Законы волчьей любви

Шлюхи, которых потрахать можно и не более того.

После гибели отца во мне росла лишь жестокость. Я видел, как маме тяжело было, как она гробилась на нескольких работах.

Я знал одно, сейчас даже отсюда, я даю все ей, сестрам, а бабы, бабы мне не нужны, только, как три дырки, и не более того.

Зеленые глаза… Смешно сука, еще, как смешно…

У меня есть деньги, у меня есть власть, да я совершил серьезное преступление, но за то, что завалил одного мусора, и несколько ублюдков, получил еще больше уважение.

У меня есть статус и уважение, я знаю, что когда выйду то буду контролировать весь Смоленск и денег станет еще больше. Знаю, что авторитет с громким именем, что даже менты прислушиваются ко мне, как и смотрящие.

А зеленые глаза и бабы… Нет. Может только на одну ночь, но ни на постоянку. Не нужна мне вся эта ванильная хрень, просто не нужна и все.

Я так решил. Срок не вечен, но шесть лет это ни год и даже ни два, а остальное не важно.

Давно не важно…

АЛИНА

- Да!

Равнодушной стараюсь казаться, а сама его фотографии рассматриваю в соц сети и с ума схожу.

Как же я истосковалась по его сильным рукам, по его губам, да что там, по нему самому.

Я не могу без него. Меня ломает. Вырывает. Сережа…Я бежать за тобой готова.

Нестись… Зачем он позвонил, зачем вновь в мою жизнь ворвался и все сломал. Все с ног на голову перевернул, и я дышать, я жить без него не могу.

- Привет! Я маме денег перевел! Женя в больнице! Завтра освобождаюсь, может через неделю в Питер приеду! Тебе что-нибудь нужно?

Закуриваю. Ты нужен. До дрожи. До безумия.

Как я без него буду…

Сигаретный дым не успокаивает, он, наоборот, кажется, раззадоривает меняя и я с ума схожу.

- Нет, спасибо!

Сухо. Холодно. А душа рвется. Изнутри к нему рвется, как сумасшедшая…

- Скажи, ты не передумала? Или он все- таки лучше трахает чем я? Ты же сама говорила он на две минуты! Боишься что- то менять, девочка?

Голос хриплый, такой родной…

- Ну что ты молчишь, сука моя? Ты же знаешь, что ты значишь для меня и, как я хочу тебя! Только тебя!

Сглатываю… Смотрю на свой палец. Там обручальное кольцо, а его ждет жена…. Нельзя, Алина, нельзя…Он столько раз бросал тебя, а Дима… Он хороший. Он Дима, он любит тебя, очень любит.

- Прости мне пора идти! Я позже позвоню!

Бросаю телефон, а слезы застилают глаза. Боже, как же больно, как… За что…Я не могу без него, не могу…

ГЛАВА 3

ИВАН

ПИРАТ

Я не живу ни по законам государства, ни по законам зоны ни мусоров , и да, мне так нравится.

Мне плевать кто что думает, кто что скажет.

Выйти на свободу, бизнес, контроль города, свое дело. Я и криминал стали, как единое целое.

Когда- то я обморозил руки продавая елки и заработав целых пятьсот рублей. Что- то на новогодний стол, маме, сестренкам и смотрел, как какой- то ублюдок толстосум выходит из машины со своим сыночком и смотрит на меня с презрением.

Тогда я понял то, что это конец. Продажа елок или какая- то другая жизнь, что то, другое, честное- это ни то.

Прозябать в нищете и влачить жалкое существование это ни мое, это ни то.

Жить, я так не хотел, ни то, что не хотел, не мог и знал,ада что никогда так жить больше не буду, никогда…

Я хотел жить по-другому и знал, что если есть деньги, большие деньги то жить можно и здесь.

Телефон оживает….Рада…Как я эту суку ненавижу, как…

Сжимаю руку в кулак.

- Что тебе надо, животное? Дочь вернулась или ты протрезвела?

Рада всхлипывает мне в трубку.

- Ваня, она у Стефа! Он ее с каким- то парнем старше нашел пьяную!

Убью…И парня и ее за дочь… Обоих убью…

- Ты, животное! Протрезвей, сука! Пока мои пацаны тебе башку не отрезали!

Бросаю трубку, а самого всего трясет. Как я мог на нее посмотреть, такие бабы были, все было и выбрал ее, с детского дома, тихую невзрачную.

Помню ее глаза, когда ко мне пришла со словами что беременна.

Жизнь закалила, особенно зона, выжигала все теплое и хорошее, оставляя место для злобы и ненависти.

Сейчас бы я ее перекусил и не подавился, а тогда взыграло воспитание отца и жалость.

Отчаянная жалость, мне было ее жалко…

Идиот, какой же ты, Пират, идиот…

Стаскиваю с себя балахон, в робе даже здесь не хожу, хоть в СУСЕ все обязаны и смотрю на себя в отражении зеркала.

Здесь блатные, здесь можно все от гандона до батона.

Купола. Они выбиты на моей спине и захватывают мою руку…

Золотые купола- шесть лет тюремного пути. Двойное убийство и много чего за плечами что не пришили, ОПГ, коммерсы, да и это самый малый мой список.

Меня зовут Иван. Пират. И я никогда не сломаюсь, ни за что. Мой девиз жить стоя, и я знаю, что перекушу пополам любого и сломаю, чем сломаюсь сам.

Выдыхаю сигаретный дым.

Это жизнь и пусть за решеткой, но я достойно ее прохожу. Достойно…

- Пират, Тахир зовет!

Равнодушно бросаю взгляд на шныря чьи пальцы забиты татуировками. Сынок, какой же ты идиот, какие тебе наколки, так чай приносить.

Усмехаюсь и натягиваю балахон, несмотря на то что человек я совсем не спокойный, очень спокойно… Это зона. Зона Рославля Смоленской области. Здесь мрачно и страшно всегда, но только ни мне.

Это мой дом, как бы безжалостно и жестоко не звучало, но это так. Абсолютно так…

ГЛАВА 3. 1.

АЛИНА

Одиннадцать лет за решеткой и до этого три-хорошая школа жизни, но страшная и мрачная.

Я которая в пять лет уже читала и в шесть лет писала. Блестяще училась и мечтала написать книгу о великой и красивой любви, не думала, что свяжу свою жизнь с тюрьмой, зоной, бандитскими разборками. Я хотела другой жизни, но…

Когда мне исполнилось четырнадцать, и я увидела его, как он целует другую, все изменилось. До этого, Сережа был мне, как брат. Ужасно бесил меня своим воспитанием, что встречал со школы, провожал, а сейчас… Сейчас я смотрела на него и понимала, что люблю его.

Его посадили … Дали три года. Самооборона и обстоятельства. Юлю изнасиловал их отчим, ее старшую сестру.

Павла ненавидел весь двор. Его крысиную позорную морду. Как Ленка их мама могла посмотреть на него, никто не понимал.

В больнице он умер, но участковый и мои родители сделали свое дело, Сереже дали три года.

Три года боли и отчаяния.

Я не могла словами передать что со мной творилось и описать эту боль. Новый Год, с мишкой, подаренным мне на подоконнике и слезы, море слез.

Алые Паруса Грина, я уже знала наизусть, а листы личного дневника давно истерлись от цитат и слез, капающих на них.

Наивная мечтательница? Нет это первая любовь, сильная любовь и, прошло, столько, лет, а я не забыла и кажется, не забуду никогда.

Как он вышел, как да первый трахнул меня, но я любила его, любила и люблю до сих пор.

Завтра 6 июня, а я сижу в кабинете и слезы катятся по щекам. Может все бросить и уехать? Плевать на Диму, на его Машу. Есть я и он, мой родной, мой…Мама…Я не оставлю ее, она болеет, ни за что не оставлю и мы оба знаем это…

Телефон оживает. Сердце исполняет удар за ударом. Это он…

«- Как представляю, что он ночами с тобой делает, башку ему снести хочется! Ты же моя, моя, сука!»

Темнеет в глазах. Сердцебиение. Удар. Еще удар. Я не могу без него, не могу… Не могу…

ГЛАВА 3.2.

ИВАН

ПИРАТ

Когда ты живешь в мире бескрайних океанов не хочется попадать на сушу. Здесь засуха и разрушение, но, я был реалистом.

Я все воспринимал и понимал. Черные, как уголь глаза Тахира, пристально смотрели на меня.

- Пират, у смотрящего днюха!

- Богданов все сделает! – спокойно и ровно ответил я.

Ни один мускул не дрожал, на моем лице, и я это знал. Все мысли занимали, с каким на хрен ублюдком связалась Лера. Кто он и он старше ее…Несмотря на протесты и бури, она еще ребенок, совсем малая. Руа непроизвольно в кулак сжимается. В петушатник загоню суку. Если к дочери моей подойдет…

- Пират, у тебя все хорошо?

Киваю и тянусь к сигарете. Все хорошо, только сидеть мне еще шесть лет, а моя дочь вся в меня, бунтарка, которую никто не может удержать, просто никто….

Смотрю в телефон, ощущение хреновое. Словно что- то случится. До сих пор не понимаю, побег Леры меня так подкосил, известие о том, что рядом с ней крутится какой- то ублюдок или смерть Цыгана…

Цыган любил философствовать, много философствовать, рассуждать о небытие, о мире. О его жестокости. А я любил философствовать? Преступник философ, интересное понятие. Но это было так. На моих руках кровь, кровь троих, не считая малолетки и столько сколько всего за свои года, я совершил. Бросаю взгляд на пальцы. На них все написано, как и на куполах на моей стене, да и репутация идет впереди меня. Все зоны знают кто такой Иван Пират…

Можно не представляться, да и смысла нет. За меня скажут люди и херового не скажут точно. Это я знаю. Хорошо знаю, слишком хорошо.

Телефон оживает. Видеозвонок… Рада…Моя бывшая жена….

АЛИНА

«- Я только твоя, сука!»

Отправляю ему сообщение, и, как дура жду ответа. Просто, как дура, других эпитетов и не подобрать.

Я правда дура, сумасшедшая… Психованная… Нервная…

Боже. Он читает и ничего не отвечает.

Просто потешил свое самолюбие что я в очередной раз призналась, что да я его сука.

Так и было, я была его сука и принадлежала ему. От этого меня ломало, как наркоманку, но я ничего не могла с этим поделать.

Я мечтала о его губах и сильных руках, проклиная себя за слабость. Ломка по нему не проходила, а становилась только сильнее. Уже шесть вечера, а в одиннадцать утра он будет на свободе и встречать его будет законная жена. Тогда кто я? Закуриваю. Правильно, я никто….

Просто никто. Девчонка, которую он первым трахнул. Девчонка, чье сердце он украл. Навсегда….

ГЛАВА 3.3

ИВАН

ПИРАТ

Некогда симпатичная девчонка с миндалевидными глазами, выглядела ужасно.

Рада пила, и я знал про это. Это все пацаны говорили, родные мои.

Ей пытались помочь, она клялась ждать, но быстро слетела. Разводились мы уже тут. Ее ублюдку, который в нее пихал, отрезали яйца, а ее я не тронул из-за дочери.

Лера любила Раду, сильно любила, и я знал это. Она была привязана к матери. Они приезжали сюда вместе и смотря на свою законную жену, я понимал я не люблю ее, но уважаю и все сделаю ради них с дочкой. Не дождалась, не сумела.

Сейчас смотря на ее морщины и на то, ка она изменилась, а еще недавно ей вслед головы сворачивали, я поверить не мог что это моя жена, пусть хоть и бывшая.

- Ты хоть ешь что- то? Тебе деньги нужны? Я же постоянно даю! Сколько ты весишь, сорок?

Рада смотрит мне в глаза и внезапно они наполняются горькими слезами. Отчаянными горькими слезами, которые текут по щекам.

- Ваня, я больше не могу! Я люблю тебя, Ваня! Прости меня, пожалуйста прости!

Мрачно смотрю на нее и на бутылку водки, стоящую на столе. Что же ты творишь, сука…Что…Ведь раньше ты даже со мной шампанское не пила…

Какого хрена….А может это без меня ты так сломалась…

- Соберись! Я твою истерику слушать не собираюсь! У шныря бл..ь на тебя не встанет! Дочерью займись! Посмотри, как ты выглядешь, бл…а!

Бросаю трубку и выругиваюсь. Спокойно, Пират, спокойствие….Шесть лет и Смоленск окажется под тобой. Ты будешь контролировать его и все это будет в прошлом и цепи и оковы, просто в прошлом…Воля и глоток свежего воздуха, вот что мне сейчас нужно, вот…

Телефон звонит вновь, но я не беру. Она для меня умерла. Несколько лет назад после того, как ее трахнул другой.

Ему не повезло, а ее наказала жизнь… Дочь, вот что нас связывает.

Только дочь…

АЛИНА

Телефон молчит. Я дома. Завтра пятница и день его освобождения. Врагу не пожелаю, что я чувствую. Он счастлив, готовится…Столько лет без воли. А я…

Счастлива ли я… Я не знаю. Мне так больно, до жути. До сумасшествия больно…

6 июня. 11 00 утра, и он освобождается.

Выходит, с ворот, и его ждет она…

Она, а ни я. Больно мне? Очень.

- Может завтра шашлык пожарим?

Дима. Точно, мой законный, муж Дима, которого я не заметила. Да что там, я не заметила, как даже домой пришла. Хреновая я жена и это знаю.

- Давай!

Равнодушно. Я не знаю, как отреагировать еще. Я знаю, что мне душу на части, рвут и завтра она окончательно разорвется.

Дима странно смотрит на меня.

- Ты все по Сергею своему помираешь?

Сглатываю. Наши взгляды встречаются. Что он только что сказал?

ГЛАВА 4

ИВАН

ПИРАТ

У каждого из нас в этой жизни своя мрачная философия, с которой мы часто остаемся ночами, наедине самим с собой. Зона погрузилась во тьму в глубокую ночь, а я, закурив смотрел в телефон. Просто в новостную ленту. Пустота и боль, какая- то непонятная разжигала все внутри. Я давно ничего не чувствовал, а сейчас словно задумался…Малолетка три года, шесть лет здесь и шесть лет сверху. 15 лет выпало из жизни. Я знал, что скоро выйду, 6 лет позади и осталось всего шесть лет сидеть, но мне будет уже к сорока. Пол жизни прожито, а зеленые глаза, про которые говорил Цыган, я так и не встретил.

Сигарета гаснет, закуриваю еще и серебристо серый дым летит к потолку. На душе погано. Рита с мужем, сестра ссорится. Андрюха походу ей изменяют, пацаны должны завтра сказать.

Женька подрастает. Сука, ноги же вырву за сестру. За Риту и за Веронику. Вероника все кобелей перебирает, путного ни одного нет. Сестренки…. Вздыхаю. Телефон оживает. Стеф. Почему- то сердце сжимается в тревожном предчувствии. Пять утра…

Стеф что- то говорил, я молчал. Рада ударила Виталика своего сожителя, местного барыгу и алкаша ножом. Мусора, Лерку забрали они, дали денег ПДН. А Раду вытащить не получится, и я это понимал. Несмотря на то, что я нее на зоне не брошу, я понимал, она сломается. Она слабая. Не выдержит зону. Какого хрена она связалась с этим уродом, почему не дождалась…Внутри все сжимается. Сука…Рада, Рада, что же ты наделала, что…

АЛИНА

Во все глаза смотрю на Диму. Десять лет мы вместе. Помню, как сама подошла к нему, духи сломала, а он починил.

Притворялась все эти годы что люблю его, ложилась в постель, а он верно подметил, помирала по Сергею. Ни дня, ни ночи не было чтобы я любимые глаза не вспоминала, силу рук, губы родные, от которых с ума сходила. Я любила Диму, очень сильно любила, ценила, но…Ни как женщина должна любить мужчину, не так. Далеко не так. Я любила Диму по-другому, как друга, как брата.

Дима не был тем, кто заставлял мое тело трепетать в своих руках, как скрипка в руках скрипача. Он не был опытным и горячим любовником. Не делал, как нравится мне. А я с ним совершенно забыла о сексе. Он словно перестал меня интересовать. Лишь когда в моей жизни появился Сергей и я спустя столько лет увидела его по видеосвязи, внизу живота все скрутило в тугой узел и все намокло.

Я смотрела в его глаза и мечтала об одном, чтобы он меня трахнул. Жестко отодрал…

- Помираешь! Завтра, да освобождается?

В голосе Димы такая горечь что мне самой захотелось плакать. Встать, подойти к нему, обнять его, но вместо всего этого, я сидела и с грустью смотрела в окно.

Боль, дикая боль сжирала меня изнутри всю.

- Езжай к нему!

- Дима хватит! – прошептала я. – Мне, итак, больно! Прошу хватит, ты должен поддержать, что- то сделать! Он маме сколько денег дал!

- Насколько я знаю, мама его усыновила, когда его чуть в детский дом не забрали! Взяла над ним и сестрой временную опеку! Думаешь, я ничего не знаю? Как ночами ты с ним говоришь! Как любишь его! Ты же меня никогда не любила!

В голосе Димы такая боль, что я к сигаретам тянусь.

Кто бы знал, как мне сейчас больно, кто… Трясущимися руками пытаюсь прикурить, поднимаю на мужа глаза, а он прищуривается.

- Почему ты мне сразу ничего про него не сказала?

Сердце бешено стучит в груди. Как…Как я могу ему объяснить, что больше всего на свете, за эти десять почти одиннадцать лет, я хотела забыть Сергея. Навсегда забыть…

ГЛАВА 4. 1

ИВАН

ПИРАТ

- Братан, Огурцов уже в деле! Уштырок в реанимации! Если очухается, мы с ним порешаем, Пират!

Усмехаюсь. Лучший адвокат в Смоленске, Игорь Огурцов будет защищать помойку и алкашку, как назвала ее мама.

Стэф еще что говорит, а я киваю забывая, что он меня не видит. Рада….

Как она там будет. Как она. Понимаю, что давно не испытываю к ней ничего, как к женщине. Может, быть, и не испытывал никогда, но что будет с Леркой. Она же так свою беспутную мамашу любит… Что будет с дочкой, по сути, она же еще ребенок, совсем ребенок.

- Брат, мы о Лере позаботимся! Хочешь привезу ее!

Вздыхаю. Очень хочу увидеть дочь. Очень. Но понимаю в эту грязь и это болото, тащить ее не могу.

- Не стоит, спасибо за все, брат! На связи!

Кладу трубку и с яростью, дикой яростью ударяю кулаком в стену.

Сбиваю костяшки. Бью еще. Еще и еще. Сука…Ненавижу…Ненавижу… Зачем я тогда ввязался в эту драку и достал нож… Зачем, сука, скажите мне, зачем….

ГЛАВА 4.2

ИВАН

ПИРАТ

Мрачно смотрю в стену. На связи Рита. Только что говорил с Кощеем. У Андрюхи другая. Двадцатилетняя блондинка. Пид..р, завалю за сестру.

Рита и Вероника- мои сестренки, они для меня все.

Женьке, как и Лере четырнадцать. Хорошая девчонка в отличии от моей учится на одни пятерки.

Рита всегда сильная по жизни. После смерти отца, когда я на малолетку первый раз попал, маму пьяную с улицы тащила чтобы не замерзла, Веронику маленькую кормила, мне помогала. А сейчас моя сильная боец по жизни, сестренка плачет. Просто рыдает мне в трубку, и я хочу ее мужа разорвать.

Не любил Раду, сам трахал шалав, сам гулял, но мы не венчались, как Андрей и Рита, и я никогда не скрывал что не люблю ее и женился только ради Лерки, никогда.

- Что мне делать, братик! Что мне делать, Ваня, что?

Рита рыдает мне в трубку, а у меня рука в кулак сжимается. Смотрю на хорошенькую дырку Андрея с большими голубыми глазами. Кажется, я знаю, что делать…Жестоко, но чужую семью там, где, ребенок, разбивать нельзя. Особенно если это семья моей сестренки…Прости, девочка, мне очень жаль…Прости, кукла…

ГЛАВА 4.3

АЛИНА

Я широко распахиваю глаза. 6 июня. Вчера ни вечером, ни ночью, он даже не зашел в сеть. Напрасно я прождала его. Еще Дима. Молча поев окрошку, муж лег спать, я же долго смотрела на него спящего, глотая слезы.

За что он это заслужил. Я знаю, что он любит меня, безумно любит. Знаю, что он хороший и не заслужил всего этого. Что намного лучше Сергея, ни бабник, что я у него одна.

Что он мой муж и любит меня, на все ради меня готов, просто на все…А я…А я себя ненавижу.

Дима молча заходит на кухню и ставит турку на плиту. Все молча. Я выпускаю сигаретный дым. Маме опять не хорошо с сердцем, но дома, рядом Женя и я должна сегодня поехать. Мама…Она все для меня, как и папа.

Мои папа и мама…

Дима резко оборачивается. Я вижу, как желваки ходят на его красивом лице.

- Почему ты не уехала? Только не лги мне о том, что ты меня любишь! Это бред!

Ногти впиваются в ладони. В глазах слезы. Вижу что он в сети…А правда почему….

Глава 6

ГЛАВА 5