Изыди, Тёмный! или Это мой ребёнок

Гриша только что не завизжал от восторга. А вот духу было не до веселья: ворона мгновенно потеряла ориентацию в пространстве, возмущённо каркнула и кувырком полетела в меня. Прямо в заботливо раскрытую простынь. А через секунду подскочил Гриша с переноской.

– Попался, – удовлетворённо прошипела я, закрепляя дно переноски. – Ну всё, голубчик. Теперь ты мне во всём сознаешься. Кто тараканов сюда приманил? А жуков, а? Я кого спрашиваю?

– Кар! – веско отозвались из клетки, и я поджала губы. Представляю, как я сейчас выгляжу: волосы растрёпаны, глаза горят – да ещё допытываюсь у сидящей в кошачьей переноске вороны, кто виноват в моих невзгодах.

– Мам, можно мы его оставим себе? – вклинился в мои мысли Гриша. – Пожалуйста!

Я задумчиво посмотрела на сына. Вообще-то, я пока не думала, что делать с духом. Да и когда бы я об этом успела подумать, если не была до конца уверена, живёт здесь вообще кто-то или нет. И здравый смысл подсказывал, что чудо это нужно вынести на дальнюю свалку и там оставить, но… Но во-первых, он живой, и выставлять его из дома бесчеловечно. А во-вторых, какой пример я подам ребёнку, выкинув беззащитное существо на улицу?

Хотя, конечно, если подумать, вороне на улице как раз самое место.

– Кар! – донеслось из переноски, и я недобро сощурилась.

– Предлагаю оставить его на испытательный срок, – озвучила я. – И посмотрим, как он будет себя вести. Будет паинькой – тогда оставим насовсем.

Ворона фыркнула. Гриша просиял.

– Здорово! А можно я придумаю ему имя?

– Думаю, у него уже есть имя, – возразила осторожно.

Мы с сыном синхронно повернулись к вороне.

– Кар, – отозвалась она и нахохлилась.

– Я буду звать его Соколиный Глаз! – обрадовался Гриша и, прижав к груди переноску, рванул в свою комнату.

А я со вздохом оглядела комнату. После этой гонки некоторые руны смазались, надо бы обновить. Сквозь размытую форму сила быстро утечёт, и тогда придётся заново ставить весь экран.

Провозившись не меньше часа, заглянула к Грише. Сын сидел на расстеленном пледе и самозабвенно учил ворону говорить. Ворона, судя по всему, был в шоке.

– Гриша, пойдём искать стремянку, – позвала я.

– А где будем искать? – с готовностью подскочил сын. – Можно, Соколиный Глаз пойдёт с нами?

– Боюсь, Соколиного Глаза придётся оставить здесь, – возразила мягко, на всякий случай пробежав глазами по рунам в этой комнате. Тут всё было в порядке.

Гриша с сожалением оставил переноску на полу и, поднявшись, последовал за мной.

– Так где будем искать? – пробурчал он.

– Как где? У соседей, конечно.

Прикрыв входную дверь, я позвонилась сразу в две соседние квартиры. Повисла тишина, нарушаемая лишь нашим дыханием. А спустя минуту из-за той двери, что справа, донеслись шаги. Щелкнул замок – и в проёме появилась пожилая женщина лет шестидесяти. Из-за её спины выглядывала худенькая рыжеволосая девочка Гришиного возраста.

– Добрый день, – улыбнулась я как можно дружелюбнее. – Скажите, у вас случайно не найдётся стремянки? Нам нужно… потолок кое-где побелить.

– Из тринадцатой, что ль? – буркнула бабушка. – Это вы воете по ночам?

Мы с Гришей переглянулись.

– Нет, мы только приехали, – возразила я. – Ещё даже мебель не купили.

Женщина коротко кивнула и отступила в сторону, указывая куда-то вглубь квартиры. Вместе с ней попятилась и девчушка, продолжая сверлить нас любопытным взглядом.

– Стремянка там, – пояснила женщина. – Снимайте сами. Потом обратно повесите.

Поблагодарив хозяйку, я забрала стремянку и вернулась к себе. Гриша шёл следом, ежесекундно оборачиваясь через плечо.

– Мам, – дёрнул он за рукав, стоило закрыть за собой дверь. – А как зовут ту девочку?

Растерянно обернувшись на сына, заметила загоревшийся взгляд. Ого, вот это новости… Мальчик-то мой, кажется, и правда вырос. А я и не заметила.

– Не знаю, – призналась я, сдерживая улыбку. – Но ты можешь у неё спросить, когда будем возвращать стремянку.

Остаток дня прошёл в работе. Предстояло решить ещё много всего, чтобы в квартире можно было хотя бы просто жить. Пока что у нас не было даже электричества. Зато были испещрённые рунами стены, безлимитный магический пакет и волшебная ворона в переноске.

Что ж, жизнь определённо становилась всё интереснее.

Дамир

– И что же заставило тебя передумать?

Насмешливый голос Игоря отвлёк от созерцания набитого автобуса, как раз проезжавшего мимо его машины, в которой мы сидели. Интересно, что заставляло людей забираться в эти орудия пыток, да ещё и ежедневно? Прижиматься друг к другу, тереться одеждой… А что если кто-то из пассажиров забыл принять душ? Что тогда? Его выгонят или будут молча терпеть запах?

– Я не буду на этом ездить, – пробормотал я. – У меня машина есть.

– У Дамира Золотова – разумеется. Но не будет же помощник психолога рассекать на дорогущей иномарке. Это тебя сразу с головой выдаст.

– Скажу, что хожу пешком.

– Да? А если она захочет зайти в гости?

– Куплю однушку поблизости, – огрызнулся я. – И вообще, с чего вдруг твоей Светловой ко мне заходить?

Рассел смерил меня снисходительным взглядом, каким смотрят на несмышлёных детей, и покачал головой. Во взгляде сквозило: «Вырастешь – поймёшь».

– Я уже говорил, чтобы ты не вздумал обижать Алесю? – спохватился Игорь, и я скривился. Что-то слишком часто он это повторяет. – Я серьёзно, Дар. И если ты считаешь, что я поставлю партнёрские отношения выше интересов сотрудницы, лучше уходи сейчас.

Я невольно вздрогнул. Потому что именно так я и думал. Что же это за сотрудница такая, что Рассел так над ней трясётся? С другой стороны… я тоже не был готов поставить сотрудничество с его компанией выше интересов собственного сына. А сыну нужен отец. Особенно в период инициации.

За ночь я успел как следует обдумать предложение Игоря. Он по какой-то причине хотел, чтобы я познакомился с Алесей. Понятия не имею, для чего это было ему нужно. Но и у меня был свой интерес: в магическом запрете чёрным по белому говорилось, что он спадёт, когда Алеся разрешит мне подойти к её сыну в её отсутствие. При этом формулировка оставалась свободной.

Иными словами, мне всего лишь нужно добиться расположения этой женщины. Да, как Дамир Золотов я успел наломать дров. Но вот в новом обличье она меня пока не видела, и, уверен, втереться к ней в доверие я смогу на раз-два.

Кем там меня устроил Рассел? Личным помощником? Прекрасно. Значит, она будет посылать меня по разным поручениям – забрать ребёнка из детского садика, например. Или сходить с ним к врачу. Подобная просьба может быть расценена как разрешение на приближение к сыну. Запрет спадёт. И я смогу забрать сына, когда к ней приедет комиссия.

На этой мысли я внезапно запнулся и нахмурился. Внутри шевельнулось какое-то чувство. Непонятное и крайне мерзкое. Пришлось задушить его усилием воли, чтобы не мешало. Разбираться, чем оно вызвано, совершенно не хотелось.

– Дамир, – с нажимом повторил Игорь. – Ты понял, что Алесю обижать нельзя?

– А твой интерес в чём? – перебил я его. – Уж прости, ты не слишком похож на бескорыстного благотворителя.

– Какого ещё благотворителя, о чём ты! – Игорь даже рассмеялся от неожиданности. – Даже слов таких не произноси! Разумеется, нет.

– Погоди, но я думал…

– Будешь мне должен, – выдал Рассел с самодовольной ухмылкой. – В конце концов, ради тебя я иду практически на должностное преступление. Обман сотрудницы и подделка документов. Да, меня за такое генеральный по головке не погладит.

– Ты и есть генеральный, – напомнил ровным голосом.

– Сделку с совестью заключаю! – Рассел поучительно поднял палец вверх. – А всё почему? Иметь Дамира Золотова в должниках – крайне выгодно.

Я только головой покачал. Да уж, торговаться поздно. План, конечно, дурацкий, но другого у меня всё равно нет. Как втереться в доверие к женщине, которая тебя и видеть не хочет?

– Хорошо, согласен, – вздохнул обречённо. – Алесю трогать не буду. Услуга за мной. Давай уже свой амулет личины.

Коротко кивнув, Игорь порылся в бардачке и выудил железную цепочку.

– Носить на шее, – проинструктировал он. – Магии по минимуму – использование магического потока с надетым амулетом может нарушить работу… Ну да ты и сам знаешь.

Я медленно кивнул, перебирая звенья, украшенные крохотными рунами. Просто, дёшево, но ненадёжно. К рунам магия действительно цепляется недостаточно крепко – более мощный поток может сбить привязку или нарушить баланс.

– А что, амулета на камнях не было? – проворчал я.

– У меня – нет. Но если не нравится, можешь купить свой. На следующей неделе я снова буду в этой части города, тогда и представлю тебя Алесе. В правильном амулете.

– Не надо. Сойдёт.

Застегнув цепь на шее, откинул козырёк от солнца и заглянул в крошечное зеркальце. Поморщился. Чуть раскосые тёмные глаза стали шире, зато теперь располагались ближе. Нос забавно торчал, как и уши. Губы и вовсе превратились в два пухляша. И в целом вид у меня был как у запоздалого подростка.

– Ты издеваешься? – прошипел я. – Мне что, вот в этом ходить?

– А что, тебе идёт, – фыркнул Игорь, и тут же посерьёзнел. – А теперь на выход.

Он кивнул на только что подъехавший автобус, из которого выскочила Алеся, одетая в официальный серый костюм с юбкой-карандашом. Оказавшись на земле, девушка передёрнула плечами, с явным облегчением выдохнула и посмотрела возмущённым взглядом вслед отъехавшему транспорту. Затем поправила одежду, пригладила волосы и широким шагом направилась в сторону офиса с надписью «Юррай – лучшие юристы города».

– Выходим, – скомандовал Игорь и выскользнул из машины. Мне ничего не оставалось кроме как последовать его примеру. – Алеся, бесконечно рад тебя видеть!

Девушка вздрогнула и во все глаза уставилась на Рассела. Она явно не ожидала его увидеть.

– Игорь Романович? – нервно улыбнулась она. – Вы с проверкой?

– Ну какие проверки, Алеся! Я же знаю, что у тебя всё точно в полном порядке! Нет, я просто проезжал мимо, и решил лично представить тебе твоего нового ассистента!

И он обхватил меня за плечи, вынуждая сделать шаг вперёд.

– Знакомься! – объявил он со всей возможной торжественностью. – Дарий Амосович Растопырко!

Кто бы знал, каких усилий мне стоило сохранить лицо после этого представления.

Ну, Игорь. Прикончу.

Алеся

Выходные прошли… Продуктивно.

Мы с Гришей как следует проветрили квартиру. Я развесила по углам обереги от насекомых, обкурила все комнаты дымом валерианы со зверобоем и ещё раз обновила руны. Пока не выявим источник негативной энергии, придётся делать это регулярно.

Приняли доставку матрасов. Кровати обещали привезти на следующей неделе. Стол и комод удалось забрать за бесплатно по объявлению – но пришлось нанимать газель для доставки.

Сильнее остального напрягало отсутствие электричества. Прежде всего это означало отсутствие холодильника. Вернее, он был, но не работал. Поэтому еду приходилось покупать в ближайшем магазине уже готовую и съедать в тот же день. На самый крайний случай в чудом уцелевшей кухонной полке лежало несколько упаковок лапши быстрого приготовления. Не хотелось, конечно, кормить этим ребёнка, ну да что поделаешь. Ещё немного – и придётся.

Кроме того, отсутствие электричества означало отсутствие гаджетов. Телефоны пришлось временно перевести в режим жёсткой экономии энергии. О домашнем интернете и вовсе речи не шло.

Ещё несколько звонков в управление окончились ничем. Мне невнятно пообещали, что электрики выйдут на смену в понедельник, и тогда сообщат, когда смогут прийти ко мне. Подобное отношение ввергало в ступор: на прежнем месте жительства подобные вопросы решались быстро и эффективно. Как правило, электрик приходил в тот же день и чинил всё, что нужно. А здесь… Нас словно нарочно выселяли.

Вот только не на тех напали. Я выселяться категорически не собиралась – я только въехала. И планировала остаться здесь как минимум до Гришиного выпускного. Мы с ним на этот-то переезд еле договорились. А с каждым годом смена школы будет восприниматься всё сложнее. Именно по этой причине я ухватилась за данное предложение, вложив все свои сбережения в покупку. Можно было, конечно, подождать ещё пару лет и купить квартиру побольше и без подводных камней (хотя тут не угадаешь), но менять школу в четвёртом и в шестом классе – огромная разница. Конечно, лучше бы её вообще не менять… Но жить в съёмной однушке с подрастающим мальчиком – крайне неправильная стратегия. В семь-восемь лет это ещё может прокатить, а вот лет в двенадцать… Да уж.

– Мама, ты во сколько вернёшься? – детский голосок вырвал из задумчивости. Я как раз размышляла о том, что в прихожей нам не помешает зеркало. Потому что оценивать свой внешний вид по карманному – сомнительная затея.

– Постараюсь пораньше, – вздохнула я. – Но если задержусь, и тут стемнеет…

– То я включу новый светильник! – радостно закончил Гриша.

Светильник я тоже сделала вчера. Потратив крохи бесценной энергии батареи, отыскала по объявлению сломанную лампу в паре кварталов от нас. Провод отрезала, а вместо лампочки вставила кусок кварца, напитав энергией руну Соуло. Теперь она начинала светиться от прикосновения.

Электричество вышло бы дешевле, чем то количество литов, что я потратила на зарядку кристалла. Но раз уж у меня с некоторых пор была безлимитка… Что ж, по крайней мере, я могла быть спокойна, что сын не будет сидеть в темноте.

– Точно не хочешь на недельку к бабушке? – вздохнула я.

Гриша упрямо поджал губы.

– Не хочу. Она заставит меня копать картошку. А ещё опять станет рассказывать, как ты ей всегда помогала на огороде. Она меня не любит.

Да уж, мама – сложный человек. Её любовь так просто не разглядишь. Но то, что она искренне заботится о Грише, сомнений не вызывает.

– К тому же, надо научить Соколиного Глаза говорить! – оживился сын. – Он уже умеет выучил слово «Кар»!

Я сдержала улыбку. Не рассказывать же ребёнку, что говорить дух точно умеет. Кстати…

– Ты помнишь, что ни в коем случае нельзя открывать клетку? – Гриша кивнул. – А если захочешь есть, то…

– Мам, я всё помню! – возмутился мальчик. – Я уже взрослый.

Украдкой закатив глаза, я всё-таки вышла из дома. Возможно, я и правда слишком сильно наседала на сына, и стоило дать ему больше свободы? Но мне самой в его возрасте так не хватало материнского тепла. Да и тепла вообще. Что я боялась даже допустить мысль, что он может почувствовать нечто похожее. Одиночество. Неприкаянность. Ненужность. И изо всех сил старалась показать Грише, как сильно его люблю.

Подойдя к остановке, я облегчённо выдохнула: как раз подъезжал автобус. Можно, конечно, было дойти до работы пешком, но это лишних минут десять-пятнадцать. Но время уже поджимало, а бежать не хотелось.

Правда, поездка в переполненном автобусе – то ещё удовольствие. Когда с одной стороны тебя давят рюкзаком, с другой – норовят наступить на ногу, а сбоку прижимается мужичок, от которого несёт перегаром. Апофеозом стало, когда я почувствовала чью-то руку у себя на бедре. К счастью, мы как раз подъехали к нужной остановке.

Выкарабкавшись на свежий воздух, я выглядела как встопорщенная курица – не иначе. Пригладив одежду, возмущённо посмотрела вслед отъезжавшему автобусу с отвратительными попутчиками и в очередной раз пообещала себе выходить на двадцать минут раньше, чтобы идти пешком. Это и для здоровья полезнее.

– Алеся, бесконечно рад тебя видеть!

Знакомый голос вернул в реальность. Признаться, увидеть здесь Рассела я не ожидала. И не сказать, что обрадовалась встрече. Он ведь не станет заходить и проверять, как я устроилась? Он ведь не будет заглядывать в мой якобы кабинет?

Потому что если так, это будет слишком странно. А ещё после этого можно будет забыть о том, чтобы наладить отношения с коллегами. Подобное внимание от босса я точно объяснить не смогу.

Но следующая фраза разрушила вообще все доводы рассудка. И в очередной раз показала, что я никогда не пойму, что у этого мужчины в голове. Потому что он совершенно без предупреждения выдвинул вперёд лопоухого парня по виду чуть младше меня и торжественно произнёс:

– Знакомься! Дарий Амосович Растопырко, твой новый ассистент!

Глава 9

Пожалуй, в данный момент я могла понять, что чувствовал Филипп Богданов, когда ему десять дней назад позвонил Рассел и сообщил о новом сотруднике. Ну, то есть… Какой ассистент? Зачем? Я ни о чём таком не просила.

– А это обязательно? – пискнула я, хмелея от собственной смелости. Всё же сказать начальнику, что этот помощник мне даром не сдался – это надо иметь определённую отвагу. Особенно если этот начальник – Игорь Рассел.

– Обязательно, Алеся, – «обнадёжил» начальник. – Дарий проходит стажировку, и других свободных психологов у меня нет.

А я, значит, свободная и совершенно ничем не занятая… Хотя тут, в общем-то, и не поспоришь. Пока что мне особого занятия на новом месте не нашлось.

Парень переводил растерянный взгляд с Рассела на меня и обратно. По виду он был чуть младше меня, но запястье украшал серебристый браслет. А значит, передо мной маг. То есть, возраст может быть и больше.

Он выглядел… мило. Тёмные, слегка вьющиеся волосы топорщились в разные стороны, курносый нос украшали веснушки, пухлые губы то и дело поджимались от волнения. Дополняли образ слегка торчащие уши. Такого хотелось прижать к себе и успокоить. Тем более, что выглядел парень ну очень напряжённым. Оно и неудивительно – близость Рассела подавляла. Рядом с ним многие чувствовали себя неловко.

Это отрезвило. Парень наверняка взволнован и напуган, а тут я – не хочу брать стажёра. И это вместо того, чтобы улыбнуться и поддержать. А я ведь сама когда-то была в похожей ситуации. И прекрасно помню, какое унижение испытала, когда Золотов отклонил мою кандидатуру. Нет, я просто не имела права его не принять.

– Поняла, – кивнула я Расселу и как можно теплее посмотрела на новенького. – Приятно познакомиться. Я Алеся.

Я протянула руку, и парень едва не шарахнулся. С изумлением взглянул на меня, на вытянутую ладонь и очень осторожно пожал. Словно опасался удара током или ещё чего похуже.

– Дарий, – буркнул он.

Это вызвало улыбку. Гриша тоже часто использовал именно этот тон, когда смущался.

– Очень приятно, Дарий, – кивнула я и снова повернулась к Расселу. – Игорь Романович, что входит в мои обязанности по обучению?

Кажется, этот вопрос поставил босса в тупик. Он моргнул, нахмурился и, помолчав, пожал плечами:

– Ничего особенного. Просто давай парнишке задания. Он сообразительный, справится. – Рассел отечески потрепал парня по волосам, и тот замер. На миг показалось, что в глазах промелькнула жажда убийства. Но лишь на миг. – Можешь его использовать для любых поручений. И когда я говорю любых, я имею в виду, что мебель на свалку он тоже может носить. Тебе ведь не помешает пара лишних рук?

Теперь зависла я. Потому что мне показалось или начальник только что предложил мне использовать нового сотрудника в личных целях? Чёрт, этот разговор становился всё более неловким с каждой секундой.

А потом меня осенило. Ведь браслет на запястье у парня указывал на наличие дара. А значит…

– А Дарий – светлый маг или тёмный? – выпалила с надеждой. Потому что если второе, то это решило бы сразу столько проблем с инициацией…

– Тёмный, – улыбнулся Рассел, мгновенно подхватывая мысль. – И, да, для этих целей ты тоже сможешь его использовать, когда потребуется…

Он осёкся и внимательно вгляделся мне в глаза. Я улыбнулась уголком губ и коротко кивнула. Ну да, уже началось. И помощь Дария мне, по-видимому, потребуется уже очень скоро. Буквально с третьей волны инициации. А учитывая, что между приступами проходит обычно от семи до десяти дней…

– И давно? – нахмурился Рассел.

– В четверг, – ответила коротко. И, отведя глаза, внезапно наткнулась на острый взгляд Дария. Он словно душу выворачивал. – У меня сын, – пояснила неловко. – У него недавно началась инициация. И… его магия тёмная. Я буду очень благодарна, если вы мне поможете.

Я неловко улыбнулась. Сама не ожидала от себя подобной откровенности. Наверное, стоило попросить как-нибудь позже, скажем, через неделю, когда мы как следует познакомимся. Но раз уж зашла речь…

Лицо парня на миг закаменело. А потом он натянуто улыбнулся, словно через силу.

– Конечно, – проговорил он хрипловатым голосом. – С удовольствием помогу.

– Спасибо, – с облегчением улыбнулась я. – Это для меня очень важно.

– Что ж, раз вы подружились, я вас оставлю, – усмехнулся Игорь и, пожелав хорошего дня, скрылся в машине.

Мы проводили его взглядами и повернулись друг к другу.

– Ну что ж, – пробормотала я. – Надеюсь, мы действительно найдём общий язык.

В глазах парня промелькнуло явное сомнение, но он поспешил вежливо улыбнуться и кивнул. Ну что ж, для начала неплохо.

– Вот и отлично. Пойдём тогда, нужно ещё найти тебе стул… И подумать, как мы вдвоём влезем в мой кабинет.

– Это и есть наш кабинет?

Дарий застыл на пороге, оглядывая каморку с допотопным компьютером и крохотным окошком вентиляции. Я поморщилась. За кабинет было стыдно. Хотя, вроде бы, и не должно было – это ведь не я виновата в том, что начальник филиала козёл. И всё же каждый раз, попадая в подобную ситуацию, чувствовала себя не в своей тарелке. Ненавижу чувствовать себя слабой.

– Ну да, не хоромы, – вздохнула я.

– Это не «не хоромы», это кладовка, – категорично заявил Дарий, и я с удивлением покосилась на него. Внешний вид парня совершенно не вязался у меня с таким тоном. Таким тоном говорят не несуразные юноши, а люди, привыкшие командовать.

– К сожалению, другого кабинета не нашлось, – возразила осторожно, пристально разглядывая парня.

Дарий поймал мой взгляд и дёрнулся как от пощёчины. В глазах мелькнула растерянность, а потом он весь разом как будто сдулся. Втянул голову в плечи и отвёл глаза. Словно и не было передо мной только что уверенного в себе мужчины.

– Ясно, – пробормотал он. – Пойду поищу стул.

Я кивнула и, проводив взглядом выходящего ассистента, со вздохом нажала кнопку включения компьютера. Послышалось мерное жужжание, следом гудок – и экран посветлел. Что ж, это надолго.

Покачав головой, я подхватила сумку и направилась в комнату для сотрудников. Нужно было выпить кофе и зарядить телефон – за вчерашний день он сел практически до нуля.

Впрочем, до места назначения я не дошла, столкнувшись в коридоре с Богдановым. Коротко кивнув, попыталась обогнуть начальника филиала, но не вышло. Грузный мужчина преградил путь, скрещивая руки на груди.

– Доброе утро, Филипп Валентинович, – кисло улыбнулась я. – У вас ко мне вопрос?

– У меня к тебе масса вопросов, Светлова, – прогудел он, и я поморщилась от фамильярности. – И первым будет, за какие заслуги Игорь освободил тебя от работы в четверг? Тебе одной тут график не писан?

Ну конечно же, это тот самый вопрос, который необходимо задавать прямо здесь, посреди коридора. Чтобы непременно набралось как можно больше свидетелей. И при этом отпускать неприличные намёки в адрес меня и Рассела. Потрясающий пример травли на рабочем месте. Даже не знаю, почему в этом отделении фирмы образовалась текучка.

– Свои причины я лично обсудила с Игорем Романовичем, – как можно мягче отозвалась я. – И он посчитал их достаточными.

Не говорить же, что Рассел предпочёл принять решение об отгуле самостоятельно, даже не удосужившись поинтересоваться моим мнением. Хотя я, безусловно, была ему бесконечно благодарна за тот выходной.

И вот, казалось бы, имя начальника должно было сбить с Богданова гонор. Но напротив, он расплылся в приторной улыбке.

– Ну разумеется, Светлова. Раз Игорь Романович посчитал… А объясните, пожалуйста, по какому такому праву вы решили, что можете опоздать на работу сегодня?

Я, кажется, побледнела. Потому что теперь поняла, к чему ведёт этот индюк. И в чём он меня пытается обвинить. Потому что если я снова сошлюсь на Рассела, это будет выглядеть очень некрасиво. И никто ни за что не поверит, что я с ним не сплю.

– Прошу прощения, – натянуто улыбнулась я. – Автобус задержался. Впредь буду выходить раньше.

Мимо нас проскользнула секретарша, обдав меня волной презрения. Я её буквально кожей ощутила.

– Иными словами, Игорь не давал тебе такого разрешения? – с нажимом спросил он.

Вообще-то именно он меня и задержал. Но сказать об этом означало неслабо так подставиться. Поэтому я мило улыбнулась и помотала головой.

– Подобное больше не повторится.

– Что ж, посмотрим, – кивнул он. – Тогда последний вопрос, Алеся Сергеевна. Почему вы притащили на работу постороннего человека без согласования со мной?