Предел асимптоты

Его позвали снаружи. Он быстро оглянулся, недовольно цокнув языком, попрощался:

— Не скучай, — быстро удалившись, он оставил Ису наедине с телом.

Что это за нахрен?

Если идея стать горой в центре бури была ещë актуальна, то сейчас самое время еë исполнить. Так подумала Иса, пытаясь заставить себя, взять саму же себя в руки и перестать стоять, пялясь вслед Флинну.

Но остальная была в ахуе с этой ситуации, и то самое загнанное в угол, до смерти испуганное животное тихо, пристыженно поскуливало. И только когда в кузов вошёл низкорослый парень, таща другой труп, Иса тихо выскользнула из-под навеса. В нос снова ударил промерзлый воздух, но она вдохнула полной грудью. И принялась за работу, стараясь более не привлекать к себе внимание.

* * *

— Иса, ну мне смотреть уже на тебя больно. Ешь давай. Для тебя же взял, — ворчал Мартин, но она не могла заставить себя проглотить и кусочек.

Сильно хотелось есть. Желудок уже слюни пускал, но стоило не то что посмотреть на еду в своих руках, а даже подумать о ней, и к горлу подкатывала тошнота. Будто мозг, как последняя тварь, хотел уморить её голодом. Так всегда происходило, если Иса перенервничает.

— Не могу, — она засунула хлеб в карман штанов. — Позже съем. Спасибо.

В этой части училища весь потолок был покрыт трубами. Толстыми и тонкими, прямыми и изгибающимися в неестественных углах, они напоминали гигантское змеиное гнездо. От них исходил гул, с которым по ним неслась то ли вода, то ли газ, и время от времени этот клубок сотрясался крупной дрожью, от которого вибрировала стена и пол. Их изношенную, покрытую толстым слоем налëта поверхность освещал красный свет, тянущийся со двора, но Иса всё никак не могла рассмотреть настоящий потолок. Пока не поняла, что система труб гораздо длиннее, чем она думала, и свет до него не сможет достать.

Уборка заняла меньше времени, чем думала Иса. Хотя нет, не думала. Если бы она в этот момент думала, то её кукуха давно бы выпорхнула в ближайшую вентиляцию. На полпути им приказали идти обратно в училище, а уже в нëм объявили перерыв, который Иса с Мартином коротали, сидя у стены тыльной стороны казармы. Всё это было крайне подозрительно, и даже после выхода из коридора Иса оставалась напряжена, как оголенный нерв.

Она поняла, что всё это время ни на секунду не обдумывала то, что с ней произошло. Все эти полтора дня были для неё кошмарным сном: непонятным, аморфным, слишком нереальным для правды, но сейчас она начала просыпаться. Ужасно хотелось помыться. Грязь, кровь и пыль коридора будто впитались в кожу, и она уже который раз расчесывала руки до крови, но онемевшая плоть не отзывалась болью.

Сейчас как никогда захотелось вернуться обратно в приют. Прийти к уже ставшим родными воспитателям и выговориться, какое всё хреновое и несправедливое, чтобы те за кружкой чая её выслушали, поддержали, дали совет, который она бы в любом случае не стала выполнять, и вернуться в свою комнату, где бы её ждали скучающий на нижнем ярусе кровати Мартин, читающий книгу Ренат, а во дворе бы коротали время глупый Уиллис с его не менее глупыми братьями Артуром и Антелем. Ису передернуло от осознания, что после инцидента на Втором Ярусе жизнь лишила её даже этого, и если ей удастся спастись из этого места, её ждëт только центр временного содержания.

— Вы не успели дойти до конца? — вдруг спросил Мартин. Как всегда, таким тоном, говорящим, что у него всё под контролем. Обыденным, в котором не было ни страха, ни злости, мысленно возвращая Ису в мирное время. Она могла только поблагодарить судьбу за то, что та их не разделила.

Он единственный, кто заставлял еë сознание оставаться внутри черепной коробки. Не только здесь, а в принципе по жизни. Этот вопрос не по теме кто-то мог бы назвать беспечным, но он вернул Ису на землю, и она оторвалась от членовредительства своей руки. Может, обладатель по-чеширски хитрой улыбки и смешной родинки на левой щеке, как у Мэрилин Монро, и казался на первый взгляд ленивой бестолочью, но Иса знала, что за этим образом скрывается хитрый и тонкий на чужие эмоции человек. Пусть и использующий это часто в своих целях.

— Не успели… В смысле не успели? — Иса повернула голову, и его синие глаза посерьëзнели.

— Сейчас по коридору бежит вторая партия новоприбывших. Вас отозвали, чтобы под ногами не мешались, — закинув руки за голову, он громко выдохнул, будто давно готовился ей это сказать, и уперся затылком о стену. «Как на курорте, ей-богу», про себя хмыкнула Иса. — Наверное, их привезли раньше, чем планировалось.

— Охуенно, — она положила подбородок на колени. — Нет, правда охуенно. Я бы не хотела до конца дня там находиться. А откуда ты про это узнал?

— Тут большая текучка кадров, если ты не заметила, — Мартин спускался по стене всё ниже и ниже, Иса даже подумала, что еще немного, и тот ляжет на пол. — С нами обедали и второгодки, и третьегодки, и парой фактов об этом месте поделились. Время от времени сюда будут пригонять новые партии, чтобы восполнять потери. В это время надзиратели заняты, можно считать эти дни маленькими отпусками. Только потом лучше в задние ряды встать, чтобы убираться не взяли.

«Я это уже поняла», — Иса пнула пыльный комок, упавший ей на ногу с вновь загудевших труб, и нахмурилась. Ей надо приспособиться, чтобы здесь выжить, а не грезить о временах, которые не вернуть. Брать пример с Мартина. Вот он точно знает в этом толк.

— Просто отлично. А они знают, где мы?

— Рядом с Центром Утилизации. Как я и думал, это место не связано с жилой зоной. Когда-то здесь жили те, кто строил Комплекс, но теперь это место переоборудовали под новые нужды.

В голове Иса по слогам повторила название места, в которое её занесло, будто не веря в услышанное. Да они же в самом низу! Теперь понятно, почему тут всё выглядит таким тесным и старым. Вначале строительства всë делали на скорость, снизу вверх, сначала основные системы, быстро и часто не очень надёжно, а когда освоились и время перестало поджимать, стали работать более качественно. И Центр Утилизации Иса всегда считала пережитком прошлого. В Комплексе все вещи могли жить второй, третьей, четвертой жизнью, вечная переработка давала пользоваться ограниченными ресурсами в неограниченном количестве. Зачем же так напрасно расходовать материалы?

— А ты, я вижу, из тех людей, которые всë про всë знают, — в такт насмешливому голосу зарычали трубы, как если бы эти слова их обидели.

Друзья повернулись на парня, неторопливо ковыляющего в их сторону. Высокий и крепкий, хоть и с опущенными плечами. С рыже-русыми волосами, подстриженными под ежик, и деловой улыбкой на усталом, вытянутом лице. От него исходила непонятная доброта или расслабленность, Иса не могла определить, что именно. Как от кота, подставившего тебе живот. Он уверенно приблизился и сел напротив, оперевшись спиной об трубу, тянущуюся от клубка на потолке до самого пола.

— Ага, макаронина у меня такая, — Иса хоть и видела гостя впервые, но атмосфера рядом с ним была такая, будто они знакомы уже давно. Буквально олицетворение фразы «свой среди чужих».

— Кловис, — представился он.

— Иса, — ответила она.

Она повернулась к Мартину, ожидая, что тот назовëт свое имя, но тот молчал.

— А ты не будешь знакомиться?

— А мы уже познакомились, — под вялый кивок Мартина сказал Кловис, и ей в руки прилетел маленький квадратный пакетик. — Жевательный табак. Во рту пронёс, надо выжрать пошустрее, пока про контрабанду не узнали, — слегка прищурившись, он закинул один в рот, и его золотые серёжки-гвоздики сверкнули в красном свете.

— В столовой? — Иса никогда не была брезгливой и тоже закинула пакетик за щëку, радуясь столь удачному знакомству.

— Мы соседи, — он усмехнулся, скребя носком ботинка по бетонному полу. — А, ты же дрыхнуть сразу легла. Я забыл.

С губ вырвался смешок. Едкий, сладковато-пряный вкус ударил по языку, заставив зубы неприятно заныть, а щеку — онеметь. Она почувствовала, как рот заполнила горячая слюна, и быстро сглотнула. Это было странное, приятное ощущение — смесь лёгкого заряда бодрости и ленивой расслабленности.

— Так я о чём? Нам три года как тут торчать, лучше сразу наладить отношения, — он тряхнул головой, подняв на неё взгляд. — Вместе, в общем, держаться.

— Вместе? — переспросила Иса, думая, правильно ли всё поняла.

— Ага, — прошамкал Мартин, жуя свой табак. — Я тебе говорил, что разговаривал со здешними обывателями, и они здесь злые, как собаки. Из-за системы баллов мы для них прямые конкуренты. Лучше найти себе какую-нибудь компанию и её держаться. А проще всего будет найти компанию среди людей из комнаты.

— Мы вчера с остальными поговорили, все вроде как нормальные. Ну так что думаешь?

Парни посмотрели на Ису, и та, недолго думая, вздёрнула бровями и ответила:

— Да, конечно, — кивнула и, как будто сдула пыль, всполошила воспоминания. Тот «Флинн», она была уверена, что он ещё наделает ей проблем. Но если у неё будет компания, то она сможет с этим справиться.

Трубы снова заурчали свою серенаду, да так, что пол завибрировал, и все трое рассмеялись. Может, от табака, а может, просто радовались зарождению их маленького общества. Иса не знала, что будет дальше, ни завтра, ни даже через час, но одно она понимала точно. Она продолжит бороться. Нет, они. Теперь уже они. И может, когда срок в три года истечёт, они все вместе выйдут отсюда.