История России. 1670–1740 гг.

На море турки поражены.Оставя Москве добычу, корабли их сожжены.

Перила моста и все улицы, ведшие к Кремлю, были увешаны дорогими персидскими коврами, по обеим сторонам дороги стояли стрельцы, не бывшие в походе.

Теперь мы знаем, друзья мои, в каком блестящем виде приготовилась Москва встретить возвращавшихся победителей. Посмотрим же на порядок, в каком эти победители вступали в радостную столицу. После множества конюших, карет, колясок и богато убранных верховых лошадей, принадлежавших или царю, или генералам, ехала торжественная колесница, сделанная в виде раковины, украшенная золотом и запряжённая шестью серыми лошадьми. В этой колеснице сидел тот, кого Пётр хотел почтить более всех, – Лефорт. На нём был белый морской мундир, обшитый серебряными галунами. За колесницей шли все морские офицеры и матросы, бывшие под начальством его, и все находившиеся на русской службе иностранцы. После множества знамён, сопровождаемых трубачами и литаврщиками, несли большое знамя государево, на котором изображён был Спаситель. За знаменем ехал боярин и большой воевода, т. е. главнокомандующий, Алексей Семёнович Шеин в чёрном бархатном кафтане, в шапке с белым пером и с обнажённой саблей в руке: это было второе лицо торжества. После него ехал воевода артиллерии Вельяминов-Зернов, за которым солдаты тащили по земле турецкие знамёна и вели пленника – мурзу Аталыка. За этим ехал дивизионный генерал Артамон Головин, полковник Семёновского полка Чамберс и, наконец, капитан Преображенского полка Пётр, в простом офицерском мундире, пешком со своею ротой.

Какая картина могла быть прекраснее, величественнее, удивительнее этой! Надобно было только взглянуть на торжественную колесницу Лефорта и на молодого Петра в его капитанской одежде, чтобы понять всё превосходство, всё величие государя, посланного Богом счастливой России! С равным восторгом смотрели на него и русские, и иностранцы, с равною любовью они были преданы ему, и потому с равным негодованием все увидели в конце шествия, за бомбардирами и пушкарями, изменника Янсона; его везли на телеге под укреплённой на ней виселицей, над которой виден был турецкий полумесяц с надписью: «Ущерб луны». На шее у него была петля, на груди – дощечка со словом «злодей». Нельзя было без ужаса смотреть на этого низкого и жалкого человека! Взоры всех, с презрением отворачиваясь от него, отдыхали на светлых, благородных лицах Лефорта и Шеина. Особенное удовольствие приметно было в обоих генералах в ту минуту, как они подъезжали к триумфальным воротам.

Здесь снова встретили каждого из них с приветствием в стихах. Эти стихи уже не были надписью, но были сказаны сверху ворот «гением» в такую огромную трубу, что весь народ мог внятно слышать каждое слово.

Знаменитый день 30 сентября кончился царскими милостями, щедро розданными всем участвовавшим в походе, и разными увеселениями, которые царь любил делать для народа в торжественные праздники. Эти увеселения состояли чаще всего из иллюминаций и фейерверков. Последние, как любимая забава царя, за три года перед тем уже давались двором во время Масленицы и в разные другие праздники и сначала очень удивляли предков наших; особенно простой народ долго не мог понять, по какому чуду эти прекрасные разноцветные огни летали по воздуху. И как бы вы думали, кто занимался этим делом? Сам Пётр! Он не только приготовлял собственными руками фейерверки, но часто даже сам зажигал их.

Конец ознакомительного фрагмента.

Текст предоставлен ООО «Литрес».

Прочитайте эту книгу целиком, купив полную легальную версию на Литрес.

Безопасно оплатить книгу можно банковской картой Visa, MasterCard, Maestro, со счета мобильного телефона, с платежного терминала, в салоне МТС или Связной, через PayPal, WebMoney, Яндекс.Деньги, QIWI Кошелек, бонусными картами или другим удобным Вам способом.

Примечания

1

В старину почти все присутственные места назывались приказами. Кроме Разрядного, в Москве были приказы: 1) Посольский, где рассматривались все дела, касающиеся сношений с иностранными государствами; 2) Поместный, где были дела о землях, розданных чиновникам за службу; 3) Казанский, где были дела царств Казанского, Астраханского и Сибирского; 4) Большой приход – это было государственное казначейство; 5) Бронный – этот, верно, походил на наши нынешние арсеналы и литейные дворы, потому что здесь заготовлялось оружие; 6) Житный – сюда относились все запасные магазины; 7) Холопий суд, или приказ, где разбирались дела о крепостных людях. Другие присутственные места назывались просто избами – например, Дворцовая изба, Стрелецкая изба, Ямская изба. Названия ясно показывают, какие дела рассматривались в каждой из них.

2

В царствование Феодора Алексеевича был, однако же, горестный случай – ссылка знаменитого боярина Артамона Сергеевича Матвеева по клевете боярина Милославского, пользовавшегося в это время большой силой при дворе. Великодушный друг царя Алексея Михайловича сослан был в Пустоозерский острог, место холодное и безлюдное, где он не столько плакал о несчастье и бедности своей, как о том, что лишён был возможности благотворить. Феодор Алексеевич, поверив совершенно хитрому Милославскому, был в сильном гневе на Матвеева.

3

Главным из них, или наставником царевича, был дед его – боярин Кирилл Полуектович Нарышкин и при нём помощники – князья Прозоровский, Головин и Головкин.

4

Царь Феодор Алексеевич так уважал супругу родителя своего, что, вступив на престол, не переменил ничего при дворе её и оставил на прежних местах всех служивших у неё. Этот двор был так многочислен, что одних стольников было 102. Из детей этих придворных чиновников были выбраны первые товарищи военных игр Петра.

5

Преображенский дворец был в селе Преображенском, недалеко от Москвы, на берегу Яузы. Этот дворец, некоторые другие в окрестностях Москвы и один в самом Кремле назывались потешными из-за тех увеселительных представлений, какие давались в них. Я выпишу для вас, маленькие друзья мои, одну из придворных записок 1676 года. Она лучше всех моих слов даст вам понятие как о вкусе предков наших, так и о слоге, каким писали они в то время: «Была комедия в Преображенском: тешили Великого Государя иноземцы, как Алаферна царица царю голову отсекла, и на органах играли немцы да люди дворовые боярина Артамона Сергеевича Матвеева. Того же года другая комедия там же, как Артаксеркс велел повесить Амана, и в органы играли, и на фиолах, и в инструменты, и танцевали. В третие, там же тешили Великого Государя на заговенье немцы и люди Артамона Сергеевича на органах, и на фиолах, и на инструментах, и танцевали, и всякими потехами разными». По этим самым потехам очень можно было назвать и дворцы, где они происходили, потешными.

6

София Алексеевна пострижена была под именем Сусанны в московском Новодевичьем монастыре. Здесь провела она около 16 лет и скончалась в июле 1705 года.

7

Это озеро называется также Клещиным и находится во Владимирской губернии. Оно имеет в длину восемь, а в ширину семь вёрст.

8

Горесть Петра трогательно выражается в письме его к тогдашнему архангельскому воеводе Феодору Апраксину. Это письмо начинается так: «Беду свою и последнюю печаль глухо объявляю, о которой подробно писать рука моя не может, купно же и сердце».

9

«Этот крест сделан капитаном Петром, 1694 год».