Читать книгу Странная сказка. Том 1 (Алексей Русанов) онлайн бесплатно на Bookz (5-ая страница книги)
Странная сказка. Том 1
Странная сказка. Том 1
Оценить:

4

Полная версия:

Странная сказка. Том 1

Ну что за скорбец?!

И вишенкой на торте — необходимо заплатить за мою конуру. Так-так-так… я ведь уже думал на эту тему и даже родил какой-то план. Но бурные события последних дней совсем вытеснили всё это у меня из головы. Что же я там придумал? А! Вспомнил! Я хотел заплатить хозяйке частично, сколько смогу на этот момент, и выпросить отсрочку по остатку. Мда-а… План и так был жидковат, а теперь, когда я забыл, что она придёт, когда оборвался разговор по телефону и — самое главное — я не могу заплатить ни рубля… Теперь у меня просто нет шансов удержаться в нынешнем жилье.

Полный гордец!

Я тихо застонал и уткнулся лбом в стену. В эту самую секунду меня окликнула Олеся:

— Кирилл, ты закончил по телефону говорить?

Титаническим усилием воли я раздвинул губы в подобие улыбки, повернулся к ней и сказал:

— Да. Закончил.

Глядя на Олесины веснушки, рассыпанные по крыльям носа и щекам, я задумался. На внутренних весах я взвешивал, что будет унизительнее: попросить взаймы у семнадцатилетней девчонки, которую впервые увидел сегодня утром, или попроситься на пожить к маме?

— Дедушка хочет с тобой поговорить.

Етижи-пасатижи! Мне сейчас надо к Фаине бежать, каяться, молить слёзно. А не с пожилыми зиггонами сны обсуждать! Но я сказал:

— Да-да, сейчас иду.

А может, обзвонить друзей и напроситься в гости с ночёвкой? На недельку… К Пашке, например. Нет, тоже не вариант.

Когда я вошёл в палату, Конрад Иванович снял свои золотые круглые очки. Глаза близоруко сощурились. Лицо у него сделалось совсем беззащитное — лицо ужасно уставшего от жизни старика.

— Кирилл, друг мой, — он протянул ко мне два сухоньких кулачка, — выберите, пожалуйста: в левой или в правой.

Я опешил. Мне казалось, мой сон — это очень важное событие, какое-то глубокое мистическое откровение. Я ожидал, что мы будем обсуждать его. И вдруг вместо этого — выбери, в какой руке? А чего не «камень-ножницы-бумага»?

Видимо, мои мысли отразились у меня на лице. Потому что Конрад Иванович смутился и сказал:

— Ни о чём не спрашивайте! Просто выберите.

— В левой, — сказал я, не думая.

Он разжал левый кулачок. На ладони лежала пятирублёвая монета. Конрад Иванович повернулся к внучке и сказал каким-то обречённым тоном:

— Ну теперь ты видишь?

— Это ничего не доказывает! — очень резко, я бы даже сказал, грубо ответила Олеся и скрестила руки на груди.

— Проверь сама, — кротко ответил Конрад Иванович.

— И проверю!

Она сцапала монету с его ладони, схватила меня за рукав куртки и потащила в коридор. Мы отошли на пару метров от двери в палату, и Олеся спросила:

— Орёл или решка?

— Решка, — сказал я, всё больше не понимая, что это значит.

Она подбросила и ловко поймала монетку, взглянула на неё, но мне не показала.

— Орёл или решка? — опять спросила она.

— Олеся, что происходит?

— Орёл или решка?! — с напором повторила она.

— Орёл.

Монета опять взлетела и упала на ладонь девчонки. И снова она не сказала мне результат.

— Орёл или решка?

— Решка.

— Ещё раз. Орёл или решка?

— Решка.

— Орёл или решка?

— Орёл! Олеся, что за охабень происходит, можешь объяснить?!

Но Олеся молчала и лишь смотрела на меня расширенными от удивления глазами.

— Алё, алё, Хьюстон! Приём! — позвал я.

— Ты ни разу не ошибся, — наконец выдохнула она.

— И что это означает?

Она пожала плечами.

— Я точно не знаю. Лучше с дедом об этом поговори.

Я тяжело вздохнул. Вся эта чертовщина, которая со мной происходит, затягивала всё глубже и глубже. Казалось, я проваливаюсь в какую-то трясину абсурда, и вырваться из неё будет очень сложно. А мне и без этого хватает проблем! С избытком. Даже не с большим — с гигантским! Поэтому Конраду Ивановичу я, конечно, сочувствую. Но всё что мог, я для него уже сделал, всё, что мог рассказать, — рассказал. И теперь мне надо бежать, ловить квартирную хозяйку, падать ей в ножки, умолять не вышвыривать меня на улицу. Надо что-то решать с работой, потому что в бригаду Бугра (или правильнее — в стаю?) я точно не вернусь. Надо доругаться с Наташкой и разобраться с кредитом. Словом, есть чем заняться и без проблем пожилого зиггона — или как его там ещё называют.

— Олесь, я вам очень сочувствую — в смысле, тебе и твоему дедушке, я благодарен за ночлег, за завтрак и всё такое… Но у меня есть своя жизнь. В ней хватает разных забот. Поэтому — мне бежать очень надо.

— Ясно, — кивнула она. — Но с дедом хотя бы попрощайся.

— Да, конечно.

Я зашёл в палату и, пока Конрад Иванович не предложил мне сыграть в лото, в города или в «правду или действие», быстро заговорил первым:

— Конрад Иванович, я прошу прощения, но у меня куча срочных дел. Надо бежать. Так что, желаю вам скорейшего выздоровления! Спасибо за всё. До свидания!

И я уже почти успел выйти из палаты, как в спину мне прилетело:

— Кирилл! Буквально одну минуту!

Хлебать-копать!

Я обернулся.

— Правда, очень сильно опаздываю уже!

Старик смущённо смотрел на меня и явно не решался что-то сказать.

— Кирилл! Я знаю, что вы остались без копейки. Ради всех богов, не обижайтесь и постарайтесь воспринять это правильно. Позвольте, я одолжу вам небольшую сумму…

— Нет! — сразу сказал я. — Простите, но это лишнее. Правда.

— Ну я так и знал, — очень грустно сказал старик.

— До свидания! — сказал я и почти бегом устремился из палаты. В дверях я чуть не налетел на Олесю.

— Пока! — бросил я ей и хотел бежать дальше, но она схватила меня за рукав.

— Погоди! Телефон свой дай. Пожалуйста.

Я продиктовал номер, она добавила его в контакты и сразу набрала.

— А чего абонент недоступен?

— Батарейка села, — буркнул я, ещё раз попрощался и очень быстро направился к выходу.

Итак, мне предстояло пешком через полгорода топать до жилья. Там — зарядить телефон, а потом созвониться с хозяйкой, доругаться с Наташкой и у кого-нибудь стрельнуть денег. Перебирая в уме варианты, к кому можно обратиться, я шёл от крыльца больницы к воротам. На улице было довольно свежо. Я поёжился, сунул руку в карман и… нащупал что-то шуршащее. Извлёк это на свет и увидел у себя на ладони несколько тысячных купюр.

Секунд десять я стоял в замешательстве. Потом вспомнил, что Олеся в дверях палаты находилась ко мне очень близко. И при известной ловкости рук (или при помощи какого-нибудь очередного бурта) вполне могла засунуть деньги мне в карман. Пойти обратно? Поругаться и вернуть деньги? А если она будет всё отрицать?

Крупная капля упала прямо мне на нос. Я задрал голову. Вторая попала на лоб, третья на щёку. Зарядил хороший такой дождь. Я представил, что придётся идти под ним пешком, через пол-Кёнига и… проявил постыдное малодушие. Не развернулся, не пошёл ругаться и отдавать деньги, а втянул голову в плечи, чтобы дождь не лил за шиворот, и поспешил к ближайшей остановке. Но твёрдо пообещал себе, что обязательно верну деньги, как только появится такая возможность.

Я ехал изматывающе долго от БСМП на Невского до моего жилища на улице Чекистов (от этого названия меня всегда мутило). Автобус собрал все красные на всех светофорах, от души настоялся в нескольких пробках. И всё это время лил противный, занудный, как инструкция по технике безопасности, дождь. Пока я бежал от остановки до дома, вымок окончательно.

Моё обиталище встретило меня остолюбимевшим подъездом, в котором делали ремонт, вероятно, ещё при Веймарской республике. Едва открыв входную дверь, я тут же натолкнулся на соседей. В этой Фаининой двушке одну комнату снимал я, а вторую, меньшую, — четверо парней из Средней Азии, загадочных, но дружелюбных. Они как раз собирались на свою стройку. В квартире царил неистребимый запах жареного лука от их готовки, а в туалете меня поджидал привычно несмытый унитаз.

Первым делом я кинулся заряжать телефон. Как только он ожил, я попытался доругаться с бывшей женой, но Наташка упорно не брала трубку. Куздра глокая! Перехватить денег ни у кого не удалось (да и не так много вариантов у меня было). И самое худшее — Фаина категорически отказалась подождать с оплатой.

— Могу дать вам два дня на то, чтобы собраться и съехать. Если вы этого не сделаете, — в её голосе лязгнула сталь, — я буду вынуждена принять самые решительные методы.

— Меры, — поправил её мой внутренний пурист, совсем некстати проснувшийся.

— Что? — не поняла Фаина.

— Принять меры или применить методы. Либо одно выражение, либо другое.

— Вы, Кирилл, прежде чем поучать других, научились бы зарабатывать деньги! — ответила она и закончила наш телефонный диалог.

Не могу не признать — она была чертовски права.

Закончив общение с Фаиной Алексеевной, я завалился на диван и занялся любимым делом: стал сам себя глодать. К чему я пришёл в свои двадцать восемь лет? К полному краху всех надежд, пять букв, вторая — «и». Да, к фиаско. На всех фронтах — тотальный разгром.

Брак развалился, и теперь на его руинах только и остаётся — собачиться с бывшей женой из-за денег. Карьера рухнула, как карточный домик, и даже статус офисного планктона мне не удалось удержать. Более того, даже пролетария из меня не вышло: угораздило схлестнуться с коллегами, которые ещё и оказались оборотнями. Да, кстати, оборотни эти! Вилктаки, кауки, зиггоны и прочая чертовщина. Это ведь тоже провал. Даже привычную и понятную картину мира я не сумел удержать. Она тоже развалилась, пошла трещинами — и из них полезла всякая хтонь. За две недели я прошёл путь от более-менее успешного менеджера до безработного бомжа, который видит то, что не видят нормальные люди. То есть я, с точки зрения стандартного обывателя, — просто шизик. Бездомный и безработный шизик. Если это не самое дно, то что может быть ещё хуже?

Такие вот весёлые мысли крутились у меня в голове весь остаток дня. Я потратил это время на мониторинг вакансий и на сборы вещей. Все мои пожитки удалось впихнуть в две большие сумки. Конечно, не довлатовский чемодан, но тоже негусто. Спал я в ту ночь отвратительно. Долго не мог заснуть, ворочался на жёстком Фаинином диване, вздыхал, думал, думал…

Утром проснулся в омерзительном настроении. Огромным усилием воли заставил себя встать, принять душ, почистить зубы. Выпил чашку дешёвого растворимого кофе. А потом сидел, гипнотизируя телефон, и собирался с духом, чтобы позвонить и сказать максимально унизительную фразу: «Мам, можно я у тебя поживу?» И уже потянул руку, чтобы набрать мамин номер, как вдруг телефон ожил и сам запиликал.

Звонили с неизвестного номера. Я с опасением принял звонок и сказал:

— Алё?

Глава 7. Подарок и дар


Ты и сам иногда не поймешь,

Отчего так бывает порой,

Что собою ты к людям придешь,

А уйдешь от людей — не собой.

Есть дурной и хороший есть глаз,

Только лучше б ничей не следил:

Слишком много есть в каждом из нас

Неизвестных, играющих сил…

Блок

— Добрый день, Кирилл! — услышал я слегка дребезжащий старческий голос. — Надеюсь, я вас не отвлёк ни от чего важного?

Я не сразу понял, что это голос Конрада Ивановича.

— Здравствуйте! Нет-нет, не отвлекли. Как ваше самочувствие?

— В общем-то по-прежнему. Но я хочу вас поблагодарить, Кирилл.

— Меня? За что? За вызов «Скорой»? Совершенно не стоит.

— Нет-нет, не за это.

Я был слегка заинтригован. Что ещё я такого сделал, чтобы он меня благодарил?

— Я ведь последовал вашему совету, Кирилл.

— Какому совету?

Я совсем не помнил, чтобы что-то ему советовал.

— Как — какому? Я отказался от операции. Ох, вы бы слышали, как на меня ругался завотделением! Пришлось бурт использовать, чтобы его утихомирить. Да. Но письменный отказ от операции он всё же с меня истребовал. Всё, как вы и говорили, Кирилл.

Я был поражён. Из-за чужого странного сна пожилой человек принял такое важное решение? В самом деле?

— Конрад Иванович, извините, а вы уверены, что это правильно? Это же просто сон…

— Это не просто сон. Это вещий сон! Я абсолютно уверен.

— А как же вы теперь? В смысле — без операции. Это же получается — вы будете прикованы к постели…

— Ну, я надеюсь, что кость всё же срастётся. У нас, у стариков, это, конечно, процесс не быстрый, не простой. Но будем молить милосердных богов. И ещё кое-что попробуем.

— Ну да, вы правы. Главное — не терять надежды, — постарался приободрить его я.

— Да-да. Ах! Я же чуть не забыл про самое главное! Мы старики — эгоисты, любим о себе поболтать. Но я ведь позвонил, чтобы поговорить о вас.

— Обо мне?

— Да-да. Помните, перед самым приездом неотложки мы с вами беседовали?

— Конечно.

— Во-от. Я вещал о том, что с вами приключилось. Но я ведь не успел рассказать о самом важном. О том, почему это произошло.

Меня словно что-то кольнуло изнутри. А ведь действительно, он начал что-то говорить на эту тему, и тут как раз приехала скорая, я пошёл её встречать, и дальше уже было не до этого…

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Вы ознакомились с фрагментом книги.

Для бесплатного чтения открыта только часть текста.

Приобретайте полный текст книги у нашего партнера:


Полная версия книги

Всего 10 форматов

1...345
bannerbanner