В ловушке разума

В последнее мгновенье прямо перед тем, как заблокировать, делаю скрин диалога и номера телефона. А затем, довольная собой, захожу в приложение для вызова такси. Через несколько минут я уже сижу в машине и мчусь на всех порах в ресторан, напрочь выкидывая это досадное недоразумение из головы.

* * *

Сказать, что следующий день был хуже некуда, не сказать ничего.

В самом начале, когда я только открыла глаза, мне казалось, что ничего не способно омрачить мое настроение. Квартира была свободна, что бывает крайне редко в буднее утро. Такая мелочь обещала мне время, свободное от болтовни Шарлотты. Шарлотта осталась сегодня у своего жениха. Хоть одно утро я могла не сворачивать уши в трубочку о том, какой у нее потрясающий жених и не вздрагивать, когда сестра начинает в красках описывать свои утехи в постели. Нет, я конечно же была рада за нее, но всему же должен быть предел в конце концов!

Я неторопливо приняла душ, наслаждаясь ароматом любимого геля для душа. Запах фиалок пленил меня на вечно, вынуждая покупать всегда одно и тоже из раза в раз. Удивительно, но сегодня я даже успела сделать укладку самостоятельно, что бывает крайне редко. Музыка раздавалась из колонок, проигрывая мои любимые треки. Я подпевала и пританцовывала бедрами, нанося щедрый слой лака на волосы.

Затем отправляюсь на кухню и завариваю себе кофе. Завтракать я не люблю, поэтому делаю себе заметку, забежать за перекусом по пути. Прислушаюсь к тишине и счастливо улыбаюсь, пока кофемашина шумит на фоне. По квартире уже вовсю распространился аромат зерен. Моя любимая розовая кружка с надписью «Стервам все нипочем» уже заполнилась почти до краев.

Аромат лучшего в мире напитка добрался до моих рецепторов, и у меня потекли слюнки. Сделала желанный глоток, закатив глаза от удовольствия. Тянусь к телефону и открываю приложение «veil». Секунда, и я выплескиваю горячую жидкость прямо на мраморную столешницу. С экрана на меня игриво поглядывает Мона, мать его, Лиза в ярко красном бикини! Моргнула, надеясь, что мне померещилось, но ничего не изменилось. Зашла в комментарии, и увидела, как сотни людей восхищались тем, какое классное чувство юмора у автора. В памяти всколыхнулись воспоминания о вчерашнем психопате, и все мое остроумие придавило меня тяжким грузом. Это не могло быть просто совпадением! Вот так просто, чтобы на следующий день кто-то решил пошутить и выложить на самый обсуждаемый аккаунт подобную ересь? Готова отдать руку на отсечение, что таких совпадений просто не бывает.

Зашла в подборку «интересное» и отметила, что вся лента пестрила подобными постами. Шумно выдохнула и заблокировала экран. Настроение теперь было ниже плинтуса. Сидела какое-то время и тупо таращилась на темный экран, не желая к нему прикасаться. Я совершенно потеряла интерес к кофе, погружаясь в мысли все глубже.

В течении дня мое желание провалится сквозь землю, становилось только сильнее. Пока я ехала до места очередной съемки, назначенной на сегодня, то и дело на глаза бросались проклятые баннеры. Их было бесконечное множество. Нет бы хоть один, оставили без внимания, но куда уж там. Кем бы ни был псих, который все это устроил, меня не мог не поразить масштаб.

Да, такое провернуть маленький дрочер точно был не способен.

* * *

- Ты уже видела это? – Задыхалась от смеха Бри, стоя сбоку от меня. – Клянусь, весь отдел обсуждает только это. Дженифер будет в ярости. Как так, сотрудники тратят бесценные минуты на скроллинг ленты вместо работы.

Впервые за полгода нашего общения, мне захотелось ударить рыжую. Для меня было жизненно необходимо, чтобы она заткнулась и не напоминала мне о том, что я так старательно пыталась забыть. Вряд ли бы я, конечно, смогла это сделать, ведь весь Лондон сейчас сходил с ума из-за этого «произведения искусства». Однако, это не мешало мне пытаться, а Бри сейчас подошла и просто напрочь уничтожила все мои старания, размахивая своим чертовым телефоном. И ведь глазом даже не моргнула на то, что я мысленно ее уже четвертовала. Я смотрела на мерзавку и не могла понять, она действительно не понимает, что ходит по тонкому льду или просто притворяется.

- Убери это от меня, Бри, или клянусь богом, я засуну тебе его в одно место. – Не выдержала я, со злостью хватая папку со своими новыми снимками для нового журнала прямо у нее из рук. Мне нужно отнести их Гансу и готовиться к новому поединку из-за ненавистной мне рекламы, а не выслушивать этот бред. А еще мне нужна моя холодная голова и крепкие нервы, потому что за закрытой дверью обитает демон.

- Да что с тобой? Это же реально смешно. Ты только посмотри! – Замурлыкала Бри, ткнув в меня своим гаджетом прямо в нос. – Ой, прости.

Офис гудел, шумел и раздражал. Бри не чувствовала мое состояние, которое сейчас было сравнимо с атомным взрывом. А теперь еще моя носовая перегородка ныла от боли. И я была на грани. Прямо на самом краешке того, чтобы кого-нибудь не задушить. И, уж, лучше бы это был Ганс, а не Бри, но подруга видимо целенаправленно нарывалась. Не сказав больше ни слова, я направилась в кабинет нашего юриста, чтобы решить вопрос с моей частной жизнью.

- Да какая муха тебя укусила? – обидчивый голос Бри доносится до меня из-за спины.

- Не обращай внимание, у нее всегда пмс. – раздается притворно-сладкий голос Вероники.

Это чуть ли не заставляет меня вернутся и не вцепиться нахалке в волосы. Я сделала вдох и призвала все свое благоразумие, чтобы идти дальше. Не останавливаться. И ни в коем случае не припечатать лицо идиотки в стену.

Яростно стуча каблуками, я толкаю дверь Майка и врываюсь в кабинет, как ураган. Пусть только попробует мне что-то сказать про вежливость, когда вокруг меня творится какое-то безумие. Миллер лениво вскидывает свою светлую бровь и устало откидывается на свое кресло. Видимо его день не задался точно так же, как и мой.

- У меня к тебе срочное дело.

- Кто бы сомневался. У тебя других не бывает, ты в курсе? – Скептично отзывается тот.

- Не паясничай, а лучше пробей один номер и сделай так, чтобы этот человек больше никогда не писал мне.

Я села напротив него в кресло и зашла в мессенджер. Однако, по какой-то причине чат, который был мне нужен, куда-то исчез. Ничего не понимая, я начала рыться в архивах, но чат как сквозь землю провалился. Это было странно. В моем мессенджере не так-то и много диалогов, ведь я охраняю свое личное пространство, как цербер. Поэтому, пропавший не понятно куда диалог, слегка озадачивает меня. Я вспоминаю, как сделала скрин, чтобы позже показать его Шарлотте, но в галерее его тоже не оказалось. Миллер складывает руки у себя на груди, явно намекая мне поторопиться.

- Я ничего не понимаю. – Растерянно говорю я. - Вчера мне написали с неизвестного номера.

- Так?

- А теперь пусто.

- В каком смысле? Объясни по порядку. – Майк отталкивается от спинки своего кресла и упирается локтями на стол, готовый внимательно слушать.

- Какой-то псих либо следил за мной, либо что, не знаю. На мой личный номер отправил угрозу, что сломает ноги тому, кто продаст мне сигареты. В общем, я сделала скрин и кинула его в блок. А сейчас ни сообщений, ни скриншота нет в моем телефоне. Как такое может быть?

Майк смотрит на меня какое-то время, словно прикидывая, сошла я с ума или просто издеваюсь над ним. Видимо по моему озадаченному выражению лица, он решил сжалиться над до мной. Вздохнул и протянул руку.

- Давай сюда телефон. Я отнесу его нашим программистам. Посмотрим, что за волшебный хакер там у тебя нарисовался. – Хмыкнул он.

Я замираю с телефоном в руках, не желая отдавать его кому-либо. Там все мои фотографии, переписки и все остальное, в общем – личное и строго конфиденциальное. Однако, как бы мне этого не хотелось, я вспоминаю, что тот псих умудрился учудить, и сдаюсь. Если этот сумасшедший способен перевернуть верх дном весь город, то взломать мой телефон ему не составит никакого труда.

Майк забирает мой гаджет и бросает его в первый ящик рабочего стола. Как в режиме slow motion вижу, как гаджет скрывается от моего взора. Майк смотрит на меня, всем своим видом намекая мне, валить отсюда незамедлительно. Встаю и направляюсь к выходу. Не успевает моя рука коснуться ручки двери, как меня останавливает голос Миллера.

- Стой. – медленно оборачиваюсь. – Только не говори, что ты курила в публичном месте.

Поджатые губы и виноватый взгляд убедили Майка в его догадке. Юрист качает головой, словно я снова разочаровала его. Мне не в первой слышать о том, что я должна следить за собственным имиджем, и моя пагубная привычка никак не сочетается с идеальной репутацией.

- Я не скажу Гансу и Дженифер, но не заставляй меня об этом пожалеть, Эва.

- Спасибо. – Улыбнулась я.

Майк махнул рукой. Я выхожу из его кабинета в более приподнятом расположении духа.

Следующей моей задачей – был разговор с Гансом. Подхожу к кабинету менеджера, но, когда дергаю за ручку, та не поддается. Сажусь в кресло в зоне ожидания, беру журнал со столика и начинаю листать. На глаза попадается разворот с невероятно красивым парнем. Я не читаю статью, и даже не интересуюсь именем, меня просто привлекают темные глаза. На его лице мелькает выражения скуки и некого превосходства. Поза же выдает стать, уверенность и дикую необузданную натуру. Я прикасаюсь кончиками пальцев к фотографии, но звук открывающей двери привлекает мое внимание.

Из кабинета Ганса выходит медленной, можно сказать развязной походкой Сиена – новенькая. Она оттягивает юбку ниже, а потом замечает меня и отводит взгляд. Прическа спутанная, блузка застегнута наспех, а в глазах – отвращение к себе и вина. Знала бы Вероника, которая так меня терпеть не может, что враг ближе, чем она думает. Пока бедняжка извергает в мою сторону яд, ее же подружка, которую она так упорно проталкивала сюда греет член того, по кому она сохнет.

Я кидаю журнал обратно на столик и ловлю себя на мысли, что заходить в тот кабинет мне теперь еще больше не хочется. Прикрываю глаза, стараясь выкинуть из головы собственные наблюдения. Встаю и нарочито-медленно иду к своему менеджеру, как на каторгу. Стоит мне переступить порог, и все попытки игнорировать произошедшее катятся к чертям. Ганс сидит на краю стола, с довольной физиономией и прикуривает сигару. Его рубашка торчит испод брюк, а ремень расстегнут. В душном кабинете пахнет табаком, терпким мужским парфюмом и сексом. Нос неприятно начинает резать. Хочется проветрить помещение, а лучше выбросить из него этого урода. Причем, желательно, навсегда. Молча прохожу и сажусь в кресло, стараясь не думать, не на нем ли сейчас сношались эти двое. Ганс ловит мой прищуренный и брезгливый взгляд и усмехается.

- Ты знал, что я приду, Ганс. У нас была назначена встреча. – Недовольно бурчу я, запирая чувство ненависти к своего менеджеру под замок.

- И я успел, как видишь. – Ответил мерзавец и выдохнул мне прямо в лицо, заставляя меня задержать дыхание, чтобы не чувствовать это зловоние.

- Сейчас без пятнадцати четыре, Ганс. Мы договаривались в половину.

Мужчина игнорирует мои слова, в наглую демонстративно отрезает тлеющий конец сигары, а потом бросает ее в пепельницу. Медленно обходит свой стол и садится в кресло, даже не потрудившись застегнуть ремень. Ведет себя так, будто все время мира принадлежит ему одному.

- А ты хотела бы присоединиться? – Вот она причина, почему Вероника меня так ненавидит.

Его темный взгляд сталкивается с моим, отчего у меня срабатывает рвотный рефлекс. Я прилагаю максимум усилий, чтобы не извергнуть содержимое своего желудка ему на бумаги. Рот тут же наполняется кислым привкусом.

- Точно нет.

- Жаль, ты многое теряешь. – Ганс наконец соизволяет застегнуть ремень, не сводя с меня липкого похотливого взгляда. Делая этот неспешно, будто давая мне время передумать. Мерзкий, грязный таракан! Что Вероника вообще нашла в нем? – Что касаемо рекламы, если ты так уперлась, у меня к тебе другое предложение. – Договаривает он, принимая мой молчаливый отказ.

Я сначала даже не поверила ушам. У меня были заготовлены десятки сценариев, чтобы достучаться до агента, а оказалось, что есть вариант избежать этого ужаса. Однако, чувство, что все не может быть так просто, не давало расслабиться. Я прищурила глаза, желая узнать, чего будет стоить мне мой отказ участвовать в той грязной рекламе.

- Брайан Роуди. – Несколько снимков упали перед до мной. – Он снялся в сериале «Сбежавшие» и быстро начал набирать популярность. Его агент хочет тебя, как фиктивную девушку для него.

- Ты, что шутишь?

- Нет, моя золотая антилопа, я не шучу. Выбирай: Роуди или реклама. – бескомпромиссно выдвинул мне ультиматум агент.

- Роуди. – Сдалась я.

- Отлично. Начинай постепенно подготавливать почву в социальных сетях. Как только мы с его агентом обговорим детали, назначим Вам «свидание».

Ганс явно закончил наш разговор, ведь переключил все свое внимание на то, чтобы привести себя в божеский вид. Я еле удержала на лице безразличное выражение, когда на самом деле, внутри бушевала ярость, ненависть и отвращение. Поднялась с кресла и пошла в сторону выхода. Я старалась даже не стучать каблуками, чтобы не привлекать его внимание к своей пятой точке. А еще меня ужасно тошнило.

Я вышла за дверь, тихонько захлопнула ее и прижалась затылком к дереву. Каждый разговор с ним высасывал из меня силы. Осмотрела пустой холл, и быстро зашагала к туалету. Проверила кабинки, и только когда убедилась, что совершенно одна, быстро закрылась в одной из них. Собрала волосы и склонилась над унитазом. Меня вывернуло сразу же. С глаз брызнули жгучие слезы, которые перемешались с привкусом рвоты.

- Кретин. – Прошептала я в пустоту, вытирая губы тыльной стороной ладони.

Глава 3. Сладкий сонный паралич.

Легкие, почти ласковые прикосновения тянутся вверх по моим озябшим щиколоткам. Я сладко потягиваюсь, потому что ощущения слишком приятные, чтобы их игнорировать. Чувство холода отступает, а кожу обжигает на том месте, где скользят подушечки пальцев. Волна легкого возбуждения окутывает мое тело, разливается теплом чуть ниже живота и скручивается внутри приятными спазмами. Фантомное горячее дыхание касается внутренней части моих бедер, от чего по коже бегут мурашки. Жесткая щетина слегка царапается, добавляя контраста ощущениям. В какой-то момент, я чувствую, как намокают мои трусики. Мышцы непроизвольно начинают сжиматься. Внутри становиться невыносимо жарко. А потом, сквозь тонкое кружево я чувствую влажный, горячий и настойчивый язык. Он скользит по моим складкам, кружит, умело адаптируясь под мои реакции. С каждой секундой этой сладостной пытки, я теряюсь в реальности все сильнее. Мои пальцы стискивают простынь, когда на деле хочется схватить своего мучителя за волосы и объездить его умелый рот. Я приподнимаюсь навстречу бедрами и слышу собственный стон.

Удовольствие нарастает, стремительно набирая обороты. Я глубоко дышу, от чего в мои легкие проникает чей-то запах. Он терпкий и совершенно чужой. В какой-то момент, меня пронзает самый сильный оргазм, который я только испытывала. Я выгибаюсь дугой, протяжно и громко вскрикиваю и зарываюсь лицом в подушку. Яркие вспышки сверкают перед веками несколько секунд, заглушая мысли. Дыхание все еще восстанавливаются, когда я распахиваю глаза.

Сон, как рукой снимает. Я нервно сглатываю, потому что мой сонный паралич выглядит как-то уж слишком материально. Не отрываю взгляд от силуэта, склонившегося над до мной. Лица почти не видно, так как в комнате для этого слишком темно. Сквозь задернутые шторы просвечивает тонкая полоска лунного света, мельком освещая очертания мебели. Я осторожно сжимаю кулак, и понимаю, что не встречаю сопротивления. Разве, когда к тебе приходит сонный паралич, ты не должен быть, как бы заперт в своем теле? Я много раз слышала, как рассказывали, что люди в такие моменты не могут пошевелиться. Но я же могу.

Я прищуриваюсь, стараюсь вглядеться в лицо напротив, и замираю. Я не вижу, скорее чувствую нутром, как на его лице расплывается хищная и очень довольная ухмылка. Крик застревает в горле, когда незнакомец склоняется к моему лицу. Близко. Непозволительно близко.

- Бабочка. – Прошептал он. Его голос был низким и бархатным. – Ты так сладко кончаешь. На вкус ты, как рай.

Мои глаза расширяются, когда до меня наконец доходит осознание происходящего.

Никакой это, черт возьми, не сон!

Я начинаю брыкаться, пытаюсь скинуть мужчину с себя, но оказываюсь слишком слаба перед ним. Незнакомец ловко перехватывает мои руки и прижимает их к подушке над моей головой. Мое тело дрожит, а сердце бешено долбиться в груди. Завороженно смотрю, как жесткие губы набрасываются на мои. Нижнюю губу пронзает боль от острых зубов, силой вырывая из меня поцелуй. Я скулю под этим напором, пытаясь разорвать этот необузданный контакт, но не могу. Кроме пьянящей сладости, я ощущаю на его языке собственные соки. От мысли, что незнакомый мужчина делает такие невообразимые вещи со мной, тугой узел возбуждения против воли подчиняет меня. Я стараюсь ухватиться за толику здравого смысла, но запоздало осознаю, что отвечаю на этот варварский поцелуй.

Все заканчивается так же резко, как и начинается. Внезапно его рука накрывает мой рот, а вторая прижимает к лицу влажную ткань. Резкий, приторный запах бьет в нос, перекрывая кислород. Я боролась, пихалась ногами и руками, но все равно чувствовала, как зрение мутнеет, а сознание ускользает. А потом – пустота.

****

Первое, что я осознаю, когда медленно открываю глаза – звуки птичьего гомона. Голова раскалывается, в горле пересохло, а между ног все еще пульсировала странная, неприятная влажность. Воспоминания прошлой ночи резко врываются в мою память. Резко приподнимаюсь и осматриваю комнату. Дверь в спальню приоткрыта, что, конечно, можно списать на сквозняк. Оглядываюсь дальше. Книги, планшет, стакан воды и разбросанные повсюду конспекты. С облегченьем выношу вердикт, что все на своих местах.

Медленно встаю с постели, направляясь в сторону выходу, и замираю. Жадно втягиваю воздух вокруг себя и ужасом осознаю, что знаю этот запах. Он в точности напоминает тот, что был в моем эротическом кошмаре. Оборачиваюсь и подлетаю к зеркалу. Придирчиво осматриваю каждый участок кожи и не замечаю никаких следов. Прикусываю губу, и тут же вскрикиваю. Перевожу испуганный взгляд на свое отражение и присматриваюсь поближе. На нижней губе ярко выделяется маленькая ранка. Прижимаю ладонь ко рту и всхлипываю.

Планшет на тумбочке вибрирует. Я медленно подхожу к нему, все еще прокручивая произошедшее. Открываю мессенджер, и мое дыхание обрывается. Дикий ужас сковывает меня, душит и причиняет почти физическую боль.

Your nightmare: «Я всегда забираю долги, бабочка».

Открываю вложение и нажимаю «play». Мои глаза расширяются, а руки начинают дрожать, от чего планшет падает на мягкий ковер. Я падаю на задницу и прижимаю колени к груди. Просто раскачиваюсь вперед назад, пока звуки бесконечно крутящегося видео продолжают набатом звучать в моей голове.

Видео, на котором мой кошмар вылизывает меня, пока я издаю стоны, полного наслаждения. Я слышу, его довольный рык и даже то, как он облизывается периодически. Мне кажется, что земля разверзлась у меня под ногами, а языки адского пламени тянутся к моему нутру.

И так, если подвести итоги, то:

1.Псих каким-то образом попал в мою квартиру, пока я спала.

2. Меня трахнули языком против моей воли.

3. Некий «Твой кошмар» активно взялся за то, чтобы терроризировать мою жизнь.

Похоже, мне скоро понадобиться психиатр.

Ирония, вросшая в мой строптивый характер, абсолютно никак не помогает сейчас унять дрожь. Мысли, крутятся в голове, как калейдоскоп. Я вскакиваю с места, подрываюсь к двери, но останавливаюсь прямо перед выходом. Сомнения, как ядовитые плющи скользят к моему горлу и душат. Моя карьера и обязательства сцепили меня такой железной хваткой, что один неверный шаг и расплата будет измеряться в неоценимом ущербе. Если Ганс узнает, что я обратилась в полицию и засветилась в грязной истории, и уж тем более расследовании – мне конец. Этот мерзавец на мне живого места не оставит.

Я хожу из угла в угол. Хочу позвонить, но телефон, как на зло сейчас находится у Майка. Еще и от него до сих пор никаких новостей. Неужели вычислить номер такая трудная задача? Трогать планшет мне категорически не хочется. Он, будто испачкался в моем позоре, передавая мне на руки эту мерзость. Я не чертов романтик, чтобы выжимать собственные трусики от того, что какой-то псих решил «прийти/увидеть/отлизать». Кому расскажешь – не поверят.

Планшет на полу снова загорается и издает странный звук.

«пум-пум». А затем снова тухнет.

Я медленно подхожу к нему, будто если сделаю неосторожный и резкий шаг, - то мой Кошмар выпрыгнет из него со словами «Сюрприз!».

Нагибаюсь, ввожу пин код. Экран разблокирован. Перед до мной открывается пустой чат.

Ни сообщения, ни видео, ничего.

Сглатываю, не веря своим глазами. Не шевелюсь. Моргаю, надеясь, что сообщение вернется назад, но этого не происходит. Чат злорадно смотрит на меня пустым фоном. Резко хватаю планшет, скидывая вкладку, захожу снова и… ничего. Теперь в диалогах нет даже этого самого чата, будто и не было никогда.

- Это, что еще за фокусы, черт возьми? – шепчу я, лихорадочно листая диалоги сверху вниз, затем обратно. Снова и снова.

Резкий крик разочарования, паники и злости разрезают тишину комнаты. Не отслеживаю момент, как собственными руками отшвыриваю от себя планшет с такой силой, что, если бы тот не упал на кровать, обязательно бы разбился вдребезги. Я хватаюсь за голову и понимаю, что теперь у меня нет ни одного доказательства. Пока я боялась прикасаться к планшету, оттуда методично исчезала моя возможность пустить в ход расследование.

Пытаюсь привести дыхание в норму, и медленно подхожу к стене. Упираюсь об нее головой и прикрываю глаза. Рваный всхлип просится на свободу из плена моего горла, но я глушу его. Я – не слабая. Просто не могла предугадать такой исход. Не называть же теперь себя идиоткой из-за этого…

- Я – идиотка. – шепчу я собственный вердикт.

Глава 4. Я – твой кошмар.

Всегда любимый, аппетитный тост с авокадо сегодня лежал нетронутым, пока размышления сводили меня с ума. Первый приступ паники уже прошел, оставляя после себя горький привкус на языке. Первым порывом, конечно же было – позвонить в полицию. Вот только прокрутив в голове сценарий разговора, который бы мне предстоял, напрочь отбил это желание. Ну, вот, что я им скажу? Видео на планшете исчезло из чата через каких-то двадцать минут. Из доказательств, указывающих на вторжение в мою частную собственность и совращения меня же вовремя сна, не было ни одного. Ранка на губе не особо тянет на стоящую причину, чтобы завести дело на непонятно кого. Я не видела его лица, чтобы составить фоторобот. Не знала его имени, да и вообще, в целом и общем, я абсолютно ничего о нем не знала, кроме его ника. «Твой кошмар». Вот, уж, точнее не придумаешь.

Единственное толковое решение, что я для себя приняла, чтобы защититься – это подключить видеонаблюдение в своей квартире и поменять замки. Я связалась с Бри, чтобы она выполнила эти поручения. Сейчас же сидя одна в своей квартире, я впервые захотела, чтобы Шарлотта поскорее вернулась домой. Мне еще предстояло как-то объяснить ей, почему ее сестра ни с того, ни с сего решила забаррикадироваться. В сотый раз глянула на часы, в надежде, что охранная компания постучится в ближайшее время. Минуты сменялись часами, и когда отчаяние дошло до своего пика, проклятый звонок наконец-то раздался. Я накинула на себя шелковый длинный халат, выпустила локоны и пошла открывать дверь. Пальцы замерли над ручкой. Сковал страх.

- Кто там? – Нерешительно крикнула я, вглядываясь в глазок.

- Охранная компания. Вы оставляли запрос на установление камер.

Через глазок я ничего путевого для себя не отметила, так как лицо было скрыто под кепкой. Глубоко вздохнула и щелкнула замком, слегка приоткрыв дверь. Пристально рассмотрела парня перед собой и расслабленно улыбнулась. Молодой специалист переступил порог. Он тут же снял свою кепку с надписью «SECURITY», и как-то завороженно уставился на меня. Светлые волосы, темно-карие глаза и худое телосложение, совершенно отличающееся от моего ночного визитера. На нем была униформа с бейджиком компании на видном месте. В руках он держал небольшой чемоданчик, и нелепо переступал с одной ноги на другую. Я указала рукой в сторону гостиной и закрыла за ним дверь.

- Хотите ли дополнительно установить сигнализацию? – Через плечо спросил меня паренек, проходя вглубь комнаты.

- Определенно, да.

Молодой человек кивнул и начал раскладывать все необходимое на стеклянный столик. Я опустилась на диван неподалеку и стала разглядывать его приспособления. Перед до мной лежали: портативная рация, какой-то фонарь, ручной металлодетектор, видеорегистратор и еще уйма всего. Я устало опустила локти на колени и потерла лицо от скопившейся за весь день усталости.