Сеятели. Книга 4. Скрижали бытия

Они почти успели. Тим брался за любую подработку, несколько раз участвовал в подпольных боях. Навыки секции бокса пару раз дали ему возможность выйти победителем. Мать приносила с фабрики с учетом двух смен неплохие деньги. Были собраны рюкзаки с запасами, проработан маршрут, куплен для матери паспорт соседнего государства и два сертификата на рождение Тима и Семена в Оренбурге, оставалось заработать денег на второй и третий фальшивые пропуска.

Не успели буквально пару месяцев.

Теперь это все было зря.

В уже страшном прошлом.

Тимофей быстро перехватил выглянувшую из угла глаза слезу, так чтобы Семен не заметил.

Нехорошие мысли сверлили его разум. Хотелось просто лечь здесь, на этой подземной стоянке и больше не вставать. Пустота. И без разницы, умереть от истощения или от нападения пришедших бандитов или животных.

Можно было бесконечно просто сидеть и бессмысленно думать, что скоро все наладится. Нет. Уже ничего не будет. Только чувство ответственности и обещание отцу вывело Тимофея из ступора. Ну и тот факт, что Семен дергал его за рукав и громко ныл.

Тим встал, показал младшему знак замолчать, прижатым ко рту пальцем и они пошли обратно на улицу.

Юноша проверил крепления ремней у Семена, дал ему энергетический батончик и даже не взглянув на карту в смарте, поехал по дороге, ведущей прочь от Актобе.

Семен дремал, вокруг стало почти абсолютно темно. На дороге тоже была тишина, ни сзади, ни навстречу уже пару часов Тим не наблюдал машин.

Переживать времени не было, он все пытался понять, что делать дальше.

«Не сдаваться, никогда не сдаваться. Даже если в нокауте, в отключке. Не сдаваться. Пока жив, нельзя сдаваться» – неожиданно вспомнились слова его тренера по боксу.

В какой-то момент он заметил боковым зрением отблеск справа. Почти сразу сбросив скорость, Тим развернул машину и поехал обратно. Увидел небольшой полуразбитый съезд с шоссе он свернул и буквально через двадцать метров оказался у небольшого придорожного кафе и магазина.

Юноша заглушил мотор, проверил спит ли брат. Вылез из машины, аккуратно закрыл дверцу и направился к зданию. Обошел его вокруг, не нашел жилой пристройки, ни огорода, ни собак, ничего, Тим почти беззвучно порадовался, сжав зубы в ухмылке и в кулаки. Потряс ими и направился к двери. Затем увидел несколько садовых тележек ближе к левому углу. Две из них оказались даже не примотаны цепями.

Недолго думая, Тим схватил одну тележку и резко бросил в витрину.

Грохот и звон стекла раскатисто отразился от кирпичных стен и машины, и пошел гулять по степи. Все. Дальше отступать было некуда.

И некогда.

Он схватил вторую двухколесную и более устойчивую тележку, перекинул ее в торговый зал и перешагнув кирпичный бортик сам оказался в полутемном помещении, освещаемом лишь дежурными микросветильниками и беззвучной сигнализацией, отблескивая от хромированных деталей оборудования и стеклянных витрин, они размывали темноту. Глаза быстро привыкли и сориентировавшись среди стеллажей Тим не стал терять время на рассуждения.

Он бегал по заранее продуманному маршруту. Накидал в тележку пару десятков консервов, две упаковки с полуторалитровыми бутылками воды, нашел полку с галетами и скинул почти все себе в тележку, затем сгреб полсотни шоколадных батончиков с орехами и нугой, закинул несколько пачек спиртовых салфеток, две большие упаковки спичек, два баллончика с жидкостью для розжига, по три пакета с сахаром и солью, захватил десяток упаковок с черным перцем, напоследок захватил два набора ножей, упаковку пластиковой посуды, забросил десятка полтора пакетиков лапши быстрого приготовления и несколько упаковок с сухофруктами и орехами.

Глаза парня разбегались, но он понимал, что время поджимает. В любую секунду здесь должны были появиться или группа быстрого реагирования, или владельцы магазина, или просто окрестная шпана.

Тим быстро выкатил тележку на стоянку, заехал за угол здания, где была машина. Начал быстро перегружать все добытое в багажник, без разбору кидая быстро-быстро вещи.

– Ты что ограбил магазин? – воскликнул заспанный Семен, выглядывая из-за переднего сиденья.

– А ты разве хочешь голодать? – нервно и раздраженно ответил Тим, – помолчи, мелкий. Нужно быстро уезжать отсюда.

Перекинув упаковки с водой, Тим поднял уже довольно легкую тележку и вытряхнул остатки запасов в багажник.

Едва он успел сесть за руль, как впереди увидел десяток светящихся бодро дергающихся огоньков. Три пары слева и две справа, со стороны находившейся в нескольких километрах дальше по трассе автостанции к магазинчику быстро приближались несколько машин.

Тим не стал долго думать, завел машину и в полной темноте задним ходом рванул в невидимую степь. Машину кидало из стороны в сторону, подбрасывало с кочки на кочку, скрип и шелестение доносились из багажника, недовольное покряхтывание и стоны со стороны младшего брата.

Только когда фары преследователей превратились в крохотные точки парень развернул машину и начал уходить дальше через степь, изредка поглядывая на карту в смарте и пытаясь сориентироваться относительно основной трассы и ближайших оврагов.

Тим на небольшой скорости вел машину по ухабистой степи взяв еще на пять градусов левее, сжимая руль вспотевшими руками и стараясь не проглядеть ямы и колеи на земле. Его сердце бешено колотилось, а адреналин продолжал бурлить в крови.

В багажнике лежали все добытые запасы, и он знал, что это может стать решающим фактором в их выживании. В салоне царила напряженная тишина, нарушаемая лишь недовольным звуком двигателя и шуршанием ветра. Семен сидел на заднем сиденье, закутавшись в куртку, и смотрел в окно, словно пытаясь запомнить каждую деталь этого ночного безмолвного пейзажа.

Они проехали еще несколько километров, пересекли три проселочные дороги, Тим попетлял на каждой из них, фары машин преследователей все еще были видны вдалеке, но гораздо дальше и правее. Была большая вероятность, что они потеряли их след, но Тим понимал, что каждая минута на счету и не надо расслабляться раньше времени. Он осторожно вел машину, стараясь не сбиться с выбранного курса и не попасть в овраг.

Внезапно на горизонте появились первые признаки рассвета. Небо на востоке начало светлеть, и степь окрасилась в нежные розовые и золотистые тона. Тим почувствовал, как его напряжение немного спадает. Они были далеко от города, и теперь у них был шанс затеряться среди бескрайних просторов.

– Тим, за нами больше никто не гонится? – тихо спросил проснувшийся Семен, нарушая тишину.

– Надеюсь, – ответил Тимофей, не отрывая взгляда от заросшей иссушенной травой степи. – Но лучше быть начеку.

Он включил навигатор на смарте и сверился с картой. Впереди виднелась небольшая заброшенная деревушка. Тим решил, что это их шанс укрыться и передохнуть.

Они медленно подъехали к деревне со стороны длинного песчаного холма, стараясь не привлекать внимания. До ближайших домов оставалось около пятиста метров.

Старший брат выбрался из машины и вскарабкавшись на холм, залег и несколько минут наблюдал за всеми зданиями. Не заметив никакого движения в деревне, он приметил небольшой то ли сарай, то ли амбар за третьим домом слева по улице. Ему понравился заросший невысокой серо-зеленой травой въезд в распахнутые двухстворчатые ворота со стороны неогороженного огорода со следами грядок и двух длинных полуобвалившихся теплиц.

Тим торопливо спустился с холма, на ходу стряхивая песок с джинсовки и штанов и без промедления загнал машину в этот сарай. Он хотел закрыть створки дверей, но едва задел первую, как услышал страшный скрип и понял свою ошибку. Эти звуки могли привлечь посторонних и двери вообще могли сорваться с проржавевших петель и рухнуть, перегородив выезд.

Тим решил просто загнать машину в самую глубь сарая, подальше от солнца и посторонних глаз.

– Отлично, – выдохнул он, вытирая пот со лба. – Теперь можно передохнуть.

Насупившийся Семен вылез из машины и потянулся.

– Есть хочу, – пожаловался он. – Сколько ты еще будешь надо мной издеваться. Все маме расскажу.

– Замолчи мелкий, – прошипел Тим, которого эти слова ударили жестокой реальностью, словно утюг прямо в лоб. И все же он сконцентрировался, выдохнул и ответил Семену уже почти без злости, – Я для тебя и стараюсь. Сначала нужно было убедиться, что нас никто не видел.

Тим осторожно выглянул из сарая, осмотрелся вокруг и, убедившись, что следов машины практически не заметно на траве, и движения вокруг не возникло, повернулся и подошел к машине, достал из багажника несколько пачек галет и воды.

– Держи, – протянул он Семену. – Только не шуми и сиди вон на ящике, в тени.

Семен с жадностью начал есть, а Тим достал из рюкзака бумажную карту и старый компас.

– Нужно определить место выезда на основную трассу и двигаться дальше, – сказал он сам себе, внимательно изучая карту, извилистые речки поблизости и населенные пункты.

Определившись с дальнейшим планом, юноша сложил карту и закинул вместе с компасом обратно в рюкзак.

Тим торопливо достал из рюкзака два ножа и протянул один Семену. Затем засунул рюкзак за ящики в углу сарая.

– Сиди здесь, на рюкзаке за ящиками. В машину не лезь, даже если кто появится или заведет ее. Не высовывайся, жди меня. Если что, защищай себя и кричи! – сказал он серьезно. – Я пойду на разведку. Понял?

– Да, понял, понял, – проворчал встревоженный Семен, – а ты долго?

– Нет, быстро осмотрюсь и вернусь. Молча только сиди, чтобы никто не услышал.

Тим вышел из сарая и направился к дальней окраине деревни. Он осторожно пробирался между домами, стараясь проползать под окнами и подальше от дверей, не оставлять следов, ступая только на проплешины из пожухлой, измученной солнцем травы. Вскоре он оказался на дальней окраине, где начиналась иссушенная бескрайняя степь.

Оглядевшись, Тим не заметил нигде ни машин, ни людей. Только песок и грустные одинокие кустарники и островки травы. Он облегченно выдохнул и вернулся в сарай.

– Все спокойно, мелкий. Выбирайся. – сообщил он Семену, едва войдя в сарай. – Можно ехать дальше.

На улице начинало смеркаться. Тим в общем так и хотел, стартануть ближе к ночи.

Пока младший ел все, что ему понравилось из запасов, Тим вытащил из рюкзака трекинговые ботинки, закинул сильно сжатые и перекрученные шнурками кеды, нацепил облегченный высокомолекулярный анатомический бронник, переоделся в солнцезащитный многослойный костюм и заставил Семена надеть защитную куртку, предварительно намазав его с ног до головы мазью и перебинтовав, словно мумию.

Затем аккуратно разложил по карманам мультитул, огниво, моток паракорда, гибкий пенал с швейными и рыболовными принадлежностями, спичками, таблетками для обеззараживания воды и полиэтиленовыми пакетами, несколько химических грелок, фольгированное пончо, смарт, несколько сублиматов, медпакеты и упаковку гемостатиков, жгуты и таблетницы. Прикрепил два ножа к ноге и на предплечье.

В какой-то момент на него вдруг снова накатила неимоверная тоска, чувство безысходности, подкатил комок к горлу. Он еле сдержал слезы.

Закрепил вытащенный из глубины основного отсека рюкзака топор и мачете на боковых карманах лямками.

В значительно полегчавший и полупустой рюкзак Тим плотно натолкал поверх запаса сублиматов, различные продукты типа галет и батончиков, спички, спиртовые салфетки, сверху положил две полторашки воды и затянул клапан. Еще три бутылки уместил в боковые карманы.

Они снова погрузились в машину и поехали по направлению к трассе. Тим старался не думать о том, что их ждет впереди, и уж тем более не показывать неуверенность и страх младшему брату.

Сейчас только Семен и его безопасность были главной и единственной целью Тимофея. А может наоборот Семен был для Тима спасением, ниточкой связывающей его с реальностью на краю пропасти отчаяния и безысходности от происходящих страшных событий.

Солнце еще не село, но сумерки уже загустели заметно, когда среди песков и редкого кустарника стала заметна тонкая горизонтальная нить асфальта. Впереди показалось полотно дороги из Актобе в сторону Орска.

Машина остановилась резко. Даже не заряд закончился. Просто блокировку включили владельцы или сама система мониторинга. Тим быстро сообразил.

Юноша не стал разбираться и ждать блокировки дверей, выскочил и моментально обогнув капот, выдернул Семена с переднего сиденья.

И все. Включилась блокировка. Рюкзак с вещами с заднего сиденья пришлось уже доставать, разбив камнем окно.

Отбежав пару десятков метров от машины и дороги только тогда отдышался и дал выдохнуть младшему брату.

Расслабляться времени не было, нужно было поскорее убираться от дороги и машины подальше, скоро здесь точно появится патруль в попытке задержать угонщика.

– Где мама? – вдруг спросил Семен.

– Она звонила, когда мы были в деревне. – быстро сориентировавшись, начал врать Тим, – сказала нам ехать дальше и встретимся в Орске, – ответил Тим проглатывая накативший комок.

– Пошли тогда уже, – без тени сомнения ответил Семен и начал озираться по сторонам, словно решил увидеть в темноте Орск поблизости.

Тим закинул тяжеленный рюкзак на спину, затянул удобно лямки и взяв брата за руку двинулся в темноту.

Неторопливо они побрели по сильно выжженным проплешинам клоповника и пожухлой повилики.

Через час блуждания по степи Тим достал гибкий прозрачный кусочек пластика смарта, медленно пролистывал карту, пытаясь найти ориентиры.

Сверял заметки, пару минут раздумывал о дальнейших шагах.

Вокруг простиралась бескрайняя степь, покрытая выгоревшей травой и редкими кустарниками.

Семён, уставший и измотанный, присел на камень рядом с Тимом. Взгляд ребенка был пустым и отстранённым, как будто он уже смирился с тем, что их ждёт.

– Тима, – тихо сказал он, – мы ведь не сможем пройти через всю степь, да? У меня уже силы кончились, ноги даже болят.

– Сможем, – уверенно ответил Тим, хотя сам не был в этом уверен и протянул младшему брату бутылку с водой, – У нас есть еда, вода и снаряжение. Мы справимся.

Семён кивнул, но в его глазах всё ещё читалось сомнение. Тим понимал, что его брат нуждается в поддержке, но не знал, как её оказать.

– Ты помнишь, что мама говорила? – спросил Тим, стараясь отвлечь Семёна от мрачных мыслей. – Она сказала, что мы встретимся в Орске. Значит, нам нужно туда добраться. Уже недалеко. Потом найдем квартиру или дом и начнем спокойно жить там.

– Да, – согласился Семён, но его голос был всё ещё слабым. – Было бы хорошо. И у меня будут новые игрушки. Ты купишь мне нового робота, Тима?

Юноша молча кивнул и едва не заревел, глядя на младшего брата.

Но в голове зазвучал злой внутренний голос.

«Не смей. Держись. У тебя нет выбора и нет права быть слабым. Ты не размазня. Родители смотрят на тебя и верят в тебя».

Тим замутненными пленкой слез глазами снова посмотрел на карту. Он увидел несколько небольших населённых пунктов, разбросанных по степи, но ни один из них не выглядел достаточно крупным, чтобы быть Орском. Тот был дальше и левее, за небольшим высокогорьем и парой почти пересохших речушек.

Из-за горизонта резко ударили первые солнечные лучи и резанули по глазам.

–Тим, смотри, – вдруг сказал Семен, указывая вперед. – Вон там, кажется, какая-то дорога.

Тим присмотрелся и действительно заметил едва заметную тропинку среди кустарников и травы, уходящую немного в сторону от их маршрута. Он нахмурился, но затем кивнул.

– Может быть, это и есть то, что нам нужно. Пойдем проверим.

Они двинулись в сторону тропинки, но не по ней, а рядом, по траве, стараясь не оставлять следов. Тим шел впереди, внимательно осматривая землю и кусты, чтобы не попасть в ловушку. Семен шел позади, держа в руках нож и готовый в любой момент прийти на помощь.

Тропинка вела их через густые заросли, где приходилось пробираться сквозь колючие сухие кусты и высокую траву. Семен шел вплотную за братом, чтобы трава не била его по лицу. Иногда они останавливались, чтобы прислушаться к звукам вокруг. Но вокруг была только тишина, нарушаемая лишь жужжанием насекомых.

Через некоторое время тропинка вывела их на небольшую поляну, где стоял старый заброшенный дом, невысокая изба с глиняными стенами с торчащими стеблями соломы. Окна были выбиты, в одной из стен сверху зияло большое отверстие. Труба из кирпичей обсыпалась и пробила шифер.

Тим и Семен переглянулись, и старший кивнул, направляясь к дому.

Дверь оказалась заперта, но Тим быстро нашел старый ржавый ключ, который лежал рядом с домом под ножкой почти развалившегося стула. Внутри было довольно светло, но очень пыльно, песок лежал несколькими кучами в углах и центре единственной комнаты возле печи. Вдоль стен между окон стояло несколько стульев и стол, на котором стояли пустые бутылки и остатки еды.

Они продолжили осмотр дома, но больше ничего интересного не нашли. Когда они уже собирались уходить, Тим заметил что-то странное в углу комнаты. Он подошел ближе и увидел почти полностью засыпанный песком старый потрескавшийся ящик, покрытый ржавчиной.

– Что там? – спросил Семен, заглядывая через плечо Тима. – Ого, сокровище?

Тимофей сгреб песок с крышки и заметив отсутствие замка резко ее дернул. Со скрежетом и зубодробительным скрипом крышка открылась. Внутри лежали белые рубашки, слегка присыпанные песком и пылью. Тим аккуратно убрал их и обнаружил серебристого цвета с узором покрывало, развернул и нашел нож и странные ножницы, потом вспомнил, что видел уже такие на овечьей ферме. На самом дне ящика лежал подсумок с противогазом, пачка устаревших бумажных купюр и кожаная сумочка с красным крестиком на верхней гладкой поверхности.

Тим осмотрел все содержимое аптечки, удостоверился в давнем окончании сроков годности лекарств, но обрадовался обнаруженным бинтам, рулону ваты, хирургическим иглам. Забрав все это, вдобавок захватил охотничий нож и две белые рубашки и сразу разложил по отсекам рюкзака, поставленного на пыльный деревянный пол.

– Куда теперь? – спросил Семен, присаживаясь на корточки рядом. Его голос звучал устало, но в глазах горел огонек надежды.

– Нам нужно идти к реке, – ответил Тим, не отрывая взгляда от экрана смарта. – Там есть шанс встретить людей или хотя бы найти источник воды.

– А если там злые будут? – с сомнением спросил Семен.

– Лучше рискнуть и найти воду, чем умереть от жажды, этих бутылок надолго не хватит, – отрезал Тим, убирая смарт в карман. – Подожди здесь, мелкий.

Солнце уже стояло высоко в небе, обжигая кожу, и казалось, что оно никогда не зайдет.

Тим вышел на улицу и снова включив смарт, положил на ближайший камень под солнечные лучи зарядиться. Через полчаса включил смарт и стал скрупулезно изучать офлайн карты.

Они двинулись дальше, стараясь держаться ближе к кромке песка и степи, где трава была чуть зеленее и сочнее. Солнце клонилось к закату, окрашивая небо в багряные тона. Тим поглядывал на часы, зная, что скоро стемнеет, и им придется искать укрытие для отдыха. Он видел, что Семен еле стоит на ногах, да и сам он еле тащил тяжеленный рюкзак.

Через несколько часов пути они наконец услышали слабый звук журчащей воды. Тим указал на небольшое углубление в земле, где струился ручеек.

– Вот она, наша река, – сказал он, опускаясь на колени и зачерпывая воду ладонью. – Пей, Сема.

– Ну это просто ручеек, а не река! – воскликнул Семен, но радостно последовал его примеру, жадно глотая прохладную воду.

В быстро сгущавшихся сумерках Тим успел заметить силуэты небольших домиков Велиховки и несколько огоньков света в окнах.

Они вместе наполнили свои фляги и бутылки, прикрепили обратно к рюкзаку, и торопливо двинулись, вдоль речушки Айтпайки, подальше от поселка.

В четырех-пяти километрах от Велиховки Тимофей немного расслабился и даже обрадованно потер руки. Получалось, что не так уж и далеко осталось. По расчетам тридцать километров до Алимбета. Он не мог поверить, что его восьмилетний брат сможет столько преодолеть и выдержать.

Немного отдохнув и перекусив, собравшись с силами выдвинулись дальше.

Еще через пару часов вышли на берег небольшой речушки, Тим хотел перенести брата, но Семен вновь удивил своим упорством и сам перешел на другой берег.

Тим определил, что они прошли излучину речки Актобе.

Юноша выстроил маршрут, они прошли еще полчаса, Семен устало присел на ближайший кусок песчаника, а Тим направился к едва различимым в темноте извилистым песчаным холмам и светло-серым с рыжими прожилками скалистым выступам с острыми изломами и кривыми сколами.

Немного порыскав и пройдя вдоль гряды метров семьсот Тим выбрал тупиковый закуток среди валунов, укрытый от ветра из степи.

Юношу удивило и обрадовало, что в этом закутке почти среди голых камней росла трава и большой странно мягкий пышный куст. Юноша примял его жестко к земле, постелил куртку и усадил подошедшего и выбившегося из сил ребенка.

Мальчишка довольно запыхтел, откинулся назад и минут десять только громко сопел не шевелясь, затем притих, покряхтел, уселся и попросил еду и воду.

Пока младший ел, Тим проверил запасы воды и еды. Потом собрал большую кучу небольших веточек и сухой травы. Развел небольшой костер и зажег спиртовку. Наконец сам поел, избавившись от пару тяжелых банок консервов.

Семён сидел рядом, глядя на огонь, который они разожгли из сухих веток.

– Как думаешь, мама нас найдёт? – спросил он, нарушив тишину.

– Мы сами ее найдем, – ответил Тим, почувствовав, как защемило сердце. – Она ждет нас в Орске. Спать ложись, на рассвете сразу пойдем дальше. Нужно восстановить силы.

Семён ничего не сказал, но его взгляд стал немного теплее. Тим понимал, что его брат сильно переживает.

Ночь оказалась холоднее, чем юноша рассчитывал, и Тим накрыл брата вытащенными из рюкзака рубашками, терморубашкой и фольгированным пончо. Сам он лёг на землю, положив под голову рюкзак, поправил клапана на термокостюме. Он смотрел на звёзды, выглядывающие из-за кромки скал, пытаясь найти среди них знакомые созвездия. Потом задремал.

– Тим, – вдруг прошептал Семён. – Ты спишь?

– Нет, – ответил Тим, проснувшись и не открывая глаз. – Что случилось?

– Я просто хотел сказать… Спасибо, что ты заботишься обо мне.

Тим улыбнулся про себя и опять предательские слезы подступили к глазам. Он знал, что Семён всегда будет нуждаться в поддержке, но он был рад, что его брат рядом.

– Спокойной ночи, Семён, – сказал он, закрывая глаза. – Завтра будет новый день.

Семён кивнул и затих. Тим чувствовал, как усталость наваливается и на него.

А потом сквозь проваливающееся в сон сознание услышал странный шорох, затем еще и еще. Приоткрыл глаза и машинально, но стремительно сгреб заранее принесенную кучку песка на тлевшие красновато-черные угольки в костре.

И почти сразу глаза выхватили в темноте на выходе из закутка человеческие силуэты. Тим вовремя затушил костер, ночь скрыла их от незнакомцев. Оставалось только надеяться, что ветер не донес запах костра до носа этих людей.

Мимо прошел еще человек и еще.

Младший брат зашевелился во сне и зашуршал одеждой.

–Тише Сёма, – Тим молниеносно прижал ко рту младшего брата ладонь с кепкой.

Мальчишка не вырывался, сообразил или страх сковал его.

На фоне степи и неба парень ясно видел силуэты целой группы вооруженных людей. Прошло мимо них не меньше двадцати человек. По силуэтам было заметно наличие у них рюкзаков и оружия.

Шли они тихо и аккуратно, вслушиваясь во все звуки и всматриваясь в темноту ночной степи. Наконец они удалились, не заметив замерших в небольшом закутке подростков.

По прикидкам Тимофея эти люди явно шли с ущелий вокруг реки Эбиты и Немого аула. Спустились с каменистых уступов, где прятались от солнца и местных военных.

– Вставай, Семен. Нам нужно идти за ними, – засуетился Тим, складывая обратно в рюкзак остатки еды, воды, термопончо и термобелье.

– Ты же сказал, что утром пойдем. У меня нет сил, – заныл Семен.

– Я думаю это шанс пройти границу, кто бы они не были. Явно фанатики-протеки движения. Ты еще многого не понимаешь. Собирайся живо, не зли меня. – раздраженно ответил Тим, заметив, как младший ускорился.

Когда они выбрались из убежища уже никого не было видно и слышно. Сверившись с картой подростки не торопясь пошли в сторону Алимбета, изредка Тим находил следы ботинок на песке и замятые кустики травы. Это радовало, они шли по следу опасных незнакомцев. Тим даже выстроил их маршрут на карте. Еще немного сбавив шаг, чтобы их не услышали, он повел Семена дальше через степь. Путь пролегал параллельно дороге на Алимбет, вдоль линии ЛЭП. Примерно через два часа, справа вдалеке показались огни небольшого городка.

Тим понял, что группа фанатиков обходит Алимбет слева, не заходя в город и не привлекая внимания.