Планета Н-0131: Подземный мир

— Они там в обморок не упадут? — спросила Оля 001.

— Эти точно нет, — ответила Вика, подходя к Вовейну. — Девочки, переворачиваем!

Нейрохирург Виктория вместе с помощницами ловко перевернули Вовейна на живот. Вика взяла лазерный скальпель и сделала аккуратный надрез, затем раздвинула края и оголила позвонки, на которых сидел паразит. Сомнений не было: существо шевелилось при прикосновении.

Вика осторожно попыталась убрать одну из нитей, но ничего не вышло. Тогда она решила перекусить её — и снова безуспешно: нить тут же быстро срослась.

Сканирование показало, что если убить паразита, он убьёт носителя: существо было ядовитым. Нитями оно цеплялось за нервную систему, отравляло её и постепенно меняло носителя, но не убивало.

— Извлечь я не могу, — сказала Виктория ребятам. — Оно его убьёт.

— Отрежьте ему палец, — попросил Коля.

— И восстановите нашего пилота, — добавил Серёга.

— А с этим что делать? — спросила нейрохирург, указывая на лежащего без сознания Вовейна.

— А ничего. Просто зашейте его и посадите под охрану, — спокойно сказал Коля.

— Посмотрим, во что оно превратит человека, — добавил Серёга.

Близнецы вышли. Девушки в ужасе смотрели на Вику: такого хладнокровия от командиров они не ожидали.

— Они правы, — сказала Виктория. — Мы должны знать, с чем имеем дело, и выяснить, как с этим бороться. Нам очень повезло, что у нас есть медкапсулы: мы сможем помочь Вове. Только об этом никто не должен знать. Всем ясно?

Девчонки закивали.

— Помните: врачебная тайна требует молчания даже под пытками! — добавила Вика. — Всё, зашивайте!

И нейрохирург вышла из операционной.

Виктория догнала близнецов у штаба.

— Откуда вы узнали, что с ним что-то не так? — спросила она.

— Это было понятно ещё с его пробуждения в медкапсуле, — ответил Коля. — Помнишь, нам его держать даже пришлось.

— То, что у него проблемы с мозгами, наверно, все заметили, — добавил Серёга. — Только вот почему это не заметили, когда восстанавливали в капсуле? Там же тоже сканер.

— Там другое устройство, — объяснила Вика. — Оборудование медкапсулы анализирует повреждения и восстанавливает всё, что находится внутри, не разбираясь, сколько там организмов. Поэтому капсула восстановила обоих.

— Кто-то об этом знал, раз подсунул такую дрянь, — задумчиво произнёс Серёга.

— Как же вы всё таки узнали? — снова спросила нейрохирург.

— Мы видели, что Вовейн странно реагирует и очень раздражён, — начал Коля.

— И мы не знаем, где он был и что пережил, — добавил Серёга.

— Мы думали, это посттравматический синдром, но ему становилось всё хуже, — продолжил Коля.

— Я тоже так думала, — произнесла Вика.

— А сказал нам Цомик, — произнёс Серёга. — Он сказал, что пилот не один.

— Странная зверюга этот ваш Цомик, — отозвалась Виктория. — Никак не могу привыкнуть, что он разговаривает.

— Мы сначала не сообразили, что он имеет в виду, — продолжил Серёга.

— А потом Цомик зарычал на Вовейна, — добавил Коля. — А Вовейн повёл себя совсем странно: дико испугался и спрятался за разбитый бронелёт.

— Он никогда не боялся зверя, а тут убежал. И эти его вечно красные глаза, — продолжил Серёга.

— Тут я и догадался, почему он не один, — сказал Коля. — Похоже, кто-то сидел в нём и убивал его.

— Я бы, наверно, не догадалась, — ответила Вика.

— Я бы тоже, если бы был на Земле, — сказал Коля.

— Это точно, — задумчиво произнесла нейрохирург. — Ладно, посмотрим, что это за тварь и что она сделает с человеком.

Ребята ушли к себе, а Вика вернулась в госпиталь. Нужно было найти укромное место, чтобы никто не видел второго пилота — или того, во что он превратится. Такое место, как ни странно, нашлось в подвале госпиталя, который был полностью оборудован для экспериментов.

Подвал был большим. Вдоль одной из стен тянулись пять просторных камер со стеклянными бронированными дверями. Виктория обошла их — все были пусты. Она с облегчением вздохнула и немного успокоилась.

С другой стороны подвала располагалось широкое длинное помещение с процедурной комнатой. Большие окна выходили в коридор. В металлических шкафах со стеклянными полками и дверцами стояли пробирки с непонятным содержимым. Выяснять, что в них, Вика не стала.

Она поместила пилота с паразитом внутри в первую камеру. Ещё раз строго напомнила девочкам никому ничего не рассказывать, затем настроила замок в подвал, оставив доступ только себе и близнецам. Дальше оставалось только наблюдать, что будет с пациентом — теперь его запрещалось называть как-то иначе.

Спустя пару дней Вовейн очнулся в медкапсуле. Первым делом он спросил у Маши, которая отвечала за восстановление:

— Извлекли или нет из меня эту тварь?

Дочь императора не успела ничего ответить: в палату вошли близнецы и нейрохирург Виктория из отряда «Бессмертных». Глядя на неё, трудно было поверить, что она способна убить миллионом способов. При этом Виктория оставалась доброй и заботливой: даже когда злилась, это выглядело совсем не страшно — хотя бояться стоило.

— Как себя чувствуешь? — спросила Вика.

— Вроде неплохо, только есть охота, — ответил Вовейн. — Вы достали это из меня?

— Да, — улыбнулся Коля. — Его уже готовят.

— К чему? — пилот тоже улыбнулся, хоть и не очень уверенно.

— Ты же голодный, — ухмыльнулся Серёга. — Твоя очередь его переваривать.

— Очень смешно, — поморщился Вовейн.

— Ладно, мужик, приходи в себя скорее. Нужно бронелёт заставить снова летать! — Коля хлопнул его по плечу.

— Дел невпроворот, — добавил Серёга, — а ты тут сидишь, отдыхаешь.

Близнецы помогли пилоту дойти до ангара, по пути заглянув в столовую. В армейской столовой всё было по уставу: чистота, порядок и меню на каждый день. Они подкрепились вместе с питомцами — без них никуда. Цомик больше не рычал на Вовейна, а наоборот тёрся об него, как раньше, настойчиво требуя, чтобы его погладили.

Когда они дошли до ангара и Вовейн трезвым взглядом увидел, во что превратился бронелёт, он не сдержался:

— Это же просто груда металлолома! Что из этого должно полететь? Как я должен собрать не собираемое?

— Да ерунда, разберёшься, — Коля ходил вокруг развалин. — Тут крылья приделать — и полетит.

— Только вот куда их приделывать, — возразил Вова. — Тут вообще непонятно, где зад, а где перед.

— Вот видишь, главное — начать, — добавил Серёга. — У тебя всё получится, я в тебя верю.

— Ага, — ответил пилот. — Говорить всегда проще, чем делать!

— А ты не говори, — одновременно сказали близнецы. — Ты делай!

И парни вышли из ангара. У них работы было хоть отбавляй: проверить дозорных, патрули и периметры, а ещё дать задания новым клонам.

Вовейн ещё раз обошёл помятый и разобранный бронелёт и приступил к работе. Шли дни, и он так увлёкся, что потерял счёт времени. Процесс восстановления летающей машины шёл полным ходом. Недостающие детали кузова изготавливали на заводах — производство было налажено и работало без сбоев. Электронику и сложные механизмы помогали восстанавливать в техотделе.

Часто пилота навещала Настя и иногда интересовалась, как пользоваться радио: что и куда нажимать, чтобы выйти на связь. Вовейн никак не мог понять, откуда у неё такой интерес к передатчику.

Вместе с Настей приходил главный инженер Юрий Борисович и помогал устанавливать новые запчасти. Если даже ему не удавалось разобраться — а ведь у него была огромная память робота и квантовый мозг, — на помощь приходил профессор физики Штрызик Альберт Павлович. Он быстро решал проблему, порой переделав всё настолько сложно, что понятно становилось только ему одному. Но у профессора всегда всё работало. Настя и главный инженер давно перестали спрашивать, как он это сделал и почему оно работает: если профессор начинал объяснять, понятно было только ему.

Когда весь техотдел собирался над очередной проблемой, Вовейн старался улизнуть на тренировку с майором и Викторией: он не хотел мешать и слушать споры. На тренировках пилот осваивал экзоскелет отряда «Бессмертных», который достался ему от отца. Его отец был разведчиком в отряде с позывным «Хамелеон» — именно таким хотел стать и Вовейн.

В начале тренировки давались тяжело: нужно было изучить и научиться пользоваться множеством систем экзоскелета. Но постепенно практика делала своё дело: Вова осваивался всё быстрее, накапливая бесценный опыт. Алексей и Виктория моделировали разные ситуации, из которых новый «Хамелеон» пытался выпутаться, с каждым разом совершая всё меньше ошибок. Как говорил майор, ещё пара столетий — и он сможет стать настоящим разведчиком.

Вовейн бросил попытки связаться с отцом. Теперь он решил: когда соберёт бронелёт, отправится на его поиски. Поэтому всё свободное время он посвящал восстановлению машины.

Заветный день настал. Бронелёт стоял как новенький. Оставалось только выкатить его на взлётную площадку и провести первый испытательный полёт — проверить, как работают все системы и можно ли на нём лететь далеко.

Но Вова не успел ничего сделать: громко завыла сирена, извещая о прорыве врага. Вовейн бросился к своему экзоскелету и через минуту был готов, с полностью заряженной батареей, отражать натиск. Тренировки прошли не зря.

Прорыв

— Парни, что случилось? Приём! — майор пытался выйти на связь с близнецами.

— Подурги в пещере Крыхона! — кричал Коля. — Кто поблизости — все сюда!

— Срочно! Кто меня слышит! Прорыв в пещере Крыхона! — повторил Серёга. — Уровень опасности — красный!

В такие моменты все знали, что делать. Ближе всех ко входу в пещеру был центр генетики, поэтому доктор вместе с десятью мутами в полной боевой экипировке вышли и заняли позицию, перегородив узкое место. В руках мутов были огромные энергетические дубины — профессор немного их доработал, как он сам говорил, и теперь оставалось проверить их в бою.

Клоны, которые не были заняты в казармах, через три минуты уже бежали строем на подмогу мутам. Патрульные тоже присоединились к группе обороны, а дозорные остались на своих постах.

Первым открыл огонь Страж, нёсший дежурство в дозорной башне генетики. Зазюлики с приборами контроля за разумом на головах хлынули из пещеры, атакуя всё, что движется.

Страж профессионально выбил первых жуков из строя меткими выстрелами, сбивая приборы с их рогатых голов. Без контроля зазюлики замирали, создавая заторы и замедляя поток.

Мутанты перехватили дубины покрепче, готовясь к атаке. Вовейн видел всё это со взлётной площадки. Не раздумывая, он отошёл на другой край, разбежался и прыгнул в сторону пещеры.

— В стороны! — раздался грозный голос генерала Догнана.

Мутанты расступились, оставив узкий проход для киборга. Глаза генерала вспыхнули, и из них вырвались два луча, рассекая всё на своём пути. Жуки метнулись в сторону и начали спускаться на северный тракт, прыгая с камня на камень. С неба ударила молния, потом ещё одна, и ещё — жуки горели даже в полёте.

Со стороны титановых копей шли пять облученных и профессор с киркой в руках.

Клоны стреляли, сбивая приборы с голов зазюликов. Вовейн завис в воздухе над пещерой: его заплечные пушки выводили узоры на спинах жуков, ведя непрерывный прицельный огонь.

Из пещеры появился крупный пичмог — на его спине был прибор контроля за разумом. Генерал отключил лучи и начал пробиваться к каменному зверю. Мутанты пришли на помощь: они махали дубинами с такой скоростью, что удары почти сливались в одно движение. При каждом ударе от дубины исходил импульс, разрывая внутренние органы жуков и отбрасывая их, так что падающие цепляли соседей.

Генерал хватал зазюликов металлическими руками за рога, резко дёргал, мгновенно ломая шеи, и продвигался вперёд, отбрасывая мёртвых жуков. Никто на базе «Наследие» ещё не видел генерала Догнана в рукопашной схватке. Некоторые даже прекратили стрелять, заворожённые этим убийственным зрелищем: генерал разрывал жуков и топтал недобитых металлическими ногами. Никто из жуков не мог пережить такую атаку, а генерал всё шёл и шёл к пичмогу.

Пичмог двигался навстречу, словно баркас, рассекающий воды из зазюликов: он давил и раскидывал мешающих ему жуков. Генерал Догнан на мгновение остановился, посмотрел пичмогу прямо в глаза и прыгнул.

Пичмог присел под тяжестью приземлившегося на его спину генерала. Резким движением ноги генерал раздавил прибор контроля на спине каменного зверя и скатился вниз.

— Ты свободен, мой друг, беги! — генерал погладил огромного зверя и указал ему путь.И пичмог пошёл прочь от пещеры. Муты и клоны удивлённо расступились, пропуская массивного зверя.

Тяжелее всего приходилось новеньким клонам. Их было одиннадцать, и это был их первый бой. Близнецы называли процедуру их появления «вылуплением». Они держались позади, стараясь не уступать старым клонам, закалённым в боях.

Девчонки в экипировке медиков под руководством нейрохирурга Виктории — в своём экзоскелете отряда «Бессмертных» — помогали раненым. Клоны, зная, что на них смотрят девчонки, дрались так, будто это последний бой, и следили, чтобы медикам ничего не угрожало. Если кто-то из ребят получал ранение, клоны смыкали ряды, прикрывая отход и медиков, которые оперативно оттаскивали пострадавшего с поля боя.

Виктории тоже приходилось нелегко: её наручные пушки не смолкали, а энергоножи по рукоятку погружались в сине-зелёную кровь зазюликов, не давая жукам приблизиться к медикам.

Сергей 003 прикрывал отход, когда уносили Тритона, потерявшего сознание от многочисленных укусов. Ему пришлось повернуться, чтобы проверить обстановку, и в этот момент за левую руку схватил зазюлик-солдат. В одно мгновение Третий Сергей остался без руки — её откусили по локоть. Но он не перестал стрелять: лишь морщился от боли, целясь в морду жука, и, не отпуская спусковой крючок, разнёс обидчику голову.

Рядом тут же оказалась Вика и встала на его место, открыв огонь из ручных пушек.— Уходи! — кричала она.

Клон был в шоке и в пылу битвы не сразу понимал, что происходит. К нему подбежала Первая Оля.

— Ты ранен, надо уходить! — кричала девушка; слёзы катились по её щекам. Она не ожидала, что будет столько раненых и столько крови, — это была её первая битва.

На них резко выскочил жук. Сергей 003, не раздумывая, закрыл девушку собой. Жук подмял клона под себя и пытался добраться до горла. Третий Сергей держал его за рог последней рукой и из последних сил не давал приблизиться.

Вдруг рядом оказались близнецы. Серёга ударом ноги опрокинул жука, а Коля резким движением приклада размозжил ему голову. На поясе у Коли висел зелёный модуль.

— Уноси его! Давай, девочка, нужно ещё многих спасти! — кричал Серёга.

— А ты теперь Стойкий, — Коля помог уложить клона на магнитные носилки.

Оля 001 вышла из ступора и покатила Третьего Сергея к броневику. Клон уже был без сознания, но на его лице застыла улыбка: ему дали крутое прозвище.

Доктор, профессор и генерал бились плечом к плечу, медленно продвигаясь ко входу в пещеру. Жуки пытались любой ценой их остановить. Рядом приземлился Вовейн. Его экзоскелет не мог долго находиться в воздухе, поэтому он решил помочь там, где помощь была нужнее всего. Пушки били почти в упор, ножи мелькали в руках, а экзоскелет менял окраску, сливаясь с потоком жуков. Зазюлики не сразу замечали «Хамелеона» и не успевали среагировать.Вовейн двигался с кошачьей грацией, уворачиваясь от рогов и лап, нанося удар за ударом. Он крутился вихрем в центре живого потока.

Майор наблюдал за сражением со смотровой площадки, контролируя весь процесс и предупреждая друзей об очередной угрозе. Близнецы помогали раненым клонам, носясь от одного к другому на модулях скорости. Первыми выбыли новенькие: переломанных и покусанных их везли в госпиталь.

Генерал вместе с учёными и пилотом с боем прорвались в пещеру, несмотря на отчаянные попытки жуков их остановить. Внутри было темно. Когда глаза привыкли к полумраку, сражающиеся увидели, откуда пришли жуки.Зазюликов не волновала возвышенность с проходом среди гигантских корней: они просто прыгали вниз, расправляли крылья и мчались мимо плантации минералов и генератора древних. Электроника Вовейна показывала у генератора несколько фигур подургов, прятавшихся за высокими камнями. Он сразу сообщил об этом генералу.

— Вижу несколько целей слева у генератора, — громко сказал Вовейн.

— Я тоже их вижу, — ответил Виктор Геннадьевич Догнан. — Это гуулы, погонщики жуков!

Вовейн прыгнул навстречу погонщикам. Подурги не ожидали такого появления: они были уверены, что находятся в безопасности. Гуулы резко повернулись, раздались выстрелы — и двое из пяти врагов упали, простреленные насквозь.

Трое оставшихся кинулись туда, откуда пришли, — в сторону зарослей. Попасть в них было сложно: они бежали очень быстро. Выбраться удалось только одному. Как только подурги оказались в поле зрения генерала, он сразу выпустил лучи. Промазать генерал не мог: лучи вылетали прямо из его глаз и попадали туда, куда он смотрел, — а смотрел он в спины убегающим гуулам.

Когда большинство погонщиков были нейтрализованы, контроль над жуками пропал. Зазюлики начали разбегаться во все стороны, будто не понимая, как вообще здесь оказались.

— Сезон охоты открыт! — громко произнёс майор по общей связи. — Нельзя допустить, чтобы подурги вновь собрали армию! Сбивайте приборы контроля за разумом — нужно уничтожить всех. Вечером всем явиться на совет. Конец связи.

— А если я попаду в жука, а не в устройство? — спросил Коля 010. Он был единственным из новых клонов, кто остался в строю.

— Будет паштет, — устало ответил Серёга. Он сидел на камне со снятым шлемом в руках и пытался перевести дух.

— Паштет? — не понял клон.— Мы из жука сделаем паштет, — разъяснил Коля.

— А ты его потом съешь за обедом, — добавил Серёга.

Десятый Коля как-то побледнел, а потом его вырвало. Вокруг стоял запах битвы: пота, гари, крови и мяса, — и от одного упоминания об обеде ему стало плохо.

Близнецы переглянулись. Старые клоны, стоявшие рядом, заулыбались и начали подходить поближе: они знали, что сейчас будет.

Серёга поднялся, подошёл к Коле 010 и громко произнёс:

— Нарекаю тебя Нежным.

Клоны вокруг захлопали и засвистели, поздравляя новенького с прозвищем.

Нежный смотрел на них, ничего не понимая, а потом его снова вырвало: слишком активно махали руками клоны вокруг, и его укачало.

Жуки разбрелись по базе, но обратно путь им был заказан. В пещере поставили блокпост с круглосуточным наблюдением. Дежурили Фазер с расщепителем — на случай появления пичмогов — и облученные.

Для облученных здесь был настоящий рай: вокруг росло столько кристаллов, что энергии хватило бы на годы. Выпустив молнию, они могли удерживать её бесконечно, управляя и направляя на врагов. Тем более что мощный разряд мгновенно пережигал всю электронику в приборах на головах животных.

Близнецы объявили соревнование «Великий мастер» и спокойно отправились на совет. Суть была проста: за сутки нужно сбить максимальное количество приборов с голов жуков. Те, кто займёт первое и второе места, получат прозвища «Великий» и «Мастер» соответственно. Те, у кого уже есть прозвища, смогут их поменять, если займут призовые места. Был даже бонус: занявшего третье место станут называть «Охотник» — за старание.

На совете, как всегда, присутствовали близнецы, пилот, учёные, глава технического отдела Анастасия Михайловна и её помощник Юрий Борисович, дочь императора Мария, а также Алексей с Викторией и, конечно, генерал Догнан Виктор Геннадьевич.

— Как обстоят дела с жуками? — спросил Алексей Александрович Орлов.

Вопрос был адресован близнецам — ведь именно они отвечали за казармы и всё, что в них происходит.

— Объявлен конкурс «Великий мастер», — ответил Коля.

— Задача — уничтожить как можно больше приборов контроля за разумом, — добавил Серёга.

— Отлично. Что будем делать с подургами? — спросил майор. — Это только начало, они не отступят.

— Нужен ответный визит, — предложил Коля.

— Мы второй раз сталкиваемся с подургами в пещере Крыхона, — добавил Серёга.— Нужно проникнуть в те ворота по пути на причал, пока они нас не ждут, — продолжил Коля.

— Согласен, — ответил майор.

— Я возглавлю операцию, — неожиданно произнёс генерал. Обычно он молчал на совете и никогда не пытался забрать у майора бразды правления.

— Кто составит компанию Виктору Геннадьевичу? — спросил майор.

— Мы пойдём, — одновременно произнесли близнецы.

— Нет, мальчики, — сказал доктор Хлапидоль. — Пойдём мы: я и муты. Сейчас мы мало чем можем помочь в ловле жуков, поэтому лучше пойдём туда.

— Я тоже прогуляюсь, — ответил профессор. — Вам потребуется специалист по вражеской технике, да и кто вам ворота откроет.

— Хорошо, парни, вы никуда не идёте, — остановил близнецов майор. — Слишком глупо отдавать вас в лапы подургам — они только этого и ждут.

Близнецы решили не возражать: на самом деле это действительно было бы очень глупо — самим прийти к врагу.

— Нужно разведать, куда ведут эти тоннели, и вывести из строя ворота, — подытожил майор. — Когда выступаете?

— Немедленно, — ответил генерал и поднялся, чтобы уйти.

— Генерал, — обратился майор, — будьте осторожны.

— Непременно, мой друг, — ответил доктор и вместе с профессором и генералом покинул помещение.

Майор молча проследил, как они уходят, потом повернулся к оставшимся советникам и остановил взгляд на главе технического отдела.

— Нужно закрыть этот вход в зарослях, — произнёс майор и посмотрел на Настю.

— Есть одна проблема, — ответила Настя. — Туда не доехать роботу строителю.

— Найдите решение, — приказал майор. — У нас мало времени.

— У меня есть идея, — ответил Юрий Борисович Шкиф. — Предлагаю поставить энергетический барьер: жуки смогут пройти, но устройство контроля за разумом сгорит.Майор кивнул, соглашаясь.

— Есть ещё одна проблема, — сказала Мария.

— Какая? — спросил майор.

— У нас не хватает медкапсул на всех, — ответила Маша. — Слишком много раненых и убитых.

— Нам всё равно негде их взять, — думал вслух майор. — Может, сначала восстановить убитых и тяжелораненых, а потом всех остальных?

— Мы так и делаем, — произнесла Маша. — Только загрузка на пару месяцев вперёд, и если будет ещё одно нападение, некому будет воевать.

— Ну и что нам делать? — тяжело вздохнув, спросил майор.

— У нас есть центр кибернетики, — начала Виктория. — Может, кто-то согласится заменить руки и ноги механическими. Ну а если не понравится, всегда можно будет восстановить.

— Главное — красиво преподнести, — поддержал Вику Коля.

— Киборг — звучит уже круто, — добавил Серёга.

— Парни, — обратился майор к близнецам, — всё в ваших руках.

— Скорее в руках Виктории, — ответил Серёга и улыбнулся.

— Точно, мы только оторвать можем, — добавил Коля, — и отправить к Вике — пускай пришивает.

— Осталось только назвать ваш адский кооператив, — смеясь, добавил майор.

— Это мы можем, — смеялись близнецы.

— Не сомневаюсь, — добавила Вика.

— «Рук и ног круговорот», — выдал Серёга, рассмешив всех.

— «Не надо грошей, оторви и пришей», — добавил Коля.

— Хватит, парни, до слёз уже довели, — смеялась Маша, вытирая глаза.

— Совет окончен, — хохотал майор.

Операция "уколи подурга"

Вовейн сидел в бронелёте на взлётной площадке. Переключая тумблеры, пилот проверял системы на исправность: вроде всё работало, причём быстрее и лучше, чем раньше, — благодаря профессору. Что именно тот там наисправлял, знал один бог, но особенно Вовейну понравился запас хода: он стал ровно вдвое больше прежнего — по крайней мере, так показывали цифры на мониторе.

Пилот был в экзоскелете отца. Это был первый день полёта после восстановления машины и одновременно отвлекающий манёвр. Задача — пересечь северный периметр и пролететь над маршрутом армии подургов. Во первых, нужно было понять, откуда они пришли. Во вторых, сделать так, чтобы тебя заметили и переключили всё внимание на тебя, пока группа генерала пойдёт по тоннелям, — и при этом не дать себя сбить.