Дорога смертной тени. Том 1

— Софи, дорогая ты где? — Снова никто не отозвался.

Глаза привыкли к темноте. Снимая пропитанные сажей шнурованные ботинки и куртку, на которой была изображена эмблема пожарной бригады Вихрь, человек встал с кожаного дивана и направился вглубь двухэтажного строения. Попутно он пытался включить свет проходя дальше по коридору, но все попытки были неудачны.

Межкомнатные проёмы по бокам были без дверей, так что всё просматривалось более менее хорошо.

Очертания мебели, декора, техники, да, это был его дом. Но всё было какое-то холодное.

На дёснах отчётливо чувствовался привкус чего-то металлического. Неудачная смена?. Семь трупов. Нет я привык. Причина не в этом.

Надо же, подумал он, в свои двадцать восемь, пойти в эту обшарпанную зубную клинику, чего они там мне насверлили?

Мда, вода была вкусна в пустоши, но каковы последствия командировок? Жив и ладно. Теперь людей спасаем.

Метастазами расползались тревожные нотки сознания. Усталость? Четырнадцатое августа, вторая неделя после отпуска.

Ускоряя шаг, капитан пожарной бригады резко открыл центральную дверь которая находилась в конце коридора.

Это была кухня. Возле плиты стояла девушка двадцати семи лет, белые прямые волосы стекали по спине, прикрывая хрупкие плечи и слегка закручиваясь опускались до пояса. На столе стоял портативный фонарь, который освещал часть кухонного пространства.

Накладные наушники что были поверх головы, выдавали какой-то музыкальный такт, от этого голова и тело двигались в ритме композиции. Девушка что-то резала, уверенно работая ножом и при этом слегка пританцовывая.

— Софи, ты почему не закрыла дверь?

— И что у нас со светом? — Марк подходил ближе, огибая обеденный стол. Её волосы закрывали полностью боковую сторону лица. Он подошёл вплотную. Вдруг, неожиданно пронзительный детский плач стал доноситься из глубины дома, вероятно из недостроенной детской комнаты

— Что происходит? , — Марк оглянулся на дверной проём, откуда пришёл минуту назад.

Всепожирающая темнота казалось стала насыщеннее в свете всё тусклее горящего фонаря.

Он повернулся назад. Никого.

Разделочная доска была наполнена переспелыми мясистыми помидорами, рядом лежал нож у которого был обломано остриё. На белой ручке было несколько красных капель засохшей краски. Но это не кровь. Он это помнил.

В том году окрашивая пол своего рабочего грузовика, именно этот нож он использовал чтобы открыть банку специальной краски, краски цвета красного мака.

Он развернулся и решительно пошёл на детский крик, но дойдя до проёма, звуки стихли. Разрывающая тишина. Сердце заколотилось сильнее, он обернулся, девушка стояла на том самом месте, те же наушники, нож в руке, и волосы закрывающие лицо. Марк подходил медленно, во рту стоял всё тот же металлический привкус.

Почти касаясь рукой её волос, воздух задрожал, и тело его жены, не поворачиваясь начало рассыпаться хлопьями белого пепла…

Глаза открылись, звон в ушах стоял в голове словно гон бешеной собаки. Вэйн лежал среди выкорчеванных деревьев, корни одного из растений крепко придавили правую ногу, не пошевельнуть.

Звать на помощь было глупо. Зная про спасение утопающих, за жизнь сполна, уперевшись рабочей ногой, он попробовал всеми силами приподнять массивную часть вырванной ели. Всё тщетно.

На третий раз ему удалось высвободить конечность, и на минуту откинутся на спину тяжело дыша.

Глазами наблюдая необычное пурпурное сияние в небе, Марк задержал дыхание ловя боковым зрением розоватый закат.

Ничего необычного казалось бы. Только в поле зрения попало одна деталь, с другой стороны было аналогичное явление.

Такой же розовый закат звезды, только слабее, будто солнечный гигант утухающе дарил последние вздохи жизни.

Марк перекатился на живот, лёгкий нервный тик правой руки перерастал в сильное подёргивание. Таблетки остались далеко в мини купере, в той сумке где было основное снаряжение. В силу обстоятельств её не получилось взять с собой.

— Старею, подумал человек лёжа на земле и рассматривая местность. Экран наладонного компьютера треснул, вот вам и закалённое стекло эксклюзивного заказа.

Марк постучал пальцем по дисплею, тот заморгал бледно-зелёным цветом и потух.

Каждое движение отдавалось грузным спазмом напряжения в потрёпанном теле. Мышцы уже не те, но и опыт не стоит отбрасывать на задние задворки беспечности.

Вэйн замер. Лёжа он аккуратно достал из-за пояса спины небольшой тычковый нож, матовое покрытие закалённого чёрного клинка и деревянная рукоять натурального цвета превосходно сочетались, когда на руке была перчатка.

Её отсутствие делило меньше комфорта между рукоятью и грубой кожей ладони. Которая в свою очередь сильно вспотела, отчего сжимая нож, пальцы соскальзывали, оставляя место моменту непредсказуемости.

Марк поднялся, убедившись что опасности нет, подошёл к краю обрыва и обомлел. Огромные комья земли, размером с дом и больше, торчащие обрубки стволов и корней деревьев, всё это выглядело будто кто — то взял огромную лопату, выкопал лес и хаотично выбросил его на радиус больше километра.

Крутой каменный утёс на котором находился человек в чёрном плаще был относительно средней высоты, и вся основная часть долины просматривалась не то чтобы прям очень хорошо. На твёрдую троечку.

Поэтому вариант забраться повыше был единственным адекватным решением.

Но исходя из физического состояния, подъём на горный склон который располагался сзади мог бы занять без малого пару лет.

Лезть вниз без страховки, более быстрый исход, но без малого тридцать метров полёта превратят Марка в сочный бифштекс. Для местной фауны, если такая водилась в этом непонятном месте это плюс. Такого исхода пока не хотелось. Обследовав часть пятака из неизвестной горной породы, Вэйн сделал вывод что находиться на каком-то скалистом выступе.

Чёрные камни в некоторых положениях имели серо белые проплешины разных волнистых узоров.

Нет, здесь не было пусто. Хаотично лежавшие три дерева, их земляные корни из которых Марк еле высвободил ногу, условно разделяли часть этого островка.

Там точно что-то было. Территория на которой находился Вэйн имела скромные размеры, от отвеса до деревьев и основной скалы по которой он откинул вариант лезть, примерно составляло метров по двадцать.

Вот такой вот пятак, в некоторых местах с небольшими торчащими каменными выступами, и сухими кустиками.

Единственное верное решение — нужно двигаться.

Дублирующий закат почти уже закончился, но темноты глаза не ощущают. Пурпурное небо стало светлее уходить в фиолетово-синий. — Чёрти что. — С этого ракурса, да в кресле качалке попивать старый добрый тёмный эль, — подумал Марк.

Не обнаружив ничего полезного на своём пустыре, нужно было как-то аккуратно, не привлекая внимания перелезать через весь этот бурелом на другую сторону " райского местечка».

Обойдя со всех сторон, в одной части почти располовиненного ударом ствола, была горизонтальная щель. В неё мало что просматривалась, но одну жирную деталь глаза уловили чётко.

Прямо посередине каменного выступа, а размеры той половины территории превышали ту часть где находился Марк раза в два, располагалась намешенная масса веток и камней.

Нет, древесина была не свежая. Это было гнездо, точно, размером с пару легковых машин.

Хозяина жилища видеть не особо хотелось, перелезть лежащие стволы деревьев было проще, чем подниматься по горе с девяносто процентной скидкой вниз.

Ещё не факт, что на той стороне его ждёт адекватное решение спуска.

Марк забрался на первый ствол дерева. Далее скрепя зубами от боли в ноге, балансируя телом и держась за выступающую структуру, он стал аккуратно перебираться на другую половину скалистого островка.

Расщелины, между вторым и третьем стволом дерева, наваленного друг на друга оказалось достаточно чтобы протиснуть своё немаленькое тело. Удачно протиснувшись, ему повернулся зло что не пришлось лезть вниз. Потому что в тот момент как Вэйн скрылся под стволом второго дерева, сверху что-то промелькнуло. И это что-то было не маленьким.

В таких ситуациях приятнее иметь штурмовую винтовку с подствольным гранатомётом. Марк задержал дыхание, прислушался. Лёгкое стрекотание.

Что-то глухо шмякнулось. Тишина.

Сжимая левой рукой единственное оружие, Вэйн выглянул из-за укрытия. В хаосе корневой системы он оставался незамеченным даже для острого взгляда такого необычного существа.

— Так, там закат, и там закат, — Какого хрена не темнеет? , —сквозь зубы Марк второй раз задал себе вопрос и посмотрел направо. От вершины горы исходило оранжевое свечение.

Ладно, разберёмся с этим позже.

Огромное облако скрыло сияние сверху. Спустя несколько секунд всё вокруг погрузилось в сумеречную зону, где по иронии вселенского безумия оказался человек в чёрном плаще.

Огромная мутировавшая птица, аккуратно спланировала и массивно приземлилась протопав когтистыми лапами несколько раз по скальному уступу.

Складывая крылья, из которых стали отсыпаться пласты светло коричневой каменной породы.

Перед накатом темноты Вэйн оценил исполинские размеры воздушного охотника. Это было нечто вроде Севериканского Кондора, только переростка с заражённым парадоксом. Птица местами была каменной, структура породы постоянно отслаивалась и осыпалась. Размах крыльев примерно метров двадцать, плюс голова над землёй метрах в шести.

— Возможно это моя попутка, только вверх или вниз? , — подумал Марк, мгновением позже темнота накрыла долину процентов на семьдесят.

Нужно подобраться ближе, между ним и гнездом было около тридцати метров. Дальше по ситуации.

Пока большегрузная птица развернувшись копалась в своём лежбище, Вэйн короткими перебежками двинулся от корневых свисающих клубней поваленного ствола, до ближшего куска земли. Благо что поверхность уступа была неровной, периодически попадались средние валуны и редкими комьями разбросанная земля, последствие телепортации с заглотом другого мира.

Марк начинал потихоньку всё вспоминать, память возвращается постепенно, но совершенно точно. Переводя дыхание, на пути у очередного каменного выступа, вдруг видоизменённое существо аккуратно подошло к краю пропасти и бросилось вниз, попутно раскрывая наполовину окаменелые крылья. Мелкая пыль подхватываемая ветром попала в глаза и нос, Вэйн зажмурясь несдержанно закашлял. Ему повезло. Его почти никто не услышал.

Звёзды параллельно друг другу уходили в два розовокрасных заката, уводя фальшем пространство во тьму. Но на деле это чёрное облако пепельной структуры, которое накрыло половину долины, было всему виной.

В этом месте не существовало понятия дня и ночи. Каменная пустошь располагалась на десятки километров во все стороны этой земли.

Марк подкрался ближе к гнезду, стенки которого были почти равны его роста. Но из-за округлой формы и неизвестных шипованных веток вплетённых в одну структуру со скалистыми осколками, это было сделать не так то просто.

Плана особо не было. Здесь не из чего выбирать. Оседлать птичку — дерзкое, немного неадекватное решение. Но лишь оно осталось принятым, из короткого списка сидеть или двигаться.

Стало немного светлее. Со стороны горной стены которая уходила ввысь на сотни метров, в гнезде сформировались проплешины. Видно хозяин сэкономил на материалах, часть которых обвалилась.

— Эй, я тебя слышу, — сухой кашель забрасывал хриплый шёпот.

Голос был женский. Марк напрягся. Пригнувшись и делая пару шагов вдоль округлого основания гнезда, он посчитал ему показалось, просто лёгкий ветер играет эхом по отвесным скалам.

— Возможно ты хочешь выбраться? , — снова сильный кашель перебил поток напрягающих слов, и монолог закончился.

Вэйн осторожно приблизился к первой проплешине, которая была чуть больше человеческой головы и посмотрел внутрь гнезда.

Внутри, прямо по центру располагались три яйца с соответствующим размером птицы. Возле противоположного края лежало тело. В Полутьме невозможно точно разобрать лица. Тишина.

Вдруг опять послышался глухой кашель и тело зашевелилось.

— Вытащи меня, эй слышишь?

— Чёрт, да я знаю ты там.— на последнем издыхании прохрипел человек и по ходу действия отключился.

Минуты шли против Марка, светлело быстрее чем хотелось бы.

Туча уже уходила полностью из зоны звезды, открывая простор для освещения.

Марк не посчитал нужным отвечать на зов, но ему нужна была информация. Тело больше не издавало ни звуков ни шевеления.

Локтём продавливая камни, другой рукой Марк стал проделывать широкое отверстие ломая ветки чтобы попасть внутрь.

Безумия полны штаны, особенно когда не знаешь через какое время вернётся мамаша.

Пробираясь внутрь, Вэйн дотронулся до поверхности овального яйца, холодное, камень. Во дела.

Даже если сейчас прилетит это существо, проигравших не останется.

Так же медленно подкрадываясь на полусогнутых к человеку лежащему у стенки гнезда. Судя по фигуре, это была девушка. Она лежала на животе, растрёпанные грязно рыжие волосы хаотично закрывали голову, а порванная местами одежда из чёрного материала обнажала свежие раны, словно её очень усердно волочили.

Вероятно она и была тем глухим звуком, который слышал человек в плаще стоя в тени тех корней.

— Досталось порядком. Он не успел додумать, со стороны пропасти раздался пронзительный резкий крик, похожий на скрежет металлической вилки по стеклу. По инерции Марк направил взгляд на оранжевое небо. Это был рассвет.

— Красиво да?! , — хрипловатый голос девушки, обратил внимание на себя.

Вэйн не делая резких движений аккуратно присел на корточки. Вместе с ним опустилось ниже кривое дуло дробовика.

— Девочка думает что это выстрелит? — спросил человек в чёрном плаще

— Не сомневайся, — последовал ответ горизонтально лежащего тела

— Тогда у тебя есть секунд тридцать, — сказал Марк и медленно поднялся во весь рост.

— Стой на месте сказала.

Относительная тишина.

Рука которая обхватывала ружье, пальцем заканчивая на курке, дрожа медленно опускала ствол. Больше фальши не было, силы покидали Анже́лику.

Цвета́ небосвода менялись переливом с оранжевого почти в белый градиент.

Что-то было не так. Что-то всегда не так, верно?. Это нормально.

Девушка отключилась. Марк выдернул аккуратно из её рук оружие, и вылез тем же путём, что попал внутрь. Лёгкий ветер резко усилился, закручивая плащ назад. До обрыва было метров десять, может быть двенадцать. Вэйн попытался передёрнуть затвор деформированного ружья, безуспешно. В некоторых местах ствол был треснут, а приклад из специального чёрного термопластика оплавлен. Вообщем когда-то это был сносный дробовик, сейчас его лишь можно было использовать как бейсбольную биту одного удара. Дальше либо ствол отвалиться, либо руки, либо голова.

.Неизвестно ещё что за пассажиры попадутся в этом месте чьих-то кривых фантазий.

Прогоняя мысли Марк медленно подходил к обрыву отвесных скал. Когда он дошёл до конца и посмотрел вниз, не то чтобы расслабился, скорее выдохнул на момент.

Словно воздух был слишком крепким, как табачные испарения в прожаренном пивном баре. Лёгкие покашливания превращались в приступ дикого кашля, склоняясь на колено Марк вытер рот тыльной стороной ладони.

И всё же распластанное тело наполовину окаменелой птицы, лежавшее там, внизу, закрывало гештальт минутной опасности. Крылья от удара развалились, так же как и половина головы, открывая яркий внутренний мир почившего монстра.

… Прощай моя попытка номер раз…

Хотелось пить сильнее прежнего. Солнце которое выползало из-за горы было ярко белое. Сомнения уже давно превратились в железный факт того, что это было уже совершенно другое место.

— Чёрт, что же я пропустил? — скалясь от боли в ноге Марк осматривал удручающий пейзаж безжизненных угодий.

Температура воздуха поднималась очень быстро. Оглядывая долину, которая состояла относительно из каменных наростов, всевозможных оврагов, невысоких предгорий, и разбросанных кусков почвы с переломанными свежими деревьями. Крона листьев некоторых деревьев держалась ещё зелёной, хотя флора уже была мертва.

Взгляд опять упал на птицу, в паре метрах лежало что-то знакомое. Чёрным пятном виднелось наполовину засыпанное частями окаменелого кондора, очертание человека.

С тридцати метров особо не разобрать. Пыль осевшая в глазах замыливала зрение. Всё равно как ни крути нужно лезть вниз.

С этой стороны уступа, где располагалось гнездо, правая сторона горы имела нечто вроде самородной тропы, плавно уходившей куда-то вниз. А вот и тот самый кот в мешке, которого придётся сожрать за неимением другого ужина.

Марк вернулся туда где отрубилась Девушка. Она полностью перевернулась, и лежала на спине. Нога согнута в колене. Огромные ботинки из непонятного материала, похожие на конечности экзоскелета пожарного скафандра, которые носил Вэйн когда-то далеко в прошлой жизни.

Мародёрство не в его правилах. Остановив взгляд на нижних конечностях лежащей рыжеволосой компаньонши, Марк присел на землю и облокотился спиной на одно из трёх яиц расположенных посередине сей обители.

Находиться в тени предстояло не долго. Выходящее из-за горы белое солнце прожаривало атмосферу на добрых семьдесят градусов.

Сейчас уступ ещё таился в мёртвой зоне, прогревая тела заблудших путников на верхней границе выживаемости.

— Проигравших не останется, — прошептал Марк.

Облизывая засушенные губы он положил потрёпанное ружьё на колени и указательным пальцем левой руки потёр внутреннюю стенку круглого ствола.

Чёрно — синий пороховой осадок. Интересная заметка, подумал он. Растирая субстанцию, в руках вспыхнула небольшая вспышка аналогичного цвета, и едко запахло чем-то кисломолочным.

Вдруг в спину что-то толкнуло, потом ещё раз, заставляя человека в плаще резко развернуться. Метровое в высоту яйцо стало трескаться. И судя по всему оно было живое. Одно из трёх было настоящим.

Что-то внутри усердно пыталось пробиться на свет. Пористая структура овальной колыбели сдерживала чадо разбившийся птицы. Вэйн обдумывая в спешке пару мыслей, помог увидеть птенчику на несколько секунд, совсем не добрый дивный новый мир.

Проламывая двумя мощными ударами толстую скорлупу яйца, приклад дробовика погрузился в слизисто — желейную массу.

Навстречу из разлома пролезла розовая, сморщенная голова с мутными глазами. Птенец заорал что есть силы. От такого пронзительного крика даже покойник наложит в штаны.

Марк сделал контрольный удар в основание головы, приклад прошёл по сероватому клюву и отрикошетил в заднюю стенку яйца. От этого стенка лопнула, и вся вязкая масса разлилась в радиусе двух метров. Вэйн по инерции удара подскальзываясь рухнул прямо на птенца выставляя вперёд руки и хватая оппонента за широкую шею.

Тычковый нож лежал на своём месте, не в той временной точке.

Когда Марк выдернул дробовик из рук рыжеволосой девушки, то убрал клинок назад за спину в поясную кобуру.

Острые края толстой, разломанной скорлупы послужили отличной альтернативой режущему предмету.

Навалившись на птенца размером с крупную собаку, Вэйн что было сил сжимал шею скользящими руками, облокотив её на чашеобразный осколок скорлупы, помогая придавливать коленом.

Ничего не выходило, от сумбурных движений чашка отскочила в сторону.

Когти задних конечностей царапали тёмно — зелёный тканевый жилет из полиэфирного материала, оставляя на груди неглубокие борозды.

За неимением большего, Марк впился зубами в шею птице, пытаясь поставить точку, не оставляя шансов на реванш.

Когда дело было сделано, не теряя времени, он подтащил волоком нелёгкую тушку к отскочившей скорлупой миске.

Зажимая перегрызанное горло онемевшей рукой, он стал сцеживать тёмную кровь. Единственную на этот момент жидкость которую можно было здесь употребить, чтобы не сдохнуть от давящего своей энергией, белого солнца.

Разлитая желтоватая жидкость, которым было наполнено яйцо, испарялась тошнотворным кислым мускусным запахом, пробуждая резкие приступы рвотных рефлексов.

Крови было больше чем достаточно, но её нельзя хранить.

Пить здесь и сейчас. Марк тяжело дыша, бросил взгляд на девушку, та лежала всё ещё без движения. Опуская глаза на импровизированную чашу, он услышал лёгкое покашливание. Не было времени тогда проверять её пульс.

Ответвления действий было достаточным количеством, поэтому тратить минуты на безрассудные действия, даже если они стоят информации, Вэйн считал абсурдом. Тем более если этот абсурд тычет в тебя стволом кривого дробовика.

Держа двумя руками скорлупу Марк выдохнул и пригубил чашу, делая четыре глубоких глотка.