Танец теней и света

Она вышла из поместья. Над Лесом Шепчущих Сосен занимался рассвет. Не ослепительный, а нежный, розовато-золотой. И длинные тени деревьев ложились на землю, не как враги наступающего дня, а как его естественное продолжение, часть единой, прекрасной и пугающей картины.

Впереди был долгий путь в город, отчет перед Илданом и Гильдией, сложные решения. Но первый шаг она уже сделала. Шаг в сложном, непредсказуемом танце, который только начинался.

Танец теней и света.

Глава 2. Эхо решения.

Утренний свет, ворвавшийся в окно ее скромной кельи в Светозарной Башне, казался теперь чужим. Он был плоским, одномерным, лишенным той глубины и сложности, которые Лейла ощутила вчера в зале с умирающим кристаллом. Жемчужина-ядро, завернутая в темный бархат, лежала на столе, пульсируя тихим, сбалансированным теплом. Она напоминала о танце. И о нем.

Кейн исчез, как и предсказывал. Охотники Гильдии, посланные по следу, вернулись ни с чем. «Растворился в тенях» – доложили они с явным неудовольствием. Черный Алхимик снова стал призраком, кочующей легендой. Но для Лейлы он теперь был реальностью, перевернувшей ее мир.

Отчет перед капитаном Илданом и старейшиной Гильдии, магистром Элиан, прошел напряженно, но гладко. Лейла умолчала о ключевой роли Кейна. Она говорила о «вмешательстве неизвестного агента, владеющего теневыми искусствами», о своей попытке стабилизировать ситуацию и о том, как в критический момент дисбаланс сил неожиданно нейтрализовался. Это была полуправда, но паутина полуправд казалась ей теперь прочнее, чем хрупкое стекло полной истины. Илдан смотрел на нее с немым вопросом в глазах, но промолчал. Элиан, седая женщина с лицом, высеченным из мрамора, выслушала молча.

– Колодец Молчания успокоился, – произнесла она наконец, ее голос был сухим, как осенняя листва. – Тишина отступила в его пределы. Печать… стабилизировалась. Твои действия, несмотря на их непредсказуемость, предотвратили катастрофу. Магистр Вальтасар передан Суду Магистрата. Его ожидает вечное заточение в Башне Беззвучия. – Она сделала паузу, пронзив Лейлу ледяным взглядом. – А этот артефакт? – кивок в сторону свертка.

– Его нужно изолировать в месте естественного баланса, – четко ответила Лейла, повторяя слова Кейна. – Иначе он может снова стать очагом инфекции. Это не просто кристалл, магистр. Это рана на Теневом Полотне, которую мы едва залатали.

– Место баланса, – Элиан произнесла эти слова без интонации. – Гильдия займется этим. Ты передашь ядро в нашу Лабораторию Исследования Аномалий. Они определят…

– С уважением, магистр, – перебила ее Лейла, и сама удивилась своей смелости. – Лаборатория изучает явления, применяя к ним жесткие световые протоколы. Это может нарушить хрупкое равновесие внутри ядра и вызвать рецидив. Нужен иной подход.

В зале повисла тяжелая тишина. Никто не перечил магистру Элиан.

– И какой же подход ты предлагаешь, Светоносная Лейла? – в голосе Элиан зазвенела опасная сталь.

Лейла сделала глубокий вдох, чувствуя, как жемчужина сквозь ткань словно подбадривает ее слабым импульсом тепла.

– Позвольте мне отвезти его в Грот Звенящих Капель. Это место силы на севере, где подземные воды и свет люминесцентных мхов создают естественный, постоянный цикл света и тьмы, звука и тишины. Ядро может безопасно раствориться в такой среде. Мне потребуется небольшой эскорт и…

– Недопустимо, – холодно отрезала Элиан. – Ты слишком эмоционально вовлечена в эту ситуацию. И слишком много берешь на себя, учитывая твой недавний… неортодоксальный опыт. Артефакт остается здесь. Твое участие в этом деле завершено. Ты получишь новые задания после недели отдыха и медитаций. Возможно, тебе стоит провести время в Кельях Очищения, чтобы пересмотреть свои приоритеты.

Кельи Очищения. Это была вежливая форма домашнего ареста и «перевоспитания» световыми мантрами. Лейла почувствовала, как по спине пробежал холодок. Она больше не могла вернуться к слепому послушанию. Увиденная ею истина была сильнее страха.

– Я понимаю, – тихо сказала она, опуская голову в покорном жесте, который теперь казался ей театральным. – Как прикажете.

Когда она вышла из зала, сердце ее бешено колотилось. Решение созрело мгновенно, с кристальной ясностью. Она не отдаст ядро. Она выполнит свою миссию. Не для Гильдии, а для города. Для баланса.

Остаток дня она провела, делая вид, что погружена в размышления и готовится к уединению. Вечером, когда Башня погрузилась в тишину, она приступила к действию.

Ее план был прост и потому рискован. Она не могла просто уйти – вокруг Башни были выставлены часовые, а на воротах висели световые замки, реагирующие на ауру Светоносных. Но она помнила урок Кейна: иногда нужно не пробивать барьер, а обтекать его, используя его же природу.

В ее распоряжении был темный бархат, узел сложных эмоций после вчерашних событий и ядро, жаждущее равновесия. Она развернула ткань. Жемчужина мягко светилась, ее сияние мерцало, как далекая звезда. Лейла взяла ее в ладони и закрыла глаза. Она не стала концентрировать свет, как учили. Вместо этого она позволила себе вспомнить танец. Вспомнить, как ее четкий луч вплетался в текучие тени, создавая нечто новое. Она представила себя не источником, а проводником. Мостом между полюсами.

Жемчужина ответила. Ее тепло и прохлада слились в единый поток, который потек по ее рукам, наполняя ее не силой, а… гибкостью. Открыв глаза, Лейла увидела, что ее собственная тень на стене стала необычно густой и глубокой. Более того, она начала колебаться, как полог на ветру.

Это был шанс.

Она накинула плащ, спрятала ядро за пазуху и подошла к двери. За ней был коридор, освещенный мягкими светящимися шарами. Лейла сфокусировалась на ощущении от жемчужины, на памяти о вчерашней тьме. Она направила к световым шарам тончайшую, невидимую глазу нить энергии – не чтобы погасить их, а чтобы… убедить. Убедить, что здесь ничего нет. Что она – часть естественной тени коридора.