Рекрут

Рекрут

Часть первая. Под чужим именем

Баронесса Анна Яковлевна Шерер, она же Мария Владимировна Свешникова, она же настоятельница Свято-Покровского девичьего монастыря Пелагея, она же та, кто под ещё многими ипостасями в других реальностях планеты Земля влияет на её благополучие. Ко всему прочему, не для понимания простых смертных, включая в себя почти всех глав государств и правительств, являла собой существо в статусе Примарха Ордена Непрощённых. Должностной статус запредельный, своего рода, начальник чистильщиков на закреплённой за нею планетой. Иными словами, эта сущность высшего порядка в образе и подобии человека осуществляла надзор территории всех реальностей Земли. Для целой Вселенной не Бог весть какая величина, но всё же…

Так уж получилось, что на курируемую нею территорию, вернее, ещё до вступления в должность нынешнего Примарха, Создатели ничего умней не придумали, как в закрытой для всех реальности, так сказать, аппендиксе безвременья, разместить тюрьму для Падших Ангелов. Получилось не очень. Нулевая реальность для смотрящей за порядком головной болью стала. «Нулёвка», кому нравится иное название - Матрица для закупоривания отловленных демонов. Вот и приходилось ей и её подчинённому контингенту вертеться, как ужу на сковородке, чтоб не приведи Создатель, кто из подопечных не вырвался на свободу, не натворил бед. Одновременно с сидельцами извне доставленными и законопаченными в Матрицу безвременья, подчинённые Примарха Тасии отлавливали «гостей» незваных, забредавших на планету с целью попытки освобождения своих коллег, дестабилизации обстановки или по другой какой причине. Рутина!

Сигнал о том, что в реальности № 704, Падшими намечаются очередные беспорядки, поступил ещё до пропажи Светлой Лиллы. Тасия напрягла все подчинённые ей службы, и легионеры Ордена смогли-таки выловить в раскинутые сети знающего Падшего. Капелланы-Дознаватели поработали над ним, но конкретики не добились. Сработала программа самоуничтожения. И всё равно, наличие подобной программы говорило о многом. Главное, была определена реальность, которая очень интересовала врагов Создателей, ну и естественно самого рода человеческого. Неприятности с похищением нарушили расклады обеих сторон, но и подстегнули чиновников Звёздных Врат и весь Орден к действию. Проблема не снималась, а лишь отодвигалась на время.

Уставом Легиона, Примарху Ордена запрещалось находиться на острие удара, можно лишь из другой реальности контролировать процесс купирования и решения проблем. Когда поиск Светлой счастливо завершился, Примарх воспользовалась прибытием Светлого Аструса на планету с посещением ним 704-й реальности. Особой положительной составляющей её появление здесь не привнесло, новую информацию не проявило, но нет худа без добра. Убедилась, что верховное божество – Аструс, привёл планету к показателям до варп-штормового периода, и смогла лично проверить возможности молодого Наделённого. Вот они-то, как раз не радовали, хлипкими оказались. А навыки борьбы с демоническим отродьем, так и вообще устаревшими.

То, что сказала Рязанцеву, мол, он нужен ей здесь в качестве контролёра, было чистым вымыслом, профанацией. Контролёров в 704-ю, понагнала даже больше, чем следовало, только в сознании всё чаще всплывала вопросом мысль: «Не отвлекающий ли это ход?». Очень похоже! Плюс, потеря Оракула не добавляла позитива в оценке действительности, не способствовала планированию ходов на «вселенской шахматной доске». А потому взвесив все «за» и «против», большую часть бойцов и дознавателей, всё же перетасовала, как карточную колоду, чтоб глаз не замыливался, да и разогнала по другим направлениям, оставив в отсталой реальности минимальный контингент. Посчитав, что укрепила его подвернувшимся под руку Наделённым, кстати, оказавшимся единственным представителем данного сообщества на Земле. По её мнению, мальчишка с характером и хоть со скрипом, но всё же он в состоянии справиться случись здесь «бои местного значения».

Для себя вывела нелицеприятный вывод:

«Да-а! Отходит профессия! Если и дальше так пойдёт, то, через полтора-два тысячелетия о Наделённых, никто и не вспомнит. Не бережём, не храним… А с другой стороны, как их сохранять? Вон! Взять хоть этого. Мальчишка не глупый и расторопный, сам себе на уме. Отшлифовать, в хозяйстве пригодится. И будет он здесь не год, не два, не десять, как договаривались, а столько, сколько потребуется. Между делом и приказ начальства, подальше с глаз убрать «хитрована понравившегося принцессе», тоже выполнится. – Последний анализ характеристики подопечного, протрактовала словами Светлейшего Аструса, которому парень почему-то сразу ко двору не пришёлся. - А вот уровень подготовки Рязанцева нужно будет подогнать, как минимум до ступени усреднённого бойца Легиона. Пробел в знаниях и навыках подлежит корректировке, дедовские методы в безоблачное прошлое уходят. А потенциал в юноше имеется».

Скосила взгляд на сидевшего рядом с ней молодого человека, мысленно ставя в выводе жирную точку:

«Да, потенциал есть!»

Подъехав к кованым воротам, за которыми в зелени высоких кустов лишь частично виднелся особняк графов Тобольских-Стрешневых, баронесса Шерер дождалась, пока хмурый, молчаливый привратник, мельком заглянув через стекло и заметив Сергея, откроет их. Проехала внутрь и остановила свою городскую «Вирджинию» на крохотной стоянке, поставив машину рядом с двумя отечественными внедорожниками. Заглушила мотор, после чего снова обратила внимание на откинувшегося на сиденье Рязанцева, задумавшегося, ушедшего в себя. Потревожила вопросом:

- Боишься?

Сергей в свою очередь бросил злой взгляд на патронессу, с одного оборота поменявшую ему жизнь.

Идиотский вопрос! Глупость сморозила! Причём здесь боязнь? Кого или чего он должен бояться? Не то! Он просто очень смутно представляет свои первые шаги вот в этом большом красивом доме.

- Не переживай! – подбодрила. – Всё будет хорошо. Выходим.

Из машины вышли в вогкий, после недавнего дождя напоённый свежестью, насыщенный влагой, запахами трав и городских цветов, воздух. Под руку, по аллее, направились к высокому каменному крыльцу. За спиной гасли последние лучи летнего заката, и на влажном, с едва различимыми лужицами асфальте играли золотисто-янтарные блики. Час назад над городом пронеслась гроза, а сейчас всё вокруг уже высохло. Быстро гаснущий свет уходившего дня делал маленький парк перед фасадом дома, чуть ли не волшебным. Над головой уже успел утвердиться призрачно-бледный серп луны.

Поднявшись на пустое крыльцо, вошли в дом и сразу за дверью очутились в объёмном холле с широкой мраморной лестницей, спускавшейся в него со второго этажа. Массивные зеркала в рамах на стенах, завешаны плотным полотном материи. Традиция! Сразу понимаешь, что в этом доме семью навсегда покинул кто-то из близких родственников.

Откуда-то сверху, со стороны лестницы, послышался лёгкий топот ног, а следом ещё топот, только уже более ощутимый, стадный, с голосовым шумом и причитаниями.

- Саша!

Возглас звонкого девичьего голоса застал Сергея врасплох. Девочка-подросток лет тринадцати, худощавая и видно, что зарёванная, растрёпанная, одетая в чёрное траурное платье, сбегала по ступеням прямиком к нему. За нею по пятам, торопясь, не поспевая, причитая и пытаясь остепенить, следовал выводок взрослых женщин.

Прислуга.

Кто эта пигалица с распущенными волосами, понял сразу, вспомнив инструктаж нынешней начальницы, втравившей его в историю с новой семьёй:

«Анна!»

Тёмный траурный вихрь, слетая с лестницы, чуть не сбил его с ног. Анна рыдая, бросилась к нему на шею, подтянувшись, обвив её руками.

- Саша!

Сергей подхватил девочку на свои руки, рыдающую в голос прижал к груди. Её потухшие глаза были так близко, а волосы щекотали ему лицо. Сам от себя не ожидал, поцеловал в щёку. Прошептал:

- Сестрёнка!

Да-а! Он кажется, попа-ал! Снова, как и со спасением Светлой, не имел соответствующего опыта. Что делать, когда у тебя есть брат и сестра? Причём в одно мгновение, будто с неба на голову свалившиеся. Может так и случилось? ..! Да ещё младшие! Очень сильно младшие.

Потерянно, но хоть незаметно даже баронессе, вздохнул. Что дальше?

Быть единственным ребёнком в семье, с одной стороны, большая привилегия. Как правило, обеспечен вниманием и любовью всех членов семьи. Игрушки принадлежат только тебе, не нужно делиться ни с кем сладостями, бороться с братом или сестрой за любовь и признание родителей, а порой и физически сражаться в неравном «бою» с превосходящим или уступающим тебе по силе маленьким человеком. Не то! Из-за того, что родители Сергея расстались и занимались его воспитанием своеобразно, по большому счёту никак не занимались, тема с привилегией, не совсем его история.

Сергей, взрослея без брата или сестры, однажды признал, что ему не хватало участия, поддержки, компании в жизни или в домашних шалостях как раз младшего существа одной с ним крови. Но это дела давно минувших дней. Отсутствие необходимости делиться с кем-то и уступать, на его характере не отразилось. Эгоистом он не стал, может из-за того, что любовь родителей странным образом проявлялась…

Между тем Анна, оказавшись в его руках, немного успокоилась. Заглянув в глаза, сообщила:

- Саша, папы и мамы больше нет.

Освободив руку, ладонью погладил шёлк волос на её голове, прошептал в ушко, оказавшееся рядом с его губами:

- Я все знаю, родная.

Сам от себя таких слов не ожидал. Смутился. Хорошо, никто не заметил.

Именно после этих слов, сказанных шёпотом, новоявленная сестра сразу как-то успокоилась, взяла себя в руки. Заметила пришедшую молодую женщину. Освободилась из объятий брата, встала на ноги. Чуть присела в положенном приветствии:

- Крёстная!

Баронесса обняла её.

- Здравствуй Аннушка. – Спросила. – Алексей где?

- Алёша спит. Устал.

- А ты?

- Я звук подъехавшей машины услышала, в окно увидела, что это вы.

Баронесса, окинув холодным взглядом прислугу и вычленив из десятка душ нужного человека, задала вопрос пожилой даме, тоже одетой в траур:

- Из приезжих в доме кто есть?

Старая приживалка, дальняя родственница Стрешневых, вопрос поняла правильно. Сообщила:

- После обеда Шелковские приехали, потом Мамаевы.

Услыхав ответ, Анна Яковлевна Шерер именно Сергею адресовала следующую фразу, с ощутимым сарказмом прозвучавшую из её уст:

- Слетается, вороньё! Мечтают о том, что хоть какие-то крохи со стола перепадут.

- Мне всё равно. – Буркнул Сергей.

Проявив в голосе металл, поправила подчинённого, до конца не осознавшего действительного положения дел:

- Ты наследник рода и титула. Во всяком случае, до совершеннолетия Алексея. Если так рассуждать, что о тебе подумают?

- Мне безразлично, что обо мне будут думать любые напыщенные индюки. Мне вообще всё безразлично.

- Не теми категориями мыслишь. Честь семьи тебя нисколько не трогает? Ты не забыл, что Анне ещё выходить замуж.

- Вот уж кто может вовсе не беспокоиться, так это Анна. Насколько я знаю, за ней имеется богатое приданное. – Напомнив смысл завещания, рукой прижал сестру к своему боку, улыбнувшись ей, подмигнул глазом. - Любой возьмет замуж без колебаний. Но замуж она выйдёт за того, кого полюбит. Сестрёнка, я тебе это обещаю.

Баронесса поморщилась.

- Александр, не хами! – перевела взгляд на приживалку, стоявшую чуть впереди притихшей прислуги. – Раиса Викторовна, завтра похороны. Потрудитесь уложить Анну спать и пусть мне комнату приготовят. У вас переночую. Александр Дмитриевич заночует в своей.

- Будет исполнено, ваша милость…

Следующий день для всех прошёл нелегко. А каким он мог быть? Атмосфера утраты наложила печать даже на Рязанцева, в настоящей натуре никаким боком не относившегося к семейству Стрешневых. Может потому, что явственно почувствовал обузу двух несовершеннолетних на своих плечах?

После отпевания и кладбища, вернулись в дом. Родни у графов оказалось много, а ещё друзья и сослуживцы. Из канцелярии Его Императорского Величества прислали соболезнования. На поминках, как на приёме, помимо родни собрался цвет дворянского общества. Голицыны, Шуваловы, Потоцкие, Трубецкие… Для Рязанцева все они слились в череду лиц, которых он не старался запомнить. С большим трудом дотянул, когда все разъезжаться стали. Мероприятие не из приятных. Кажется, на полигоне у Лутони легче было! А вот ночью почему-то заснуть не мог. Всё думал, анализировал, сопоставлял. А ещё Лилла!.. Вернее, мысли о ней.

На грани сна и яви пригрезилось или всё же приснилось, как Сергей берёт её за руку, и по тропинкам южного леса у подножья горы, ведёт на берег реки. Смотрит в смеющиеся глаза, пальцами руки в сторону убирает локон волос. Рядом шумит река. Лилла, что-то говорит ему, но шум реки заглушает её голос, и Сергей по губам пытается прочитать сказанные слова. Кажется она говорит, что любит его, что сильно соскучилась. Возле горной реки прохладно. Ветерок, сквозняком спускается с горы, но Сергею так тепло, тихо и спокойно в объятиях любимой…

Завтракали поздно, в гробовом молчании. Патронесса сидела за столом напротив Рязанцева, но была не слишком разговорчива. Как раз это его не напрягало. Напрягало присутствие многочисленной родни, судя по всему решившей погостить в Москве, раз уж представилась оказия, и состояние детей. Особенно Алёшки. Как его расшевелить? Не книжки же ему читать? Что делать, Сергей не знал.

При взгляде на восьмилетнего Алексея, предложил:

- А не прогуляться ли нам по городу?

Ход с его стороны оказался правильным…

Москва сама по себе здорово отличалась от Москвы его родного Мира. Чем? Сергей не сразу понял. Но всё же до него дошло. Она была странной… Очень широкой, одновременно душевной и знатной. По рассказам баронессы, после смены династии, из Петербурга, с его сухостью, узостью и европейской мелочностью, в Москву перекочевал бюрократический сегмент чиновного аппарата, а вместе с ним в течение десятка лет перебралась основная часть петербургской аристократии. Славные вековые боярские роды, было дело, попытались нагнуть выскочек, но не получилось, а там и война с Германией приспела. Не до того стало. Общая победа примирила если не всех, то многих.

Прогуливаясь по Новинскому бульвару, Рязанцеву на ум пришлось высказывание Куприна, что мол, воздух в первопрестольной совсем иной, чем петербургский: куда крепче, ядрёнее, легче, хмельнее и свободнее. Не осознано носом втянул воздух, а после того, как поняв, что сделал, попытался сравнить с оценкой писателя.

Усмехнулся над самим собой:

«Ну и где он легче? Где ядрёней и хмельнее? Воздух, как воздух. Разве что, загазованности меньше. С транспортом здесь явно скромнее, а ещё небоскрёбами пока что и не пахнет. Не провинция, но и не столица из его эпохи»…

Планета РХ-1175.12, Земля, реальность № 704. Британское посольство. Кабинет второго помощника посла в Российской Империи, сэра Гая Линдси баронета Гира

Когда сэру Гаю сказали, что к нему на приём просится человек, назвавшийся Сайфером, он немедленно отдал приказ проводить гостя в его кабинет. Уже через пять минут после общих приветствий, сидели в креслах у журнального столика, мелкими глотками потребляя дорогой виски из тяжёлых стаканов.

Знали друг друга не так давно, но понимали, что обоюдно нуждаются в сотрудничестве. Сайфер для второго помощника посла личность загадочная, но… Враг моего врага, может быть моим другом. Хотя бы на время, пока интересы совпадают.

Сэр Гай ещё при первых контактах в другой стране, отметил то, что господин Сайфер смертельно опасен, и его появление, как правило совпадает с убийствами и самоубийствами сильных Мира сего. Почему так происходит, трудно сказать, а вот его постоянное присутствие в каком-то одном месте, кажется, привлекает других людей, питающих ненависть к России и… к русским. Только ли? Кажется, партнёр вообще ненавидит людей, но на территории Российской Империи такое знакомство сэра Гая более чем устраивает.

Так чем же Сайфер порадует его на этот раз?

- …От вас мне не помешает некоторое содействие. – Сделав глоток и чуть поморщившись, произнёс гость.

- Какого рода? – заинтересовался англичанин.

- Дипломатическое прикрытие. У вас, насколько мне известно, в пригородах столицы имеется закрытая территория, на которой на время можно разместить десяток сторонников демократии, находящихся на нелегальном положении.

Обдумал услышанное. Согласился не сразу, своим молчанием пытаясь узнать больше сказанного, и не ошибся. Партнёр приоткрыл карты:

- Видите ли, друг мой, затеянная мной многоходовая комбинация, предполагает вывод из строя высокопоставленного лица, способного изменить расстановку сил не только в этой стране, но и на планете.

Однако! Сказано более чем прямолинейно. С чего бы этот человек может довериться по такому вопросу?

- Хм! Даже так?

- Да. Ни больше, ни меньше. Процесс запущен и к возврату поворота не будет. Могу лишь утверждать, что результат операции скажется не завтра. Его следует подождать несколько месяцев, вплоть до года.

- Ускорить не получится?

- Нет. Операция выполняется пошагово, с привлечением лиц, которые даже не предполагают, что задействованы в ней. На данном этапе подбираются силы недовольных внутренней политикой в государстве, накапливаются средства и финансы, выясняется, кто в окружении царской семьи негласно работает на спецслужбы.

- Они все работают!

- Глупости.

-Прошу прощение за то, что повысил тон. Кто-то из древних говорил, что в споре рождается истина.

Гость осклабился, не соглашаясь с предложенной аксиомой, внёс поправку:

- Это заблуждение. В споре может родиться только неприятие, а то и ненависть. Истина рождается в умной и доброй беседе. Понимаю, что при вашей профессии нельзя быть слишком доверчивым, но и зашкаливание амбиций тоже недопустимо. Так, что? Мне можно считать вопрос решённым и, что когда к вам обратятся от моего имени, вы предоставите «крышу»?

- Хотелось бы обо всём поподробней узнать? – жестом руки без слов попытался объяснить, что над ним стоят фигуры, от которых многое зависит.

Собеседник жест понял, но на объяснения не повёлся.

- В своё время узнаете. Когда всё произойдёт, думаю, ваше правительство будет довольно лично вами. А если сможете подсуетиться на нужном именно вам участке работы, то возможность повышения персонального статуса, уверяю, гарантировано состоится.

Сэр Гай на самом деле даже не догадывался, с кем дело имеет, с кем сейчас разговаривает, пытаясь выведать подробности спланированной этим человеком операции. Мистер Сайфер явно не сам по себе. Чувствуется, что за его спиной маячит организация. Предположил:

«Финансы? Госструктуры? Католическая церковь? Террор? Последнее не желательно, но всё же приемлемо. А впрочем, какая разница, если на пользу?»

Не угадал. Да и не мог угадать.

Падшего Ангела, в определённых кругах, к смертным не относящимся, известного как Сайфер, ненавидят и боятся больше, чем любого другого из когорты. В профессии долгожитель. На протяжении тысячелетий он появлялся, казалось бы, наугад на полях сражений по всей Галактике. Некоторые сведущие постулируют его лордом какого-то огромного кабала, собранного на протяжении веков. Агенты такого закрытого сообщества настолько широко и глубоко внедрены в общество, что он всегда может оставаться на шаг впереди Непрощённых. Другие шепчутся, что мол, его появление вовсе не случайно, но что он разыгрывает некий призрачный генеральный план, который наконец, искупит прегрешения Падших способами, о которых пока просто невозможно догадаться.

Независимо от того, руководствуется ли он каким-то высшим провидением или его собственными неизменными инстинктами, способность Сайфера избежать последствий своих разрушительных поступков, воистину легендарна. Прежде чем дым и хаос утихают, Сайфер всегда таинственно исчезает, не оставляя своим врагам никаких подсказок относительно его целей или того, где он нанесёт свой следующий удар.

Сам лорд-демон со всем известным о нём согласен, разве что… За сотни лет его кабал, подобно шагреневой коже, существенно сократился. После всех войн, конфликтов и боёв случались потери… Большие потери. По сути, к моменту встречи с английским аристократом у высшей сущи за плечами не было больше кабала.

Поставив пустой стакан на столик, сэр Гай решившись на «кота в мешке», произнёс:

-Можете рассчитывать на наше гостеприимство…

Добившись чего хотел, простившись, Сайфер вышел из посольства, пошёл в сторону стоянки машин, уже издали заметив, что у автомобиля, на котором он приехал, топчется Кабул, демон самого низкого уровня его личного кабала, собранного из остатков выживших после последней войны сущей. На этом ничтожном черве, даже личина людская по-особому смотрится: худой, болезненного вида юноша, длинный и нескладный с прыщавым бледным лицом. Сайфер использовал его как посыльного, реже, как свои глаза и уши, ещё реже, по прямому назначению. Прозвал ординарца Кошкодавом. За какие прегрешения?

«Х-ха!»

Был с мелким бесом случай, когда на одной из туземных планет тот, рассердившись на бакалейщика, имевшего лавку под его жилищем, взял под контроль сознание его кошек. В 3 часа ночи спокойные всегда животные вдруг словно сошли с ума и устроили настоящий бедлам. Глазами разбушевавшихся хвостатых наблюдал за инициированным ним же бардаком. Последствия программы бунта животных Кабула не разочаровали, все кошаки подохли, а подранного и покусанного бакалейщика соседи алкоголем отпаивали. Всё это бес потом со смехом пересказал в деталях шефу, тогда-то от Сайфера прозвище и получил.

- Чем порадуешь, Кошкодав? – отпирая дверь автомобиля, спросил лидер.

- Всё как по нотам прошло, шеф. Хилария вывела ведьму на место. Базик к тому времени уже скелет разложил и книжку подбросил, а потом ещё и проследил, чтоб кто посторонний её не упёр, а смертная девка забрала. Только я не понимаю. Зачем посторонних в расклад вмешивать? Можно ведь всё попроще сделать,..

Сайфер усмехнулся. Сегодня он был благодушен. Когда всё шло по намеченному ним плану, мог себе позволить и в демократа поиграть. Дослушал:

- …самим нужную нам вещь вытащить.

Сдержать сарказм всё же не смог:

- Самый умный, да? А ты не подумал, что весь Кремль, все внутренние постройки, под колпаком? Церковники твою бесовскую морду ещё на подступах, на выходе из подземных лабиринтов заметят, срисуют и сам знаешь, куда законопатят. Между тем шлейф ведьмы не так ощутим. Она человек и этим всё сказано. Мало ли кто и чем, какими навыками и даром в этом Мире обладает. На общем фоне города, её появление в закрытом месте воспримут как наводку негативной энергии. Это если воспримут, а то и вовсе внимания не обратят. Понял теперь?

Смотрел на Кабула, как на ущербного. Неужели действительно не понимает, чем всё обернётся, если попытаться всё провернуть, как предлагает? Маги поселились в Кремле уже давно, ещё до войны с Германией. Они наравне с представителями официальных, церковных конфессий, участвовали в защите сюзерена этой державы. Бурное развитие науки и новых технологий привело к тому, что тонкий Мир стал ближе и понятней, а многие его законы подчиняются известным физическим законам. Отсюда и ноги растут. И это не только в России. У других правителей чужих стран тоже имелись подобные помощники. Что ни говори, работать в Мирах «техно» намного проще, но Сайферу нужен был именно этот Мир.

Ещё при отце нынешнего императора была организована группа с кодовым названием - «Седьмой воин», подчинявшаяся непосредственно министру Внутренних Дел. Структура призвана защищать «своих» и уничтожать «чужих». Чуть позже, в государеву стражу подтянулись штатные астрологи - из «Института КосмоРитмологии». Его деятельность курировало высшее военное руководство России. Институт готовил прогнозы, влиявшие на принятие всех важных решений.

Но самым значительным кремлёвским магом на сей день, считается генерал-майор Гелий Робертович Терещенко – второй заместитель начальника Службы безопасности императора. Ему удалось создать действительно мощный аналитический центр. По слухам, число штатных магов выросло в разы. Они в учреждении генерала всех мастей имеются, от шаманов до православных бабок-шептуний. Для простоты употребления и финансирования облачены в мундиры полицейского ведомства. И все служат лишь одной цели - процветанию действующей власти... Ещё бы не служили! Их работа прекрасно оплачивается - бессеребренников там нет и в помине. Это в светлом астрале действуют из милосердия и любви... В тёмном - важнее деньги и власть.