Да хранят тебя боги

– Ты будешь участвовать в расследовании? – спросила Тесса брата.

– Придется. Дело громкое, к тому же люди только еще больше разозлятся, если за него не возьмемся мы с Мелодией. Зачем было игнорировать это исчезновение вчера?

– Может, Служба не хотела отправлять никого другого, кроме вас?

– Естественно. И чертова Мелодия смылась в самое неподходящее время. – Авис потер щеку, слегка красную в месте ожога. – А где Тото? Это же по ее душу инспектор приходила.

– Не знаю. Должна гулять где-то поблизости.

Тесса не спешила заводить ребенка. В целом она чувствовала себя готовой, и Ришерт зарабатывал более чем достаточно на семейные нужды. Просто, пока позволял возраст, ей хотелось пожить в свое удовольствие, избегая ответственности в виде детей. Успеется, думала она. Но без Ришерта в пустой квартире Тессе было одиноко. Ей не хватало семьи, однако она так и не решилась переехать ни обратно к родителям, ни к брату. Не могла оставить дом, куда однажды мог вернуться ее муж.

Тоска по любимому, одиночество и желание заботиться о ком-то привели Тессу в приют для детей-чудотворцев. Там она и познакомилась с девочкой, чей отец пропал без вести почти десять лет назад. Право, боги бывают слишком жестоки…

– Вы не поссорились? – обеспокоенно спросил Авис.

– Нет. Я отпустила ее погулять, потому что она очень просила, но в такой дождь… Ох, она даже с зонтом вымокнет до нитки.

– Отличный повод угостить ее горячим шоколадом. Твоим фирменным.

Тесса улыбнулась. Когда-то для Ависа горячий шоколад был лучшим утешением.

Она предложила брату дождаться Тото, но он мотнул головой, мол, нужно еще заехать к родителям.

– Только не усни за рулем, – сказала Тесса, провожая его до машины. – Уверена, все обойдется, но учти, что я все равно собираюсь звонить тебе каждый день. Утром, днем и вечером, понял?

Авис обнял ее на прощание и пообещал заглядывать почаще.

Подняв глаза к небу, проливающемуся дождем, Тесса обратилась ко всем известным ей богам. Пусть они не забирают его. Пусть и в этот раз они сжалятся.

* * *

Венера мерила шагами гостиную, покусывая фалангу указательного пальца. У окна она останавливалась, смотрела в телефон, проверяя, не появилось ли новых уведомлений, потом разворачивалась, доходила до коридора и, задерживаясь на секунду, бросала взгляд на входную дверь, после чего опять направлялась к окну. Тишина стояла невыносимая, но Венера ступала на цыпочках, еле слышно, только бы не пропустить звонок. Даже собственное сердцебиение казалось ей недопустимо громким.

– Ты еще не ошалела?

С перепугу Венера выронила телефон. К счастью, пол был устлан мягким ковром.

– Еб твою… Сатурн! Просила же не возникать так внезапно!

– И как, по-твоему, мне это сделать?

Он сидел на диване, мертвенно-бледный, но в остальном неотличимый от себя при жизни. Когда мог, Сатурн предпочитал принимать телесную форму, непрозрачную и осязаемую. Вероятно, потому, что сам он с детства боялся призраков. Однако у него не было выбора, кроме как стать одним из них.

– Стучать не пробовал?

– Ага. Чтобы ты побежала проверять дверь?

– Всяко лучше, чем видеть твою мерзкую рожу.

– О покойных плохо не говорят, если ты не в курсе. – Сатурн взял с кофейного столика чашку и протянул Венере. – Твой чай давно остыл. И тот, который на кухне, тоже.

– Какой ужас, – съязвила она, продолжив ходить по гостиной взад-вперед. – Вылей, раз он тебя так раздражает, и помой посуду заодно. Хоть какую-то пользу принесешь.

– Я к тебе в слуги не записывался.

Раздался звонок. В то же мгновение Сатурн испарился, и чашка из его руки полетела на пол. Она не разбилась, лишь треснула, но чай темным пятном расползся по светлому ковру.

– Придурок, какого хера ты творишь! – Метнувшись было к чашке, Венера услышала второй звонок и выглянула в коридор. – Это Марс. Наконец-то, господи. – Она перевела дыхание, обернулась и кинула взгляд на пятно. – Радуйся, что ты мертв, иначе получил бы от меня по морде.

Марс имел очень представительный вид – судя по всему, приехал с важной деловой встречи. Он отряхнул подол пиджака от мелких дождевых капель и передал Венере мокрый зонт:

– У меня есть не больше часа. Ну, где он?

Сатурн проявился неохотно. Из всех братьев Марс был самым грозным, и посвящать его в детали случившегося было особенно стыдно. История вышла в лучшем случае смешная, а то и вовсе жалкая.

Сатурн не знал, от чего умер. Не знал лица убийцы. Тело нашли у лестницы на первом этаже, и из заключения судмедэксперта стало ясно, что Сатурна ударили чем-то увесистым по голове. Венера заподозрила, что он ходил во сне – убийство произошло глубокой ночью, – поэтому и не мог ничего вспомнить. Так или иначе, для следствия призрак Сатурна был абсолютно бесполезен.

Марс с умеренным интересом осмотрел брата и произнес:

– Полагаю, у тебя осталось какое-то незавершенное дело. Но докучать женщине своим присутствием – поведение крайне недостойное.

– Думаешь, я хотел застрять в этой гребаной квартире? Прятаться от стремных мужиков, которых она сюда водит?

– Моя личная жизнь тебя не касается! – воскликнула Венера.

Как и большинство людей, Сатурн считал, что призраки появляются в местах своей смерти или захоронения. Однако на той стороне ему кое-что объяснили: человеческая душа растворена в крови, а призраков притягивает к фрагментам их душ. И чем больше фрагмент, тем сильнее он притягивает. Чем свежее и сохраннее кровавый след, тем больше в нем души. Но если достаточно больших фрагментов не остается, призраков направляет исключительно их воля.

Сатурн очень хотел вернуться именно домой, где его убили. Однако он умер от ушиба мозга, не пролив при этом ни капли крови. На всякий случай Сатурн прокручивал в мыслях образы своей спальни, гостиной и прочих комнат. Он верил, что воплотится там, если не будет думать ни о чем другом. Желание Сатурна было сильно. Но ковер в квартире Венеры оказался сильнее.

Это произошло на Новый год. В разгар вечеринки Сатурн споткнулся о ножку стула, упал и поранил ладонь осколками бокала. Кровь смешалась с вином и въелась в нежно-кремовый, дорогой и еще совсем новый ковер. Повезло, что пострадал только угол: после нехитрой перестановки его удалось спрятать под диван, подальше от глаз хозяйки, и пятно было благополучно забыто. До тех пор, пока не притянуло к себе призрак Сатурна. Сколько же крови он здесь потерял?

– Все! Я выкидываю этот сраный ковер вместе с тобой.

– Ага, удачи. Я отсюда уже никуда не денусь. – Сатурн, конечно, блефовал.

– Не денешься – я вызову аномальщиков, они тебя в два счета изгонят.

– Замолкните оба, – приказал Марс и посмотрел на наручные часы. – У меня нет времени на ваши перепалки. Давайте к делу.

Слухи о том, что убийство заказал кто-то из братьев, не были такими уж абсурдными и породили внутри семьи множество подозрений. Все потому, что месяц назад мистер Целсон, министр неземных дел, заявил, что завещает свое состояние младшему сыну.

– Сатурн еще толком не встал на ноги, – сказал он. – Мои сбережения будут ему хорошим подспорьем. Старшие уже окрепли, сами себя прокормят.

Мистер Целсон обладал отменным для своих лет здоровьем, но чутье подсказывало, что недолго ему осталось сидеть в министерском кресле. О том, что Сатурн уйдет из жизни раньше отца, чутье умолчало. Впрочем, мистер Целсон не растерялся и объявил наследницей Венеру, свою единственную дочь.

И теперь эта дочь не смыкала глаз по ночам.

– Я следующая, – ныла она. – Я сто процентов следующая. Если они достали Сатурна – с его-то охраной! – то мне ни за что не спастись.

– Угомонись, – осадил ее Марс. – Разводишь панику на пустом месте.

– Меня достали только потому, что Буда в ту ночь не было, – заметил Сатурн. – Он бы никого мимо себя не пропустил.

– Вас что, не волнует моя безопасность? Кто-нибудь знает, где сейчас Меркурий? А Юпитер? Они подозрительно тихие в последнее время.

– Меркурий слишком увлечен своей торговой компанией, сомневаюсь, что его интересует отцовское завещание. Юпитер… – Марс задумчиво потер подбородок. – Конечно, он любитель разжечь конфликт, но у него кишка тонка причинить кому-либо реальный вред, тем более члену семьи. И вообще, ты не забыла, что сказала полиция? Преступник не оставил ни отпечатков, ни следов, двери и окна нетронуты, словно он прошел сквозь стену. Это почерк того неуловимого вора, Призрака.

Взгляды невольно обратились на другого призрака, сидящего на диване и сосредоточенно о чем-то размышляющего.

Очнувшись, Сатурн покосился на брата с сестрой и развел руками:

– Ну и с чего бы вору убивать меня? Для повышения квалификации?

– Хороший вопрос. По-моему, он даже ничего не украл.

– Раз он такой умелый и не оставляет улик, кто-то мог нанять его как киллера, – предположила Венера.

– А смысл, если у вора нет опыта убийств?

Они замолчали. Слишком много неизвестных переменных было в этом уравнении. Марс привалился к стене и уткнулся в телефон, Венера покусывала ноготь, не мигая глядя на уже высохшее чайное пятно.

В нерешительности Сатурн поднялся на ноги, прокашлялся и сказал:

– Возможно, кое-что Призрак все-таки украл.

Взгляды вновь обратились на него. Сатурн хотел продолжить, но голос вдруг изменил ему.

– Не пояснишь, что ты имеешь в виду? – холодно спросил Марс.

– Откровенно говоря, – осторожно произнес Сатурн, – мне нужно, чтобы вы кое-что для меня проверили.

– Конкретнее?

– Я получил… одну очень ценную и редкую вещь. Я хранил это в секрете, но информация могла просочиться. Есть люди, готовые убивать за это, понимаете? И если Призрак прознал про нее, он бы не упустил возможности… В общем, я хочу, чтобы вы проверили, на месте ли она. Съездите ко мне домой и посмотрите, это дело десяти минут.

– Офигеть! – вспыхнула Венера. – Думаешь, ты такой важный, что мы прям сейчас все бросим и тебе будем помогать? Ценная, блядь, вещь! Раньше надо было о ней рассказывать, дебил.

– Венера, прояви уважение к мертвому.

– Уважение? К нему? Да он же всю жизнь ни хрена не делал, с его проблемами всегда мы разбирались, мы его дерьмо разгребали. Ты предлагаешь и после смерти ему прислуживать?

– Нет. Я не намерен тратить время на поиски непонятно чего.

– Слушайте, мне жаль, что я не могу сказать вам больше, но дело очень серьезное. Если эта вещь попадет не в те руки, случится катастрофа.

– Погоди-ка, – нахмурился Марс. – Насколько опасна эта твоя вещь?

– Она не опасна, если уметь ею пользоваться. И если она все еще у меня дома.

После долгих уговоров и унижений Сатурну наконец удалось убедить их помочь. Марсу было выгоднее уничтожить проблему в зародыше, чем разбираться с ее возможными последствиями, а Венера, хоть и сопротивлялась до последнего, не могла перечить старшему брату. Провожая его, она душила в себе злость и с такой силой сжимала кулаки, что ногти впивались в кожу.

– Я напишу, когда буду свободен, – сказал Марс, обуваясь. – Понадеемся, что ту вещь не украли. Только катастрофы нам сейчас не хватает. И, Венера, – он дождался, когда она поднимет глаза, – позже я бы хотел услышать подробнее о твоих «стремных мужиках».

В ту минуту Сатурн был как никогда рад, что уже умер.

Глава 3

В комнате для допросов было светло и прохладно. После вчерашнего дождя еще непрогретый чистый воздух, просачивающийся в приоткрытую форточку, пах не под стать ситуации сладко. Вид утреннего неба, пересеченного оконной решеткой, должен был угнетать, но почему-то наполнял сердце Буда покоем и тихой радостью.

– Мистер де Эзрек?

Он повернул голову и встретился с серьезным взглядом офицера Ины Гориславки.

– Вам ясны ваши права? Понимаю, недавно вы уже проходили через такую процедуру, но в прошлый раз, если я не ошибаюсь, в качестве свидетеля. Прошу вас слушать меня внимательнее.

– Извините.

Ина тяжело вздохнула, откинулась на спинку стула и постучала ручкой по столу. Буду стало неловко, он постарался сосредоточиться и отогнать пустые мысли, но, к своему удивлению, не обнаружил вообще ни одной.

– По показаниям вашего отца, вы были в ресторане вечером накануне происшествия. Куда вы направились после и где находились до десяти часов утра следующего дня?

– Дома. Я пошел домой и был там все это время. Консьерж может подтвердить.

– Также ваш отец сообщил, что вы в грубой форме пожелали, чтобы ресторан исчез. Уточните, при каких условиях срабатывает ваша сила?

– Мне нужно вербально озвучить проклятие и иметь намерение его воплотить. Но если эмоции берут верх, то можно потерять контроль. Вообще подробная информация есть в базе данных МНД.

– Думаете, я не ознакомилась с вашим досье? – усмехнулась Ина. – И каково было ваше эмоциональное состояние в тот вечер?

– Честно говоря, я был очень зол.

– Как скоро после озвучивания проклятия срабатывает ваша способность?

– Обычно мгновенно.

Ина отложила ручку и, насупившись, посмотрела в протокол. Буд хотел как-то помочь ей, сказать что-нибудь еще, дополнить свои ответы хоть немного. Если бы только он знал чуть больше, возможно, маму бы уже нашли. Ему стоило навещать родителей почаще, интересоваться их жизнью, их бизнесом, а не просто присылать деньги каждый месяц и раз в полгода заглядывать на чай. Буд обреченно выдохнул. Воздух стал горьким, а синее небо теперь не радовало. Он бы взял вину на себя, лишь бы все возвратилось на круги своя.

– Мистер де Эзрек, – Ина положила локти на стол и подалась вперед, – честно говоря, я не верю, что вы преступник. Сказанного вами для меня достаточно, чтобы так считать. Я также сомневаюсь, что исчезновение произошло по вашей неосторожности.

– Мне приятно это слышать, но поймите, божественные силы бывают крайне непредсказуемы.

– Конечно. Поэтому пока что вы остаетесь под подозрением. Я направлю вас в Бюро на спецэкспертизу, лучше поехать туда прямо сейчас. Если хотите, попрошу кого-нибудь подвезти вас.

– Нет, не стоит.

Буд изучил протокол, подписал его и собрался уходить, но напоследок пригляделся к Ине. Под сдвинутыми бровями ее светло-карие глаза были ясными, они еще лучились азартом, страстью, что сопутствует молодости, но с годами угасает – он видел это не один раз. Буду исполнится всего лишь сорок, но от его страсти уже остался лишь крошечный огонек, как на догорающей спичке. Вспомнил бы он об этом огоньке, если бы на днях ему не повстречалась та звенящая девчушка? Вот уж чьи глаза были по-настоящему удивительными… и почему-то очень знакомыми.

– Мистер де Эзрек? – обеспокоенно позвала Ина. – Вы в порядке?

Буд сморгнул задумчивость и улыбнулся:

– Вы очень добры, мисс Гориславка. Мне неудобно спрашивать, но, если вы позволите воспользоваться вашей добротой, скажите, есть ли какие-то подвижки в деле Сатурна?

– Я ожидала, что вы об этом спросите. Простите. Не могу сказать вам ничего утешительного. – Она поднялась из-за стола. – Дело ведет другой следователь – ситуация довольно деликатная. Будь это ограбление, его бы давно повесили на Призрака. И даже если убийство действительно совершил он, у нас нет ни единой зацепки, чтобы найти его. Такими темпами все связанные с Призраком дела приостановят.

Буд почувствовал срочную необходимость подбодрить ее.

– Я хочу содействовать расследованию. Обоим расследованиям, если быть точным. Как только что-нибудь узнаю, сразу же сообщу вам, – пообещал Буд.

Он вышел из комнаты, не дожидаясь ответа. Крошечный огонек в его сердце начал распаляться. Буд не представлял как, не думал, возможно ли это вообще, но нацелился во что бы то ни стало раскрыть эти загадочные преступления. Найти убийцу, найти маму и ресторан, найти хоть сколь-нибудь полезную для следствия информацию. Буд славился своим порой абсурдным упорством и в тот миг был готов незамедлительно приняться за поиски.

Но, как он осознал, когда оказался на улице, сначала ему нужно было съездить в Бюро.

* * *

Ина с огромным удовольствием допрашивала бы Буда де Эзрека дольше, но, к несчастью, ее ждало другое, малоприятное занятие. Когда она снова приехала на место позавчерашнего происшествия, агенты уже были там – давали интервью набежавшим журналистам. Вернее, журналистами была окружена только парочка лучших, остальные же неспешно изучали пустырь. Зачем СУИФ выделила столько людей, если еще позавчера не прислала ни одного?

Наблюдая за происходящим, Ина встала чуть поодаль – так, чтобы агенты ее заметили. День выдался прохладным, поэтому все были одеты строго по форме. Все, кроме Мелодии. Ее фривольный, неподобающий сотруднику Службы наряд – короткая юбка, майка в обтяжку, куртка с широкими рукавами – привлекал любопытные взгляды. Авис Амарант совершенно терялся на ее фоне, несмотря на выкрашенные в розовый цвет волосы.

Он наконец увидел Ину и обратился к журналистам с просьбой продолжить интервью позже, но они лишь стеснились вокруг него и заговорили громче и быстрее. Сохраняя доброжелательное выражение лица, Авис протиснулся сквозь их плотные ряды.

– Прошу прощения, но нам нужно работать, – сказал он, оправил форму и зашагал в сторону Ины.

Как ни пыталась, она не могла воспринимать его серьезно. Казалось, что Авис вот-вот начнет либо петь и танцевать, либо показывать фокусы. Даже черный китель – главный агентский атрибут – смотрелся на нем нелепо. «Цирк», – подумала Ина и настроилась вести себя как можно более холодно и отстраненно.

– Лейтенант Гориславка, верно? – Авис протянул ей руку. – Рад с вами сотрудничать.

– Давайте сразу к делу, – ответила Ина, отказавшись от рукопожатия. – Я не собираюсь нянчиться с вами до вечера.

Не дожидаясь ответа, она торопливо направилась к пустырю, стараясь держаться впереди Ависа и не видеть его раздражающих светло-розовых волос.

– Простите, а мы не встречались раньше?

– Нет, – отрезала Ина. Его расслабленный голос тоже раздражал.

– Странно, вы выглядите до боли знакомо, словно мы виделись буквально вчера.

– Вы не расслышали? Я сказала – нет. И у меня нет желания продолжать этот разговор. Вы сюда работать приехали или трепаться?

– Простите, простите, – с улыбкой произнес он. – Вы правы, приступим к работе.

По пустырю они ходили недолго: очень скоро у Ависа зачесались и покраснели глаза.

– Это что-то вроде аллергической реакции на неземное, – объяснил он.

«Снаружи» ему полегчало, и Ина в подробностях рассказала все, что ей было известно. Над влажной землей еще витал едва уловимый запах моря.

Авис внимательно рассматривал что-то в воздухе – что-то недоступное взору обычного человека, потустороннее.

– Действительно, похоже на барьер, – подтвердил он, доставая из кармана белые перчатки. – Спецэксперты пока молчат?

– Они испытывают трудности с анализом образцов и хотят привлечь какого-то особенного медиатора.

– А, вот зачем им понадобился наш капитан.

Авис выставил вперед облаченную в перчатку руку, словно хотел прикоснуться к чему-то перед собой, как вдруг в воздухе под его пальцами пробежала искра.

Он отдернул ладонь и поморщился:

– Джей Джей, поищешь следы?

Ина вытаращилась на черного кота, внезапно возникшего у ног Ависа. Выйдя из тени, Джей Джей принюхался и короткими перебежками затрусил вдоль пустыря.

– Не знала, что у вас есть… питомец. Что это – фамильяр?

– Нет, Джей Джей просто привязанный ко мне призрак. Он редко показывается на людях, поэтому о нем мало кто знает. Но в расследованиях он бывает очень полезен.

«Цирк», – снова подумала Ина.

Она рассчитывала, что будет сотрудничать с профессионалами, а получила билет на уличное шоу. Впрочем, такое представление тоже требовало определенного профессионализма. Ину бесила не столько сама игра агентов на публику – ее причины были ясны, – сколько невозмутимость, с которой эту игру принимали другие. Словно этот спектакль был в порядке вещей. Словно Ине мерещились и розовые волосы Ависа, и неподобающий наряд Мелодии, и призрачный черный кот.

Небо затянуло облаками. Холодный ветер принес откуда-то слабый аромат цветов и дождевой воды. Ина вдохнула поглубже, и с выдохом нити напряжения под ее кожей ослабли.

– Ах! Неземные океаны, – пропела взявшаяся из ниоткуда Мелодия.

Распахнув объятия, она, казалось, хотела обхватить незримое нечто, заполняющее пространство над пустырем.

– Есть идеи, что здесь произошло? – спросил Авис. – Почему ресторан могло забросить на ту сторону?

– Вы уверены, что ресторан там? – скептически уточнила Ина.

– Это более чем очевидный вывод, – ответила Мелодия и снисходительно добавила: – Но, конечно, простому человеку такое понять сложно.

Ина оскорбилась бы, но из уст полубогини эти слова прозвучали безобидно.

– Внутри барьера концентрируется мелкая эфирная взвесь, которая характерна для воздуха Неземного Царства, – пояснил Авис. – То есть в этом ограниченном пространстве сейчас буквально находится неземной воздух. Мы полагаем, что его поменяло местами с рестораном.

– Вернее, и воздух, и ресторан остались на своих местах, но переместились с одной стороны мира на другую, – уточнила Мелодия.

– Я сделаю вид, что уловила вашу мысль, – отмахнулась Ина. – Лучше скажите, могло ли это случиться само по себе. Аномалия это или как?

Мелодия усмехнулась. Легко, точно ноги ее не касались земли, она выпорхнула в центр пустыря и отрешенным взглядом обвела периметр:

– Лейтенант, вам известно, откуда берутся аномалии?

Даже с расстояния в десяток метров чудилось, что ее негромкий голос раздается у Ины над самым ухом. Чистый, глубокий, тягучий, он воздействовал почти гипнотически.

– Боюсь, что нет.

– Тогда позвольте мне просветить вас.

В один невесомый прыжок она вернулась на край пустыря. Воздух вдруг посвежел, но дышать стало невыносимо трудно. И хотя тело Ины будто бы лишилось веса, невозможно было пошевелить и пальцем. Чувство не то восхищения, не то ужаса пробрало ее до костей.

Мелодия смотрела из-под полуопущенных век, и в трепете ее ресниц, в каждом ее вдохе, в колыхании волос на ветру сквозило истинное величие, незамутненное ни милосердием, ни жестокостью, недостижимое и отчужденное. Никогда еще Ина не ощущала себя такой маленькой и незначительной. Никогда еще не стояла так близко к полубожеству. И теперь, воочию видя сияющий неземной ореол, она ругала себя за то, что прежде не испытывала к полубогам никакого уважения.

Мелодия игриво хмыкнула и отступила:

– Если бы между миром людей и Неземным Царством не существовало брешей, я бы не появилась на свет. Вы бы не ведали о богах, а боги бы не вмешивались в ваши жизни. Однако межмировая мембрана имеет отверстия, мы зовем их окнами. – Мелодия очертила в воздухе широкий круг. – Через окна боги наблюдают за этой стороной. Иногда они их приоткрывают или распахивают, чтобы явить людям свою силу и изменить ход событий или чтобы выбраться в человеческий мир. Законы обязывают богов плотно закрывать за собой окна. Но, как их ни заколачивай, сколько замков ни вешай, – Мелодия жестом рассекла очерченный круг, – любое окно можно разбить. В месте, где такое случается, неземные материи и энергии – мы называем их эфирными – проникают на эту сторону. Так рождаются аномалии.

– Значит, агенты попросту заделывают разбитые окна?

– Именно.

– А наши… материи и энергии не проникают в Неземное Царство?

– Окна устроены так, что пройти сквозь них может только эфир, в том числе души. А также боги и полубожества. – Шагнув к Авису, Мелодия деликатно, почти с нежностью коснулась его плеча. – Если душа перешла на ту сторону, но потом вернулась в покинутое тело, то человек получает способность видеть потустороннее: следы божественных сил, просочившееся через межмировую мембрану вещество, ауры, а также призраков и богов, когда те не желают показываться на глаза обычным людям. Впрочем, упорными тренировками даже обычного человека можно научить видеть неземное, пусть и не так отчетливо… Но меня что-то понесло. Я вела к тому, что ревертены, помимо прочего, видят окна. Авис не даст соврать, их многие сотни разбросаны по одному только Хальду. Поэтому аномалии возникают повсеместно.

Ина напряженно пыталась вникнуть в рассказанное. Она не была сильна ни в физике, ни в биологии, и даже такое поверхностное объяснение с трудом укладывалось у нее в голове. А нужно ли было вообще вникать в него?

– Простите, но каким боком все это относится к делу?

Мелодия развела руки и ответила:

– То, что мы видим здесь, тоже является окном.

– Теперь, когда ты сказала… – Авис пригляделся. – Действительно, по структуре очень похоже.

– Погодите, погодите… – Ина потерла виски. – Если через окно может пройти только неземное, то как оно пропустило ресторан, еще и с человеком внутри?

– Верно, в обычной ситуации это было бы невозможно, – кивнула Мелодия. – Судя по всему, это окно создали искусственно и после перемещения ресторана запечатали, чтобы никого и ничего не пропустить. Даже я не могу здесь пройти.