Моя злодейка. Финальный аккорд

Самолёт продолжал набирать высоту. Это была победа. Нет – не финал. Полуфинал. Но, по крайней мере, они были в воздухе.

И тут…

Из-за терминала с рёвом вылетел «Тигр». Машина пошла в занос, сшибая солдат как кегли. Один перелетел через капот, двоих раскидало в стороны.

Тима моментально развернул зенитную установку и взял самолёт в прицел. Одна очередь – и в небе появился дым. Тима и Аю ликовали. Их лица искажались от удовольствия. Ну наконец-то… – выдохнул полковник, глядя в бинокль.

«Тигр» мчался по полю, повторяя траекторию падающего самолёта. Аю, впившись в руль, выжимал максимум. Тима, не различая целей, вел огонь по всему, что двигалось.

И вот – почти у ограждения. Тима, оскалившись, скашивает забор. Осталось всего несколько метров.

Полковник перевёл взгляд – и не поверил глазам. «Тигр» подорвался на мине. Вспышка, грохот. Машину подбросило в воздух. Её закрутило, как игрушечный волчок. Аю и Тиму отбросило в стороны, а сам внедорожник с грохотом вонзился в землю.

В это время в небе кренился подбитый самолёт. Один двигатель горел, второй работал на пределе.

– Держитесь крепче, я попытаюсь сесть на поле, – бросил Спартак.

– Богдан, пристегнись! – скомандовал Давид.

– Я и так пристёгнут, ты о себе подумай!

Спартак выравнивал, ловил каждую воздушную струю, заходил на посадку. Давид из-за всех сил вцепился в поручень… и в этот миг – оглушительный удар. Кабину разорвало. Хохла выбросило наружу. Он чудом ухватился за металлическое крепление и повис, половиной тела уже за бортом.

Богдан зажмурился. Потоки воздуха хлестали по лицу, ремни резали тело. В голове – лишь одна мысль: «Не отстёгивайся, иначе смерть».

Самолёт терял высоту. Шансы – ничтожны. Полковник смотрел с земли и, сложив руки за спиной, прошептал: «Земля вам будет пухом»

Но Спартак не сдавался. Он был решителен как никогда. Теперь он отвечал не только за себя, но и за тех, кто стал ему семьёй.

Он выждал момент. Глаза – на приборах. Руки – на тумблерах. Рывок закрылками. Дёрнул рычаг. И – чудо.

Самолёт выгнулся, вздрогнул всем корпусом, начал выравниваться… но не до конца. Хохол не удержался – сорвался. Полетел вниз, вращаясь.

Самолёт ударился о землю – рванул, подпрыгнул. Опять удар. Как плоский камень на воде, он скакал по поверхности. Внутри трясло так, что рёбра сотрясались.

Гидравлика захлёбывалась. Шасси скрипели на изломе. В конце пути, в клубах пыли, выстроились танки боевых формирований. Прямо по курсу.

Но трение сыграло свою роль. Самолёт, скрежетнув брюхом, остановился в считанных сантиметрах от гусениц.

Тишина. Абсолютная.

Давид открыл глаза – перед ним дуло танка, впритык к стеклу.

Он поднял руки и, тяжело дыша, произнёс:

– Сдаюсь…

– Я тоже, – повторил Богдан, поднимая руки вверх.

Спартак откинулся в кресле, закрыв глаза на секунду. Затем тяжело вздохнул и пробормотал:

– Я в шоке… Не успел вас спасти, а вы уже сдались.

Глава 4 Сильная философия

Самолёт был окружён со всех сторон. Из-за бронетехники и пехотных цепей доносилась хриплая команда:

– Выходите с поднятыми руками!

Молчание. Потом – скрежет замков, щелчки ремней, шорох шагов. Давид, Спартак и Богдан сдались. Их выволокли наружу, уложили лицом в грязную, пропитанную гарью землю. Руки – за голову. Бессилие. Беззащитность. Оскорбления. Пинки. Пластиковые приклады. Удары.

Не щадили никого – даже юного Богдана, в котором не осталось и капли сил. Он не жаловался, лишь молча терпел, крепко стиснув зубы.

Позже – издалека, под руки, волоком, притащили Хохла. Лицо разбито. Губы в крови. Он держался на ногах, лишь потому что его держали. Один из солдат, молоденький старлей с лютым взглядом, схватил его за волосы, приподнял голову.

– Ну что, доигрался, предатель?

Хохол, едва фокусируя взгляд, натужно прошептал:

– Игра только начинается…

И потерял сознание.

В уютном придорожном кафе, недалеко от границы – за столом сидели старые товарищи Давида. На первый взгляд, всё было спокойно. Лишь один отсутствовал – Лёва. Он только-только пришёл в себя после очередной ломки и вновь, как всегда, тянулся к старым схемам.

Жертвы были повсюду. На заправках, в мотелях, в кафе. На этот раз – влюблённая парочка. Парень, с распахнутым сердцем, без тени сомнения передал Лёве портмоне. Тот молниеносно пересчитал деньги, как вдруг…

– Не верьте ему, – раздался знакомый голос.

Зарина. Села к ним за столик. Глаза – полны боли.

– Два года назад я переписала на него всё. Квартиру, машину, бизнес. Взамен он пообещал мне мужа, семью и троих детей.

Лёва застонал, прикрыв лицо ладонями.

– А в итоге – живу на съёмной квартире, работаю проституткой и воспитываю пятерых детей, не зная, кто их отец.

Парень ошарашенно смотрел на Лёву. Тот быстро подсчитал деньги и, не моргнув глазом, протянул их обратно:

– Ей просто не повезло. А у вас ещё есть шанс. Всё зависит от правильного решения.