Хакеры. Полный Root

Но спокойствие было только внешним.

100

Он чем-то напоминал менеджера верхнего звена: крепкий, уверенный в себе мужчина лет тридцати пяти, в сшитом на заказ дорогом костюме, в очках с обычными стеклами и золотой оправой свободно сидел в удобном кожаном кресле, закинув ногу на ногу, и постукивал по столу стилусом от планшета. На лице его играла легкая улыбка, да и само лицо источало флюиды добра и приязни – а поэтому казалось совершенно непонятным, с чего бы это стоящий перед мужчиной человек в форме подполковника Сетевой полиции нервно сплетал из пальцев какие-то безумные узоры и беспрестанно облизывал пересохшие губы.

«Менеджера» в очках звали Джет – он уже несколько лет возглавлял Центральное отделение Сетевой полиции. И нервозность, одолевшая его подчиненного, хоть и не вязалась с добродушным выражением лица Джета, но была вполне оправданна.

– Ты хорошо поработал, Борис. Очень хорошо. – Джет улыбнулся, и подполковник несмело улыбнулся в ответ. – Даже слишком.

Хозяин кабинета крутнулся на кресле и встал с места, направляясь к окну. Борис переступил с ноги на ногу и продолжал настороженно следить за своим шефом.

– Давно мы не щучили этих ублюдков, да?

– Да, – попытался сказать Борис, но из его рта вырвался лишь какой-то хриплый клекот.

Джет остановился возле окна и посмотрел вниз с пятидесятиметровой высоты, постукивая стилусом о подоконник.

Крупные точки – машины. Точки чуть поменьше – люди. Все куда-то спешили, сновали, суетились.

Город жил своей жизнью, и ему по большому счету было наплевать на то, что происходило здесь, на восемнадцатом этаже Управления сетевой безопасности, в кабинете начальника Центрального отделения.

– Я изучил твоё личное дело. Мне нравится твой подход, – произнес Джет, глядя вниз. – Вчерашний случай тому лучшее подтверждение. Я хотел бы, чтобы ты перешел в центральный офис. И возглавил управление международного кибертерроризма. Что скажешь?

Казалось, Борис ожидал чего угодно, но только не этого. Он открыл рот, издал какой-то невнятный звук и оторопело замолчал.

– Что ты говоришь? – Джет даже не повернулся в его сторону.

– Я… это так неожиданно, командор Джет.

– Ты хочешь работать лично со мной?

– Да, конечно! – воскликнул Борис и тут же, словно одернув себя за несдержанность, спокойнее добавил: – Для меня это большая честь, командор Джет.

– Ну что ты… это для всех нас большая честь, Борис. Ты ведь один из лучших наших силовиков. Опыт работы оперативником. Опыт работы руководителем.

Некоторые точки двигались медленно, некоторые быстро, какие-то замедляли движение и останавливались, какие-то, наоборот, стояли-стояли – и вдруг приходили в движение… Все было таким мутным и нереальным, что хотелось подкрутить невидимое колесико и сфокусировать изображение.

Джет расстегнул верхнюю пуговицу рубашки и вытащил небольшой пузырек, прикрепленный к тонкой золотой цепочке. Открутил крышку и насыпал на тыльную сторону руки небольшую горку белого порошка.

Мир приобрел совершенно другие краски. Казалось, теперь отсюда, с расстояния в пятьдесят метров, стали четче видны детали каждой точки, каждой фигурки, двигающейся внизу.

– Тебя не смущает? – поинтересовался Джет, подняв руку со следами порошка. И наблюдая за синей машиной, кажется, спортивной «хондой».

– Нет, командор. У каждого есть свои слабости, и у меня нет права судить вас.

– Да, ты верно заметил, – произнес Джет. – У каждого свои слабости… лишь бы они не мешали делу, так, Борис?

– Так точно, командор, – отчеканил Борис.

«Хонда» скрылась за поворотом, и теперь объектом наблюдения стал белый «ниссан» с небольшой вмятиной на боку, за рулем которого сидела молодая длинноногая блондинка.

– Скажи мне, Борис. Когда ты шёл сюда, ты же не знал, что я предложу тебе перевод. Что ты думал, для чего я вызвал тебя?

Борис смутился. Повисла пауза.

– Сказать по правде, командор, я думал, что получу выговор за то, что вовремя не сдал рапорт в аналитический отдел. Знаю, есть приказ для всех ведомств, сдавать рапорты сразу…

– Я издал этот приказ. – напомнил Джет. – Полгода назад.

– Виноват. Я задержался на час, потому что встретил одну знакомую, которую давно не видел. Поговорили, выпили кофе … Такого больше не повторится, командор.

– Да, да, конечно… я понимаю. – Джет проследил за «ниссаном» и перевел взгляд на мальчика с пуделем, стоящего на автобусной остановке. – Мой приказ считают формальностью, и пишут рапорты задним числом. Кому-то лень сразу составить рапорт. А кто-то забывает. Мало кто в отделах исполняет мой приказ. А он для того, чтобы выявить фальсификаторов. Тех, кому нужно время, чтобы состыковать детали. И потом составить безупречный, но лживый рапорт.

И пудель, и мальчик беспрестанно вертели головами, а пудель еще и вилял хвостом. На ошейнике пса была какая-то гравировка, но надо было очень внимательно присмотреться, чтобы прочесть ее.

Глюки вперемешку с фантазиями. И ведь он знал это. Знал, что не видит ни гравировки, ни пуделя, ни вмятины на «ниссане», да и «ниссан» ли это?

И все же так хотелось прочитать надпись на ошейнике.

– Твоя знакомая рассказала тебе о том, чем занимается она, ты рассказал ей, чем занимаешься ты… а потом твоя знакомая назвала тебе пин-код от анонимного счета, на который некий Энч перевел некую сумму. Интересно, за что? Неужели за то, что во время задержания был убит один из Волков? Именно тот, с которого можно было слить какую-нибудь информацию, а не те лохи, которых приняли в клан как шестерок и пушечное мясо. Нет, я так не думаю, Борис. Не будет же Энч платить за гибель своих людей? А ты что думаешь?

Борис бросился на Джета, видя лишь его спину и окно. Окно восемнадцатого этажа.

Борис только начал движение, а Джет уже шагнул в сторону, приседая на одну ногу и выбрасывая ему навстречу сжатый кулак со стилусом между пальцев. Удар в живот заставил Бориса согнуться, а Джет уже обхватил его ноги и резко выпрямился, толкая тело продажного полицейского в сторону окна.

Звон стекла – Борис успел схватиться руками за подоконник, но Джет уже перекинул его ноги и с силой швырнул его тело вперед.

Руки Бориса соскользнули, цепляясь за торчащие осколки разбитого стекла и оставляя на них кровавые следы. Несколько секунд был слышен его крик, потом глухой, еле различимый удар тела о мостовую – и тишина.

Джет перегнулся через подоконник и посмотрел вниз.

Центр города, очень людно – казалось даже странным, что Борис упал на землю, а не на кого-нибудь. Проходя мимо трупа, превратившегося просто в неподвижную точку, другие точки на короткое время замедляли шаг, но не останавливались, а продолжали идти дальше.

Возле здания РУСБ редко кто задерживался по своей воле. Даже если происходило нечто подобное.

Джет подошел к столу и надавил на кнопку интеркома.

– Мэйс!

– Да, командор, – раздался в динамике голос адъютанта.

– Вызови к обеду стекольщика в мой кабинет. Найди мне стилус для планшета. И срочно собери все материалы по перестрелкам в «Сталкере» и в Виннице. И всё, что есть на Волков и Сталкеров, тоже собери.

– Так точно, сделаю.

Джет отключил интерком и улыбнулся. Мягко и совсем не зло.

101

Клан без колебаний и единогласно решил принять условия открытого контракта. Были некоторые сомнения в платежеспособности заказчика. Однако ТуФед заявил, что оплата заказа уже на счетах гарантов, и они своё получат. Раз ТуФед сказал, значит, так и будет. Глава клана знал, как вести подобные расчеты, а в подробности никто не вдавался.

Ещё глава смог раздобыть информацию о заказчике. Некая компания «Лоу компьютерc», зарегистрированная аж в штате Алабама, готова была отвалить пять миллионов долларов тому, кто предоставит ей админский доступ к серверу психиатрической клиники. Компании не нужна была информация с сервера, не нужно было его уничтожение – только админский, или, как еще говорят, рутовый доступ.

ТуФед пробил информацию и по клинике – психиатрическая лечебница, в которую за последние несколько лет не поступало ни одного пациента. Клиника имела свой сайт, который примерно раз в месяц обновлялся, если это можно так назвать, – на нем выкладывались какие-то подборки статей из различных медицинских журналов, исторические справки и прочая совершенно бесполезная ерунда. Ничего особенного ТуФед не заметил – и об этом он сообщил своим соклановцам. Скорее всего, через сайт на сервер не зайти, надо искать другие пути, например попасть кому-то туда физически.

А потом Ринат выложил на приватку информацию с диска старика.

Оказалось, что сервер, на котором среди прочего находится и сайт клиники, пользуется услугами нескольких провайдеров – точнее, пяти. Странно, конечно, – зачем практически не работающему серверу нужно больше каналов связи, чем Центральному отделению РУСБ или Майкрософту. Словно хозяин сервера панически боится, что хоть на секунду его «сверхпопулярный» ресурс будет недоступен пользователям.

Еще одна странность: в списках всех без исключения провайдеров сервер клиники отсутствовал. Не был нигде зарегистрирован.

Следующим сюрпризом с диска были сведения о почтовом ящике, о котором на сайте не было никакого упоминания. Ящик находился на сервере и, судя по всему, использовался программно.

И самое главное – на диске была информация об операционной системе, установленной на сервере больницы. Довольно редкая операционка, созданная на основе BeOS. Взломать ее не так просто, как стандарт под линуксом, но ведь невозможного нет.

«Откуда это?»– отбил ТуФед.

Ринат усмехнулся – он уже знал, как ответит на этот вопрос.

«Ээээ…» – отстучал он в общий чат и, довольный, откинулся на спинку стула.

Своеобразный маленький триумф.

Несколько человек сразу отослали радостные эмодзи. Редко когда удается поддеть ТуФеда его же оружием.

Ринат только потянулся к клавиатуре, как ТуФед прислал новое сообщение.

«Ринат, на тебе ящик, делай т».

Ринат хмыкнул. У него была парочка вирусов-троянцев специально для почтовых ящиков, открывающихся программно. Он называл их проводниками: эти вирусы не заражали компьютер, а действовали лишь на защитные программы почтовых ящиков, меняя коды таким образом, чтобы резиденты, прикрепленные к письму, смогли без помех прописаться в памяти компьютера. Троянцы были эффективны и, что самое главное, нигде не использовались.

Ну, или почти нигде…

Вспомнив о Торике, Ринат помрачнел. Следы троянцев при том взломе, как он считал, были уничтожены. В принципе их практически и не применяли. Но старик, чертов старик с какой-то хренью, которую он называл Тенью, упомянул о троянцах в разговоре, дав понять, что он в курсе того, как на самом деле был осуществлен взлом.

«У меня же есть два» – простучал Ринат.

За неделю до того злополучного взлома с Ториком, Ринат давал потестить троянцев ТуФеду, и глава клана остался ими доволен.

Теперь…

«Юзаные не годятся. Нужен новый. С новым кодом».

Ринат пожал плечами. Нужен так нужен.

«Ворм, Лилу, Тяпа – червь. Исходники мне».

«Я не буду с Тяпой работать! – отозвалась Лилу и добавила: – Он опять будет приставать».

«А ты не поддавайся» – бросил на приватку Тяпа.

Любой серьезный разговор на приватке так или иначе сводился к флуду – пустой болтовне. Это был своеобразный рок клана. Неважно, решены основные вопросы или нет – в какой-то момент кто-нибудь из соклановцев отпускал шутку, на неё отвечали… и дальше флуд уже приобретал свойства снежного кома. Зачинщиком мог быть кто угодно – кроме ТуФеда. Ринат даже поинтересовался как-то у Ворма, почему глава так себя ведет. Ворм пожал плечами, ответил что-то про большой объем работы.

Сейчас они тоже флудили, развивая шутки, пока не выдохнутся. А Ринат, глядя на переписку, представлял старика, который, скорее всего, взломал скай, и тоже читает весь этот спам.

Ему очень хотелось рассказать кому-нибудь из соклановцев об увиденном сегодня старике с Тенью. Только вот как?

110

Большое двухэтажное здание в центре города с горделивой надписью над входом не было тем самым знаменитым клубом «Сталкер». Вернее, было, но лишь частично. Настоящий клуб находился в пристройке сразу за двухэтажным сооружением, попасть в него можно было, только пройдя через оба этажа. Зайти внутрь мог только тот, кто принадлежал к клану и носил на запястье или предплечье татуировку с изображением зеленоглазого лица – герб Сталкеров.

Гербы были у каждого уважающего себя клана. Вензельные буквы, чьи-то лица, древние символы – их наносили татуировками на кожу, распыляли краской из баллончиков на стенах, оставляли небольшими аватарами на взломанных сайтах… Эта традиция уходила корнями куда-то в конец XX века, когда целью взлома было не обогащение, а обычное хулиганство, когда правительства многих стран сквозь пальцы смотрели на выкрутасы программистов-неформалов, а Сетевой полиции не было и в помине.

Сталкеры считались одним из самых сильных кланов не только в России. Не знающий границ хакерский мир признавал это имя чуть ли не в любой точке земного шара, и иногда для того, чтобы «разрулить» какой-либо конфликт, вполне хватало информации о том, что за одной из конфликтующих сторон стоит Алекс Спан или его подельники.

Ходили слухи, что Сталкеры работают с несколькими мафиозными группировками, что у них большие связи в Сетевой полиции, что у них есть свой боевой отдел, занимающийся исключительно физическим устранением соперников. Даже в самом клане не все знали, есть ли у этих слухов основания или нет. Во всяком случае, в России, да и в ближнем зарубежье мало кто рисковал становиться у Сталкеров на пути.

Разве что Волки, про которых ходили точно такие же слухи.

Трения и тёрки между двумя кланами длились уже давно – борьба за лидерство на виртуальном рынке сделала их врагами, и поэтому, несмотря на внешнюю сдержанность, представители обеих группировок при каждом удобном случае ставили друг другу палки в колеса. Выражалось это не только в подставах полицейским, подбрасывании вирусов или перебивании заказов – бывали случаи, когда стычки заканчивались перестрелками.

И все же, несмотря на взаимную неприязнь, оба клана умели находить общий язык, когда наступали общие трудности. В свое время они объединяли свои силы для того, чтобы противостоять Вентру – влиятельной ассоциации хакеров из Северо-Западной Европы, решившей установить в Сети свои правила. Позже Волкам и Сталкерам снова пришлось забыть свои распри, когда в 2018 году Джет устроил знаменитую Чистку, в результате которой произошли массовые аресты сетевых преступников по всему миру. Именно в этом году Сетевая полиция, находившаяся под юрисдикцией Интерпола, стала самостоятельной международной организацией, именно в тот год Джету удалось убедить весь мир в том, что ответственность за сетевые преступления должна быть максимально строгой, именно тогда в Сети впервые заговорили о новом клане, который возглавлял невидимый ТуФед.

Сейчас Сталкеры и Волки снова пытались объединиться. Причиной тому был открытый контракт на пять миллионов долларов. По всему миру прокатилась волна странных смертей и арестов тех, кто связался с контрактом. Оба клана тоже понесли небольшие потери, но куш в пять миллионов бит-долларов, обеспеченных биткойном, не давал покоя как главам кланов, так и их ближайшим помощникам.

В своём клубе, в окружении близких, Алекс Спан размышлял над последним разговором с Энчем, который предложил «объединиться и выпотрошить этот сервак хотя бы для того, чтобы повысить авторитет».

На словах все звучало красиво: Энч справедливо предлагал поделить деньги пополам, клялся, что лично будет участвовать в деле и привлечет своих лучших программеров – в общем, все должно было пройти нормально. Но Спан понимал: свяжись с Энчем – и придется в любой момент ждать удара в спину. Друзей нет, есть только временные партнеры, которых при любом удобном случае надо жрать, чтобы самому не подохнуть с голоду.

Больше всего смущало Спана то, что эта проклятая клиника находилась под боком у Энча. А так как это дело с самого начала нервировало Спана, значит, не исключено, что все это очередная хитрость Волков, решивших таким образом ликвидировать хотя бы часть своих конкурентов.

Опять же, напели недавно, что у Энча был разговор с Джетом – о чем, правда, неизвестно, потому как защита у сетевиков хорошая, но ведь не рассказал Энч про это своему «партнеру» Спану, умолчал.

Обо всем этом размышлял глава Сталкеров, когда в зал влетел один из охранников клуба и торопливо подбежал к его столу.

Спан поднял глаза:

– Что?

Охранник смущенно кашлянул, а потом нагнулся и прошептал что-то Спану на ухо.

Ни один мускул не дрогнул на лице главы – он лишь поставил на стол бокал с коктейлем и спросил:

– Он один?

– Поднялся один, но у клуба стоят две их тачки.

Спан покачал головой, несколько секунд о чем-то поразмышлял, потом произнес:

– Веди его.

Охранник торопливо удалился.

– Кто пришел? – спросил Спана один из сталкеров.

– Сейчас увидите – криво усмехнулся Спан.

Через несколько минут в VIP-секторе, а точнее, в зале настоящего клуба «Сталкер» появился человек в очках, одетый в потертые джинсы и темную водолазку. Он замер возле входа, осматривая зал, а затем уверенным шагом направился к столику, за которым сидели Спан и его друзья.

– Первый раз здесь? – слегка насмешливо поинтересовался Спан, когда человек приблизился и остановился возле столика.

– Всегда что-то приходится делать впервые. – произнес Джет.

– Пришёл кого-то задержать? Допросить?

Несколько человек, сидящих рядом с ним, при этих словах зашевелились, кто-то сунул руку за пазуху, кто-то просто откинул полу своей куртки, демонстрируя начальнику Сетевой полиции торчащее из-за пояса оружие.

– Пока просто поговорить, – мягко улыбнулся Джет. – Прогони своих шестерок, разговор с глазу на глаз.

– Псина, ты кого шестеркой назвал? – Один из Сталкеров поднялся с места и открыто положил руку на рукоятку пистолета.

Джет снова улыбнулся, но отвечать на вопрос не стал.

– Сядь, Транк, – буркнул Спан. – Не стоит убивать гостей в первые пять минут. Где твой этикет?

Транк с ненавистью посмотрел на полицейского и пробурчал:

– Пять минут я подожду.

– Спан, я пришел не словами пихаться друг в друга, – сказал Джет. – У нас состоится разговор?

– Джет, ты же понимаешь, что весь наш разговор я все равно передам своим друзьям? – Спан подмигнул Сталкерам, те заулыбались в ответ.

– Можешь считать это моим капризом, – произнес Джет. – Заметь, я пришел с миром, пришел один.

– Возле входа стоят две машины сетевиков, – зло бросил Транк. – Так что, мусор, не неси пургу о том, какой ты миролюбивый.

Джет снял очки, подышал на одно стекло, протер его и водрузил очки на место, после чего дружелюбно посмотрел на боевика.

– Транк, а ты не думал о том, что возле входа могло стоять двадцать машин? Не думал о том, что я мог бы за час разнести в щепки весь ваш гадюшник?

– Да ты… – Транк снова стал подниматься с места.

– Хватит! – оборвал его Спан. – Оставьте нас!

Спорить с главой никто не осмелился. Все молча поднялись с мест и удалились. Последним от стола уходил Транк – поравнявшись с Джетом, он намеренно зацепил полицейского плечом.

От Джета не укрылось то, как напрягся Спан, заметив этот толчок, однако сам сетевик ничего предпринимать не стал – только повернулся и произнес в спину Транка:

– Мы еще обязательно увидимся.

Когда все Сталкеры отошли на приличное расстояние, Спан жестом предложил Джету присесть.

– Транк не слишком жалует полицейских, – произнес глава Сталкеров. – Натерпелся от них в свое время.

– Интерпол подозревает его в совершении нескольких убийств, – кивнул головой Джет. – Думаю, небезосновательно, да?

Спан откинулся на мягкую спинку дивана, раскинув руки и развалившись. Ему нравилось чувствовать себя хозяином положения в компании с одним из злейших своих врагов, хотя, что скрывать, он чертовски сильно волновался.

– Ты смелый, Джет, – произнес Спан. – Рискнул прийти сюда вот так, один. Зачем?

– Два дня назад кто-то пострелял твоих людей, – сказал Джет. – Здесь, в твоем доме. Ты выяснил, кто?

Спан деланно зевнул.

– Лохи какие-то залетные. Мы сообщили о происшествии твоим коллегам. Ведется расследование, правда, нас в детали не посвящают.

– Да, да, конечно. – сетевик понимающе кивнул головой. – Жаль. Я думал узнать у тебя что-то новое, чего не знает полиция.

– Да ты что, Джет! – искренне возмутился Спан. – Мы же законопослушные граждане. Мы помогаем следствию как можем и предоставляем любую информацию, которой владеем.

Джет поднялся с места:

– Я так и думал. Что ж, счастливо оставаться.

Спан, казалось, растерялся. Он с удивлением посмотрел на Джета.

– Это все, о чем ты хотел поговорить?

– Да. – Джет кивнул головой. – Удачи тебе.

– Удачи и тебе, – озадаченно пробормотал Спан, глядя в спину Джета.

Когда сетевик удалился уже на несколько метров, Спан окликнул его:

– Эй, Джет!

Джет остановился, но поворачиваться не стал.

– О чем ты говорил с Энчем?

Теперь полицейский повернулся.

– Ты не поверишь, Спан. У нас была долгая беседа, в конце которой мы сошлись на одном.

– Да? – Спан поднялся и подошел к Джету. – И на чём же?

– Согласились, что хоть ты и лох, но у тебя еще есть шанс, – широко улыбаясь, произнес Джет.

Лицо Спана дернулось. Он криво улыбнулся, глядя на жизнерадостное лицо полицейского, хмыкнул.

– Есть шанс, да? – переспросил Спан.

– Есть. – Джет кивнул головой.

– Но я лох.

– Лох! – радостно подтвердил сетевик.

Спан облизал губы, а затем неожиданно засмеялся.

– Энч – хитрая скотина, – сказал он сквозь смех.

– Хитрая, – согласился Джет, тоже усмехнувшись. – Мы все в некотором роде хитрые.

– Кажется, наш разговор продолжится, а, Джет? – Спан посмотрел в сторону столика.

– Мне тоже так кажется, Спан, – произнес полицейский и первым шагнул обратно. – Нехорошо ведь, когда гибнут люди, а по Сети гуляют странные открытые контракты, верно?

– Нехорошо, – подтвердил Спан и поднял руку, подзывая официанта. – Эй! Принеси нам что-нибудь выпить!

111

– Я чего-то не пойму тебя, братан… – Бритоголовый здоровяк с наколкой на запястье, свидетельствующей о том, что ее обладатель провел некоторое время в Райсе, мрачно смотрел на свою полную в физическом смысле противоположность. – Слухи ходят, что ты с мусорами спутался, своих людей сдаешь, какие-то темы пытаешься провернуть втихаря… Ты в курсе, что у партнёров к тебе вопросы?

«Полная противоположность» – невысокий худой парень лет двадцати пяти с длинными волосами, – казалось, совершенно не слушал собеседника, поглощенный примитивной флэш-игрой на компьютере. Пальцы сноровисто бегали по клавиатуре, рука дергала мышку… С первого взгляда можно было подумать, что он вообще не замечает ничего вокруг.

Однако здоровяк знал, что это не так и парень прекрасно все слышит, а парень, в свою очередь, знал о том, что знал здоровяк. Это просто было нечто вроде игры.

Шарик упал на полочку, повинуясь команде геймера, сразу же покатился вправо и сбил кубик. В колонках компьютера заиграла торжественная музыка, сообщавшая о том, что игрок только что получил некоторое количество очков.

– Имеешь что-то сказать, Энч? – спросил здоровяк.

– Бред, – ответил Энч, не отрываясь от игры.

– Что бред?

– Все бред, – отрезал Энч. – Своих людей мусорам я не сдавал, эти идиоты сами спалились. Мой человек из полиции лишь постарался, чтобы Джет не узнал ничего лишнего. Семье погибшего выплачена компенсация, в дальнейшем они ни в чем не будут…

– Ты мне дуру не гони, Энч! – обозлился здоровяк. – Что за тема на пять лимонов хороших денег? Каким боком тут Джет замешан?

Энч оторвался от игры и повернулся к здоровяку. Посмотрел на него и медленно произнес:

– Я на общее уделяю регулярно. Мои темы – это мои темы. Мартын, я же не лезу в дела братвы. Какого вы свои носы ко мне суете? Что, войны хотите? По замесам соскучились? Давайте, только вывезете ли?

Угроза в его голосе звучала очень уверенно. Мартын на секунду смешался, и Энч, заметил его колебания.

– Вы на зонах рулите, поэтому ссориться никто с вами не хочет. Просто ведите себя на воле нормально.

– По понятиям… – начал Мартын.

– Ты меня понятиям не учи! – скривился Энч. – Ты эту залипуху будешь ауешным малолеткам втирать. У меня одно понятие – моя семья, мой клан, мои люди. Если ради них надо с мусорами договариваться – я буду договариваться, а если ради них надо будет Джету глотку перегрызть – я перегрызу. Я любому глотку перегрызу, кто на пути у моей семьи встанет, ясно? И не надо учить меня понятиям, я тоже могу вспомнить, кто и когда с кем работал!