Кошмар внутри кошмара

Мирай не стала спорить. Она последовала за девушкой, выходя вместе с ней из леса.

Спустя некоторое время, почти выбравшись из чащи, когда незнакомка замедлила шаг, Мирай решила заговорить с ней.

– Тебя хоть как зовут? – спросила она, идя следом за брюнеткой.

– Яндере, – коротко ответила та.

– Необычное имя… – удивилась Мирай. – А меня…

– Я знаю, как тебя зовут. Можешь не представляться.

– Откуда? – встревоженно спросила девушка.

Яндере помолчала несколько секунд, будто подбирая слова, а затем ответила:

– Кто-то оставил мне записку. Там было написано: «Там девушка в беде – зовут Мирай. Иди, спаси её, а дальше как пойдёт». Ну, я и решила, что раз уж кто-то об этом пишет, значит, так нужно.

– Подожди, «записку оставил», говоришь? – возбуждённо спросила Мирай, вспомнив о записках от неизвестного, который в самом начале сна постоянно оставлял их, когда ей требовалась помощь. – Там было написано фиолетовыми чернилами?

– Ну да… фиолетовыми, – недоумённо ответила Яндере. – А тебе зачем эта информация?

– Мне тоже оставляли такие записки, как только я попала в этот сон. Они помогали мне, когда я была в опасности. Но потом перестали… – ответила Мирай. – А ты сама не хочешь узнать, кто автор этих записей?

– Мне плевать. Главное – выбраться из этого мира, – сказала Яндере холодным, чуть грубым голосом.

Эти слова слегка огорчили Мирай. В отличие от новой знакомой, она хотела глубже изучить этот мир, понять, как работает сон, и подтвердить свои теории. Поэтому девушка остановилась посреди пути.

– Думаю… наши пути здесь расходятся. Я больше хочу изучать этот мир, а не торопиться его покинуть, так что…

– Подожди с выводами, – перебила её Яндере. – Одна из особенностей этого сна: если ты познакомился с живым человеком, ни в коем случае нельзя с ним расходиться дальше определённого расстояния. Иначе ты больше никогда его не увидишь. Так что с этого дня ты привязана ко мне, – пояснила она.

– Ясно… – пробормотала Мирай. В её голове уже роилось множество вопросов об этой особенности, но она решила расспросить девушку позже, в более безопасной обстановке.

– И насчёт твоего дома… – неожиданно продолжила девушка в маске. – Его больше нет.

От этих слов Мирай впала в ступор. В смысле «нет»? Как это – «его больше нет»?

Но прежде чем она успела задать вопросы напрямую, Яндере договорила:

– Сон его удалил… Скорее всего, посчитал ненужным.

– Тогда где мне теперь жить?.. – тихо спросила Мирай.

– Значит, будешь жить у меня. Всё равно нам нельзя отходить друг от друга на несколько километров. К тому же, думаю, я смогу ответить на некоторые твои вопросы об этом сне, – успокоила её Яндере.

Мирай ничего не ответила. Она подумала, что, возможно, может доверять этой девушке: та всё-таки спасла её и не попыталась навредить. Да и идти проверять слова Яндере о доме не хотелось – Мирай была измотана после встречи с монстром, мысли путались, а перспектива идти километры назад совсем не радовала. Поэтому она молча последовала за новой знакомой.

Спустя примерно полчаса ходьбы в тишине девушки дошли до загородного частного дома. С виду он был вполне уютным: белые стены, крыша, два этажа с гаражом и собственный мини-дворик со скамейками и мангалом.

Яндере открыла деревянную входную дверь с маленьким окошком и вошла внутрь; Мирай последовала за ней.

Переступив порог, девушки оказались в прихожей. Оттуда вёл коридор с множеством дверей и лестницей на второй этаж в конце, а также проход в помещение, напоминавшее гостиную, куда Мирай и Яндере направились в первую очередь.

С левой стороны комнаты на стене висел телевизор; перед ним стоял диван, а между ними – небольшой столик, на котором располагалась ваза с искусственными розами с фиолетовыми, жёлтыми и красными лепестками.

С противоположной стороны находилась кухня: духовка, шкафчики, расположенные как в кухонной стойке, так и над ней, электрическая плита и белый холодильник. Всё помещение разделял большой прямоугольный кухонный стол.

– Чувствуй себя как дома, – сказала Яндере, подходя к кухонным шкафчикам.

Мирай села за большой стол и положила сумку на один из ближайших стульев.

– Чай будешь?

– Да, пожалуйста… – ответила Мирай, всё ещё стесняясь гостеприимства девушки.

Пока Яндере заваривала чай, взгляд Мирай скользил по комнате, внимательно изучая обстановку. Затем она посмотрела на свою новую знакомую, которая достала две кружки и занялась чаем.

– А почему ты носишь маску? – решилась спросить Мирай.

– Это… – Яндере замялась, подбирая слова так, чтобы собеседнице было понятно. – Это протез. В прошлом со мной произошёл инцидент, из-за которого моё лицо оказалось сильно изуродовано.

– Понятно… – сочувственно ответила Мирай. – А сколько времени ты находишься в этом мире? – сменила тему она.

– Сколько времени? – усмехнулась девушка. – Достаточно давно. – с сарказмом сказала она.

– То есть?..

– Времени нет, – быстро ответила Яндере. – Еда не портится, вода не остывает и не нагревается, огонь не тухнет, смены времени суток тоже не существует. Единственное, что хоть как-то напоминает о времени, – это часы, которые до сих пор идут… – объясняла она, ставя на стол две кружки с тёплым чаем. – Поэтому только безумец пытается вычислять здесь время: оно то мчится слишком быстро, то тянется бесконечно медленно.

Мирай протянула руку к кружке и придвинула её к себе. Тёплый чай, уже успевший прогреть кружку изнутри, приятно согревал ладони.

– А чем ты занимаешься по жизни? – решила задать классический вопрос для знакомства Мирай. – Я вот рисовать люблю…

– Да ничем, – ответила девушка. – У меня нет увлечений, разве что уничтожать монстров…

Мирай на мгновение замолчала, попивая чай и обдумывая следующий вопрос для этого странного, почти формального диалога. Затем она сказала:

– Каких монстров ты уже повидала?

– Да разных, – ответила Яндере. – Ползающих, лазающих, летающих – матерь божья… У кого-то не было головы, у кого-то она находилась совсем не там, где должна быть, а у одного вообще все конечности были перепутаны. Но у всех кожа либо фиолетовая, либо белая. И все они – уродливые, – рассказывала она, отпивая чай; для этого Яндере приподняла маску, освобождая рот. – А ты зачем интересуешься?

– Да просто… люблю я их рисовать. Ужасы нравятся, – ответила Мирай.

И вдруг, словно едва заметный электрический разряд, в её голове вспыхнула мысль.

– Ты говоришь, что видела много монстров? – уже с заметным возбуждением продолжила она, торопливо залезая в сумку. Мирай вытащила блокнот, быстро открыла страницу с важными записями и достала нужный лист. – А человека в маске и фиолетовой мантии ты не встречала?

– «Человека в маске и в фиолетовой мантии»? – повторила Яндере слова Мирай, словно пробуя их на вкус и одновременно роясь в памяти. – Не припомню такого… Он тебе важен?

– В каком-то смысле… – ответила Мирай, разглядывая записку покойного отца, в которой тот описывал «его».

– Дашь посмотреть? – спросила Яндере, протягивая руку к записке в руках девушки.

Мирай без возражений отдала листок. Брюнетка сразу принялась читать, временами тихо бормоча отдельные фразы. Спустя несколько секунд она положила записку на стол.

– Весёлый монстр ему попался… – задумчиво произнесла Яндере с лёгкой насмешкой в голосе. – Все монстры, которых я встречала, с первых секунд нападали на жертву. А этот, как я понимаю, вёл вполне осмысленный диалог. Достойно похвалы.

– Ты его не видела? – спросила Мирай.

– Понятия не имею, кто это… – быстро ответила Яндере. Девушка на несколько мгновений замолчала, а затем добавила: – Ну, значит, потом покажется. – закончила она с лёгкой улыбкой.

Последние минуты девушки провели в тишине – после тяжёлого дня ни у одной не осталось сил или желания разговаривать.

Допив чай, Яндере предложила Мирай лечь спать и пообещала показать ей комнату. Та согласилась.

Поднявшись на второй этаж, девушка в маске остановилась у одной из дверей и открыла её. Комната оказалась спальней.

В спальне стояли две односпальные кровати, расположенные напротив друг друга вдоль стен. Напротив каждой из них находился свой шкаф – тоже на расстоянии друг от друга. У противоположной стены, прямо напротив двери, стоял стол, а над ним располагалось большое окно. На столе лежали подставки для ручек и карандашей, сами ручки, а также несколько папок с бумагой формата А4.

Яндере села на кровать с чёрной простынёй, стоявшую слева.

– Это наша комната, – сказала она. – Располагайся как хочешь.

Мирай молча села на другую кровать, напротив девушки, глядя в пустоту. Яндере тем временем просто легла, повернувшись к Мирай спиной. Немного помедлив, та решила последовать её примеру и тоже легла на кровать.

Девушка в последний раз посмотрела на девушку в маске, прежде чем закрыть глаза.