Точка опоры галактики

– Собираются они из любителей. Тренировок особых нет. И оружия нет. У нас вообще с оружием не очень. Лишить жизни можно много чем. Еще специально для этого что-то разрабатывать смысла нет.

– Подожди, ну да, убиться и вилкой можно, но должна же быть какая-то эффективность? Если надо прорвать, например, линию обороны, это же целый квест. Сперва артобработка, потом танки, там, боевая машина пехоты. Штурмовики, наконец. У них автоматы, стреляют пулями по сто штук в минуту. Так можно сразу десяток противников уничтожить!

– Так это уже не спорт получается… – Арни был в недоумении. Вернее, пытался имитировать ошарашенность, но получалось у него неважно. – У нас нужно выиграть, а не всех уничтожить.

– Хорошо, но я видел так. Соперники сходятся в рукопашной, но ведь они использовали мечи, копья, кинжалы, в общем, холодное оружие. А можно ведь и лук со стрелами?

– Нет, оружие из рук выпускать нельзя. Это очень важное правило. Да, мы тоже понимаем, что и кинжал и копье можно кинуть, но это запрещено. Так что вот, как-то так.

Я подкинул на ладони одну из легкий гантелек. Да, это они ловко придумали.

– Тогда последний вопрос: видно было много покалеченных участников. И, конечно, заметил я и убитых. Получается, здесь можно насмерть убивать? Как-то «кровавый спорт», в самом деле.

– Нормальный спорт. Ты же видел, медицина здесь на большой высоте. Всех пострадавших восстанавливают быстро и качественно. Даже шрамов не остается (только если по желанию, но здесь у нас шрамами хвастаться не принято). Ну а погибшие… Такая у нас культура. Жизнь отдельной особи ценится невысоко.

– Вот оно как. Да, мне как-то Аплас говорил уже, но я этому значения не придал. Как-то удивительно было такое слышать… – Много еще вопросов крутилось у меня в голове, но как бы каша не получилась от таких неожиданных известий. – А кто ж тогда выигрывает, если так много участников?

– Выигрывает регион. Участники собираются от разных регионов. Есть рейтинг, награды, статус, все дела.

Что ж, в целом и такое можно себе представить. Кулачный бой, деревня на деревню, двор на двор… Жаль, со странами так не получается. Какой-то уровень здесь проходит. Вот, когда дерутся мужики, у них всегда есть чувство, когда надо остановиться: до первой крови, лежачего не бьют и т.д. С женщинами уже сложнее, там нужно нанести как можно больший ущерб, желательно, внешности. А вот на уровне страны история уже другая, здесь потери считают другими способами… Пожалуй, достаточно на сегодня. Надо бы сменить тему.

– А вот скажи мне, Арни, питание как-то влияет на мою прокачку?

– Конечно, влияет, – тут же откликнулся мой напарник. – Питание – это основа всех основ.

– Тогда почему я питаюсь какой-то ерундой, вместо нормальной, вкусной, красивой и очень аппетитной еды?

– Твоя еда очень правильно сбалансирована. Она содержит все необходимые вещества, витамины и микроэлементы. Они прекрасно усваиваются и идут только на пользу. В ней есть клетчатка, полезные жиры, белки, антиоксиданты и сложные углеводы. Минимум сахара, нет трансжиров и вредного холестерина.

– Да знаю я… – С этим вопросом я приставал уже ко всем и не один раз.

Аплас объяснил мне, что персонал, который обслуживал эту станцию, питался очень однообразно и совсем не так, как мне бы того хотелось. Здесь работали галакты, лишь очень отдаленно похожие на земных людей. Не по внешности, а по характеру.

Почти все продукты создавались здесь же, специальными фермами и пищевыми комбайнами. Небольшая часть деликатесов доставлялась грузовиками. Сейчас все фермы и прочее оборудование находится в глубокой консервации и даже если начать разворачивать все это хозяйство, пройдет не меньше месяца, пока будет получен первый пригодный результат.

К тому же, даже если наладить производство, конечный продукт вряд ли мне понравится. Потому что он не сильно отличается от того, что я имею сейчас. Так здесь все устроено. Сейчас Аплас извлек из глубокой заморозки часть неприкосновенного запаса и активировал один пищевой процессор. Кроме меня, едоков здесь больше нет, поэтому и рассчитывать на особый сдвиг в этом вопросе мне не приходилось.

Зато вода, как и везде во вселенной, оставалась просто водой. Такой же, как и на многих других планетах. Здесь сюрпризов не оказалось. Конечно, мне она доставалась дистиллированной, но Аплас наловчился ее подслащивать и придавать ей вкус всякими химическими добавками.

Человеческих вкусов здесь никто не знал, и мы с Апласом перепробовали множество разных вариантов из палитры вкусов других цивилизаций. Это было феерично. Много вкусов оказались похожи на наши. Огромное количество других я быстро забраковал. Они были похожи на что угодно, только не на еду. И лишь небольшой процент был добавлен в мой избранный ассортимент.

Кстати, с пищевыми батончиками вышла такая же история. Им тоже можно придавать различные вкусы, но тут, несоответствие формы содержанию вызвало у меня резкое противоречие. Этот вопрос я взял себе на заметку. Нужно было что-то со всем этим делать…

* * *

После качалки я отправился в душ. И здесь тут же нарисовались Вета и Вита. Вот кого мне тут не хватало!.. Поначалу я развлекал себя тем, что девчонки терли мне спинку и мыли ноги. Такие игры увлекали меня не по детски, но позже я стал чувствовать усталость от этих затей. Девчонки были совсем не сексуальны, хотя очень старались. Это сложный вопрос. Здесь явно не хватает чего-то человеческого, может, души?

Выглядели они шикарно. Сериалы показали им все нужные движения и эмоции, хотя с эмоциями, как раз и были основные проблемы. Я уже говорил, что Аплас создал им идеальные тела и лица. Вернее, тела и лица были взяты с реальных образцов (если только учесть, что были они срисованы с картинки на экране), но кожа, волосы и все прочее были чистейшего состояния.

И главное – глаза. Они прорисованы великолепно, с потрясающей детализацией, но в них не было жизни! Вообще не было, никакой. Как это можно почувствовать? Сымитировать? Я так и не понял. Ладно, человек. Он сложен и мы априори воспринимаем его как некое высокодуховное существо. Но, вот, скажем, собака – ты смотришь ей в глаза и видишь жизнь. Это какое-то чудо.

Душевая делалась для меня одного, но с размерами Аплас не заморачивался и в ней можно было легко помыть слона. Особенно джакузи получилась на славу. Ее как раз заняла Вета, а Вита стала мыть ей плечи и руки. Сам я всегда предпочитал душ.

– Вот скажи мне, Вита, как так получается, что ваш театр совсем не похож на тот театр, к которому я привык (который начинается с вешалки :-). Ведь, вроде смысл у этого искусства не должен сильно отличаться… – Не то, чтобы я так хотел это узнать, но захотелось развлечь себя разговором. – Это ведь какое-то особое пространство для актеров и зрителей, живой процесс передачи эмоций, идей, смыслов. Должен быть какой-то контакт, диалог, ответная реакция зрителей, актерская игра.

– А что тебе не нравится в нашем театре? – Вита была, как всегда, немного прямолинейна.

– У вас зрители присутствуют, как бы виртуально. И больше того! Актеры тоже присутствуют как бы виртуально…

– Не все. Некоторые звезды, да, подключаются к процессу через виртуальность. Но ведь играют то они реально. Вживую. В этом и есть смысл театра…

Вета поднялась из джакузи и они с Витой поменялись местами.

– Да это понятно. Вот прихожу я в театр. Помещение специально оборудовано. Начинается действие. Выходят актеры. Вот они видят зал, зрителей? Как они оценивают ответную реакцию?

– Видят, конечно. Технологии позволяют. Зрители видят не весь огромный зал. Они видят ближайшую часть, чтобы атмосфера была более дружественной. Актеры же, наоборот, могут видеть весь зал целиком. Так получается, что каждый спектакль может идти в разных режимах и это очень удобно. Зрители как бы наслаиваются друг на друга, чтобы видеть сцену из хорошей, удобной позиции. Так можно собрать тысячу зрителей, но всем удобно и все получают наслаждение словно зал всего на полсотни мест. Актеры же видят только тех зрителей, которым реально интересно, которые активно переживают и так получается отличное взаимодействие. И чем больше таких зрителей, тем больше для них аудитория. Это такая обратная связь получается. Актерам приятнее играть. Все довольны.

– Все это, конечно, очень здорово… – Я пока так и не смог представить себе эту конструкцию. Все таки технологии имеют большое значение.

Вита подняла одну ногу и стала любоваться ею.

– И заметь, – сказала она, – все это делается без использования нейроинтерфейса. Идет просто трансляция и полное погружение в виртуальность чисто техническими внешними средствами. Так что весь дух театра полностью сохраняется – особая атмосфера диалога актера и зрителя в моменте, который уже не повторится. Ты наверно смотрел это все в записи…

– Да уж, конечно. На живом спектакле мне присутствовать пока не приходилось и я не вижу в перспективе такого события.

Признаться честно, большим театралом я не был, но если будет случай, обязательно приобщусь. А смотреть мне пришлось через внешнюю виртуальность, наподобие голограммы, псевдо-3д. Обычных экранов здесь полно, а все остальное – только через НИФ, которого у меня нет.

Вот еще, чудо техники – нейроинтерфейс (НИФ). Аплас сказал, что его вживляют всем, при рождении. Со временем он прорастает в организме и когда наступает совершеннолетие – полностью активируется.

В нем хранится вся информация, документы, справки. Это же и средство общения, и обмена данными. Это же доступ ко всему, что положено личности. Мне можно установить только сам приемо-передатчик, без идентификации. Тогда я смогу хотя бы получать инфу и ко мне можно будет обратиться напрямую, в непосредственном контакте. В принципе, это возможно в лечебном модуле, но Аплас не решился взять на себя такую ответственность. К тому же моя планета находится под запретом. И что с этим делать непонятно.

– Ну, хорошо, девчонки, – захотелось сделать перерыв и просто насладиться спокойствием. – Давайте закругляться уже. Продолжим в библиотеке.

Девчонки у меня понятливые. Они моментально закончили мыться и вышли. Только тогда ощутил я спокойствие и умиротворение. Душ, вообще очень хитрая штука. Стоя под струями горячей воды чувствуешь облегчение, освобождение и душевный подъем. В голове начинают крутиться мысли, о которых в другом месте ты и не вспомнишь. В это раз мне захотелось подумать о чем-нибудь приятном, как я вернусь домой. Но сначала побываю на Балагане. Сколько интересного смогу я там увидеть? Даже если моя цивилизация находится под запретом…

* * *

Еще толком не проснувшись, я уже почувствовал, что сейчас будет какой-то сюрприз. И точно. Стоило мне открыть глаза, как Вета уже прыгала передо мной возбужденно размахивая руками и тряся всеми своими прелестями. Вита вела себя более сдержано, но чувствовалось, что ей тоже не терпится мне что-то показать. Чем-то меня ошарашить…

Было у меня несколько мыслей по этому поводу. Во первых, я давно мечтал вырваться на свободу, за периметр. А лучше – побывать на поверхности. В этом Аплас мне отказывал категорически. Ссылаясь на то, что атмосфера снаружи комплекса, мне не подходит, а пояс, который мог бы меня защитить, нуждался в перезарядке. В этом процессе потребовалось обновление его настроек и в итоге он потерял привязку ко мне. Теперь я мог его просто на себя надеть, но это был обычный пояс, без всяких удивительных функций.

К тому же, делать мне на поверхности, по мнению Апласа, абсолютно нечего. Конечно, этому железному истукану вообще непонятно, зачем людям нужен простор, воздух, бесконечное голубое небо над головой. Кстати, небо здесь и правда, очень голубое и красивое.

Бывший здесь ранее обслуживающий персонал выходил на поверхность редко. В основном все нужное делали дроны и наноботы. Но мне то от этого не легче. Вот правда, побывать на другой, вообще неведомой планете, и просидеть всю дорогу взаперти – что может быть ужаснее? Что я потом друзьям буду рассказывать? Где опасности, где приключения? Где побежденные монстры и драконы? Спасенные принцессы и целые народы? Да, мечты меня никогда не покидали.

Второй вопрос у меня ассоциировался с едой. Может девчонкам удалось таки придумать что-то интересное. Уговорить Апласа запустить какой-нибудь секретный чудо-пищевой комбайн, который сделает мне говяжий стейк средней степени прожарки? Или хотя бы бараний шашлык? Да хоть свиной, хоть куриный! Люля-кебаб, котлеты по-домашнему, тушеная свинина с овощами, ребрышки на гриле, куриные крылышки, колбаски, мясные рулеты…

Поперхнувшись слюной я выбрался из кровати и уныло побрел умываться. На такой праздник жизни тоже рассчитывать явно не приходилось. Ладно, будем надеяться, что им все-таки удалось придумать и соорудить нечто действительно забавное.

Как я и предполагал, пришли мы не в буфет, а в библиотеку.

Нужно сказать, что библиотекой я называл это помещение просто для того, чтобы как-то его называть. Это был огромный зал с высоченным потолком метров десяти, не меньше. Более высокий потолок был только в бассейне. Весьма искусно напоминал он там голубое небо, но ощущения свободы я от него не получал. Десятиметровая вышка до потолка приблизиться даже не пыталась. Хотя какой-то обман в этом чувствовался. С этой вышки я так и не прыгнул пока ни разу.

Когда мне становилось грустно и начинало чего-то не хватать, я брал себя в руки и думал, вот сейчас пойду и прыгну. Но, поднявшись наверх я смотрел вниз, в маленькое блюдце двадцатиметрового бассейна, и мороз проходил по коже волнами, волосы шевелились на голове и подгибались колени. Не могу сказать, что я боюсь высоты, голова у меня не кружилась, но прыгать – это совсем другое удовольствие.

Вета предлагала Вите меня подтолкнуть, после чего я сказал, что отформатирую их обоих. Арнольд показывал мне, как надо прыгать и много раз прыгал сам. Потом предложил взять меня в охапку и прыгнуть вместе. Затейник такой…

Остальные помещения выглядели гораздо скромнее, но тоже не маленькие.

В библиотеке располагалось много кресел и диванов. Разнообразные столы для любых занятий, огромный экран, словно в кинотеатре и большой телевизор. Так мне удобнее иногда смотреть разные материалы. Привычка. Еще здесь были виолончель и статуя Давида в натуральную величину. Виолончель выглядела круто, но играть на ней было совершенно невозможно. Зато статуя на ощупь казалась практически настоящей.

На большом диване я смотрел фильмы и видеопрограммы. Одна из девчонок, обычно Вита, она успевала первой, усаживалась со мной рядом и тогда другая садилась в кресло неподалеку и с гордым видом смотрела в экран, всей свой позой демонстрируя презрение и гордость, хотя сквозило обычно оттуда обыкновенной ревностью и завистью. Я так и не научился понимать, как эти два полностью цифровых существа, научились мастерски демонстрировать такие сложные эмоции. Учитывая, что в их базовой модели ничего подобного не было и в помине.

Еще вдоль стен здесь стояли стеллажи с книгами. Огромное количество книг. Несколько уровней балкончиков, куда можно было подниматься по вполне обычной лестнице. Все это Аплас подсмотрел на шмылке и воссоздал с ювелирной точность. Эти компьютеры, они такие дотошные.

Больше всего удивляло то, что эти книги можно читать. Я подходил к полке и брал книгу. Поначалу на вид они были почти одинаковые, только названия разные. Если взять книгу в руки, она тут же адаптировалась, приобретала вид, характерный для своего содержимого. Наноботы мгновенно формировали листы с текстом, оформлением и иллюстрациями. Потом эта книга сохранялась некоторое время. Я их много перелистал. Возникало такое приятное чувство. Только запаха книжного не было.

Эта технология мне очень понравились. Жаль, на земле еще такого не придумали. Читать текст с экрана возможно и даже удобно иногда, но взять в руки книгу, правильно оформленную, да с шикарными картинками – это совсем другое наслаждение!

С порога я, конечно, библиотеку не узнал. В этом и был сюрприз.

Экран, телевизор и полки с книгами остались на месте, но все остальное пространство теперь занимали растения. Это были горшки с цветами и целые клумбы с деревьями пятиметровой высоты. Часть стены покрывали вьющиеся лианы с крупными листьями. Все это богатство усеивали цветы различных форм и расцветок. Очень все пестрое, яркое, волнительное. А главное, это все живое. Аплас смог адаптировать местную фауну к условиям моего заточения и теперь я словно погрузился в лес, в какие-то дикие первобытные джунгли. Конечно, это было потрясающе.

Завороженный, я долго разглядывал все это буйство природы, ходил между кустами, трогал зелень руками. Заметил, как порхают между стволов крупные и тоже очень разноцветные бабочки. Опустился на ближайший диван, раскрашенный под поваленную корягу и протянул руку перед собой. На ладонь тут же уселась бабочка, размером с кулак, пронзительно голубых, розовых и оранжевых оттенков.

Сам я житель глубоко городской, но природу видел и вблизи, и издалека. Бродил по нашим южным степям, по холмам среднерусской равнины, по сосновым лесами Карелии и Алтая. Есть в этом свое, исконное наслаждение. Природа чудесна и разнообразна. Но с такой концентрацией буйства органики сталкиваться еще не приходилось. Тем не менее здесь, после двух недель голых стен и пустого белого света ламп, ощущения просто ошарашили.

– Вот это сюрприз… – наконец решился промолвить я. – Вита, Вета, кто это придумал?

– Мы решили дней пять назад. – Первой ответила Вита, она всегда была на шаг впереди. – Обсуждали. Наши алгоритмы вычислили, что есть вероятность наступления угнетенного состояния личности от длительного пребывания в замкнутом пространстве…

– Это понятно, Вита. – Нужно было остановить этот поток. – А планировал кто?

– Мы представили Апласу план. Он рассмотрел варианты и сделал заключение, что это вполне возможно и никакой опасности для нашего пребывания здесь не представляет. Дальше все было просто. Отобраны подходящие растения и сформирован этот заповедник, этот живой уголок. Ты, кстати, еще не все видел.

– Это я понимаю. Тут можно долго присматриваться…

Вета взяла меня за руку и легонько потащила в дальний угол. Загорелся локальный свет и стал виден внушительных размеров аквариум. Тоже весьма замысловато сооруженный, с грунтом, ракушками, водными растениями и рыбами. Рыбы могли посоревноваться в пестрости расцветок с бабочками. Здесь же стоял специальный диванчик для медитаций. Ну все предусмотрели, вертихвостки!

Осталось только добавить, что свет здесь стал меняться в широких пределах. От солнечного утра, до вечерних сумерек и даже лунной ночи. В темноте сразу же активизировалось множество различных светлячков. Некоторые цветы раскрылись и стали светиться тусклым, загадочным светом. Как им так удалось все устроить? В зоне с книгами растения выглядели совсем комнатными, но дальше с каждым шагом превращались в непроходимые джунгли.

– Спасибо, девчонки. Порадовали. Домом, конечно, не запахло, но близость к природе настраивает совсем на другой лад. Теперь я не одно тут живое существо (Вета нахмурилась первой. Вот пройдоха!) И не надо губки надувать! Я вас обоих люблю и обожаю. Вы для меня почти как родные, но органика, даже такая, радует мой животный дух. Спасибо.

Уже посидев на диване с аквариумом и вернувшись к книгам и телику я понял, чего здесь все-таки не хватает.

– Аплас! Ты тоже красавчик. Спасибо. Но что здесь так тихо, как на кладбище хмурым вечером?..

Глава 3.

Мой РПК-74 уже значительно нагрелся, как показывала специальная шкала, и разброс пуль стал выше, но шеренги монстров, наконец-то, начали редеть. Это получился очень неудачный выход. Мы с Витой только недавно выбрались из боя с фракцией Монолит и не успели еще толком восстановится. Нужно было срочно обойти болото и помочь Вете с Арнольдом, которые застряли в аномалии Зыбь. А тут стая мутировавших свиней оттеснила нас в низину и почти получилось у них взять нас в кольцо и прижать к трясине. Еле отбились. Пришлось две гранаты потратить, хотя на свиней они действуют плохо.

С этим Монолитом вообще неувязка вышла. Мы с ними в нормальных отношениях были, но что-то зацепились по пустяку. Наверно, с Арнольда все началось, что-то он им не так сказал, дорогу не уступил. Меня потом долго сомнения одолевали. Ладно, на земле, когда играют всякие разные пацаны, в основном – малолетние, это еще можно предположить, в игре всякое бывает. Но тут, когда на весь этот выдуманный мир один только я нормальный живой человек, что могут эти умные алгоритмы между собой не поделить? Конфликт за использование оперативной памяти, процессорного времени – это еще пусть, но спорить «по понятиям», кто кого меньше уважает, не по пацански себя ведет, как-то в голове у меня не укладывается.

Местность вокруг выглядела пустынно. Атмосфера игры угнетала своей мрачностью и надменностью. Серое, пасмурное, низко висящее небо, высокая трава грязно рыжего оттенка. Где-то вдалеке нервно вспыхивало голубоватое сияние и отражалось на пухлых тучах. Видимо, Электра развлекается. Легкая дымка на границе видимости прикрывала какой-то огромный черный скелет причудливой конструкции, похожей на нелепую решетчатую антенну радиолокационной станции дальнего обнаружения. Чахлые деревца разбросанные по невысоким оврагам казались разгромленной армией древних викингов.

Картинка получалась тусклой и плоской, хотя Аплас не пожалел вычислительных ресурсов, чтобы сделать ее максимально реалистичной. Виртуальность, которой мог пользоваться я, давала мне только видимость окружающего мира. Ни тепла, ни холода, ни ветерка, который раскачивал пугающего вида кусты, щедро разбросанные по ближайшим окрестностям, я не чувствовал. Как не чувствовал и усталости, шагая по по траве, по чавкающей грязи, по песку и камням. Это был плюс.

Наши с Витой защитные комбинезоны с амуницией были слегка испачканы грязью и эта картинка не менялась со временем, что бы вокруг не происходило. Это тоже был плюс, потому что тяжести снаряжения я не ощущал. Хотя за последние четыре часа сражений и походов мы успели собрать неплохое количество различных артефактов. И до этого два дня нашего полного погружения в игру тоже не прошли даром. С такими темпами мы вскоре пройдем все миссии и заграбастаем все, что есть в этой вселенной.

Нас уже знали все второстепенные персонажи, вроде Паши-техника или Моти-перца – главного скупщика чудного барахла, порождения невиданных мутаций. Здесь опять же возник вопрос у нас с Апласом – стоит ли их наделять нормальным интеллектом или можно обойтись тем, что был заложен разработчиками. Аплас предлагал вздуть их по максимуму, но мне казалось, что тогда нарушится сама логика происходящего. Сейчас они все адекватно реагировали и поддерживали сюжет. Решили, пусть все остается так.

Трупы свиней начали исчезать и мы двинулись дальше. Вита шла впереди. Ее погружение в виртуальность было гораздо глубже, потому что она сама была, вроде как частью этого мира и не нуждалась в промежуточных системах передачи данных. Воспринимала все напрямую от процессора, который формировал и поддерживал этот мир. А вот я находился в специальной капсуле, в шлеме и очках.

Эта фиговина редко использовалась создателями базы, только если нейроинтерфейс был поврежден или занят чем-то другим. Аплас долго настраивал ее под меня и все равно оставалось досадное чувство некой ущербности. Хотя, спасибо и на этом. Так играть выходило гораздо комфортнее, нежели мышкой и клавой, глядя в примитивный монитор. Технологии у этих рептилоидов, в гости к которым я так нелепо и случайно угодил, были на огромной высоте. Жаль, что мне они слегка не подходили. Вот бы как-то уломать Апласа на этот НИФ!..

К тому же у Виты был детектор аномалий, а это очень полезная штука. Потому что аномалии стали встречаться гораздо чаще с каждым нашим продвижением по зоне. Поначалу они были безобидны и даже забавны, могли подкинуть тебя вверх и пару раз перекрутить в воздухе. Могли шарахнуть молнией и ты потом светишься, как глупая гнилушка на болоте. А могли швырнуть на землю и протащить по грязи. Хорошо, что я ничего этого не чувствовал.

Стали слышны выстрели, потом крики, какой-то свист и мы выбежали из-за бугра. Картина нам открылась потрясная! Достойная участия в конкурсах на лучший кипишь по заказу. Арни, огромный и страшный в своих мегадоспехах, в каждой руке держал по крупнокалиберному пулемету миниган и с ревом отстреливался от наседающих орд корявых зомби-мутантов. Это было мощно. Но круче была Вета.

Ее костюм разительно отличался от тех доспехов, в которых мы начинали этот путь. Это выглядело как смесь супергеройского аниме и образов древних валькирий. У нее сверкали голые плечи и бедра. Все остальное покрывала эффектная защита, которая выглядела скорее как эротический прикид на празднике бога вакха. В таком наряде хорошо позировать для подростковых постеров. И еще у нее был меч! Меч, которым она размахивала с веселым остервенением и рубила зомби, как рубят тростник заядлые путешественники. То есть, по корень. Под самый корень, абзац!