Читать книгу Альтернатива (Александр Омелаев) онлайн бесплатно на Bookz (2-ая страница книги)
Альтернатива
Альтернатива
Оценить:

4

Полная версия:

Альтернатива

25 октября на экстренном заседании Совета Безопасности ООН разыгралась одна из самых памятных сцен в истории ООН. Представитель США Стивенсон обвинил СССР в размещении ракет на Кубе и потребовал от советского представителя З (который, как и большинство советских дипломатов, не подозревал об операции «Анадырь») дать ответ относительно присутствия ракет на Кубе: «Позвольте мне задать вам один простой вопрос: отрицаете ли вы, посол Зорин, тот факт, что СССР разместил и размещает на Кубе ракеты среднего радиуса действия и пусковые установки для таких ракет? Да или нет? Не ждите перевода. Да или нет?» Зорин ответил: «Я не нахожусь в американском суде! И поэтому не хочу отвечать на вопрос, который задаётся в прокурорском плане. В своё время вы получите ответ!» Стивенсон возразил: «Сейчас вы находитесь перед судом мирового общественного мнения и можете ответить просто „да“ или „нет“. Вы отрицали существование ракет на Кубе. Я хочу убедиться, правильно ли я вас понял». Зорин: «Продолжайте вашу речь, господин Стивенсон. В своё время вы получите ответ!» В этот момент помощники Стивенсона внесли в зал Совета Безопасности увеличенные аэрофотоснимки пусковых установок советских ракет на Кубе.

Письмо Хрущёва Кеннеди от 24 октября 1962 г.

Одновременно с этим Кеннеди отдал приказ повысить боевую готовность Вооружённых сил США до уровня DEFCON-2 (первый раз в истории США).

Тем временем, в ответ на послание Хрущёва, в Кремль пришло письмо Кеннеди, в котором он указал на то, что «советская сторона нарушила свои обещания в отношении Кубы и ввела его в заблуждение». На сей раз Хрущёв решил не идти на конфронтацию и начал искать возможные выходы из сложившейся ситуации. Он объявил членам Президиума, что «невозможно хранить на Кубе ракеты, не вступая в войну с США». На заседании было решено предложить американцам демонтировать ракеты в обмен на гарантии США оставить попытки сменить государственный строй на Кубе. Б, Косыгин, Козлов, Микоян, Пономарёв и Суслов поддержали Хрущёва. Громыко и Малиновский при голосовании воздержались. После заседания Хрущёв неожиданно обратился к членам Президиума: «Товарищи, давайте вечером пойдём в Большой театр. Наши люди и иностранцы увидят нас, может, и это успокоит их».

26 октября утром Хрущёв принялся за составление нового, менее воинственного послания Кеннеди. В письме он впервые признавал, что на Кубе есть советские ракеты и предложил американцам вариант демонтажа установленных ракет и возвращения их в СССР. В обмен он требовал гарантий того, что «Соединённые Штаты не вторгнутся своими войсками на Кубу и не будут поддерживать никакие другие силы, которые намеревались бы совершить вторжение на Кубу». Хрущёв писал:

Мы с вами не должны тянуть за концы каната, на котором вы завязали узел войны, потому, что, чем крепче мы оба будем тянуть, тем сильнее стянется узел, и придёт время, когда узел будет так туго стянут, что даже тот, кто завязал его, не в силах будет развязать, и придётся разрубить… Давайте не только перестанем тянуть за концы каната, но примем меры к тому, чтобы узел развязать. Мы к этому готовы.

Хрущёв составил это письмо в одиночку, не собирая Президиум ЦК КПСС. Позднее в Вашингтоне была версия, что второе письмо писал не Хрущёв и что в СССР, возможно, произошёл государственный переворот. Другие считали, что Хрущёв, наоборот, ищет помощи в борьбе против сторонников жёсткой линии в рядах руководства Вооружённых сил СССР. Письмо пришло в Белый дом в 10 часов утра. Ещё одно условие было передано в открытом обращении по радио утром 27 октября: вывести американские ракеты из Турции.

Секретные переговоры

В пятницу, 26 октября, в 13:00 по вашингтонскому времени в Белый дом поступило сообщение от корреспондента телекомпании «ABC News» Джона Скали о его встрече в ресторане «Оксидентал» с резидентом КГБ в Вашингтоне Александром Фоминым (настоящее имя — Александр Феклисов). Тот выразил озабоченность по поводу нарастания напряжённости и предложил Скали обратиться к своим «высокопоставленным друзьям в Госдепартаменте» с предложением поиска дипломатического решения, предупредив, что в случае вторжения американцев на Кубу СССР может нанести ответный удар в другом районе мира. Скали получил соответствующие инструкции и — через несколько часов — на новой встрече с Фоминым обсудил с ним возможный вариант выхода из кризиса: удаление советских ракет с Кубы в обмен на снятие блокады с острова и публичный отказ от вторжения.

После этого американское руководство известило Фиделя Кастро через посольство Бразилии, что в случае вывода наступательных вооружений с Кубы «вторжение будет маловероятно».

Чёрная суббота

Тем временем в Гаване политическая обстановка накалилась до предела. Кастро стало известно о новой позиции Советского Союза, и он сразу же направился в советское посольство. Команданте решил написать Хрущёву письмо, чтобы подтолкнуть его к более решительным действиям. Ещё до того, как Кастро закончил письмо и отправил его в Кремль, глава резидентуры КГБ в Гаване известил Первого секретаря о сути послания: «По мнению Фиделя Кастро, интервенция почти неминуема и произойдёт в ближайшие 24-72 часа». Одновременно Малиновский получил донесение от командующего советскими войсками на Кубе генерала Плиева об усилившейся активности американской стратегической авиации в районе Карибского бассейна. Оба сообщения доставили в кабинет Хрущёва в Кремль в 12 дня в субботу, 27 октября.

Действия американского флота в отношении советских подводных лодок

Американский эсминец «Чарльз П. Сесил» эскортирует вынужденную всплыть подводную лодку Б-36, октябрь 1962 года

27 октября американские военные корабли заставили всплыть находившуюся вблизи Кубы советскую подводную лодку Б-130, обнаруженную ими ещё 23 октября. На лодке из-за заводского брака произошла поломка всех трёх дизельных двигателей, разрядились аккумуляторные батареи.

Второй была принуждена к всплытию подводная лодка Б-36. Ей долго удавалось избегать обнаружения благодаря хорошей работе гидроакустического оборудования. Затем, следуя поступившему из Главного штаба приказу, лодка заняла назначенную позицию, где была обнаружена и преследовалась двое суток, после чего всплыла с полностью разряженными аккумуляторами. После зарядки аккумуляторов и вентилирования Б-36 использовала короткую пересменку дежуривших над ней вертолётов «Си Кинг» для срочного погружения и успешного отрыва от преследования на глубине 200 метров и с использованием излучения собственных гидроакустических станций для создания помех преследователям.

Также американским военным морякам удалось заставить всплыть советскую подводную лодку Б-59. Для того, чтобы заставить советские подводные лодки всплыть, использовались сигнальные гранаты.

Уничтожение самолёта U-2 майора Андерсона

В Москве было 5 часов вечера, когда на Кубе разбушевался тропический шторм. В одно из подразделений ПВО пришло сообщение, что на подлёте к Гуантанамо замечен американский самолёт-разведчик U-2. Начальник штаба зенитного ракетного дивизиона С-75 капитан Антонец позвонил в штаб Плиеву за инструкциями, но того на месте не оказалось. Заместитель командующего ГСВК по боевой подготовке генерал-майор Леонид Гарбуз приказал капитану ждать появления Плиева. Через несколько минут Антонец вновь позвонил в штаб — никто не взял трубку. Когда U-2 был уже над Кубой, Гарбуз сам прибежал в штаб и, не дождавшись Плиева, отдал приказ уничтожить самолёт. По другим сведениям, приказ об уничтожении самолёта-разведчика мог быть отдан заместителем Плиева по ПВО генерал-лейтенантом авиации Степаном Гречко или командиром 27-й дивизии ПВО полковником Георгием Воронковым. Пуск ЗУР был осуществлён в 10:22 по местному времени. Пилот U-2 майор Рудольф Андерсон погиб.

Фидель Кастро, считавший, что имеются достоверные сведения, что американцы наутро собираются бомбить советские базы на Кубе, через посла СССР на Кубе Алексеева предлагал Хрущёву нанести превентивный ядерный удар по США, сказав, что кубинский народ готов принести себя в жертву для победы над американским империализмом. Хрущёв на это сказал, что у «товарища Фиделя Кастро» сдали нервы, что переговоры с американцами идут успешно.

Принято считать, что «Чёрная суббота» 27 октября 1962 — день, когда мир был ближе всего к глобальной ядерной войне.

Разрешение кризиса

В ночь с 27 на 28 октября по заданию президента Роберт Кеннеди вновь встретился с советским послом Анатолием Добрыниным в здании Министерства юстиции. По воспоминаниям Добрынина, «в кабинете Кеннеди был беспорядок, на диване валялся скомканный плед: хозяин кабинета тут же урывками спал». Кеннеди поделился с Добрыниным опасениями президента о том, что «ситуация вот-вот выйдет из-под контроля и грозит породить цепную реакцию». Роберт Кеннеди заявил, что его брат готов дать гарантии ненападения и скорейшего снятия блокады с Кубы. Добрынин спросил Кеннеди о ракетах в Турции. «Если в этом единственное препятствие к достижению упомянутого выше урегулирования, то президент не видит непреодолимых трудностей в решении вопроса», — ответил Кеннеди. По словам тогдашнего министра обороны США Роберта Макнамары с военной точки зрения ракеты «Юпитер» уже морально устарели (хотя были поставлены на боевое дежурство всего двумя годами ранее), однако в ходе приватных переговоров Турция и НАТО выступали резко против включения подобного пункта в официальное соглашение с Советским Союзом, так как это было бы проявлением слабости США и ставило бы под сомнение гарантии США по защите Турции и стран НАТО.

На следующее утро в Кремль пришло сообщение от Кеннеди, где было сказано:

1) Вы согласитесь вывести свои системы вооружения с Кубы под соответствующим наблюдением представителей ООН, а также предпринять, с соблюдением соответствующих мер безопасности, шаги по остановке поставок таких же систем вооружения на Кубу.


2) Мы же, со своей стороны, согласимся — при условии создания с помощью ООН системы адекватных мер, обеспечивающих выполнение данных обязательств, — а) быстро отменить введённые в настоящий момент блокадные мероприятия и б) дать гарантии ненападения на Кубу.

Я уверен, что и остальные государства Западного полушария будут готовы поступить подобным образом.

В полдень Хрущёв собрал Президиум ЦК у себя на даче в Ново-Огарёве. На собрании шло обсуждение письма из Вашингтона, когда в зал вошёл человек и попросил помощника Хрущёва, Трояновского, к телефону: звонил Добрынин из Вашингтона. Он передал Трояновскому суть его беседы с Робертом Кеннеди и выразил опасения, что президент США испытывает сильное давление со стороны военных. Добрынин передал дословно слова брата президента США: «Мы должны получить ответ из Кремля сегодня же, в воскресенье. Осталось очень мало времени для разрешения проблемы». Трояновский вернулся в зал и зачитал собравшимся то, что успел записать в своём блокноте, пока слушал доклад Добрынина. Хрущёв сразу же пригласил стенографистку и начал диктовать согласие. Он также надиктовал два конфиденциальных письма лично Кеннеди. В одном он подтвердил факт того, что послание Роберта Кеннеди добралось до Москвы. Во втором — что он расценивает это послание как согласие на условие СССР по выводу советских ракет с Кубы — убрать ракеты из Турции.

Опасаясь всяких «неожиданностей» и срыва переговоров, Хрущёв запретил Плиеву использовать зенитное оружие против американских самолётов. Он также приказал вернуть на аэродромы все советские самолёты, патрулировавшие Карибское море. Для пущей уверенности первое письмо было решено транслировать по радио, чтобы оно как можно скорее дошло до Вашингтона. За час до начала трансляции послания Никиты Хрущёва (16:00 по московскому времени) Малиновский послал Плиеву приказ начать демонтаж стартовых площадок Р-12.

Демонтаж советских ракетных установок, погрузка их на корабли и вывод с территории Кубы заняли 3 недели. Убедившись, что Советский Союз вывел ракеты, президент Кеннеди 20 ноября отдал приказ прекратить блокаду Кубы.

Через несколько месяцев из Турции были выведены и американские ракеты «Юпитер» — как «устаревшие». ВВС США не возражали против списания этих БРСД, так как к этому моменту ВМФ США уже развернул на подводных лодках намного более подходящие для передового базирования БРПЛ «Поларис», сделавшие комплекс «Юпитер» устаревшим.

Последствия

Мирное разрешение кризиса удовлетворило не всех. Смещение Хрущёва двумя годами позже можно частично связать с раздражением в Политбюро ЦК КПСС относительно уступок Соединённым Штатам, сделанных Хрущёвым, приведшим к кризису.

Коммунистическое руководство Кубы расценило компромисс как «предательство» со стороны Советского Союза, поскольку решение, положившее конец кризису, было принято исключительно Хрущёвым и Кеннеди.

Некоторые военачальники США также были недовольны результатом. Так, начальник штаба воздушных сил США генерал Лемей назвал отказ от атаки Кубы «наихудшим поражением в нашей истории».

По окончании кризиса аналитики советских и американских спецслужб предложили установить между Вашингтоном и Москвой прямую телефонную линию (так называемый «красный телефон»), чтобы в случае кризисных ситуаций у лидеров сверхдержав была возможность немедленно связаться друг с другом, а не пользоваться телеграфом.

Сам Хрущёв в своих мемуарах так оценил итоги кризиса: «Сейчас прошло уже много лет, и это является уже областью истории. И я горд за то, что мы проявили мужество и дальновидность. И я считаю, что мы выиграли».

"Мы, товарищи, поставили ракеты, ракеты средней дальности на Кубе. Почему мы их поставили, что нас заставило поставить? Мы рассуждали так, что Кубу американцы терпеть не могут, они это прямо говорят, что могут сожрать Кубу. Я вот с военными говорил, с маршалом Малиновским. Я спросил: если бы мы были на месте Америки, взяли для себя курс сломить такое государство, как Куба, сколько бы нам надо было, зная наши средства? — Максимум три дня, и руки помыли бы.

Товарищи, с этим надо считаться, потому что именно Америка эти возможности тоже имеет. Поэтому мы считали, что Кубу можно спасти, только на Кубе поставив ракеты. Тогда тронешь, так ёжик клубком свернётся, и не сядешь. (Смех.) Видимо, пробовали когда-то. (Смех.) Вот эти ракеты вроде иголок ёжика, они обжигают. Когда мы принимали решение, мы долго обсуждали и не сразу приняли решение, раза два откладывали, а потом приняли решение. Мы знали, что, если поставим, а они обязательно узнают, это шок у них вызовет. Шутка ли сказать, у крокодила под брюхом ножик!

В результате переписки мы вырвали у президента США заявление о том, что он тоже не думает вторгаться. Тогда мы сочли возможным сделать заявление, что мы тогда тоже считаем возможным удаление наших ракет и Ил-28.

Было это уступкой? Было. Мы уступили.

Была уступка со стороны Америки? Было дано публичное слово не вторгаться? Было. Так кто же уступил и кто не уступил?

Мы никогда не говорили, что мы будем вторгаться в другую страну. Америка говорила, что она не потерпит на Кубе революционного кастровского режима, и потом она отказалась. Значит, ясно, что другая сторона взяла на себя обязательство то, которое оно не признавала до постановки наших ракет на Кубе. Так?

А если бы мы не уступили, может быть, Америка больше уступила? Может быть, и так. Но это могло быть похоже на детскую сказку, когда два козла встретились на перекладине перед пропастью. Они проявили козлиную мудрость, и оба упали в пропасть. Вот в чём дело".

— Из заключительного слова Н. С. Хрущёва на пленуме ЦК КПСС 23 ноября 1962 года1


4. Васюганские корни нашего героя

«Господь Бог не играет в кости с этой Вселенной. Но с Васюганскими болотами Он, похоже, сделал исключение».


— Из ненаписанных черновиков А. Эйнштейна.


Васюганское болото — это не просто геологический объект площадью более 53 тысяч квадратных километров, превышающий по размеру Швейцарию. Это пульсирующий, дышащий метаном монстр, который веками подпирал узкую полоску тверди на берегу реки Васюган. С одной стороны — ледяная, светло коричневая, похожая на чайную заварку стремительная вода реки, с другой — непроходимая пихтово-кедровая тайга, уходящая в топь. Вросшая в этот берег глухая деревушка Новоюгино казалась временным недоразумением, которое болотный сфагнум не сожрал лишь из чистого любопытства.

Вся экономика Новоюгино держалась на местном леспромхозе. Советская власть ценила сибирский лес, но человеческий труд здесь измерялся в величинах сугубо символических. Месячной зарплаты потомственного лесоруба хватало ровно на четыре вещи, которые тайга дать не могла:

Спички (чтобы не тереть сухой трут, как предки в палеолите).

Керосин (без которого сибирская ночь длиною в полгода становилась абсолютной).

Сахар-комковый (праздничное лакомство, которое кололи щипцами).

Каменная соль (главный консервант человеческой жизни).

Всё остальное — калории, белки, жиры и одежду — мужики вырывали у природы силой и хитростью. В Новоюгино не было магазинов с колбасой, но в каждом леднике лежали бочки с солёной стерлядью и куски лосятины.


Трагедия сорок первого. Как Волга встретилась с сибирской тайгой. Отец Герки, Иван (бывший Иоганн) Дорн, редко рассказывал о том, как их семья оказалась здесь. Но в те редкие вечера, когда керосиновая лампа коптила особенно сильно, парень узнавал правду, от которой веяло леденящим ужасом.

В августе 1941 года Указ Президиума Верховного Совета СССР ликвидировал Республику немцев Поволжья. Почти полмиллиона человек в течение нескольких дней были согнаны на железнодорожные станции.

Дорога. Месяц в душных, забитых до отказа товарных вагонах-теплушках под стук колёс на восток. Из еды — то, что успели взять, вода — на редких полустанках.

Баржа. В начале октября 1941 года эшелон разгрузили в Томске. Но это был не конец. Около 400 немецких семей пересадили на огромную открытую деревянную баржу. Поздняя сибирская осень, ледяной дождь со снегом, серые волны Оби, а затем — река с цветом воды крепкого чая, её притока Васюгана.

Высадка. В начале ноября, когда по реке уже шла шуга (первый лёд), баржу приткнули к дикому таёжному берегу в районе будущего Новоюгино. Конвоиры выгрузили людей, оставили несколько мешков лежалой муки, пару пудов соли, ящик спичек, десяток двуручных пил и топоров. Старший лейтенант НКВД воткнул в промёрзшую землю колышек, зачитал план заготовки древесины на 1942 год, сел на катер и уплыл до весны.

До первой оттепели дожили немногие. Выжили те, у кого хватило сил в первые же дни, сбивая ногти в кровь, вырыть в мёрзлой земле глубокие норы-землянки, перекрыть их накатником из тонкомерной пихты и наладить первобытную добычу пропитания. Профессора, бухгалтеры, виноградари и мельники из-под Саратова за одну зиму превратились в опытных таёжных следопытов. Они научились ловить рыбу через проруби во льду и ставить силки в тайге, понимая повадки диких зверей быстрее, чем местное коренное население.

В этой выжившей, промерзшей, но не сломленной землянке в победном, голодном мае 1945 года и родился Герка Дорн. Свидетельство о рождении ему выписывали на клочке упаковочной бумаги в конторе леспромхоза.

Таёжная академия и «прелести» сибирского детства. До четвёртого класса Герка учился в «академии», которая располагалась в одной из комнат конторы лесхоза. Школа состояла из одного седого учителя — тоже из ссыльных, бывшего доцента Саратовского университета — четырёх парт и одного класса, где одновременно сидели первоклашки и без пяти минут выпускники начальной школы. Пока первоклассники водили палочки по доске, Герка подсаживался к старшим и к девяти годам уже щёлкал задачки по тригонометрии.

Но настоящие уроки выживания давала тайга. Маленький Гера с детства освоил суровые приёмы сибирских промыслов:

Рыбалка «на подрез» и самоловы. Летом на Васюгане ставили перемёты на стерлядь, а зимой рубили проруби, опуская туда тяжёлые «морды» (плетёные из ивовых прутьев конусные ловушки) или били крупную щуку и налима острогой при облучении ночным костром на лодке.

Охота на пушнину (белка, соболь): Отец брал его в тайгу, учил ставить силки на пушных зверьков, стрелять из старой берданки строго в глаз, чтобы не испортить шкурку соболя или белки — главного таёжного «золота», за которое в заготовительной конторе давали дефицитные патроны и порох.

Медвежий промысел: Крупного зверя брали вдвоём-втроём, чаще на берлоге зимой, используя тяжёлые рогатины и надёжные сибирские лайки, которые мёртвой хваткой держали косматого хозяина тайги, пока отец целился под лопатку.

Таёжный подножный корм. Осенью вся деревня уходила на болото. Это был изнурительный труд — тащить на себе через топь сорокакилограммовые короба (наспинные ящики), доверху набитые спелой, звенящей крупной клюквой, брусникой или смолистой кедровой шишкой, которую потом лущили на самодельных тёрках.


Когда Гера окончил четыре класса, встал вопрос о дальнейшем обучении. Ближайшая десятилетка находилась за 27 километров в районном центре — Каргасок. Мальчика определили в школьный пятидневный интернат.

Пятничный марафон по ледяному аду. Пять дней Гера жил в интернате, среди таких же таёжных подранков. Но каждую пятницу, после последнего урока, его непреодолимо тянуло домой, к материнскому хлебу из овсяной муки и картофельных очистков.

Двадцать семь километров сквозь тайгу.


Летом — на попутных бричках или пешком по засекам.


Но страшнее всего была сибирская зима.

Каждую пятницу Гера вставал на широкие таёжные лыжи-голицы, подбитые камусом (жёсткой кожей с ног лося, чтобы лыжи не проскальзывали назад при подъёме), и шёл домой. В ясный морозный день при минус тридцати пяти идти было даже приятно — сухой воздух обжигал легкие, а снег хрустел под ногами.

Но когда поднимался сибирский буран, реальность истончалась. Вьюга закручивала белые вихри так, что стиралась граница между небом и землей. В трёх шагах не было видно ни векового кедра, ни затесей на стволах. Воздух превращался в плотную, воющую белую кашу, которая забивала рот и нос.

В такие моменты парень выживал за счёт природного чутья, привитого отцом:

Главное правило. Не останавливаться. Стоит сесть под пихту «отдохнуть на пять минут» — и мороз нежно, безболезненно усыпит тебя навсегда.

Ориентиры. Идти по ветру, ловить лицом угол наклона летящих ледяных игл, слушать глухой стон тайги — старые пихты скрипят иначе, чем молодой березняк у берега реки.

В понедельник в пять утра, когда над Новоюгино еще горели огромные, как кулак, полярные звезды, Гера отправлялся в обратный путь. Спина горела от пота под старым полушубком, ресницы покрывались толстой коркой инея, а в кармане лежал замороженный до звона кусок сала — недельный паёк.

Он окончил школу с отличием в шестнадцать лет, досрочно пройдя программу двух последних классов за один год. В августе 1961 года парень с фанерным чемоданом, пахнущим кедровой смолой и речной рыбой, сошёл с парохода у пристани Томска. Его ждал Физтех Томского государственного университета.

5. Историческая справка:

Официальный документ-основание:


28 августа 1941 года Президиум Верховного Совета СССР издает Указ «О переселении немцев, проживающих в районах Поволжья». Автономная Советская Социалистическая Республика Немцев Поволжья (АССР НП), существовавшая с 1923 года, ликвидируется. Официальной причиной в Указе заявляется огульное обвинение всего немецкого населения в том, что среди них якобы скрываются «тысячи и десятки тысяч диверсантов и шпионов», готовых по сигналу из Германии устроить взрывы в районах, заселенных немцами Поволжья.

Масштаб и логистика спецоперации:

Сроки проведения: Основная фаза депортации была проведена силами НКВД в кратчайшие сроки — с 3 по 20 сентября 1941 года.

bannerbanner