Иннокентий

– Ты почто на девку кричишь, ирод окаянный?

– Так делает вид, что не понимает и очередь задерживает!

  Старуха хмыкнула, а Беломорина в её больших губах запрыгала.

– Что тебе, молодец?

– Сами знаете что, средства для предохранения! Самый большой размер, пожалуйста.

– Ну, так бы и сказал – кондомов! Вот молодежь пошла! И размеры у нас на всех одинаковые, социалистические.

– Как это? – Кеша буквально опешил. – Как он может быть одинаковым?

  Беломорина быстро перемесилась в другой уголок рта. В очереди уже откровенно ржали. И, как назло, в ней стояли или возрастные тетки, или бабки. Последние взирали на сие безобразие весьма неодобрительно. Дамы помладше с откровенным любопытством.

  Старуха монументально покачала головой:

– Большой?

– Ага!

  Сзади загыкали пуще прежнего. Пунцовыми стал уже уши Иннокентия.

– Были тут индийские, но они дороже. Десять копеек штука. Третий размер. Сколько тебе, молодец?

Кеша скользнул глазами по яркой упаковке. Мейд ин Индия, не обманули. Название странное «Кохинур».

– Я же сказал пять!

– Будет тебе пять, – бабка ехидно кинула напоследок. – Смотри только не сотри свое сокровище.

 Сзади сначала заржали, а потом притихли. Кеша с недовольством обернулся. Сейчас кое-кто из дам откровенно строил ему глазки. Бедные советские недотраханные тетки!

  «Вот еще!»

  Молоденькая аптекарша, не поднимая глаз, уложила все причиндалы на прилавок и выкатила общую сумму. Цирк какой-то, а не аптека!

– Поворачивайся, давай еще разок.

– Мне на работу завтра, Кеша.

– Ничего, там и отоспишься.

  «Зря, что ли покупал средства? Еще два остались!»

  Васечкин вошел во вкус и пользовал Ларису всеми возможными способами. Пока халява, хлопать кое-чем не стоит.

7. Каждый трудовой день – ударный!

– Зинаида Михайловна, вы, что мне там понаписали! – Иннокентий был искренне возмущен. Стараешься, блин, стараешься и бац – «Вторая смена».

  Замначальника ЖЭКа по эксплуатации сердито покачала головой:

– В чем у тебя опять проблема, Васечкин?

– А вы сами не видите? Два подъезда аварийных! Предлагаете мне там одному корячиться?

  Иннокентий знал, о чем говорил. В стояках подъездов следовало давно менять проводку. И как прикажете делать это в две руки? Когда отрабатывать остальные заявки? Сидящий за соседним столом Шошенский внезапно заинтересовался и попросил листок у Строевой.

– Кеша прав. Сюда аварийную бригаду от энергетиков звать надо, Зинаида. Или в РЖУ звонить. Ты зачем ему чужую работу подсовываешь?

  Заместитель начальника ЖЭКа по эксплуатации испуганно ойкнула и тут же зачеркнула два проклятых пункта. Но на Васечкина взирала со всей строгостью закона. Больно уж он надоел ей в последние две недели с просьбами сдвинуть или поменять заявки. Строева откровенно подозревала электрика в халтурах, но деваться ей было куда. Не то что замены, но второго штатного электрика покамест у нее не было. Специалисты массово уходили на разворачивающуюся в пригороде комсомольско-молодежную стройку. Там и платили не в пример больше, да и квартиры обещали. Зареченский район рос как на дрожжах, заставляя завидовать «Центровых».

– Иди уж. Но чтобы у меня все сделал!

 Кеша обидчиво протянул:

– А я вас в последние дни разве подводил?

  В коридоре его догнал голос Шошенского:

– Иннокентий, можно тебя на минутку?

 За прошедшие недели Кеша смог наладить рабочие отношения с мастером. Получил новую робу, кое-что из инструментов. Так что перечить ему не было смысла. Они вошли в закуток мастера.

– Присаживайся.

  Васечкин облокотился об шкаф, но садиться не стал.

– Что хотели, Василий Макарыч?

  Мастер иронично глянул на новую прическу парня, но разговор повел о другом.

– Кеша, скажи честно – я плохо к тебе отношусь? – зашел он издалека. Иннокентий начал усиленно соображать – Это наезд или деловое предложение?

– Да нет. Помогаете даже.

– Вот видишь, – Макарыч наклонился вперед, вперившись немигающим взглядом в Васечкина. – Что ж ты тогда ко мне не так?

  Иннокентий с непониманием уставился на мастера.

  «Темнит чего-то Макарыч!»

  Шошенский вздохнул и обратился прямо:

– Кеш, говорят, ты на стороне халтуры жирные нашел.

– И что? – ну хотя бы стал ясен такой интерес начальства. – Я же по электрике работаю.

– Так, людям и другие специалисты требуются.

  «Вот ведь хитрован! Чужими руками жар загребать!»

  Но ссориться с мастером не хотелось, так что Иннокентий бросил:

– Есть предложения?

  Шошенский заметно приободрился возникшему пониманию и начал «грузить» молодого специалиста:

– Ребята у меня есть на подхвате. Плотники, штукатуры. Ты смотри…

– Вас понял, Василий Макарович. Буду иметь в виду.

 Мастер с довольным видом стукнул по коленям:

– Постой, не уходи. Я тут новый тестер достал. Тебе же нужен?

  Иннокентий заинтересованно взял прибор в руки. Где-то внутри него радостно запел Васечкин старый. Это же неубиваемый мультиметр ТТ1. Пещерный продукт советской промышленности. Но, скорее всего, ЖЭКовскому электрику большее и не положено.

– Спасибо!

 Настроение улучшилось, работалось в этот день споро и даже, можно сказать, ударно. Особенно после того, как в знакомом подъезде по адресу Красных партизан 10 его пригласили на чай.  Мария Аркадьевна, которая «хруст французской булки», не дала пройти мимо. Они несколько сблизились, когда Кеша сделал основательный ремонт у её соседки «божьего одуванчика» Ирины Михайловны. Что-то жалко стало ему бедную старушку, и он лично выбил заявку на смену щитка и части проводки.

  Марья Аркадьевна оказалось на редкость хорошим собеседником. Имела в запасе множество историй и что самое ценное – всегда угощала его вкуснейшими булочками с корицей.

– Вы не спешите, Иннокентий. Когда живешь размеренно, то успеваешь больше.

– У нас это называется дальний горизонт планирования.

– Интересное выражение, – слегка усмехнулась бабуля.

  Внезапно на глаза Кеше попалась старая фотография. Четыре молодых женщины в военной форме сняты вместе. Они жизнерадостно смотрят в камеру. Внезапно Васечкин осознал, что одна из них это Мария Аркадьевна. Точно, он все путает времена. В семидесятые ветераны еще живее живых и вполне себе бодрые мужички. И как оказалось, и женщины.

  «Ёпа, Европа, погоны же армейские!»

  В армии Кеша честно оттрубил, так что в званиях разбирался. Целый майор! Ничего себе. По спине пробежал мерзкий холодок. А не служила ли эта милая старушка в кровавом НКВД? Слухи о нем в будущем ходили разные. Может, его у подъезда «воронок» дожидается?

– Это наша группа перед заброской, – внезапно прокомментировала Мария Аркадьевна.

  Васечкин вздрогнул. Какая она наблюдательная! Тут же просекла интерес к фотоснимку.

– Какая еще заброска?

– В тыл немцам, разумеется. Правда, я уже туда не ходила. Попала во время последней заброски на минное поле. Но повезло, ногу врачи мне спасли. В том партизанском отряде имелся аэродром и меня тут же вывезли на «Большую землю».

  Сказать, что Иннокентий охренел от услышанного, мало. История бабули так и просилась в сценарий боевика.

– У вас высокое звание.

– Это мой генерал постарался. Широкой души был человек. Этим он меня привязал к штабу и возможно спас от смерти, – Мария Аркадьевна погрустнела. – А вот Лизе и Аглае тогда не повезло. Вот они с края. Их группу фрицы вычислили взяли. Их долго пытали в контрразведке, а потом расстреляли. И это под конец войны. Как жалко было девчат.

  Васечкин был в шоке. Мрачные истории из прошлого его буквально вымораживали. Вот эта милая старушенция ходила в тыл врага и мочила фашистов?

– Иннокентий, а здесь никого не узнаете?

 Васечкин внимательно присмотрелся:

– Да быть не может! Это же Ирина Михайловна! Сколько у нее наград!

– Она была отважней всех. Взорвала одного очень важного немецкого генерала. У нее как раз перед этим мужа убили, ребенок еще в начале войны умер. Сам понимаешь, с медициной во время эвакуации плохо. Так она впоследствии замуж и не вышла. Я ее к себе на завод позвала, здесь и квартиру выдали. Этот дом ведь пленные немцы строили.

 Булка больше не лезла в горло. Кеша отложил её и задумался. Он и не знал, что бабуля совсем одинока. И не по своей воле. И в квартире у нее давно ремонт не делался. Что-то такое внезапно в его голове вспыхнуло.

– Ирина Михайловна ведь ветеран? И имеет право на помощь от советских органов?

– Она гордая, – вздохнула хозяйка.

 Васечкин же был искренне возмущен. Эти героические женщины за них жизнью рисковали, а тут в такой ерунде помочь не могут.

  Ну что ж, все заявки на сегодня закрыты. То ли навыки прошлого Васечкина помогли, то ли природная смекалка Петрова пригодилась. Но фронт работы Иннокентий нынче закрывал полностью и научился избавляться от совсем безнадежных случаев. Это уже ему Потапов подсказал. Хитрый сантехник поведал о том, что для капитального ремонта существуют специальные бригады специализированных служб. Но районные жилищные управления, хозяйственные ведомства и ЖЭКи постоянно сбрасывают подобные объекты друг другу. Так что тут надо держать ухо востро. Чтобы не подсунули безнадежный случай. Хотя такие межкорпоративные дрязги характерны и в будущем. Люди не меняются.

  Что мы имеем на сегодняшний день? Три помятых рублевых бумажки. Негусто и грустно. Это сантехникам дают больше. Ладно, хоть на обеде сэкономил, перекусив булочками. Можно смело двигать на халтуру. Они уже перешли в другую квартиру. Благодаря сотрудничеству с Валерой Кеша получил на руки энное количество относительно качественной фурнитуры производства лучших предприятий отрасли. Розетки, выключатели, плафоны, немного инструментов.  Будущие квартиранты неплохо платили за скорость ремонта, так что хоть основную работу бросай. Но нельзя. Отлучат от инструментария, да и хлопот не оберешься. Это в будущем ты свободный человек, ищущий себя. А здесь без работы лодырь и тунеядец. 209 статья УК РСФСР.

  Кеша охренел, когда узнал, что в Советском Союзе за безделье можно было на ровном месте поднять срок. Вот, казалось бы, какое дело государству до меня? Ан нет, лезут в личную жизнь! Например, в прошлую пятницу Иннокентий внезапно узнал, что вызван на товарищеское собрание по накопившимся старым грехам. Да каким своим? Прежнего Васечкина. Надо же быть таким косячником? За Петровым разное в прошлом водилось, но по сравнению с советским Кешей он прям выпускник благочинного заведения.

  Странно, для работяг на их предприятии места лишнего для раздевалки не нашлось, но зато существовал целый Ленинский уголок с рядами стульев для заседаний! Всевозможные виды собраний, похоже, имели в СССР некие сакральные черты и статус «священной коровы». Можно забить на работу, свои персональные обязанности, но на всеобщий сбор будь добр, прибудь в несмотря ни на что. Кеша маялся от осознания того, как сильно он мог за это время продвинуть халтуру в сторону получения окончательного расчета.

   Председатель профкома бухгалтер конторы бесцветная Нина Петровна долго и нудно выкладывала публике прегрешения старого Васечкина. Пьянство, лень и антисоциальный образ жизни. Кеша даже малость перепугался. С такими обвинениями и до увольнения недалеко. Не то чтобы он держался за эту работу, но лучше пока не предлагали. Ему бы немного разобраться в этом мире развитого социализма и хоть как-то наладить разболтанный быт.

  Он успокоился, кинув взгляд назад на товарищей. Народу в целом было фиолетово. Кто откровенно кемарил, некоторые читали газеты или тупо смотрели на докладчицу, думая о чем-то своем. Потапов подмигнул Кеше, мол не огорчайся.

– Какие будут предложения, товарищи? – строго глянула на зал из президиума сидящая там Строева.

 Народ загудел, и с места поднялась учетчица и вдобавок комсорг Настя Дмитриевна. «Серая мышка», делающая карьеру по комсомольской линии. Вот и сейчас она выступала от имени комитета комсомола. Госпади, аллах всемогущий, суровый Перун, сколько же бесполезных людей в этом обществе держат?

– Я считаю, что товарищ Васечкин заслуживает самого сурового порицания со стороны коллектива!

– Выговор ему!

– На доску почета!

Зинаида Михайловна стукнула по столу ладонью:

– Это кто у нас тут юморист такой? Серьезней, товарищи!

– Поставить на вид и хватит, – предложил деловитый Потапов

– Было уже!  – по лицу профкомовши пробежала тень неудовольствия.

  «Что я такого ей сделал, что она меня закопать хочет?»

 Кеша всерьез заволновался. В рангах советских наказаний он еще не разобрался, и принимать взыскание за чужие злодеяния особого желания не было.

– Тогда остается только выговор.

  Внезапно в памяти всплыли сцены из дурацкого советского фильма. Там даже название такое кондовое.

  «А ведь злоключения того сантехника здорово напоминают мои!»

  Иннокентий поднялся с места и стремительно вышел к трибуне.

– Васечкин, ты куда?

– Это несправедливо!

– Что? – лицо председателя профкома пошла пятнами.

– Судить человека в тот момент, когда он начал исправляться. Вы еще толком и не боролись за меня, а уже наказываете.

 Среди работяг прошел одобрительный гул. Скучающие доселе люди тут же проснулись и отложили в сторону газеты. Им стало в кои веки любопытно.

– Ты что имеешь в виду, Васечкин?

– Зинаида Михайловна, я вам последние недели закрывал все заявки?

  Строева задумалась:

– Да, но…

– Нет, вы так и скажите – есть ко мне конкретные претензии по работе?

– В последние дни нет, но…

– Вот видите, товарищи! – торжествующе обернулся в зал Кеша. – Что же такое происходит в нашем коллективе, если кое-кому, – он при этом пристально посмотрел на профкомшу, – захотелось с помощью собрания свести старые счеты.

  Народ загудел и зашевелился, а Нина Петровна покрылась пятнами вся.

– Да как вы можете!

– Могу и хочу.  И баста!

Замечание прозвучало откровенно двусмысленно. Мужики в зале смачно захохотали, краем глаза Иннокентий уловил, что и Строева не удержалась от ухмылки. Веселье прервал хмурый Шошенский:

– Пошутили и хватит! Это все-таки официальное собрание. Есть, что по делу сказать, Кеша?

– И скажу, не постесняюсь, – Иннокентий вошел в раж – «Остапа несло». – Я взял твердый курс на исправление своих прошлых ошибок и потому беру повышенные обязательства.

 В этот раз все руководство уставилось на Васечкина. Строева задумчиво проговорила:

– Допустим так. Но ведь ты, как комсомолец не выполняешь никаких общественных поручений.

 Вот тут Васечкин завис. Что это за зверь такой и с чем его едят, он не имел ни малейшего представления.

– Так дайте. Я не откажусь.

– Но мы же не знаем, чем ты увлекаешься.

  Вопрос законный.

  Кеша долго раздумывать не стал и ответил:

– Спортом увлекаюсь.

 Один из молодых мужчин, сидевший наособицу пристально посмотрел на него:

– Давай тогда к нам в ДНД. Дежурство раз в неделю, иногда чаще. Отгулы дают.

  Отгулы – это хорошо, во время них можно заняться халтурой. Иннокентий махнул рукой:

– Согласен, записывай.

  Вот так внезапно Васечкин стал «народным дружинником» и завтра ему в первый раз идти «в рейд». Этот крепкий паренек работал у них плотником, имел КМС по вольной борьбе и являлся командир отряда от РЖУ района. Звали его Петр Нечаев, и еще недавно он был комсоргом, но поступил на заочное и возиться с отстающими и заниматься прочей ерундой ему стало некогда. В ДНД было проще – отдежурил и свободен.

8. Сила милиции – в ее связи с народом!

– Сиди и не рыпайся!

  Дверь в камеру захлопнулась с грохотом. Васечкин глянул сквозь решетку на уходящих милиционеров и зло сплюнул. Спасибо хоть в камере один. То ли народ сегодня не буянил или поступил приказ держать его отдельно.

 «Сходил, называется, за хлебушком!»

  А ведь как красиво все начиналось…

  В первый раз дежурить Иннокентию в составе «Народной дружины» выпало на танцах в городском сквере. На «Дискотеку» местные танцульки никак не тянули, про разгульную клубную жизнь и вовсе не стоило даже заикаться. Тем более ему, как лицу, пострадавшему от самоуправства местных полицаев. Помощников милиции при социалистическом строе называли старинным словом «дружинники». Что со стороны еще выглядело страннее. Кроме самого факта, что после 58 лет советской власти в обществе вообще оставалась преступность.

  Нечаев повязал Кеше на рукав старого пиджака красную повязку и представил другим членам патруля. Если Петр еще был физически подготовлен, то остальные двое скорее отбывали повинность или зарабатывали «очки». На взгляд Васечкина обоих дружинников можно было уронить одной левой. Неужели красная повязка имеет среди местных особый вес? Но, как уже успел он заметить, милицию в здешней среде побаивались и даже уважали.

  Кошмар местных пьянчужек – попадание в «вытрезвитель» Кеша оценить до конца не смог. По словам выпивох там оказывают медицинскую помощь, укладывают спать и даже моют. Это же намного лучше, чем валяться под забором или сидеть в вонючем «клоповнике» в луже собственной блевотины. К тебе как к человеку относятся, а они еще недовольны!

  На танцах было спокойно. Как вообще может быть спокойно в месте, где сталкиваются интересы различных молодежных группировок. Во времена молодости Иннокентия в здешнем городишке ни одна дискотека не обходилась без драк. Правда, бились в основном на улице. Чужой компании лучше и вовсе не заходить в их район. Кеша домашним пацаном никогда не был, так что не раз принимал участие в замесах. Потому и дежурство его не особо напрягало. Точки будущих «разборок» он бы смог определить по росту напряжения в окружении.

  Но эта танцплощадка расположилась в самом центре Заволжска, и публика сюда ходила относительно приличная. Студенты, молодые рабочие и служащие. Случались даже семейные пары. А куда еще пойти субботним вечером в небольшом городке? Так что Кеша благодушно фланировал вокруг площадки прогулочным шагом, предвкушая будущий отгул. Потапов вчера нашел нового заказчика, которому требовался капитальный ремонт. Мужик приехал с Северов и потому не мелочился. Найдется работа и для ребят Макарыча.

  И Кеше, как ни кстати, пригодится лишний выходной. Спокойно с проводкой повозится. Благо удалось кое-что достать из инструментов на ближайшей стройке. Еще одна странность советского социализма. В магазинах хоть шаром покати, но через «нужного» человека достать можно почти все. Не потому ли Союз просуществовал дольше, чем заслуживал? Три пузыря беленькой и практически новенький пробойник из руках рабочего класса перекочевал любителям халтуры.

  Васечкин внимательно огляделся. Вроде все тихо. Народ веселится. Молодежь оттягивается на каникулах, активно знакомится с лицами противоположного пола. За кустами расположилась теплые компании с фанычами «чернил». Но вроде народ особо не борзеет. Себе дороже. В следующий раз не пустят. Внезапно Петр нырнул акулой в толпу, Иннокентий тут же поспешил к нему. Вдруг что-то серьезное? Выставив руку с красной повязкой, он быстро продвигается вперед.

  Ситуация банальная и разрешилась моментально. Два молодых петушка не поделили курочку. Иннокентий был их на голову выше, грозно нависнув над конфликтующими сторонами. Так что задиры обошлись словесным внушением. Нечаев пообещал в противном случае выкинуть их с площадки на все лето. Буйные головы тут же утихомирились, засунув языки в одно место. Васечкин же с любопытством «раздевал» взглядом полногрудую «курочку», но задерживаться не стал.

  Он все-таки тут по службе. Хотя замену Ларисе пора бы поискать. Больно уж та частенько в последнее время говорила о квартире и замужестве. А Кеша привык к регулярному сексу, став в аптеке постоянным клиентом. Расходов хватало и без этого. Пришлось купить приличные штаны, рубашку на выход, ну и прочие бытовые мелочи. Если бы не халтуры, то хоть вешайся. Зарплата электрика ЖЭКа скромная, а человек из будущего экономить не привык. Придется выкручиваться.

– Кеша, обойти с той стороны, а я налево схожу. Тепло, народ расслабляется. Ты главное – смотри, чтобы особо борзые берега не теряли. Сделаем круг и встретимся за эстрадой. Если что, свисти. Патрульные около входа дежурят.

  Похоже, что после стычки на танцполе Иннокентию стали больше доверять. Да и толку от тех двух ботанов замухрыжек? Кеша деловито кивает в ответ:

– Лады.

  Васечкин неспешно обошел скамейки парка, где тусила молодежь, ловя на себе заинтересованные взгляды девушек. Да и сам он не забывал поглядывать на стройные ножки. Благо нынешняя мода располагала наблюдению. Юбки и платья было до крайности короткие.

  «Вот тебе и моральный кодекс строителя коммунизма!»

  Нравы во все времена были гибкими, представители противоположных полов искали знакомств и встреч. Разве что большая часть здешних девушек в серьёзных поисках будущих мужей. Разговоры о замужестве отчего-то весьма распространены в местном обществе, что удивляло Кешу из будущего. В эпоху третьего тысячелетия дамы сначала делали карьеру, получали статус и материальное благополучие и только после этого искали себе спутника жизни. Секс без обязательств был скорее нормой. И какой образ существования лучше, Петров-Васечкин не представлял. Столько всего ему было внове, даже задуматься некогда.

  Внезапно до дружинника донеся сдавленный крик, идущий со стороны буйно заросшего кустарником берега речушки, притока Волги. И это точно не был крик радости. Васечкин тут же сделал стойку, оценил направление и ломанулся прямиком сквозь кусты. Ждать Нечаева было некогда, и он совершенно забыл про висящий на шее свисток. Бежать пришлось недолго, хотя криков больше не было слышно. Вот впереди мелькнула нечто внушительное и темное.

 «Попался дружок!»

  Картина Репина «Не ждали». Амбал в рабочей одежде явно никого в этом уголке парка не ожидал. Девушка болталась на его плече, как заглохшая кукла. Видимо, он вырубил её после крика о помощи.  Прокачивать ситуацию Кеше было некогда. Это явно не бытовой конфликт на танцевальной площадке, а нечто более серьезное. Можно сказать – налицо преступление.

– Стоять, бояться! Народная дружина!

  Васечкин вытянул вперед руку с повязкой. Хотя в полумгле было сложно, что разглядеть. Мужик нехотя повернулся и злобно осклабился:

– Шел бы ты мимо, фраерок.

– Я сказал Дружина! Чего тебе неясно? Руки поднял и раком к дереву.

 Никогда Кеша не любил приблатненных и их гнилой базар. И ответ неизвестного его лишь разозлил.

– Я тебя предупредил.

 Амбал скинул наземь девушку. Подол платья задрался, открыв длинные, стройные ноги. Похоже, что пострадавшая была жива, но от Иннокентия не ускользнул плотоядный взгляд мужика.

  «"Ямбись оно всё хореем через амфибрахий! Это же настоящий маньячина!»

 Скорее всего и жертву этот урод после изнасилования убьет, и свидетелей в живых не оставит. И что самое хреновое – насколько Васечкин помнил из череды фильмов про маньяков, они в большинстве своем обладали исполинской силой. Так что не факт, что он сам сейчас имеет преимущество.

  Так что деваться некуда. А как учили его в армии, в драке любой способ удлинения руки полезен. Автомат, саперная лопатка или просто шабра. Вот и сейчас перед тем, как маньяк с рычанием бросился на него, Кеша подобрал с земли увесистый сук и не прогадал. Удар по рукам и лицу здорово отрезвил амбала. Да и двигался он медленней тренированного Иннокентия. Сошлись вместе деревенские рефлексы старого Васечкина, добавив опыт прошлых драк и спортивной секции Петрова из будущего. Так что маньяку достать Иннокентия не получалось. Рывок за рывком, удар за ударом, все проходило мимо.

– Ну все, сам напросился.

  Во тьме сверкнуло лезвие.

  «Писец!»

  Но страх придал сил, и смертельный хоровод закрутился дальше. В какой-то момент Васечкин, наконец-то, вспомнил о свистке, и звонкая трель прорезала тьму парка. Амбал дико заорал и резво прыгнул вперед. В этот раз Кеше удалось выбить нож, но он потерял спасительную дубинку, тут же крепко получив в бочину.

 «Сука, больно же!»

  Сработали старые «наработки». Все слилось в один миг – выпад стопой под колено, вопль маньяка, страшный удар по голове. Иннокентий лишь чудом не потерял сознание, но здорово обозлился. Двоечка!  Получай еще! Резкая боль в пальцах. Как бы он ни сломал их о чугунную голову маньячины. Еще! Еще! Тот покачнулся и встал на месте. Добить бы сейчас по печени, но у этого урода на редкость длинные руки, а Иннокентий уже устал прыгать.