
Полная версия:
По усадьбам и музеям в 1990-х
Почти каждый год выезжала семья на лето в Васильевское. По дороге останавливались обедать и кормить лошадей в Перхушкове. После 1832 года в Васильевское больше не ездили. Отец продал эту усадьбу в то время, когда Герцен находился в ссылке в Вятке. Дом, к сожалению, не сохранился. На том месте уже другие владельцы усадьбы, представители рода Щербатовых, выстроили большое здание в псевдоклассическом стиле. В нем вскоре после революции побывал вождь мирового пролетариата, а потом был размещен санаторий имени А. И. Герцена.
Но сохранился, вернее наполовину восстановлен, дом в другой подмосковной усадьбе Яковлевых, в Покровском-Засекине. Покровское известно с 1593 года. В 1690 году оно перешло во владение к Жировым-Засекиным, вследствие чего и получило двойное название. С 1785 года село находилось в совместном владении отца Герцена и среднего из братьев, дипломата и сенатора.
В Покровском бревенчатый усадебный дом стоит на холме, над большим прудом. Здесь Герцен бывал в детстве, сюда приезжал в 1838 году из ссылки через несколько месяцев после свадьбы: «Мне было 26 лет, жизнь раскрыла все прелести и упоения. Теперь в 1843 году, измученный многим, с скептицизмом в душе, я ищу у тех же полей участия».
В Покровское в гости к Герцену приезжали друзья: Т. Н. Грановский, В. Г. Белинский, М. С. Щепкин, В. П. Боткин. Здесь Герцен писал свои «Письма об изучении природы».
А впереди был отъезд на долгие годы за границу. «Все изменилось вокруг: Темза течет вместо Москвы-реки, и чужое племя около… и нет больше дороги на родину…».
Проезд: с Белорусского вокзала до станции Голицыно. Далее автобусом № 27.
Октябрь 1995 г. Фото из архива автора.

Пруд

Усадебный дом в Покровском
Васькино (Чеховский район)
От декабристов до коммунаров
Село Васькино впервые упоминается в писцовой книге 1627 года. Помещичий двор да шесть крестьянских. В 1689 году сельцо перешло по завещанию окольничему Михаилу Тимофеевичу Лихачеву. Свою службу он начал при царе Алексее Михайловиче, продолжил при царе Федоре Алексеевиче и пользовался большим расположением последнего. Около 1700 года по заказу Лихачева была построена церковь Рождества Богородицы, а село стало называться Рождественским, Васькино тож.
В 1780-х годах в имении был разбит липовый парк регулярной планировки и выкопан большой пруд перед домом, отделенный дамбой от речки Люторки.
Дмитрий Михайлович Щербатов, сын известного историка екатерининского времени, приобрел имение в 1795 году. Князь занялся перестройкой усадьбы и в 1825 году было закончено строительство главного дома.
Дмитрий Михайлович был родственником и опекуном братьев Чаадаевых. Вместе со своей теткой и воспитательницей Анной Михайловной Щербатовой они часто бывали в Васькине. Бывал здесь и другой племянник – будущий декабрист М. М. Свиридов, гостили декабристы И. Д. Якушкин и М. М. Фонвизин. Дочь князя Щербатова, Наталья, вышла замуж за Ф. П. Шаховского. После событий 14 декабря 1825 года он был арестован. Сын князя, капитан Семеновского полка Иван Щербатов за сочувствие к бунтовавшим солдатам разжалован и сослан на Кавказ.
В роду Щербатовых усадьба находилась до 1885 года. Новый владелец, правнук князя Щербатова Сергей Иванович Шаховской, дружил с Чеховым, который жил в то время в соседнем Мелихове. Шаховской был председателем Серпуховской земской управы и помогал Чехову в строительстве школы, больницы, борьбе с холерой.
В 1895 году владельцем Васькина стал племянник поэта А. А. Фета, инженер и писатель В. Н. Семенкович, который, чтобы содержать свой большой дом, пытался сдавать его дачникам. Из этого ничего не вышло и последним владельцем Васькина стал купец Капканчиков.
После революции в усадьбе разместилась школа красных командиров, дом отдыха института народов Востока, а в 1927 году в Васькино приехала швейцарская коммуна «Солидарность» во главе с Фрицем Платтенем. Коммуна была признана образцовым хозяйством Серпуховского уезда. Успехи в следующем году были еще более значительными. Доход приносило не только животноводство, но и выращивание овощей.
На территории артели расположился детский дом для детей революционеров. Его основала Ментона Мозер на деньги, полученные в наследство от отца – швейцарского владельца часовой фирмы.
А в 1929 году артель «Солидарность» решили объединить с большой артелью местных крестьян. После этого коммуна постепенно развалилась, несмотря на передачу совхоза под управление Межрабпома (Международной рабочей помощи) и сбор средств для этого совхоза среди рабочих Запада. Совхоз превратился в подсобное хозяйство автомобильного завода ЗИС.
Ныне в усадьбе дом отдыха «Васькино». Деревянные стены усадебного дома еще в 1969 году были заменены кирпичными с сохранением прежних форм здания. А вот церковь Рождества Богородицы превратили в гараж. Липовый парк запущен. Лишь тени прошедших веков бродят по его аллеям.
Проезд: с Курского вокзала до станции Чехов, далее автобусом на Нерастанное до остановки «Васькино».
Июнь 1995 г. Фото из архива автора.

Усадебный дом
Введенское (Одинцовский район)
Усадьба с видом на Звенигород
Введенское известно как дворцовое село с 1504 года. В 1612 году, после освобождения Москвы от польско-литовских войск, оно было пожаловано князю Д. М. Пожарскому «за московское осадное сидение».
В XVII веке село Введенское принадлежало сначала боярину И. А. Милославскому, затем М. П. Головину. Ни тот, ни другой в нем не жили. В конце того же века оно перешло к обер-гофмаршалу Н. М. Голицыну, который владел тогда и находящимися неподалеку Большими Вяземами.
Введенское не было наследственным имением, поэтому хозяева его часто менялись. Император Павел I подарил Введенское своей фаворитке Лопухиной. Архитектурный ансамбль усадьбы создавался по заказу ее отца, князя П. В. Лопухина. Проектировавший усадьбу архитектор Николай Александрович Львов писал зимой князю: «Введенское ваше таково, что я замерз было на возвышении, где вы дом строить назначаете, от удовольствия смотря на окрестности…».
Усадьба расположена на правом, высоком берегу Москвы-реки. На другом берегу – Звенигород, Успенский собор на Городке, Саввино-Сторожевский монастырь. Конечно, было чем любоваться.
О Николае Львове нужно сказать особо. Помимо архитектуры он занимался живописью и историей, был поэтом, издал сборник записанных им народных русских песен, подготовил публикацию русских летописей. Близкий друг Державина и его родственник… Одним словом, фигура для русской истории и культуры довольно значительная, но, увы, незаслуженно забытая. Введенское – не единственный его архитектурный шедевр. Львов строил дворцы по заказам Екатерины II, Павла I, графа А. Р. Воронцова и других вельмож того времени.
А эта усадьба, созданная в стиле классицизма, включает в себя главный двухэтажный дом с колоннами и два флигеля, а также обширный пейзажный парк и конный двор. В 1812 году была построена Введенская церковь, тоже, как считают, по проекту Н. А. Львова.
В конце XIX века усадьба принадлежала фабриканту Якунчикову. Его дочь – художницу Марию Васильевну Якунчикову, называли «певцом Звенигородского уезда». С 13 лет она занималась живописью и рисовала с учениками мужа своей старшей сестры. А мужем ее сестры был известный живописец В. Д. Поленов. У Якунчиковых гостил и работал художник Борисов-Мусатов, бывали Чайковский и Чехов.
В 1884 году Якунчиковы продали усадьбу графу С. Д. Шереметеву, который дал Введенское в приданое своей дочери, вышедшей замуж за графа А. В. Гудовича. Он и владел усадьбой вплоть до революции.
После 1917 года в имении разместился детский дом, потом совхоз, совпартшкола и с 1933 года – санаторий.
Несмотря на некоторые переделки в нашем веке, ансамбль Введенского отличается классической торжественностью и остается уникальным памятником усадебной архитектуры Подмосковья.
Проезд: с Белорусского вокзала до станции Звенигород. Далее пешком, налево от станции.
Фото: усадебный дом и Введенская церковь.
Март 1995 г. Фото из архива автора.


Вороново (Подольский район)
На Тарутинском направлении
В 80-е годы нашего века Вороново приобрело известность благодаря своей художественной галерее. Галерея теперь закрыта на ремонт, но великолепный архитектурный ансамбль по-прежнему привлекает внимание.
В начале XVI века хозяином Воронова был московский воевода Вороной-Волынский, внук боярина Дмитрия Боброка, проявившего доблесть на Куликовом поле. С 1728 года владельцем усадьбы становится сподвижник Петра I, а позднее кабинет-министр при Анне Иоанновне Артемий Петрович Волынский. В 1740 году Волынский был казнен за участие в заговоре против Бирона – фаворита императрицы, семья его сослана, а имение конфисковано. Но когда на престол взошла Елизавета Петровна, Вороново было возвращено детям Волынского.
В 50–80-е годы XVIII столетия усадьба принадлежала графу Ивану Илларионовичу Воронцову, женатому на дочери Волынского. И. И. Воронцов, брат видного государственного деятеля канцлера Михаила Илларионовича Воронцова, получил в 1760 году звание генерал-лейтенанта; в 1762 году, при Петре III, был назначен сенатором и направлен в Москву на место управляющего Сенатской конторой. При Екатерине II участь графа переменилась, и его отправили в отставку. Пришло время заняться благоустройством подмосковной усадьбы.
При Воронцовых по проекту архитектора Н. А. Львова в усадьбе строится дом-дворец, конный двор, расширяется парк, заканчивающийся большим прудом. Другой архитектор – К. И. Бланк – возводит церковь Спаса Нерукотворного, а рядом с ней – многоярусную колокольню. По проекту Бланка строится и прекрасный Голландский домик с мансардой под высокой черепичной крышей, считающийся жемчужиной усадьбы.
В 1800 году, когда строительство архитектурного ансамбля было уже практически завершено, усадьба перешла во владение московского генерал-губернатора графа Федора Васильевича Ростопчина. Это при нем «…Москва, спаленная пожаром, французу отдана». Не повезло и вороновскому имению. Дело в том, что в 1812 году через него проходили русские войска к Тарутинскому лагерю. Ростопчин, находившийся в арьергарде войск, при отступлении приказал поджечь свою собственную усадьбу. Лишь через одиннадцать лет главный дом был восстановлен, но выглядел уже несколько иначе и без прежней роскоши.
В середине XIX века Вороново приобрел граф А. Д. Шереметев. Затем оно перешло к его брату Сергею, а непосредственно перед революцией принадлежало А. С. Сабуровой, дочери С. Шереметева.
В усадьбе Вороново уже давно находится дом отдыха. Церковь и небольшое кладбище отгорожены от остальной территории забором. Колокольня при этом остро нуждается в ремонте. Правда, что касается главного усадебного дома и Голландского домика, то они отреставрированы и выглядят отлично. А о пожаре 1812 года в усадьбе хранят память, может быть, только камни угловой башни, оставшейся от построек конного двора – немой свидетельницы тех героических событий.
Проезд: с Курского вокзала до Подольска, далее автобусом № 34. Или от станции метро «Теплый Стан» автобусом № 508.
Май 1997 г. Фото из архива автора.

Голландский домик
Горенки (Балашихинский район)
«Как хороши, как свежи были розы»
Удивительна и необычна история рода Разумовских. Сын украинского пастуха, Алексей Розум, певший в церковном хоре, был вывезен в Петербург и через некоторое время стал графом Разумовским, фаворитом императрицы Елизаветы Петровны. Брат же его, Кирилл, в пятнадцать лет был отправлен за границу для завершения образования, а в двадцать два года занял пост президента Петербургской Академии наук. Впоследствии Кириллу Григорьевичу Разумовскому выпала роль последнего гетмана Украины.
Владелец усадьбы Горенки, граф Алексей Кириллович Разумовский, сын гетмана, служил в Петербурге при дворе. Был назначен сенатором. Но в 1795 году вышел в отставку и поселился в Москве, в своем дворце на Гороховом поле (ныне улица Казакова). Здесь у него был большой ботанический сад, простиравшийся до самой Яузы. Затем Алексей Кириллович разошелся со своей женой Варварой Петровной Шереметевой и совсем удалился от света, поселившись в Горенках и с головой уйдя в занятия ботаникой.
Одновременно он принялся за обустройство усадьбы. В 1780–90-х годах в Горенках был построен прекрасный дом-дворец, как предполагают, по проекту архитектора А. А. Менеласа. Перед домом располагался зверинец с прудом, окруженный валами и рвом. Боковые двухэтажные крылья дома придавали ему в плане П-образный вид. По другую сторону дома был разбит обширный парк, спускавшийся к речке Горенке.
Однако всецело посвятить себя ботанике граф не мог – служба. В 1807 году он был назначен попечителем Московского университета, а затем, в 1810 году, произведя благоприятное впечатление на императора Александра I, стал министром народного просвещения.
И вновь Петербург. Во время министерского правления А. К. Разумовского был основан Царскосельский лицей, где на экзамене граф услышал стихи молодого Пушкина. «Существует известие, – писал в книге «Старая Москва» историк М. М. Пыляев, – что после экзамена у Разумовского был торжественный обед, на который был приглашен и отец поэта. Обращаясь к отцу Пушкина, Разумовский сказал ему:
– Я бы хотел, однако ж, образовать вашего сына в прозе.
– Оставьте его поэтом, – пророчески и с необыкновенным жаром возразил Державин». Что ответил министру отец поэта, история умалчивает.
Наконец, в 1816 году А. К. Разумовский вышел в отставку окончательно и снова переехал в Москву, где, выражаясь современным языком, вернулся к своему «хобби». А размах его ботанической деятельности был велик. В штате у графа числились профессора и адъюнкты, для которых на сезонные и поденные работы нанималось множество работников. Каталог сада в Горенках насчитывал семь тысяч растений.
«Большая часть растений расположена в семи отдельных корпусах, заключающих шестнадцать оранжерей, из них одиннадцать разных температур и пять теплиц», – описывал усадьбу путешественник и дипломат П. П. Свиньин. Специальный флигель в парке занимали коллекции минералов и гербарий. В отдельном здании размещалась библиотека. Граф оплачивал ботанические и геологические экспедиции своих сотрудников и вообще поставил дело на уровень хорошего научного института.
Интересен такой факт: летом 1818 года в Москве гостила императрица Мария Федоровна и граф ежедневно посылал ей из Горенок букеты свежих роз.
А вот сыновья Алексея Кирилловича не были склонны к наукам. После его смерти в 1822 году и переговоров с наследниками из Горенок в Петербург был вывезен гербарий. Библиотеку и большую часть тепличных растений вывез для своего Архангельского купивший усадьбу князь Н. Б. Юсупов.
Последний хозяин усадьбы, промышленник Севрюгов, задумал вернуть Горенкам первоначальный вид. Пригласил архитектора С. Е. Чернышева и начал восстановительные работы. Но закончить их до революции не успел.
Сегодня редкие пациенты находящегося здесь санатория «Красная роза» гуляют по заброшенному саду, а полуразрушенные колоннады зарастают отнюдь не экзотическими растениями.
Проезд: с Курского вокзала до станции Горенки, далее пешком в сторону Горьковского шоссе. Или от станции метро «Измайловский парк» автобусом № 336.
Октябрь 1996 г. Фото из архива автора.

Галерея

Усадебный дом
Гребнево (Щелковский район)
В Гребневе собирались русские литераторы
Усадьба Гребнево в русской культуре известна как место встречи литераторов конца XVIII века. Здесь бывали Г. Р. Державин и М. М. Херасков (автор «Россиады», героической поэмы о взятии Казани Иваном IV), И. Ф. Богданович и Н. И. Новиков. В конце XVI века усадьба принадлежала приближенному Ивана Грозного – боярину Б. Я. Бельскому. Затем более 150 лет она находилась во владении князей Трубецких, у которых была куплена генералом Г. И. Бибиковым. Архитектурный ансамбль усадьбы создан по заказу Бибикова в 1780–1790 годах. При новых владельцах Гребнева – Голицыных – усадьба подверглась реконструкции. В 1817–1823 годах архитектор Н. И. Дерюгин придал постройкам более ампирный вид. В таком виде Гребнево и сохранилось (если можно так сказать) до наших дней. Ансамбль состоит из центрального жилого комплекса, церковного комплекса, хозяйственного двора и парка. При входе в усадьбу посетителя встречают парадные ворота в виде триумфальной арки, поставленные в 1818–1819 годах. Чугунные кованые решетки ворот изготовлены на уральских заводах Голицыных. Перед главным домом, в котором недавно случился пожар, справа и слева стоят двухэтажные флигели, украшенные пилястровыми портиками и фронтонами. Ценными памятниками архитектуры являются две усадебные церкви, построенные на отдельном участке за парком. Летняя Гребневская церковь, увенчанная бронзовой позолоченной фигурой ангела с крестом, построена в 1786–1791 годах учеником М. Ф. Казакова, архитектором И. И. Ветровым. Зимняя Никольская церковь возведена в 1817–1823 годах архитекторами И. И. Ольделли и Н. И. Дерюгиным.
Автором проекта считается А. Н. Воронихин. В отделке интерьера участвовал Д. И. Жилярди. Эта церковь – пример ярусного центрического храма «под звоном». Над ярусом звона находится помещение для механизма башенных часов. К парадному двору примыкает старинный парк с прудами, окруженный каменной оградой. Обширный пейзажный парк раскинулся и на острове среди пруда, образованного речкой Любосеевкой.
Уникальный архитектурный ансамбль Гребнева мог бы стать после реставрации, считают специалисты, соперником таких усадеб, как Архангельское, Останкино, Кузьминки.
Проезд: с Ярославского вокзала до станции Фрязино. Усадьба находится в 5 километрах от станции.
Апрель 1995 г. Фото из архива автора.

Никольская церковь
г. Дзержинский
Монастырь, основанный Дмитрием Донским
Великий князь московский Дмитрий Иоаннович вел войска свои на давнего врага Руси Мамая и остановился на ночлег на берегу Москвы-реки. Здесь в звездном сиянии явилась ему икона Николая Чудотворца. Князь, терзаемый сомнениями насчет исхода военный действий, счел этот знак видимым проявлением благословения Божия и воскликнул: «Сия вся угреша (т.е. согрела) сердце мое!». На обратном пути с Куликова поля после победы над врагом князь повелел воздвигнуть на месте чудного видения храм и устроить здесь обитель иноческую. Так, по преданию, был основан в 1380 году Дмитрием Донским Николо-Угрешский монастырь.
Монастырь этот часто навещали русские государи. Эти визиты в обитель называли «Угрешскими походами». Царь Михаил Федорович совершил девять таких «походов». В 1614 году он присутствовал, по-видимому, на освящении Николаевского собора. Следующий российский самодержец Алексей Михайлович побывал в Николо-Угрешском монастыре тринадцать раз. Так что царскими дарами монастырь обижен не был: здесь были построены Государевы палаты и Патриаршьи кельи.
Почтил своим присутствием монастырь и Петр I: проплыв по Москве-реке под парусами на знаменитом Измайловском боте в сопровождении флотилии легких гребных судов, он причалил к берегу возле монастыря.
В 1771 году на империю обрушилась страшная беда – эпидемия чумы. В монастыре был открыт лазарет, куда поступали тяжелобольные. В следующем веке обитель вместе со всей страной пережила другое испытание – нашествие Наполеона. Монастырь, конечно, пострадал, но церковные ценности, хранившиеся в ризнице, были своевременно вывезены в Вологду.
В конце XIX века в монастыре было девять храмов и множество других построек, в том числе грандиозная шестиярусная колокольня. В то время настоятелем монастыря был архимандрит Пимен, рачительный хозяин, да к тому же историк и немного поэт. Он составил «Исторический очерк Николаевского Угрешского монастыря» и сочинил опубликованную в 1881 году поэму «На развалинах монастыря». Как считал Пимен, монастырь со времени перенесения столицы из Москвы в Петербург и уничтожения патриаршества пришел в упадок:
«… Кто святотатственной рукою
Обитель мира разорил:
Монголом, Шведом иль Литвою
Сей монастырь разграблен был?…
Все пусто, дико стало ныне
В стенах обители былой,
Но дышат все еще святыни:
Могилы, кельи, храм пустой…»
Если бы архимандрит Пимен увидел свой монастырь в XX веке – что бы он написал?!
Наверное, нет необходимости перечислять все учреждения, конторы и фабрики, располагавшиеся долгие годы на территории монастыря. Но все рано или поздно возвращается на круги своя: в начале 90-х годов обитель была возвращена церкви. Уже пять лет проводятся богослужения в Успенской церкви. В прошлом году с помощью вертолета водрузили крест на купол Преображенского собора. Конечно, вряд ли теперь можно будет восстановить разрушенный в 1940 году Никольский собор или «укороченную» в годы войны колокольню. Но жизнь в монастыре налаживается. Уже работает воскресная школа, возрождается монастырское хозяйство.
Проезд: от станции метро «Кузьминки» автобусом № 470.
Апрель 1996 г. Фото из архива автора.

Николо-Угрешский монастырь
Ершово (Одинцовский район)
Усадьба Ершово: скромно, но со вкусом
Подмосковные усадьбы стали «…пусты и печальны. Роговая музыка не гремит в рощах Свиблова и Останкина; плошки и цветные фонари не освещают английских дорожек, ныне заросших травой, а бывало, уставленных миртовыми и померанцевыми деревьями. Пыльные кулисы домашнего театра теперь тлеют в зале…» – писал А. С. Пушкин.
И впрямь, усадьбы конца 20–30-х годов ХIХ века обходились уже без театров и беседок, стали попроще. Но все же в них есть на что посмотреть. К примеру, усадьба Ершово, построенная в первой половине прошлого столетия, скромная и сравнительно небольшая, привлекала внимание постройками архитектора А. Г. Григорьева.
Афанасий Григорьевич Григорьев (1782–1868) прошел первоначальный курс архитектуры в доме зодчего Джованни Жилярди. Там он очень подружился с сыном своего учителя, Доменико Жилярди. Их совместной работой стало создание знаменитого архитектурного ансамбля – усадьбы Кузьминки. Афанасию Григорьеву принадлежат проекты домов Хрущевых-Селезневых (музей А. С. Пушкина) и Лопухиных-Станицких (музей Л. Н. Толстого) на Пречистенке, здания Опекунского совета (ныне Академии медицинских наук).
В 1828–1829 годах А. Г. Григорьев построил Троицкую церковь в Ершове, имении графа В. Д. Олсуфьева. Это была традиционная для древней русской архитектуры церковь-колокольня, но только выдержанная в стиле ампир. Несколько позже, в 1837 году, Григорьев построил главный усадебный дом. Фасад его, обращенный к пруду, был украшен портиком с четырьмя колоннами. Григорьев придавал большое значение пропорциям фасадов: если архитектор «положит верное отношение между вышины и длины, он обойдет большую обыкновенность и сделает разные со вкусом украшения и даст этим ход своей композиции».
Граф Василий Дмитриевич Олсуфьев, носивший придворное звание обер-гофмейстера, умер в 1858 году в Риме. После его кончины усадьба до 1917 года принадлежала Олсуфьевым.
3 июля 1869 года Ершово посетили императрица Мария Александровна с великой княжной и свитой. Для них Ершово было остановкой по пути следования из Ильинского – подмосковного владения Александра II – в Саввино-Сторожевский монастырь. Встречали сиятельных особ дочь графа Ольга Васильевна Олсуфьева с мужем А. А. Васильчиковым.
На сегодняшний день главный дом и другие усадебные постройки довольно хорошо сохранились благодаря тому, что на территории бывшей усадьбы находится дом отдыха. А вот церковь в 1941 году была взорвана фашистами.
Проезд: от Белорусского вокзала до станции Звенигород, далее автобусом № 25.
Июль 1996 г. Фото из архива автора.