Кошмар внутри кошмара

«Здравствуйте, сейчас 13 февраля, 2023 года.

Эти строки пишет сейчас мой друг – я ему диктую. Почему же я не пишу сам? Да дело в том что Йара (шмара школы) выколола мне глаза.

Я просто шёл со школы один, решил сократить по переулку между домами. Потом подходя к выходу из этого переулка, ко мне подошли сзади, схватили меня и заточкой выкололи один глаз. Я хотел закричать и сопротивляться, но мене закрыли рот рукой и очень крепко держали. Потом выкололи второй глаз и я полностью перестал видеть. Последнее что я успел увидеть так это то что меня окружили 2 подруги Йары, из-за чего я и знаю что это делает именно она.

Меня отпустили, и кинули на тротуар. Боль была невыносимой. Я чувствовал как по щекам льётся кровь из пустых глазниц. Перед тем как отпустить меня, одна из девочек взяла скотч(?) и наклеила его на мой рот, что б я не мог говорить.

Почему то местность где мы все находились была безлюдной – никто не пришёл мне на помощь.

Йара наклонилась ко мне и сказала, что если я кому-то расскажу, и её с подругами посадят в тюрьму, то «кто-е-кто» отрежет мне ещё и язык, точно так же как и лишил глаз. Она сказала что именно Сара выколола мне глаза, во что я очень сильно не верю. Так как та не могла этого сделать.

Что б больше не вызывать подозрений Йара позвонила в 911, что бы претвориться случайным и невинным прохожим, что заметила меня. Перед этим она с подругами уничтожила все улики, в том числе и убрали скотч с рта и выбросили перчатки в ближайший мусорный бак, что б на них точно никто не подумал.

Полиция и скорая приехали через некоторое время. Как я и предположил и говорили, Йара и её подруги всё ещё на свободе.

Я хоть и рассказываю это другу, диктуя ему это, но он мне поклялся что никому не расскажет тоже.

Даже если это Сара и выколола мне глаза – она не виновата, она не сама решила и я это знаю.

Надеюсь с Сарой сейчас всё хорошо.

-Кайл. 16 лет. 13.02.2023.»

Мирай молча закрыла тетрадь. Эта история повергла её в шок. И её смутило ещё кое-что… Йара… Если её не обманывает память, то именно так звали её подругу в детстве. Но, в отличие от той Йары, о которой писал Кайл в своём дневнике, та была, наоборот, дружелюбной – да, может, немного боевой, но она вела себя так потому, что хотела защитить Мирай от тех, кто обижал её.

Вдруг девушка услышала посторонние звуки где-то в коридоре. Она замерла, чтобы убедиться, что это не она их издаёт.

За дверью снова раздались стуки, словно шаги, потихоньку добирающиеся до кабинета, в котором находилась Мирай.

Девушка тихо спряталась под парту, надеясь, что её не найдут. Она открыла сумку, собираясь достать пистолет, но когда в дверь вдруг стали ломиться, её рука почему-то в страхе отдёрнулась от оружия, и она принялась смиренно ждать.

Вдруг дверь не выдержала и распахнулась.

Мирай старалась не дышать, чтобы не издавать посторонних звуков.

Она чётко слышала, как кто-то ходил по классу, возможно, ища свою жертву.

Девушка осмелела и решила чуть выглянуть из-за парты, чтобы хотя бы посмотреть на своего возможного врага. За другими партами, стоявшими впереди, существо невозможно было разглядеть.

Мирай чуть высунулась из-за парты, прищурившись, чтобы поближе рассмотреть существо, как вдруг её пистолет вывалился из сумки с громким и характерным звуком. Девушка сразу же спряталась, уже молясь, чтобы её не нашли. На пистолет, издавший звук, набросилось существо. Это был гуманоид с белой кожей, перемещавшийся на четвереньках, однако вместо рук у него были лапы, как у богомола. Оно сразу же сломало пистолет своим ртом, что очень поразило девушку и ввело её в ступор.

Потом существо наконец-то показало своё лицо, посмотрев на Мирай. У него были лишь большие дыры разного размера вместо глаз, носа не было, узкий чёрный рот был изогнут в улыбке, зубов не было видно, и имелись острые длинные уши, которые порой дёргались.

Когда существо посмотрело на девушку, та стала мысленно готовиться к ещё одной мучительной смерти, однако вместо того, чтобы убить Мирай, оно просто развернулось и вышло из кабинета.

Девушка сидела под партой в шоке от происходящего. Её мозг пытался найти оправдание тому, почему её не убили. Можно было предположить, что монстр слепой и не заметил её, но тогда почему он посмотрел на неё прямо целенаправленно, с учётом того, что Мирай даже звука не издавала?

Девушка как можно тише высунулась из-под парты, встав на ноги. Она посмотрела на свой сломанный пистолет, лежавший между парт, разломанный на кусочки, оставивший Мирай без защиты.

– (Нужно как можно быстрее отсюда сматываться, и желательно бесшумно…) – подумала девушка и стала медленным шагом подкрадываться к выходу в коридор.

Выйдя в коридор, Мирай шла к выходу. Она передвигалась, прижавшись к стене, так как существо свободно ходило только в середине коридора.

Когда оно проходило мимо девушки снова и снова, Мирай замирала и старалась даже не дышать, чтобы её не услышали.

И вот – выход прямо перед ней. Она быстро подбежала на цыпочках к главной двери школы и, дёрнув за ручку, поняла, что дверь не открывается… Из-за того, что Мирай не смогла открыть дверь, у неё началась паника. Она отчаянно дёргала за ручку двери, оправдывая это тем, что дверь заклинило и нужно просто приложить больше усилий, но дверь была закрыта на замок…

Находясь в панике, девушка совершенно забыла про монстра, который мог услышать её отчаянные попытки выбраться, и это позже аукнулось ей…

Монстр подкрался к ней сзади и укусил за ногу. Мирай закричала и отдёрнулась от двери и от монстра, упав на пол. Существо откусило ей небольшую часть плоти, которую позже съело.

Боль в ноге была невыносимой, но, несмотря на это, девушка встала и, пытаясь не упасть, побежала по коридорам. Существо устремилось за ней.

Нога истекала кровью, оставляя следы на полу. В глазах появлялись слёзы боли, но Мирай понимала, что если она остановится, то её смерть будет более болезненной и страшной.

Девушка вбежала в случайный кабинет и закрылась там, блокируя дверь своим телом, присев на пол. Существо же начало со всей силы стучать в дверь своими лапами, скребя её.

Пока Мирай была временно в безопасности, она посмотрела на свою раненую ногу. Кровь текла рекой, пачкая брюки, пол и сапоги. Нужен был бинт, срочно…

Девушка оглядела кабинет – это был медпункт, на что она вздохнула с облегчением, понимая, что найдёт то, что ей нужно.

Однако, чтобы добраться до какого-либо шкафчика, ей нужно было решить проблему с монстром, который усердно ломился внутрь.

Мирай медленно встала на ноги, всей силой упираясь телом в дверь, и осматривала кабинет. Там находились шприцы, таблетки и ножницы, лежавшие в пластиковом стакане на главном столе почти посередине кабинета. Однако на другом, более маленьком столе у окна лежала связка ключей, и среди них был достаточно большой ключ, отличавшийся от остальных – похоже, это был ключ от главных дверей, что обрадовало девушку.

У Мирай появился очень рискованный план: отпустить дверь, быстро схватить ключ и каким-то образом убить существо каким-нибудь острым предметом – ножницами или даже шприцом.

Это был единственный план, который пришёл ей в голову. Она не хотела сидеть в этом кабинете вечно. Поэтому, собравшись с силами и стараясь игнорировать боль в ноге, дождавшись, когда стуки в дверь прекратятся хотя бы на секунду, Мирай рванула к ключам.

Монстр выбил дверь и, услышав движение, сразу же направился к ней.

Девушка на ходу схватила ключи и, увернувшись от монстра, побежала к двери, но так как нога всё ещё кровоточила, она остановилась – у неё начались головокружение и слабость из-за потери крови. Это были идеальные условия для того, чтобы существо догнало её, сбило с ног на пол и навалилось сверху.

Когда Мирай упала, она задела рукой стаканчик с ножницами, стоявший на столе, и ножницы упали рядом с ней справа.

Сначала девушка удерживала монстра за шею, а потом лихорадочно искала то, чем могла бы защититься. Тело уже истощалось из-за потери крови, поэтому времени на раздумья не было: либо защищаться и попытаться сбежать, либо устранить угрозу. Её взгляд упал на те самые ножницы, и рука, не раздумывая, потянулась к ним, пока другая старалась удержать монстра.

Наконец, ухватившись за рукоятку ножниц, Мирай со всей силы вонзила лезвия в голову монстра. Тот истошно закричал и на пару минут отпрянул от девушки.

Мирай воспользовалась моментом, сбросила существо с себя и, забравшись сверху, стала раз за разом бить его ножницами, проливая кровь.

Движения одной рукой были быстрыми и эффективными. Монстр слабел, попытки вырваться становились всё более вялыми. Но девушка не жалела его – вскоре к одной руке подключилась и вторая, увеличив скорость и ярость ударов.

Наконец, когда монстр перестал подавать какие-либо признаки жизни, Мирай ещё пару раз дёрнула ножницы, а затем, глубоко вонзив лезвия в глазницу существа, с тяжёлыми вздохами остановилась.

Глаза девушки были расширены, голова слегка дёргалась в сторону, руки были полностью забрызганы кровью, напоминавшей человеческую. На одежду и лицо попало несколько капель.

Мирай отпустила рукоятку ножниц и, опираясь рукой на стол, встала на ноги. Она снова осмотрела кабинет в поисках бинтов и, найдя нужный рулон в одном из шкафчиков, направилась к нему, опираясь руками на всё подряд, так как ноги уже почти не держали её.

Девушка схватила бинты и вату и, снова присев на пол, сначала остановила кровь ватой, а затем перебинтовала раненую ногу. Кровь больше не текла и не пропитывала бинт – значит, она остановилась. Однако Мирай перестала чувствовать раненую ногу, и появилось ощущение, будто она вот-вот потеряет сознание, как вдруг она услышала, как что-то упало рядом.

Она посмотрела вниз и увидела шприц с тёмно-красной жидкостью. Девушка перевернула записку, прикреплённую к шприцу, и увидела слова, написанные каллиграфическим почерком тёмно-фиолетовыми чернилами: «Часть твоей крови».

Мирай почти не обратила внимания на то, откуда вообще взялся этот шприц. Её целью было восстановить своё тело, поэтому она, не раздумывая, ввела шприц в раненую ногу, до вены, выдавив всю жидкость.

Нога стала подвижнее, двигаться стало легче, головокружение и слабость почти исчезли. Девушка поднялась, продолжая опираться руками на стол, лицом к шкафчикам. Она подняла глаза и заметила в одном из шкафчиков аккуратную ткань. Мирай открыла дверцу и взяла её – это оказалась медицинская повязка на глаз.

Девушка встала перед зеркалом, находившимся в медпункте, сняла импровизированную повязку и завязала новую, более качественную. Ткань была вырезана в форме квадрата, а четыре верёвки уже были завязаны на затылке.

Убедившись, что повязка держится нормально, она снова посмотрела на шприц и, подняв его, аккуратно отклеила бумажку с необычными словами и положила её в блокнот рядом с запиской покойного отца, написанной чернилами похожего цвета – а точнее, с его последними словами.

Единственный вывод, к которому могла прийти Мирай, заключался в том, что кто-то или что-то сопровождает её и помогает.

Когда состояние девушки улучшилось и она смогла идти самостоятельно, хоть и прихрамывая, она в последний раз посмотрела на мёртвого монстра и покинула кабинет, не забыв забрать связку ключей перед выходом из медпункта.

Мирай подошла к главному выходу, вставила нужный ключ в замочную скважину и, услышав щелчок, открыла дверь и вышла на улицу.

Спустя некоторое время девушка шла мимо силуэтов людей, прихрамывая, как вдруг почувствовала на себе чей-то взгляд. Мирай повернула голову в сторону противоположной улицы и заметила девушку. В отличие от других существ, она была чёткой и отчётливой и просто смотрела на Мирай. У незнакомки были тёмно-коричневые, слегка красноватые волосы средней длины, взъерошенные. На ней были серая толстовка, тёмно-синие джинсы, чёрные сапоги и сумка через плечо. Но главное, что отличало её от остальных, – белая маска с вырезами для глаз, под которыми располагались по шесть отверстий, выстроенных треугольником.

Увидев её, Мирай ускорила шаг по направлению домой – девушка казалась ей странной и пугающей из-за пронзительного взгляда и неподвижности.

Наконец добравшись до своей двери, она в последний раз оглянулась, убеждаясь, что за ней никто не следует. Затем она открыла дверь и быстро захлопнула её.

Дома Мирай сразу почувствовала себя в безопасности. Она разложила вещи из сумки: оставшиеся пирожки убрала в холодильник (один из них решила съесть), пистолет и два блокнота положила на стол.

Мирай бессильно легла на кровать, тяжело дыша. Усталость накрыла её, и она уснула.

Глава 3: "Подруга"

|Прошло около месяца после попадания в этот сон. Мир в нём меняется на глазах: если раньше, подражая реальному миру, сон мог только резко менять погоду, то теперь могут пропадать и исчезать здания, стоит лишь мне отвернуться. Я бегаю по миру, в поисках хоть какой-то информации о том, как мне от сюда выбраться. Всё четно… Сколько бы монстров я не встречала на пути, нет ни единой зацепки об этом мире.

Складывается ощущение что это продолжается бесконечно… Почти день сурка: я выхожу из дома, краду еду из магазинов (что касается оружия, мне вообще не попадались всякие оружейные магазины или же даже просто валяющиеся острые предметы, это касается и предметов в моём доме), иду по улице, забегаю в какое-то здание, убегаю от монстров, еле-еле живой возвращаюсь домой, и иду спать, а потом всё заново… Снова и снова, снова и снова…

Я настолько отчаялась, что решила поискать ту странную девушку, которую заметила тогда, на тротуаре, с маской. Однако и её поиски были бесполезны. Тоже касается и автора записок с тёмно-фиолетовыми чернилами, и даже он куда-то пропал…

Я одна.

Даже те силуэты, которые подражали реальным людям, тоже пропали. Остались лишь монстры, которые прячутся в домах и ждут, как будто меня…

Мне кажется… Что я чувствую одиночество…

Как будто существа, которые хотят сожрать меня, больше симпатизируют… Они единственные кто обращает на меня внимания, пусть и с целью убить, расчленить и съесть …

Я знаю о чём думала как только попала в этот бесконечный сон: «Мне не нужны люди. Мне не нужен никто. Они не поймут меня. Только я – мой настоящий друг, все остальные – враги.». И вот сейчас я дошла до момента когда могу официально признать то, что б не признала бы никогда:

Мне нужен человек.

Мне нужен кто-то, по мимо моего больной фантазии…

Я хочу услышать хотя б «привет» от кого-то, кроме самой себя…

…

…

О чем я вообще пишу..? Тут нет уже никого, кто б это прочитал…

Это мой ад. Где я делаю одно и тоже, и моё сумасшествие только растёт.|

Ручка легла на исписанную бумагу. Почти потерянный взгляд Мирай пытался разобрать собственные строки. Надежда на спасение таяла, а мысли путались и давили, будто кто-то бесконечно шептал, что выхода больше нет. Лишь инстинктивный страх удерживал её от необратимого шага прервать свою жизнь раз и навсегда.

Как и в первый день, Мирай смотрела в окно на всё то же пасмурное небо и пустую улицу. Как и тогда, она решила снова выйти прогуляться – в надежде найти хоть кого-то ещё. Желательно разумного и без желания её убить.

Взяв всё необходимое, Мирай через несколько минут вышла на улицу и сразу почувствовала тот же тяжёлый воздух. Сон, однако, изменился: появился густой туман, настолько плотный, что уже в десяти метрах ничего не было видно.

Она шла по знакомым местам, пытаясь найти хоть что-нибудь новое. Для этого приходилось заглядывать во всевозможные заброшенные места – там хотя бы мог появиться монстр, а с ним и новая цель, а может, даже направление, куда идти дальше.

Именно так девушка и решила поступить. Она направилась в лес, где, как помнила из реального мира, стоял заброшенный девятиэтажный дом, в который она когда-то любила ходить вместе с Йарой.

Пока Мирай шла по знакомой, протоптанной дороге через лес к заброшке, на неё никто не нападал. Казалось бы, к счастью. Но эту тишину она ощущала слишком напряжённой.

И вот наконец среди зарослей показался вход: железные двери были распахнуты настежь, к ним вела лестница, а стены выглядели обветшалыми.

Мирай спустилась по лестнице, подошла к дверям и заглянула в длинный тёмный коридор.

Чтобы хоть что-то разглядеть, девушка достала из сумки фонарик, украденный в одном из магазинов. Включив его, она начала освещать коридор, медленно продвигаясь внутрь. Луч света выхватывал из темноты пол, стены и предметы, разбросанные под ногами.

В конце коридора Мирай заметила дверь. Она толкнула её, открыла и шагнула на другую сторону.

Казалось, это было главное помещение здания: закрытая подъездная дверь, лестница, ведущая на другие этажи, и рядом – неработающий лифт.

Из-за света, просачивавшегося через окна без стёкол, в помещении было достаточно светло. Поэтому девушка выключила фонарик, решив, что он ей больше не понадобится, однако на всякий случай продолжала держать его в руке, чтобы потом не доставать из сумки снова.

Мирай попыталась открыть каждую дверь, но все они оказались заперты. Оставаться на первом этаже больше не имело смысла, и она решила обследовать остальные.

Поднимаясь по лестнице на второй, третий и решив дойти до девятого этажа, девушка, как и полагается, осматривала каждый коридор. К сожалению, все двери были закрыты – несмотря на их ветхий вид, открыть их никак не удавалось.

Оторвав взгляд от пола недостижимого этажа, Мирай заметила одну закономерность этого мира: окружение менялось. В её случае – на нижних этажах исчезли окна, а вместе с ними и любые источники света, погрузив всё в беспросветную тьму.

Но, поднимаясь на следующий этаж, Мирай вдруг поняла, что лестница… сломана. При переходе выше она внезапно вела вниз, хотя должна была подниматься вверх. Из-за этого добраться до восьмого этажа оказалось проблематично. В конце концов Мирай лишь пожала плечами и решила не исследовать последние два этажа: работы меньше, да и вряд ли там было что-то интересное.

Она только закатила глаза. Эта ситуация уже совсем не пугала – лишь раздражала. Всё происходящее выглядело как жалкие попытки напугать её. Мирай молча включила фонарик и тихо направилась к выходу, освещая путь единственным источником света.

–(Будет весело, если в одном из коридоров мне придётся убегать от монстра. Эти лабиринты будто специально для этого предназначены…) – саркастично подумала она, прекрасно зная, как сон любит подбрасывать подобные ситуации.

Сон, словно услышав её мысли, отреагировал сразу: Мирай заметила что-то живое в углу коридора. Она не решалась напрямую осветить это фонариком и попыталась разглядеть фигуру самостоятельно, вглядываясь в темноту.

Как и ожидалось, это было худощавое гуманоидное существо с тёмно-синей кожей. Оно сидело в углу, повернувшись спиной к девушке, прижимая колени к груди и слегка покачиваясь из стороны в сторону. И что было особенно странно – от него исходил холод. Не просто прохлада, а безумно ледяной холод, от которого Мирай невольно задрожала.

Анализируя своё положение, Мирай хотела тихо продолжить поиски выхода. Но, зная, что сон не отпустит её так просто, девушка решила действовать по его правилам – самой пойти навстречу опасности.

Она осветила существо фонариком, намеренно вызывая реакцию. План сработал. Монстр задрожал и начал медленно подниматься на ноги.

Мирай попятилась назад, разглядев его в полный рост. Существо было около пяти метров высотой – почти до потолка. У него была непропорционально длинная, примерно десятисантиметровая шея и пугающе тонкие руки с тремя длинными пальцами на каждой, растопыренными, словно когти.

Чтобы окончательно вывести монстра из себя, Мирай направила свет на его голову. Она всё ещё была повёрнута к ней затылком. Как и у других существ этого сна, волос у него не было – лишь гладкая, голая кожа.

Вдруг монстр резко повернулся к девушке лицом. Это стало началом погони. Мирай тут же бросилась бежать прочь, а существо – за ней.

В отличие от других монстров, с которыми ей уже доводилось сталкиваться, у этого существа не было улыбки. У него вообще не было ничего, что напоминало бы рот. Ушей – тоже. Лишь глаза: чёрные, широко раскрытые, с белыми зрачками, которые казались неестественно пустыми.

Коридоры, похожие на лабиринт, на этот раз сыграли Мирай на руку. Здесь было слишком много поворотов и укрытий, и спустя несколько минут погони ей удалось спрятаться в одном из углов, заставив монстра потерять её из виду.

Лишившись цели, существо замедлилось и перешло на медленную, выжидающую походку. Оно бродило по случайным развилкам, будто интуитивно выбирая места, где, по его мнению, могла скрываться девушка.

Его шаги были тяжёлыми и гулкими, каждый из них держал Мирай в напряжении. Вдобавок монстр начал царапать стену одного из коридоров когтями, издавая неприятный, режущий слух звук.

Для Мирай побеги и прятки от монстров давно стали обыденностью. Она проделывала это десятки раз за время пребывания во сне – и бесконечно скрываться в темноте начинало надоедать.

Как вдруг…

– Я от вас ничего не прошу… Мне о-о-очень холодно… Прошу… дайте мне вашу кожу… – донёсся из-за стены жалобный, искажённый мужской голос.

Эти слова странным образом подействовали на Мирай. В них было что-то противоестественное: мягкость и мольба переплетались с жестоким смыслом. Они словно туманом застилали разум, заставляя прислушаться, замедлиться, вслушаться ещё раз.

Где-то в глубине сознания всё ещё теплился здравый смысл, настойчиво велевший ей оставаться на месте и не выдавать себя. Но голос существа было мучительно тяжело слушать – от него будто сжималась грудь, а внутри поднималось чувство, словно душу медленно разрывают на части.

Сама того не осознавая, Мирай вышла из укрытия и медленно направилась к монстру, звавшему её издалека.

Вскоре она оказалась всего в нескольких метрах от него, в одном из узких коридоров. Её глаза с пустым, отрешённым взглядом смотрели прямо в жалобные, почти умоляющие глаза существа.

– О-о-ох… спасибо… о-о, добрая душа-а-а… – искажённым голосом протянул монстр, начиная медленно подкрадываться к ней. Его длинные пальцы раскрывались в угрожающем жесте, словно готовясь сомкнуться.

Сама Мирай будто находилась в глубоком трансе. Мысли больше не спорили между собой – словно смирились с неизбежным, приняв свою участь.

Монстр был уже в метре от неё. Его пальцы почти коснулись девушки.

И тут, откуда ни возьмись…

Кто-то напал на существо сбоку, вонзив ему что-то прямо в шею. Монстр мгновенно отреагировал и издал истошный крик.

Мирай, всё ещё находясь под гипнозом существа, инстинктивно попыталась броситься к нему – помочь, утихомирить его боль.

– ЧЕГО СТОИШЬ?! БЕЖИМ! – внезапно раздался резкий, грубый женский голос.

Не успев ничего понять, Мирай резко дёрнули за капюшон, вырывая её из транса и буквально вынуждая бежать вслед за неизвестной.

Когда разум наконец включился, сработал защитный инстинкт. Девушка, не оглядываясь, побежала за своей спасительницей по запутанным коридорам.

Местность снова, почти незаметно для Мирай, изменилась – в одном из коридоров появилось окно.

Не раздумывая, девушки выпрыгнули из него на улицу и приземлились на траву. Этаж, на котором появилось окно, оказался первым, поэтому риска что-нибудь сломать не было.

Мирай перевернулась на спину, глядя на небо и верхушки деревьев, пытаясь перевести дыхание.

Затем она посмотрела на девушку, лежавшую рядом, в паре метров от неё. Та лежала на боку, отвернувшись спиной.

Беспокоясь о состоянии незнакомки, Мирай опёрлась на руки и осторожно подползла к ней.

– Х-хей?.. Ты в порядке?.. – робко окликнула она свою спасительницу.

Девушка тихо приподнялась на локтях, подтверждая, что жива, и повернулась к Мирай лицом(?).

Мирай сразу же узнала её: это была та самая девушка в маске, которую она видела ещё в первые дни сна.

– Нам нужно убираться отсюда как можно скорее… – произнесла девушка, проигнорировав вопрос Мирай, и поднялась на ноги.

Незнакомка убрала в сумку, надетую через плечо и талию, окровавленный кинжал – тот самый, которым она ранее ранила монстра.

Мирай не стала спорить. Она последовала за девушкой, выходя вместе с ней из леса.