей взрослеет и начинает задавать вопросы. Это нормально. Он всё равно тебя очень любит.

– Я знаю, – прошептала Катя, чувствуя, как его слова, пусть и немного формальные, всё же успокаивают. Она подняла голову и потянулась к его губам.

Саша ответил на поцелуй, но через секунду отстранился.

– Катя, я правда очень устал, – сказал он, убирая руку. – Давай спать.

Он выключил свет, отвернулся к стене и натянул одеяло до плеч. Катя осталась лежать на спине, глядя в темноту. Тишина комнаты давила на неё, только подчёркивая расстояние между ними, которое с каждым днём становилось всё больше.

***

Пятница наступила незаметно. Всю неделю Катя ждала и боялась, что Матвей снова скажет это слово «брошенька», но он молчал. Более того, он снова называл её мамой, хотя иногда она замечала странную паузу перед этим словом, будто он обдумывал его, взвешивал на языке, прежде чем произнести. Катя решила, что Саша был прав. Как всегда. Всё налаживалось само собой, без лишних разговоров и драм.

В то утро Катя проснулась раньше обычного. Несмотря на накопившуюся за неделю усталость, она чувствовала странное воодушевление. Проект был почти завершён, осталось отправить последние отчёты о багах заказчику и наконец можно будет немного выдохнуть.

Катя осторожно выбралась из постели, стараясь не разбудить Сашу, и пришла на кухню. Хотелось сделать для семьи что-то приятное. Достав муку, яйца и молоко, она принялась готовить блинчики.

Когда блинная стопка выросла до внушительных размеров, Катя услышала шаги. На кухню, потирая глаза, вошёл Матвей.

– Доброе утро, соня, – улыбнулась Катя. – Блинчиков хочешь?

Матвей кивнул и забрался на стул. Катя поставила перед ним тарелку и села рядом, подперев подбородок рукой и наблюдая, как сын с аппетитом уплетает завтрак.

– Вкусно? – спросила она.

– Да, – ответил Матвей с набитым ртом.

Она погладила его по голове и улыбнулась. Всё было хорошо. Всё налаживалось.

Но идиллия продлилась недолго. Когда пришло время собираться в детский сад, Матвей внезапно отказался надевать куртку.

– Не хочу в сад! – заявил он, скрестив руки на груди. – Не пойду!

– Матвей, мы опаздываем, – терпеливо сказала Катя, протягивая ему куртку. – Давай, надевай, пожалуйста.

– Нет! – Матвей отступил на шаг и затряс головой. – Не пойду!

– Что случилось? Почему ты не хочешь идти? – Катя присела перед ним.

– Просто не хочу! – упрямо повторил Матвей, и его нижняя губа задрожала.

– Матвей, нельзя просто так не пойти в садик. У всех есть обязанности. Я работаю, папа работает, а ты ходишь в детский сад.

– Но вы не ходите на работу! Вы всё время дома! Я тоже хочу дома! – внезапно закричал Матвей и бросился на пол, колотя руками и ногами. – Не хочу-у-у!

Катя закрыла глаза и сделала глубокий вдох, пытаясь справиться с нарастающим раздражением. В этот момент в коридоре появился Саша.

– Что тут происходит? – спросил он.

– Матвей отказывается идти в сад, – ответила Катя, пытаясь поднять мальчика с пола.

– Матвей, ты чего? – Саша подошёл ближе. – Что за концерт с утра?

– Не хочу в сад! – повторил Матвей, всхлипывая. – Там Лёня опять мою машинку сломал!

– Вот оно что, – Саша присел рядом с сыном. – Если кто-то берёт твои вещи, ты должен дать отпор. Ты же мужчина, верно? Мужчины не истерят, а дают сдачи.

– Нет, Саш, – вмешалась Катя, – Если кто-то обижает Матвея, мы должны разобраться. Я поговорю с воспитателем и мамой Лёни.

– Да брось, – отмахнулся Саша. – Зачем ты будешь вмешиваться? Пусть сам научится защищать своё.

– Нельзя просто игнорировать, если у ребёнка отбирают и ломают вещи!

– А нельзя из каждой мелочи делать трагедию! Ты слишком опекаешь его.

Матвей притих, наблюдая за ссорой родителей.

– Знаешь что, – сказала Катя, пытаясь говорить спокойно, – давай обсудим это позже.

Она повернулась к Матвею:

– Солнышко, я поговорю с Людмилой Борисовной и мамой Лёни. А сейчас нам правда пора идти.

– Видишь, Матвей, – вмешался Саша, – мама снова всех будет учить, как правильно. Даже воспитателей.

Катя бросила на мужа возмущённый взгляд.

– Папа, ну можно я сегодня не пойду? – Матвей с надеждой посмотрел на отца.

– Нет, Матвей, нельзя, – твёрдо сказала Катя.

– Мама права, придётся идти, – согласился Саша. – Но, если Лёня возьмёт твою игрушку, не бойся отобрать её обратно, хорошо?

Матвей кивнул, и Катя помогла ему надеть куртку.

Дорогой до сада она кипела от злости. Как Саша мог так подрывать её авторитет? Она же просто хотела защитить ребёнка!

У садика Катя присела перед Матвеем:

– Я обязательно поговорю с воспитателем про Лёню. Вечером расскажешь, как день прошёл?

– Хорошо. Пока, мама, – Матвей кивнул и обнял её.

– Пока, солнышко, – Катя поцеловала его в щёку и проводила взглядом до дверей группы.

Возвращаясь домой, она пыталась успокоиться, но не могла. Разговор с Сашей был неизбежен, и она уже чувствовала, как в голове выстраиваются аргументы. Но стоило ей переступить порог квартиры, как всё, что она хотела сказать мужу, вдруг показалось ненужным. Она прошла на кухню, заварила в чашке растворимый кофе, села за стол и открыла ноутбук.

Пришёл Саша и молча опустился на стул напротив. Катя работала, не обращая на него внимания.

– Не хочешь поговорить? – наконец спросил он.

– О чём? – не отрываясь от экрана, ответила Катя.

– О том, что было утром. Обвинить меня в очередной раз, что я ляпнул не то. Или что я ничего не понимаю в воспитании детей, или…

– Саш, мне работать надо, – помотала головой Катя, всё ещё не глядя на него. – У меня нет ресурса ругаться с тобой.

– Я и не хотел ругаться, я…

– Вот и прекрасно. Извини, мне правда некогда.

Саша вздохнул, посидел ещё какое-то время и поднялся, собираясь уходить.

– У меня вечером встреча с командой, – вдруг сказала Катя. – Будем отмечать завершение проекта.

Саша удивлённо поднял брови:

– С командой? Ты же внештатный сотрудник. С каких пор ты ходишь на корпоративы?

– Это не корпоратив, – ответила Катя. – Просто небольшая встреча. Мы полгода работали вместе. Они позвали меня, я согласилась.

– Ну ладно, иди, – пожал плечом Саша.

Когда он ушёл, Катя открыла в телефоне сайт клуба, где должен был состояться концерт DureLex и нажала кнопку «купить».

Глава 4. Концерт

Катя остановилась перед входом в клуб. Посмотрела на вывеску, сверилась ещё раз с билетом в телефоне и нервно выдохнула, раздумывая заходить или нет? В этот момент кто-то толкнул её сзади. Шумная компания прошла мимо, что-то громко обсуждая и смеясь, и скрылась за дверями. Катя шагнула следом.

Внутри её встретили полумрак, громкая музыка и тот самый запах, которым пропитаны все подобные заведения – смесь пива, пота, дыма и чего-то сладковатого, вроде духов или коктейлей. Клуб оказался небольшим: танцпол, заполненный чуть больше, чем наполовину, и столики по бокам, за которыми сидели люди, потягивая напитки и время от времени выкрикивая что-то в сторону сцены.

Концерт был в разгаре. На сцене выкладывался солист DureLex — мужчина, которому, как и всем участникам группы, было далеко за сорок. Но они зажигали с такой энергией, что молодым оставалось только позавидовать. Толпа дружно подпевала, размахивая руками в такт.

Они играли что-то из русского рока, и Катя не знала эту песню. Но она пришла сюда не за этим. Почти сразу её взгляд нашёл барабанщика – и остановился. Она не могла оторваться, разглядывая его. Он почти не изменился за те четыре года, что прошли с их последней встречи. Только как будто стал ещё более подтянутым. Она видела, как напрягаются его мышцы под чёрной майкой, как блестят от пота короткие тёмные волосы, в которых больше не было седины.

«Молодится», – подумала Катя. И ему это удавалось – он совсем не выглядел на свои пятьдесят с небольшим. А её чувства к нему были всё те же, что и много лет назад, когда она впервые увидела его выступление на фестивале на Байкале. То же волнение, тот же жар внизу живота, то же сладкое ощущение предвкушения.

Катя медленно двинулась вдоль стены, чтобы быть поближе к сцене. Ей не хотелось привлекать внимание, а просто смотреть на него, впитывая каждое движение, каждый жест. Она знала, что ведёт себя как влюблённая девчонка. Знала, что это глупо и неправильно. Но ничего не могла с собой поделать.

Группа закончила играть одну песню и сразу же начала другую, более медленную и тягучую. Кто-то из публики восторженно закричал, узнав мелодию. Катя нашла свободное место у стены и прислонилась к ней, продолжая смотреть на сцену. Ей казалось, что она не дышит, что внутри неё что-то дрожит и замирает. Глупо. Так глупо.

Толпа покачивалась в такт музыке, подняв руки с включёнными фонариками телефонов. Катя невольно начала двигаться в такт, пытаясь справиться с волнением. Теперь, когда она увидела его, ей хотелось уйти. Сбежать. Но ещё больше, чтобы он заметил её.

И словно услышав её мысли, он скользнул взглядом по залу и остановился на ней. На одно короткое мгновение их глаза встретились, и Катя увидела, как его лицо застыло от удивления. Он сбился с ритма, пропустил несколько ударов, но взял себя в руки и продолжил играть.

Он узнал её.

Остаток концерта прошёл как в тумане. Группа играла, публика подпевала, а Катя и Сергей продолжали свой безмолвный диалог. Она видела, что он рад её видеть, и с каждым его взглядом, с каждой улыбкой всё сильнее ощущала, как время отматывается назад, возвращая её в те дни, когда их история только начиналась.

Катя не могла дождаться, когда всё закончится. И вместе с тем боялась этого момента. Что она скажет? Что он скажет? Но самое главное, чего она на самом деле хочет от этой встречи?

Наконец, прозвучал последний аккорд последней песни. Солист поблагодарил публику, и музыканты отправились за кулисы под нестройные аплодисменты. Толпа начала медленно расходиться.

Катя стояла на месте, не зная, что делать дальше. Пойти искать Сергея? Или развернуться и уйти домой, пока не поздно? Пока не сделала что-нибудь, о чём потом будет жалеть?

– Ты всё-таки пришла.

Катя вздрогнула и обернулась. Сергей стоял рядом, так близко, что она могла уловить запах его пота, смешанный с ароматом туалетной воды. Он смотрел на неё с тем выражением, которое она помнила и которое снилось ей годами – внимательно, будто пытаясь прочитать её мысли.

– Да, – улыбнулась она. – Четыре года спустя, но всё же.

– Иди сюда, – он притянул её к себе и крепко обнял.

Катя прижалась к нему и закрыла глаза, чувствуя, как расслабляется тело. Несколько минут они стояли так посреди почти опустевшего зала, пока кто-то из технического персонала не кашлянул, проходя мимо. Сергей отстранился первым, но его руки всё ещё лежали на её плечах.

– Ты изменилась, – сказал он, внимательно разглядывая её лицо.

– В худшую сторону? – Катя слегка улыбнулась, чувствуя неуверенность.

– Нет. Просто... стала другой. Взрослее, серьёзнее. – Он убрал прядь волос с её лица. – Тебе идёт.

Катя хотела что-то ответить, но Сергея окликнул кто-то из музыкантов.

– Серёга, мы собираемся! Ты с нами?

Он обернулся и махнул рукой:

– Давайте без меня.

Потом снова посмотрел на Катю.

– Кстати, это Славик, помнишь его?

Она пригляделась к лысеющему полному мужчине, который ждал у сцены других участников группы, и покачала головой.

– Пойдём посидим где-нибудь? – предложил Сергей.

– Давай. Только недолго. Мне уже скоро надо домой.

Он улыбнулся той самой улыбкой, от которой у неё всегда сжималось сердце.

– Отлично. Дай мне пять минут, я переоденусь.

– Хорошо.

Когда Сергей ушёл, Катя села за ближайший столик и посмотрела на телефон. Половина одиннадцатого вечера. От Саши ни одного сообщения. Она хотела написать, что немного задержится, спросить, как там дела у Матвея, но палец просто завис над экраном. Мысли никак не хотели складываться в буквы.

– Идём? – Сергей остановился рядом и протянул ей руку.

– Да, – Катя поднялась и убрала телефон.

Они вышли на улицу. Вечер был свежим и по-осеннему прохладным. Катя глубоко вдохнула и поёжилась.

– Замёрзла? – спросил Сергей, заметив её движение.

– Нет, просто... – она не договорила, сама не зная, что хотела сказать.

– Здесь недалеко есть хорошее кафе. Туда? – он указал в сторону ярко освещённой улицы.

– Давай.

Они шли молча. Катя чувствовала странную неловкость, будто они встретились впервые, хотя когда-то знали друг друга лучше, чем кто-либо. Сергей держал руки в карманах и смотрел куда-то вперёд. Только изредка он бросал на неё взгляды, словно проверяя, идёт ли она рядом.

– Вот здесь, – он остановился у небольшого кафе.

Внутри было тепло и уютно. Негромко играла музыка, но в отличие от клуба, здесь можно было спокойно разговаривать. Они заняли столик в углу, подальше от других посетителей.

– Что будешь? – спросил Сергей, когда подошла официантка.

– Просто зелёный чай.

– Мне, пожалуй, тоже.

Когда официантка ушла, он повернулся к Кате.

– Что? – усмехнулся он, заметив её удивлённый взгляд. – Старый рок-н-ролльщик не может бросить пить?

– Нет, – засмеялась Катя. – Не верю.

– Здоровье уже не то. Врачи сказали, пора завязывать.

– Ох, прости, я не знала.

– Да брось, ничего серьёзного, просто возраст уже не тот. Но ты же пришла не болячки мои обсуждать, правда?

Катя на мгновение замялась, не зная, как начать разговор.

– Нет, конечно. Я... я просто хотела увидеть тебя, – она опустила глаза, чувствуя себя вдруг очень уязвимой.

– Знаешь, а я рад, что ты наконец пришла…

Официантка принесла чай, создав паузу в разговоре.

– Как твоя жизнь? – спросил он наконец. – Семья, работа?

– Работаю всё там же, в ай-ти. Сын... – она запнулась, – Матвею шесть. Скоро в школу.

– Сын, значит, – Сергей кивнул, и в его глазах промелькнуло что-то, что Катя не смогла расшифровать. – А муж? Счастлива?

Прямой вопрос застал её врасплох. Она медленно покачала головой, не в силах солгать, но и всю правду сказать не решилась.

– Сложно. Всё сложно.

– Понимаю, – кивнул он. – Было бы не сложно, тебя бы здесь не было.

Катя почувствовала, как краснеет. Она и забыла, каким прямолинейным он может быть.

– Возможно, – тихо ответила она. – Просто, увидела афишу, захотелось прийти… Ты сам как?

– Да, как видишь всё также. Днём в юрфирме, вечером за барабанами. Пару лет назад чуть не женился снова, но разбежались…

– Почему?

– Ревновала меня к моему мотоциклу. Говорила, что я слишком много времени провожу с «этой железкой», как она выражалась, – усмехнулся Сергей. – А я, знаешь, не смог выбрать. Может, это и к лучшему. Ты-то меня помнишь – я не очень хорош в отношениях.

– Может быть, не всем людям нужны отношения, – пожала плечами Катя.

Он посмотрел на неё внимательно, как будто снова пытался прочитать её мысли.

– Знаешь, – наконец сказал Сергей, – а я часто думал о тебе эти годы. Интересно было, как ты живёшь, получилось ли у тебя с ребёнком, счастлива ли ты. Несколько раз порывался написать тебе, но так и не решился.

– Почему?

– Подумал, что не имею права вмешиваться в твою жизнь. И если ты не счастлива, ты напишешь сама.

– И вот я здесь, – вздохнула Катя.

– Слушай, мне правда очень жаль, – он протянул руку через стол и осторожно сжал её ладонь.

Катя ощутила, как от его прикосновения по коже побежали мурашки, но не отняла руку, позволив моменту затянуться. Их взгляды встретились, и Катя поняла, что они оба думают об одном и том же – о том, что было, и о том, что могло бы быть.

– Ладно, мне пора, – сказала она, наконец найдя в себе силы. – Уже поздно.

– Конечно, – кивнул Сергей. – Я провожу тебя.

– Не надо, я вызову такси.

– Катя, – его голос стал серьёзным. – Я могу увидеть тебя снова?

Она знала, что должна сказать «нет». Что должна вернуться домой и забыть об этой встрече. Но вместо этого услышала собственный голос:

– Да. Можешь.

Глава 5. Почти идеальный уикенд

Всю следующую неделю Катя старательно пыталась вытеснить из головы мысли о Сергее, но они упрямо возвращались в самые неожиданные моменты. Новый проект только начинался, и свободное время, которого раньше так не хватало, вдруг стало опасным противником. Катя намеренно заполняла каждую минуту: возобновила тренировки и погрузилась в домашние дела, которые раньше казались роскошью при её плотном графике. Было что-то медитативное в стирке, уборке, готовке – занять руки, сосредоточиться на чём-то конкретном, вроде нарезания овощей или отмывания плитки в ванной. А значит, никакого соблазна проверить, не написал ли Сергей, или, что хуже, написать ему самой.

Саша всю неделю работал из офиса. В четверг он вернулся раньше обычного. Катя как раз вынимала из духовки ароматный картофельный гратен, а в квартире было непривычно чисто и уютно. Она заметила, как муж окинул кухню странным взглядом – не с радостью и благодарностью, а с каким-то настороженным недоумением. Это должен был быть идеальный семейный момент, но что-то в нём явно пошло не так.