Лайк за любовь

– О, ребят, мне пора, – встрепенулась я и засобиралась домой.

Егор вслед за мной поднялся с дивана:

– Я провожу.

– Даш, пока. Приятно было познакомиться, – сказала я и искренне ей улыбнулась.

– Не забудь поговорить с Егором, – напомнила она и снова поникла. – А ты еще придешь?

Этот вопрос застал меня врасплох. Я сразу же взглянула на Егора. А он усмехнулся. Нагловато так…

– Куда она денется?

«Куда она денется?!» – повторяла я про себя, пока шла на выход. Это как понимать? Меня пригласят еще раз? В груди от этой мысли затянуло. Но сперва мне нужно было исполнить просьбу Дашки.

– О чем ты, кстати, должна со мной поговорить? – приступил к допросу Егор, как только мы оказались на веранде.

– Ну-у, мне пришлось пообещать, что ты научишь ее плавать. Тем более сам говорил, что занимался раньше профессионально.

Я осторожно подняла взгляд на Егора. Затаила дыхание в ожидании его реакции. Он же озадаченно захлопал глазами:

– В смысле – пообещала? Кира, я сам занимался плаванием, никого не тренировал. Меня отдали в бассейн, когда мне было три года. К профессиональным тренерам. Да, я умею плавать, но без понятия, как сделать так, чтобы человек не боялся воды и плыл сам.

– Егор…

– Кира-а, – недовольно простонал он.

Мне ничего не оставалось, кроме как идти до конца. Почему-то очень не хотелось подвести эту заплаканную зеленоглазую девчушку. Набрав в грудь побольше воздуха, я сказала:

– Ты хотя бы попробуй. Ей сейчас очень нужно внимание. Она ощущает себя подавленной: переезд, новый дом. И если ты ей сейчас откажешь, Даша точно будет считать себя одинокой и никому не нужной.

Егор слушал меня, не моргая, а я с надеждой всматривалась в его лицо и пыталась мысленно настроить на положительный ответ.

– Я подумаю… – как-то неуверенно пробормотал он.

– Пожа-а-алуйста, – мило протянула я и, сложив ладони домиком у груди, посмотрела так умоляюще. А заметив улыбку Егора, попросила уже о своем: – И еще… Верни мне мою сумку.

– Точно. Забыл. Сумка. Сейчас. Подожди, – отрывисто произнес Егор, пятясь к дверям. А через секунду исчез в доме.

Я осталась на веранде одна. Неожиданно со стороны ворот раздался шум. Я осторожно выглянула за угол. Во двор въезжал шикарный белый «мерседес». За рулем сидела женщина. Припарковавшись рядом с машиной Егора, она вышла из салона.

Это была невысокая светловолосая дама в строгом брючном костюме кремового оттенка. Цокая каблуками по каменным дорожкам, она уверенно шла к веранде и затормозила лишь после того, как увидела меня. Черты ее лица показались мне очень знакомыми. У меня мигом замерло дыхание. Кто эта женщина, догадаться было несложно.

– Здравствуйте, а вы кто? – удивленно произнесла она.

– Добрый день… я… – пролепетала я, нервно теребя подвеску на шее.

– Ой, а вы, случайно, не от Наташи? Я совсем забыла предупредить, что сегодня не смогу. Я сейчас ей позвоню.

Она полезла в свой клатч и достала телефон. Мой язык прилип к небу. Кажется, мать Егора меня с кем-то перепутала.

– Вас как зовут, извините? – важно поинтересовалась она, уже клацая пальцами по экрану мобильного.

Я наконец-таки вышла из ступора:

– Извините, вы, наверное, не так поняли. Я не…

Но не успела договорить, как на веранде возник Егор с моими вещами в руках.

– Мама?

– Привет. Проводи девушку в кабинет, а я сейчас подойду, – важным тоном произнесла его мама и приложила телефон к уху.

Егор все понял. Его мать приняла меня за какого-то работника. Он сделал шаг вперед, слегка загородил меня плечом и громко произнес:

– Мама, это Кира. Моя подруга.

Мать Егора замерла. Похлопала накрашенными ресницами. Потом опустила телефон и сбросила звонок.

– А. Подруга. Ясно. – Идеальной формы брови на ухоженном лице сдвинулись к переносице, образуя едва заметные морщинки. Кажется, она была недовольна ответом.

У меня неприятно сжался желудок. Мне жуть как захотелось испариться из этого дома. Я на ватных ногах вышла из-за спины Егора.

– Я пойду. Мне действительно пора. – Я осторожно взглянула на хозяйку дома и произнесла тихое: – До свидания.

– До свидания… Кира, – ответила она и, как мне показалось, сделала акцент на моем имени. – Егор, разгрузи, пожалуйста, багажник.

– Я провожу Киру и все сделаю, – холодно ответил он.

– Не надо, сама дойду, – поспешно заверила его я.

– Я провожу.

– Не надо.

– Кир… – Егор понизил голос и одарил меня хмурым взглядом.

В этот момент напряжение в воздухе можно было пощупать.

– Егор, я правда дойду сама. Помоги лучше с багажником…

Я коснулась ладонью его напряженной груди. Дала понять: все хорошо. Егор тихо выдохнул. Плечи перестали казаться такими каменными. Я забрала из его рук свою сумку.

– Спасибо за вечер, – произнесла я с улыбкой. – Все, побежала поливать грядки. И не забудь про Дашу и твое обещание.

Егор провел ладонью по волосам, взъерошивая их.

– Ничего не обещаю. Но попробую. А телефон привезу тебе завтра, сто процентов, – сказал он, и в разноцветных глазах промелькнул загадочный блеск.

Неловко махнув рукой на прощание, я развернулась и быстро зашагала по каменным дорожкам на выход, ощущая на себе пристальный взгляд. Или мне просто хотелось, чтобы Егор смотрел мне вслед…

Глава 7

– Да что же ты такой неподъемный! – Я со злостью пнула длинный шланг, который уже несколько минут пыталась протащить по дорожке между грядками. – Чтоб тебя! Зараза!

– Нужна помощь? – прозвучал знакомый голос у меня за спиной. Я резко подпрыгнула, обернулась и сразу же облегченно выдохнула.

Всего в паре метров от меня стоял Егор. Стоило мне встретиться со взглядом разноцветных глаз, как сердце забилось быстрее. Я совсем его не ждала.

– Ты чего здесь?

– Вспомнил, что бабуля перед отъездом в санаторий просила принести вам еще пару баночек кабачкового варенья. В этот раз с апельсиновой цедрой. Очень вкусно, – сказал Егор и натянуто улыбнулся, как бы намекая, насколько «вкусно». – Я оставил вам на крыльце.

– А, спасибо… – растерянно произнесла я. Наверное, не это хотела услышать.

– Могу помочь. Я видел, как ты этот бедный шланг мучила. Жалкое зрелище!

Предложение Егора прозвучало довольно неожиданно. От мысли, что он втихаря наблюдал за мной, запылало лицо.

– Не надо. Как-то неудобно… – пробормотала я. Отвернулась, снова наклонилась к шлангу для полива и подняла его.

Но через секунду этот шлаг был уже в руках у Егора. Он уверенно выхватил его у меня.

– Не выделывайся, – хмыкнул Егор. – Я же вижу, что тебе тяжело. Куда перенести?

Я похлопала глазами, чувствуя жар накатывающего смущения, но мой палец сам собой указал на соседние грядки. Егор кивнул и, легко подняв шланг с земли, перетащил на нужное место, попутно демонстрируя, как напрягаются мышцы под футболкой. А я постаралась на них не пялиться.

– Теперь что? – спросил Егор, отряхивая руки.

На его идеально белой футболке уже появились пыльные следы, но он даже не обратил на них внимания. Я снова изумленно уставилась на внучка Королевой. Он что? Не собирался домой?

– Теперь надо все полить, – ответила я и обвела руками пространство вокруг себя. Согласится ли Егор и на это все?

Да. Согласился. К моему удивлению, послушно принялся таскать шланг по грядкам. А я, разместившись на скамейке под раскидистой яблоней и подперев подбородок ладонью, подглядывала за своим помощником, старательно скрывая улыбку. Егор с серьезным лицом смотрел, как вода заполняет сухую землю, и время от времени протягивал шланг дальше. Белые кеды уже были облеплены сырой землей, а ноги забрызганы каплями грязи по самые шорты. В своем мажорском наряде среди грядок он выглядел весьма нелепо.

– А чем ты еще занимаешься, кроме того что в свободное время поливаешь помидоры? Чем интересуешься? – вдруг спросил Егор, продолжая усердно мне помогать.

– Интересуюсь размещением в своем книжном шкафу как можно большего числа книг, – ответила я, не задумываясь.

Королев с интересом покосился на меня:

– Любишь читать?

– Обожаю.

– И что именно?

Я пожала плечами:

– Все читаю. Классику, детективы, романтику очень люблю…

– Ромео, о зачем же ты Ромео! – вдруг театрально произнес Егор и так же театрально приложил ладонь к груди, оставив на белой майке грязный след. И тут же нахмурился. – Ой… блин…

В ответ я расплылась в ехидной ухмылке. Так ему и надо.

– Нечего потешаться над великой классикой.

– Я, между прочим, в школьной постановке этого Ромео играл, – гордо заявил Егор, омывая грязную ладонь водой из шлага.

От удивления я выпрямилась на скамейке. Широко распахнула глаза и уставилась на Егора.

– Ты?!

– Да.

Он важно расправил плечи и провел рукой по мокрым от воды волосам, зачесывая их назад. Длинные пальцы исчезли в светлых прядях, а мой взгляд прилип к его лицу – широким бровям и хитрым глазам.

– Я похож на Ромео? – спросил Егор.

У меня в животе тепло разошлось волнами. Кулаки невольно сжались. Я зачем-то представила, каково это – проводить пальцами по этим мокрым прядям, ощущать их мягкость, разглаживать самой. Но глупые мысли быстро испарились, стоило мне заметить, куда льется вода.

– Ты похож на того, кому моя бабушка всыплет по первое число. Ты заливаешь ее астры… – сказала я и снова ехидно усмехнулась.

– Вот черт! – тут же спохватился Егор и сделал шаг назад.

В этот момент его нога предательски зацепилась за что-то – то ли за кочку, то ли за шнурки. Он попытался удержать равновесие, но было уже поздно. Следующий шаг пришелся прямо на шланг. Резина сжалась под подошвой кроссовки, и ледяная струя воды, которая только что мирно журчала, вдруг взметнулась вверх и обрушилась на него, обливая с головы до ног. По огороду разнесся громкий мат Егора и мой гогот.

– Главное, самую важную грядку на этом огороде не забыл полить, – сквозь смех выдавила я.

Егор убрал ногу со шланга, и вода снова потекла как положено. Чертыхаясь, он отряхнулся и растерянно посмотрел на меня. С мокрых волос стекали капли, майка прилипла к телу, обтягивая каждую мышцу…

– Блин, – резко выдохнул он.

– Да ладно. Всего лишь вода. Зато теперь тебе не жарко, – довольно констатировала я, все еще хихикая.

Глаза Егора вдруг сощурились и недобро блеснули.

– Теперь и тебе не будет, – произнес он, загадочно улыбаясь, и направил на меня воду из шланга, окатывая от макушки до пят.

От неожиданности мне даже не пришло в голову сдвинуться в сторону от ледяного потока. Я просто замерла на скамейке, как и мое дыхание. И через секунду, уже насквозь мокрая, размахивала руками и ловила ртом воздух.

– Егор! – Теперь уже мой вопль разнесся над огородом.

В его глазах заплясали озорные огоньки.

– Ну, сейчас ты получишь! – зловеще процедила я и, подскочив на ноги, бросилась к Егору.

Он кинул шланг на землю и ринулся от меня, перепрыгивая через грядки.

– Кира, прости! – выкрикнул Егор и прижал руки к груди, изображая виноватое выражение лица, но глаза его все еще игриво сверкали.

Его «прости» меня не остановило. Я уверенно бросилась за ним. Он огляделся и не придумал ничего другого, кроме как нырнуть в дверной проем теплицы. Я с коварной улыбкой направилась туда же, понимая, что теперь Егор в ловушке.

– Продумываешь план побега? Не выйдет. Моя месть настигнет тебя быстро, – произнесла я с ухмылкой и, прислонившись плечом к двери теплицы, заглянула внутрь.

Егор, скрестив на груди руки, стоял в проходе между грядок.

– И что ты мне сделаешь? Закидаешь кабачками? – с вызовом произнес он.

Его глаза смотрели с прищуром, края губ приподнялись в наглой усмешке, а у меня… Почему-то трепетно забилось сердце. На мгновение даже из головы вылетело, зачем я здесь и каков мой план мести… Но я все-таки нажала на кнопку возле входа. Раздалось громкое шипение, и под потолком закрутились разбрызгиватели, создавая мелкий ледяной дождь. Егор втянул шею и поморщился.

– Да ладно… – выдохнул он ошеломленно.

А потом… Сделал резкий шаг вперед. Я не успела отпрянуть и сама оказалась под этим дождем. Егор неожиданно дернул меня к себе. Мелкие ледяные капли впились в мою кожу сотнями иголок. Я взвизгнула. Мне показалось, что я дернулась в сторону, но почему-то вместо этого прижалась к Егору. Он был уже насквозь мокрый, но от него все равно исходило тепло.

– Ты совсем уже?! – воскликнула я.

Егор только рассмеялся, склонившись к моему лицу:

– Что такое, Кира? Это всего лишь вода.

Капли застревали в его ресницах, скатывались по скулам, исчезали в уголках губ, на которых играла наглая улыбка. Одна рука легла мне на талию, другая коснулась щеки. Его пальцы были теплыми. Гораздо теплее, чем вода, чем воздух, чем все вокруг… Я затаила дыхание. Специально или нет, Егор провел пальцем по моим губам. Спазмы в груди стали сильнее.

Лицо Егора было совсем близко, и я заметила, что намокшие ресницы кажутся теперь темнее, отчего разноцветные радужки выглядят особенно гипнотическими. Его горячая ладонь вместе со скользящими ледяными каплями спустилась к ключицам. Он стирал с них пальцами воду, медленно… слишком медленно. Я почувствовала, что дрожу. Не от холода, а от того, что он делает.

– Замерзла? – прошептал Егор, и его дыхание смешалось с влажным воздухом теплицы.

Я помотала головой:

– Нет.

– Врешь… – хмыкнул он и наклонился еще ближе.

Одна из капелек скатилась ему на нижнюю губу. Егор машинально слизнул ее, а я проследила за движением его языка как завороженная. Тянущее, жгучее чувство зарождалось у меня под ребрами. В теплице был слышен только трескучий звук разбрызгивателей. Мы оба замерли под импровизированным ледяным дождем, вглядываясь друг другу в глаза.

Егор сильнее сжал мою талию. Тело у меня напряглось. В ногах появилась слабость…

– Кира! Ты где?!

Голос бабушки вернул меня в реальность. Я вырвалась из рук Егора. Отвернувшись, нервно пригладила волосы и, стараясь выглядеть как можно спокойнее, крикнула бабушке в ответ:

– Ба, я здесь!

Она возникла на пороге теплицы и всплеснула руками:

– Батюшки! Дети, вы чего тут делаете?

– Что? Поливаем, – ответила я. Мои щеки залились румянцем, и я покосилась в сторону Егора, ища поддержки. – А он вот помогать пришел.

Он уверенно закивал, невинно хлопая глазами.

– Это, конечно, хорошо, но вы не там поливаете. – Бабушка подозрительно прищурилась и одним нажатием кнопки остановила дождь над нами. – Вас обоих выжимать можно. Бегом по домам переодеваться! Помощнички… – пробубнила она нам в спину, когда мы, сдерживая смех и сконфуженно переглядываясь, проскользнули мимо нее прочь от садовых грядок.

Глава 8

Егор! Это первое слово, которое возникло у меня в голове утром следующего дня. Наш огородный аквапарк не прошел даром. Еще вчера вечером я чувствовала, как горит в горле. Тогда же выпила чай с медом и съела пару леденцов с шалфеем. Не помогло. Утром голос пропал.

– Вот вам ваши ледяные ванны. Доигрались? Главное, чтобы не ангина. Температуру мерила? – причитала за завтраком моя ба.

Я кивнула.

– Высокая? – строго спросила она.

Я отрицательно помотала головой.

– Уже хорошо, – вздохнула бабушка и придвинула ко мне миску с овсянкой с фруктами. – Ты поешь. Хоть немного. Я специально ее разварила, чтобы легче есть было.

Кое-как позавтракав, я собиралась помочь бабушке с делами в огороде, но она дала мне выходной. Отправила отлеживаться в кровати. А я что? Долго уговаривать не пришлось. Правда, в кровати я не отлеживалась. Воспользовалась моментом и решила навести порядок в книжном шкафу. Там давно уже царил бардак.

Нужно было скоротать время в ожидании Егора. Вчера, перед тем как уйти – мокрым и растрепанным, – он дал честное слово, что привезет мой телефон сегодня. Оставалось только ждать. Музыку для поднятия настроения пришлось включить на старом ноутбуке. Я сняла книги с полок. Давно уже хотела расставить все по цветовой гамме. Разложила на кровати и в очередной раз ужаснулась их количеству – не меньше сотни. Свою библиотеку я собирала с восьмого класса. Сначала одна купленная книга. Потом вторая, пятая… Первая подаренная. Вторая… Десятая.

Одна за одной они появлялись на моих полках. Летом после десятого класса я вообще ушла в так называемый книжный запой. Романы, детективы, фэнтези в триста страниц – я их все поглощала за вечер. Я уговорила бабушку на покупку стеллажа до самого потолка. Так одна стена в моей комнате превратилась в книжный шкаф. Главным минусом такой красоты была пыль. Иногда приходилось перебирать все книжки, смахивать пылинки.

Пританцовывая под музыку, я одновременно расставляла все по полочкам. Начавшийся припев в любимой песне вызвал во мне желание покружиться на месте. Но я сделала всего пол-оборота и застыла с книгой в руках. Щеки вспыхнули адским жаром, сердце резко остановилось, а затем так же резко пошло и принялось бешено колотиться. Его стук отдавался в ушах.

В проеме двери, прислонившись к косяку, стоял Егор. На нем были серые спортивные штаны и черная футболка. На расслабленном лице застыла улыбка – не насмешливая, а какая-то… мягкая. Он внимательно смотрел на меня с легким прищуром.

Мне хотелось провалиться сквозь пол, исчезнуть, испариться. Я застыла в нелепой позе с книгой в руке, не в силах пошевелиться, чувствуя, как по спине бегут мурашки от странного ощущения трепета.

Потянувшись к ноутбуку, я выключила музыку. В комнате стало тихо. Только тогда я просипела:

– И давно ты здесь стоишь?

– Не очень, – улыбнулся Егор и тут же нахмурился. – А что с голосом?

– Это после вчерашнего. Немного приболела.

– Да? А так и не скажешь. Танцуешь бодро.

Жар прилил к моим ушам. Господи, ну почему он увидел меня именно в этот момент? С грязной гулькой на голове, в старых домашних шортах и растянутой майке, без лифчика, в розовых носках в желтые сердечки…

– Стучаться надо, а не подглядывать, – недовольно пробормотала я.

И, отвернувшись, взяла в руки книгу, которую несколько минут назад уже поставила на полку. Теперь я держала перед собой две книги и, кажется, начала плохо соображать.

– Так случайно вышло, – объяснил Егор. – Я к вам во двор заглянул. Нина Ивановна сказала, что ты в доме. Я поднялся. Дверь была приоткрыта. В общем… – Краем глаза я увидела, как Егор перешагнул через порог и что-то мне протянул. – Как обещал. Держи.

Я повернулась к нему, и взгляд упал на белую коробку, крепко зажатую в широкой ладони.

– Что это?

– Твой телефон, – ответил Егор.

Сдвинув брови, я уверенно заявила:

– Это не мой.

– Теперь твой, – так же уверенно выдал он.

Я взглянула на коробку. На Егора. Снова на коробку… Сначала мозг вовсе не хотел принимать возникшие мысли.

– Ты серьезно? – спросила я, нахмурившись.

– Ага.

– Это же просто новый телефон.

– Да, – твердо ответил Егор.

Я отшатнулась:

– Нет, не возьму. Ты что?! Верни мне, пожалуйста, мой, старый.

– Не могу. Он не подлежит ремонту, к сожалению.

– Там же всего лишь экран…

– Оказалось не «всего лишь», – вздохнул Егор. – Так что придется тебе ходить с новым.

Он произнес это так легко, будто подарил мне шоколадку. Внезапно на меня накатило – сначала комок в горле, горячий и тугой. Потом волна жара. Эмоции смешались в кашу: ощущение шока с жутким чувством неловкости.

– Егор, я не могу. Это дорого. Забери, – попросила я, мотая головой, и снова попятилась.

– Не заберу. – Он сделал шаг ко мне. Посмотрел на меня в упор, буквально гипнотизируя разноцветными глазами. – Я обещал тебе, что принесу телефон, – продолжил Егор, и голос его стал казаться ниже. – Вот. Мужик сказал, мужик сделал.

Я стояла как истукан. Продолжала держать в руках свои книги и попеременно смотреть то на Егора, то на коробку с телефоном. Я не знала, что делать.

– Кир, забирай, – отчеканил Егор. Он осторожно забрал книги из моих рук и буквально всучил мне коробку. – Тебе все равно нужен теперь телефон. Или ты по голубиной почте собираешься с миром общаться?

– Я верну деньги, – растерянно пролепетала я. – Сколько он стоил?

Егор шумно перевел дыхание и недовольно закатил глаза.

– Так, все… Я пошел, – проворчал он, развернулся и сделал несколько шагов в сторону двери.

Я наконец пришла в себя. Дернулась вперед и схватила его за руку.

– Егор! – Я крепко сжала пальцами жилистое запястье, ощущая тепло загорелой кожи. Он обернулся, а я выпалила: – Зачем ты заставляешь меня чувствовать себя так…

– Как? – Егор чуть наклонился ко мне. Приподнял брови. Взгляд его глаз был такой серьезный. Сосредоточенный.

– Неудобно… – пробормотала я. – Теперь буду чувствовать себя должной. Думать, что надо с тобой расплатиться…

Губы Егора расплылись в хитрой улыбке. Глаза заблестели. Мои пальцы все еще сжимали его запястье. Егор притянул мою руку к себе.

– Заплатишь натурой? – уточнил он, многозначительно понизив голос.

Меня как кипятком ошпарило. Я отпустила его руку и вздохнула:

– Дурак, а!

– Да я же в шутку, – рассмеялся Егор.

Покачав головой, я неодобрительно цокнула и отвернулась. Опять взглянула на коробку с телефоном, зажатую в ладони. Ну и что мне с этим делать? В комнате повисла напряженная тишина.

– Много у тебя книжек, – вдруг задумчиво произнес Егор. Видимо, пытался разрядить обстановку. – Все прочла?

– Ну почти, – отстраненно ответила я. Разговор о книгах меня сейчас интересовал мало. – Егор… – позвала я и снова повернулась к нему.

– М-м? – встрепенулся он, тут же вернул одну из книг обратно в стопку и невинно похлопал глазами.

– Ты не заберешь телефон?

– Нет.

– Я так не могу.

– Не выдумывай, – отмахнулся он. – Я это от чистого сердца. Когда у тебя там день рождения был?

– Неделю назад.

– Ну вот! – Егор широко улыбнулся. – С прошедшим.

В который раз я посмотрела на коробку у себя в руках. Красивая. Белая. Матовая на ощупь. Я оторвала от нее взгляд. Посмотрела на Егора. Прямо в глаза.

– Спасибо. – Мой голос дрогнул, выдавая то, как сильно я нервничала. Меня словно озноб пробил.

А потом – о боже – я громко чихнула, едва успев прикрыть лицо ладонью.

– О-о-о, я пойду. А то вдруг заражусь, – произнес Егор с наигранным испугом. – А мне еще сегодня Дашу плавать учить.

Я снова чихнула.

– Выздоравливай, Кир. И не пугайся. Коробка у телефона вскрыта. Я вложил в нее сим-карту и еще кое-что.

Подмигнув мне, он направился к выходу. Я смотрела на широкую спину, ощущая, как щемит между ребер… Не хотела, чтобы он уходил. Но что поделаешь?

– Егор! Спасибо тебе! – выпалила я.

Он обернулся и провел ладонью по волосам. Светлые пряди рассыпались у лба. Между нами явно ощущалось напряжение. Мне показалось, Егор хотел что-то сказать… Я заметила, как он набрал в легкие воздуха, а потом… Просто улыбнулся. А у меня отчего-то ноги стали совсем ватными.

Егор ушел, оставив после себя ощущение слабости и стойкий аромат своего парфюма. Заниматься разбором книг больше не хотелось. Часть я отложила на стол, а часть вернула на полки как попало. Без какого-либо порядка и цветовой идиллии. Сев на освободившуюся кровать, я взяла в руки коробку и открыла ее.

Мой разбитый телефон не шел ни в какое сравнение с новым. Егор принес модель гораздо дороже и круче. Первые мгновения после распаковки мне хотелось вскочить с кровати и побежать к Королевым домой, чтобы все-таки вернуть подарок.

Я обескураженно смотрела на телефон в своих руках. И снова меня охватило смятение, но уже вперемешку с восторгом. Но я все равно решила, что верну стоимость подарка. Буду откладывать со стипендии, экономить.

Помня слова Егора о том, что лежит в коробке, я аккуратно достала оттуда сим-карту и записку, написанную корявым почерком:

«Запиши мой номер. 897800******

А как запишешь, скинь мне свой».

Я перечитала ее несколько раз с глупой улыбкой на лице. Меня окутал легкий озноб. Все вокруг стало каким-то мягким. Голова налилась тяжестью. Сжав телефон в руках, я легла на подушки и как-то незаметно для себя задремала.

* * *

Я все же разболелась. Вечером того же дня у меня поднялась температура. Номер Егора в телефон я записала. Правда, первое сообщение с нового гаджета отправила не дарителю, а Маше. Стоило только вставить сим-карту в новый телефон, как сразу же пришло от нее сообщение:

«Кира! Ау! Тебя нет в сети со вчерашнего дня. Все нормально?»

К своему стыду, я вдруг поняла, что за прошедшие несколько дней особо и не думала о подруге, которая, между прочим, забросала мой мессенджер фотографиями столицы. Этим летом Маша получила шикарную возможность пройти стажировку в качестве управляющей ресторана в одном из лучших заведений столицы. Она это заслужила. Ее трудолюбию можно было позавидовать.