Бажаник. Семь сфер. Курс лекций Артема. Этика целительства.

— А кармическая плата? — спросил Павел.

— Это когда пациент обещает передать помощь дальше. Не тебе — миру. Например: «Я не могу заплатить сейчас. Но когда я выздоровею, я помогу троим другим». Или: «Я расскажу о Школе в своей деревне». Или: «Я буду молиться за тебя каждый день». Это работает, потому что энергия не исчезает. Она просто перенаправляется. Ты отдал пациенту — пациент отдал миру — мир отдал тебе. Контур замкнулся.

— Но как проверить, что пациент действительно выполнит обещание? — спросил Михаил.

— Никак, — ответил Артём. — Это вопрос доверия. Но мой опыт показывает: те, кто обещают и не выполняют, обычно не выздоравливают. Потому что они нарушают тот самый контур. Они взяли энергию и не отдали взамен. И энергия застаивается в них — как вода в пруду. А застой — это всегда болезнь.

Опасность «вампиризма»: с обеих сторон

— Теперь давайте поговорим о том, о чём обычно молчат, — Артём понизил голос, и ученики невольно подались вперёд. — О вампиризме.

— В смысле — энергетическом? — уточнила Кира.

— Да. Вампиризм бывает двух видов: пациент-вампир и целитель-вампир.

Пациент-вампир — это тот, кто приходит не за исцелением, а за подпиткой. Ему не нужно выздоравливать. Ему нужно внимание. Забота. Энергия. Он будет приходить снова и снова, с новыми и новыми жалобами, и каждое ваше прикосновение будет высасывать из вас силы, но ему никогда не станет лучше. Потому что он не хочет, чтобы ему стало лучше. Ему хорошо в роли больного.

— Как его распознать? — спросила Ольга.

— Есть несколько признаков. Первый: после сеанса с ним вы чувствуете себя не наполненными, как обычно, а опустошёнными. Как будто из вас выкачали воздух. Второй: он всегда находит новые симптомы. Только вы исцелили одно — появляется другое. И третье: он сопротивляется вашему предложению что-то делать самому. Упражнения, практики, медитации — всё это «не для него». Он хочет, чтобы вы его лечили, а он просто лежал и принимал.

— И что с ним делать? — спросил Дмитрий.

— Либо отказывать, либо выставлять очень высокую плату. Не из жадности — из защиты. Если он готов платить высокую цену, значит, он действительно хочет выздороветь. Если нет — значит, он пришёл за подпиткой, и вы имеете полное право его не обслуживать. Это не жестокость. Это самосохранение.

— А целитель-вампир? — спросила Лара.

— О, это ещё опаснее, — Артём помрачнел. — Целитель-вампир — это тот, кто лечит не ради пациента, а ради себя. Ради чувства власти. Ради обожания. Ради подтверждения своей значимости. Он не отдаёт энергию пациенту — он, сам того не осознавая, подпитывается от пациента. От его благодарности, восхищения, зависимости. Это самый страшный вид вампиризма, потому что он прикрывается благими намерениями. Целитель-вампир искренне верит, что помогает. А на самом деле он разрушает пациента — делает его зависимым, слабым, вечно нуждающимся.

— Как понять, что ты сам — вампир? — тихо спросил Дмитрий.

Артём посмотрел на него долгим взглядом.

— Задай себе вопрос: «Что я чувствую, когда пациент уходит к другому целителю?» Если облегчение — ты не вампир. Если ревность, обиду, гнев — возможно, ты на грани. Ещё вопрос: «Что я чувствую, когда пациент выздоравливает и перестаёт во мне нуждаться?» Если радость — ты здоров. Если пустоту, потерю смысла — ты привязан к пациенту. А привязанность — это первый шаг к вампиризму.

Техника «Замыкание контура»

— Сегодняшняя практика, — сказал Артём, поднимаясь, — будет не совсем обычной. Я научу вас замыкать контур.

Он попросил всех встать в круг.

— Когда вы проводите сеанс, вы открываете канал между собой и пациентом. По этому каналу течёт энергия. Если после сеанса вы просто встаёте и уходите — канал остаётся открытым. И через него может продолжать утекать ваша энергия — или, наоборот, энергия пациента может вливаться в вас. И то и другое плохо.

— А как его закрыть? — спросила Елена.

— Вот этому мы и научимся. Разбейтесь на пары. Один будет «целителем», второй — «пациентом». Проведите короткий учебный сеанс — просто активируйте Пульсар и направьте немного энергии партнёру. Не лечите ничего конкретного, просто дайте поток.

Ученики разбились на пары. Артём работал с Ларой — она снова сама подошла к нему.

Пять минут в гостиной стояла тишина, нарушаемая только потрескиванием дров в камине.

— А теперь — замыкание, — произнёс Артём. — Сделайте три вещи. Первое: мысленно скажите пациенту «спасибо». Просто «спасибо за доверие». Второе: представьте, что канал между вами — это светящаяся нить. И вы медленно, мягко перерезаете эту нить. Не рвёте — именно перерезаете, как хирургическую нить. И третье: заземлитесь. Поставьте обе ступни на пол, прижмите ладони к бёдрам, сделайте три глубоких вдоха. Почувствуйте, как ваша энергия возвращается к вам, а энергия пациента — к нему.

Он замолчал, давая ученикам время выполнить упражнение.

— Теперь поменяйтесь ролями.

Ещё десять минут. Тишина. Треск поленьев.

— Всё, — сказал Артём, когда пары закончили. — Как ощущения?

— Странно, — сказала Кира. — Обычно после сеанса я чувствую себя немного… размытой. Как будто часть меня осталась с пациентом. А сейчас — как будто я снова целая. И при этом пациент не брошен. Он просто… отдельно.

— Это и есть правильное замыкание, — кивнул Артём. — Ты не бросаешь пациента. Ты просто возвращаешь себе свои границы. Ты снова становишься собой, а он — собой. И вы оба в порядке.

— А если пациент не хочет замыкаться? — спросил Глеб. — Если ему нравится быть подключённым?

— Такое бывает, — признал Артём. — Особенно с вампирическими пациентами. Они будут бессознательно цепляться за канал, не давать его перерезать. В таких случаях я использую обсидиан. После сеанса я кладу обсидиан на солнечное сплетение — своё — и представляю, что канал уходит в камень. Обсидиан, как вы знаете, — камень правды и отсечения. Он помогает закрыть даже самый липкий канал.

Домашнее задание

— На эту неделю, — сказал Артём, — три задания.

Первое. Проведите ревизию своей практики. Если вы принимаете пациентов — задайте себе вопрос: «Все ли они платят?» Если нет — почему? Что мешает вам попросить плату? Страх? Стыд? Чувство вины? Запишите ответы. И попробуйте хотя бы с одним «бесплатным» пациентом ввести символическую плату — не деньгами, так продуктами, услугой, обещанием. Посмотрите, что изменится.

Второе. Освойте «замыкание контура» как обязательный ритуал после каждого сеанса. Практикуйте его даже на учебных сеансах, даже на друзьях, даже на себе — когда заканчиваете медитацию. Ведите дневник ощущений: что чувствуете до замыкания и что — после.

Третье. Вспомните ситуацию — не обязательно из целительской практики, — когда вы что-то отдали и ничего не получили взамен. И ситуацию, когда вы получили что-то даром. Запишите обе истории и ответьте на вопрос: «Что я чувствовал в каждой из них? Что было легче — брать или отдавать? Что — приятнее?» Это поможет вам понять своё отношение к энергообмену.

Когда ученики разошлись, Артём подошёл к окну. Снег кончился, и над Ольховкой всходила луна — полная, яркая, почти янтарная. Её свет заливал сад, и голые ветви дуба отбрасывали на снег длинные тени, похожие на спицы колеса. Семь спиц. Все целые.

Алиса спустилась из мастерской — она работала над зимней серией картин, — и встала рядом.

— Ты говорил о деньгах, — сказала она. — Не боишься, что ученики осудят?

— Боюсь, — признался Артём. — Каждый раз, когда я поднимаю эту тему, находятся те, кто говорит: «Целительство должно быть бесплатным». И я понимаю их. Я сам так думал. Но потом я увидел, как мои бесплатные пациенты не выздоравливают, а платные — выздоравливают. И я понял: дело не в деньгах. Дело в обмене. В равновесии. В реке, которая должна течь.

— Это трудно понять тем, кто не пробовал, — сказала Алиса.

— Поэтому я и рассказываю им свою историю. О том, как я слёг. О том, как Анна Степановна заставила меня поклясться. О том, что принимать — это не стыдно. Стыдно — это истощиться и больше никому не помочь.

Он посмотрел на луну.

— Знаешь, что сказала Анна Степановна, когда я поблагодарил её за тот сеанс? Она сказала: «Не благодари. Это был обмен. Я дала тебе энергию — ты дал мне обещание. И теперь, каждый раз, когда ты берёшь плату с пациента, ты отдаёшь долг мне. И так — до бесконечности. Свет умножается, только когда он течёт. А течёт он только тогда, когда есть разница потенциалов. Когда один даёт, а второй принимает. И наоборот».

Артём улыбнулся и добавил:

— Анна Степановна никогда не брала денег. Она говорила: «Деньги — это слишком просто. Мне нужны не деньги. Мне нужно, чтобы мои ученики стали лучше меня». И они стали. И я стараюсь.

Алиса взяла его под руку, и они стояли у окна, глядя на лунный сад и думая каждый о своём. О том, что исцеление — это всегда круг. Не линия от дающего к берущему, а круг, в котором каждый — и дающий, и берущий одновременно. И этот круг не разрывается, пока по нему течёт благодарность.

«Не бойся брать. Бойся брать лишнее. Не бойся отдавать. Бойся отдать всё без остатка. Мудрость целителя — в балансе. В том, чтобы твой колодец никогда не пересыхал, но и не застаивался. Чтобы вода в нём была чистой и прохладной. И чтобы каждый, кто пришёл к тебе напиться, уходил не только утолённым, но и готовым вырыть свой собственный колодец. Ибо мир устроен так, что колодцев никогда не бывает слишком много».

Из дневника Артёма Бажаника, запись после пятой лекции курса «Этика целительств