Обыкновенные приключения Васи Прянникова

Уже на следующей неделе Вася словно превратился в маленького супергероя, у которого появилось секретное задание: четыре раза в неделю он мчался на занятия, позабыв про все остальные кружки.

В кинологическом клубе всегда было шумно и весело. Десять третьеклассников, таких же влюблённых в собак, как Вася, собирались в спортзале. Там их ждали три воспитанные овчарки и один добродушный лабрадор-ретривер по кличке Чарли. Руководила клубом Инна Петровна – строгая, но добрая тренер с двадцатилетним стажем. Её голос звучал уверенно, а глаза всегда светились теплом, когда она рассказывала о собаках.

Каждое занятие становилось для Васи настоящим приключением. Он с восторгом учился правильно подходить к собаке и осторожно гладить её, запоминая, где можно трогать, а где лучше не стоит. Инна Петровна учила ребят командам: «Сидеть!», «Лежать!», «Рядом!». Вася старательно повторял их, представляя, как однажды будет обучать свою собственную собаку.

Вася с интересом узнавал, чем кормить собак и как ухаживать за их шерстью, тренировался водить на поводке, стараясь не дёргать его попусту. Особенно Васе нравилось разгадывать собачий язык: по хвосту, ушам и глазам можно было понять, рада собака или напугана, хочет играть или устала.

Однажды Инна Петровна принесла целую стопку фотографий, на которых собаки спасали людей, находили пропавших и становились настоящими друзьями. Вася смотрел на них, затаив дыхание, и мечтал, что когда-нибудь и у него появится такой верный друг.

А ещё ребята иногда приходили в приют для бездомных животных. Там они помогали кормить собак, вычёсывать их и просто гулять с ними. Вася всегда выбирал самую грустную на вид собаку и старался как можно дольше с ней побыть. Он разговаривал с ней тихим голосом, гладил мягкую шерсть и шептал: «Не грусти, скоро кто-то тебя полюбит».

Приближался Новый год. В классе нарядили ёлку, в окнах зажглись разноцветные гирлянды, а в воздухе запахло мандаринами и хвоей. Все дети ждали праздника, но Вася думал не о конфетах и игрушках. Его главная мечта была совсем другой.

Однажды вечером он сел за стол, взял красочный лист бумаги и старательно вывел:

Дедушка Мороз!

Подари мне МОЮ собаку.

(слово «МОЮ» он написал особенно крупно и дважды подчеркнул)

Пожалуйста!

Мама, папа, дедушка и бабушка собрались вокруг Васиного письма, разглядывая его с тёплыми улыбками. Дедушка, высокий и солидный, вдруг выпрямился, провёл рукой по седой бороде и басовито объявил:

– Если что, мы с бабкой себе заберём!

И, не дожидаясь возражений, уверенно оделся и вышел из дома. Как выяснилось позже, дедушка отправился к заводчикам лабрадоров – контакты ему дала Людмила, у которой Вася гостил летом.

А Вася, глядя, как за окном кружатся первые снежинки, крепко-крепко верил: его письмо дойдёт до Деда Мороза. И в этом Новом году у него наконец появится своя собака. Настоящая. Навсегда.

Глава 10. Новогодний сюрприз

Новогодние праздники ворвались в жизнь Васи, как весёлый снежный вихрь. Город преобразился: улицы украсили яркие гирлянды, витрины магазинов нарядились в мишуру и блестящие игрушки, а в воздухе пахло мандаринами, хвоей и чем-то волшебным – будто сама сказка спустилась с небес.

Вася целыми днями пропадал на улице. Он катался с горки, лепил снеговиков, затевал снежные баталии с ребятами из двора. Они соорудили целую крепость и час обороняли её от «врагов», швыряя снежки и хохоча до упаду. К вечеру Вася возвращался домой румяный, запыхавшийся, но счастливый – и засыпал, едва коснувшись подушки, мечтая о новых зимних приключениях.

А потом наступил канун Нового года. Дом наполнился теплом и ароматом праздничных блюд. Мама с бабушкой колдовали на кухне, откуда доносились такие вкусные запахи, что у Васи живот начинал петь песни. Папа с дедушкой украшали ёлку, а Вася носился вокруг, то подавая игрушки, то поправляя мишуру, то проверяя, не зажглись ли огоньки на ветках.

Когда часы показали семь вечера, вся семья собралась за праздничным столом. Стол ломился от угощений: румяная курица, салат «Оливье», мандарины и огромный шоколадный торт. Вася, весь день проносившийся по двору, теперь сидел, притихший и счастливый, среди родных.

Тёплый свет ламп, смех, звон бокалов и добрые слова создавали ту самую атмосферу, которую Вася обожал больше всего. Бабушка рассказывала, как в её детстве встречали Новый год, мама вспоминала свои школьные утренники, а папа шутил, что Дед Мороз обязательно заглянет к ним через дымоход (хотя в квартире его, конечно, не было).

И вот куранты начали бить двенадцать. Все встали, обнялись, поздравили друг друга с Новым годом. Вася зажмурился от счастья, загадывая самое заветное желание. Потом он бросился к ёлке – но собаки там не оказалось. Вася вздохнул и начал разбирать подарки. Среди них были большая энциклопедия кинолога, красивый блестящий ошейник и прочный поводок.

«Интересно, к чему это всё?» – подумал Вася, чувствуя, как внутри снова зарождается грусть.

Вдруг у дедушки зазвонил телефон. Он взглянул на экран, хитро подмигнул Васе и быстро вышел на улицу.

Через несколько минут дедушка вернулся – весь в снежных хлопьях, с раскрасневшимися от мороза щеками. Он распахнул пальто – и Вася замер. Из-под тёплой одежды выглянул маленький чёрный щенок лабрадора!

Щенок чихнул от яркого света, смешно сморщил носик, а потом потянулся к Васе и лизнул его прямо в нос! Вася даже не сразу понял, что происходит. Он медленно протянул руку – и щенок тут же ткнулся в неё мокрым носом, будто говоря: «Я здесь, и я твой!»

– Это девочка, её зовут Альма, – сказал дедушка, и голос его дрогнул. – Береги её. И люби.

Вася не смог сдержать слёз – но это были слёзы счастья! Он осторожно взял щенка на руки – такой лёгкий, тёплый и дрожащий от волнения. Альма завиляла хвостиком, лизнула его в щёку и тихонько тявкнула, словно шептала: «Не грусти, я теперь всегда буду рядом!»

– Спасииибо! – закричал Вася, прижимая щенка к себе. Его сердце билось так сильно, что, казалось, готово было выпрыгнуть наружу.

Он обернулся к столу, сияя самой счастливой улыбкой на свете. И в тот же миг все за столом, как по команде, воскликнули:

– С Новым годом, Васенька!

Альма тявкнула в ответ, а Вася засмеялся и закружил её на руках. В этот момент он понял: этот Новый год стал самым лучшим в его жизни. И теперь у него есть настоящий друг – его собственная собака, о которой он так мечтал.

Часть 3: Домовой

Глава 1. Таинственная пропажа

Всё началось с того, что Вася Прянников, ученик третьего класса, потерял свою самую любимую ручку.

Не просто ручку – а целую космическую ракету! Синяя, с ярко-красной надписью «КОСМОС» и крошечной ракетой наверху. Вася сам её разукрасил: иллюминаторы сделал жёлтыми, как настоящие огни в темноте космоса, а нос ракеты – серебристым, будто он и вправду был из металла. Эта ручка не просто писала – она путешествовала. С ней Вася покорял галактики на уроках математики, прокладывал маршруты к далёким планетам в тетрадке по окружающему миру и даже сочинял космические стихи на русском.

Вася искал её везде.

За столом – перевернул все тетради, заглянул под каждую страницу, прощупал каждый уголок. В рюкзаке – вывалил всё на пол: карандаши, линейки, какие-то конфеты, старую бирку от ключей. В ванной – проверил корзину для белья, заглянул под раковину и даже в стакан для зубных щёток (вдруг ручка решила искупаться перед новым полётом?).

Но всё напрасно.

Ручка не находилась.

Вася сидел на краю кровати, сжимая в руках пустую коробочку, где раньше хранилась его ракета. Глаза щипало, но он крепко сжимал губы, чтобы не разреветься. Как же так? Ведь это не просто ручка – это же его верный космический напарник!

За завтраком он наконец рассказал о пропаже родителям.

– Пап, мам, я ручку потерял… – пробормотал Вася, ковыряя ложкой овсянку. – Ту самую, космическую.

Папа, наливая себе кофе, на мгновение замер, затем лукаво нахмурил бровь:

– Не иначе у нас домовой завелся…

Мама, раскладывая бутерброды, улыбнулась и махнула в его сторону полотенцем:

– Скажешь тоже!

Но Вася уже не слышал маминого возражения. Слова папы зажгли в его голове яркую мысль: домовой!

«Точно! – подумал Вася, чувствуя, как внутри зарождается волнение. – Только домовой мог утащить такую ценную вещь! Бабушка же говорила, что домовые любят всё блестящее и необычное. А моя ручка – она же самая необычная на свете!»

Он представил, как маленький невидимый проказник в колпачке и с бородой из паутинки осторожно крадётся по квартире, хватает синюю ракету и утаскивает её в своё тайное убежище. Может, он уже устроил из неё корабль и летает на ней между шкафами? Или поставил на полку как трофей, рядом с другими найденными сокровищами – пуговицей, монетой и старым ключом?

«Надо его перехитрить! – решил Вася. – Если домовой забрал ручку, значит, он ждёт, что я буду её искать. А я сделаю вид, что забыл про неё, а потом внезапно найду!»

Решительно отодвинув тарелку, Вася схватил контейнер, который мама заботливо собрала ему в школу. На бегу откусив кусок бутерброда с любимой салями, он понесся к двери. Часы на стене безжалостно показывали, что он уже опаздывает, но если очень-очень поторопиться, то, может быть, ещё удастся прибежать вовремя.

Глава 2. Домовой на уроке

В школу Вася бежал что есть мочи, но всё равно безобразно опаздывал. Ветер хлестал в лицо, а тяжёлые зимние ботинки то и дело застревали в подтаявшей снежной каше. Когда он наконец добежал до крыльца, часы на фасаде школы уже безжалостно показывали: «Опоздание!».

На входе дежурные из девятого «В» преградили ему путь.

– Прянников, ты чего снег с ботинок не сбил? – строго спросил Лёша Карпов, скрестив руки на груди. – Правила знаешь?

Вася чертыхнулся про себя, но послушно вернулся к решётке у входа. Он принялся топать ногами так энергично, что снежные брызги разлетелись во все стороны. Дежурные недовольно отступили, а Вася, едва успев стряхнуть остатки снега, рванул внутрь.

Он буквально влетел в раздевалку, чуть не сбив с ног первоклассницу с бантиками. Торопливо стащив куртку, он помчался по коридору, где уже звенел звонок.

Первым был урок русского языка.

Елена Павловна, строгая и всегда собранная, подняла брови, увидев запыхавшегося Васю на пороге класса.

– Прянников, объяснитесь. Почему опаздываете?

Вася замер, глотая воздух. Что сказать? Про домового? Про снег? Про то, как он бежал так, что чуть не потерял шапку?

Он вздохнул и выпалил:

– Елена Павловна, я не виноват! Меня домовой задержал!

Класс взорвался хохотом. Кто-то фыркнул, кто-то закатился в приступе смеха, а Маша Кузнецова даже уткнулась лицом в тетрадь, дрожа от веселья.

– Домовой, значит? – усмехнулась Елена Павловна, но глаза её остались строгими. – И что же он с тобой делал?

– Он… он ручку мою спрятал! – выпалил Вася, чувствуя, как краснеют щёки. – Я её искал, искал, а потом побежал в школу, а тут снег, а потом дежурные…

Смех стал ещё громче. Димка Сорокин выкрикнул:

– Вась, попроси домового, чтобы он тебя на уроки телепортировал!

– А он тебе шпаргалки будет подкладывать?! – подхватила Аня Петрова.

Вася сжал кулаки, но промолчал.

– Проходи, садись, – наконец сказала Елена Павловна. – Раз уж домовой тебя задержал, может, он поможет тебе и повторить нам, о чём было домашнее задание?

Сердце Васи ухнуло вниз. Домашнее? Да он же вчера весь вечер учил! Но от волнения все слова будто вылетели из головы.

«Спокойно, – подумал он. – Домовой или не домовой, но я же всё выучил!».

Он глубоко вдохнул и начал:

– Мы проходили части речи… Там были имена существительные, имена прилагательные, глаголы… – голос его креп с каждым словом. – Существительное отвечает на вопросы «кто?» и «что?», прилагательное – «какой?», «какая?», а глагол – «что делать?», «что сделать?»…

Он рассказывал, не останавливаясь, вспоминая примеры, правила, исключения. Класс затих. Даже Димка Сорокин перестал ухмыляться и уставился на Васю с удивлением.

– …и поэтому в предложении «Яркий шар летит» слово «яркий» – это прилагательное, а «летит» – глагол, – закончил Вася, переводя дух.

Елена Павловна приподняла брови.

– Какой молодец! – искренне удивилась она. – Садись, пять.

Вася плюхнулся на стул рядом с Ильёй, чувствуя, как от облегчения кружится голова.

– Не иначе тебе домовой помог, – тихо, с улыбкой сказал Илья, наклонившись к нему. – Я учил-учил, вообще ничего не понял…

Вася хотел было возразить, но вдруг замер. В уголке сознания промелькнула странная мысль: а вдруг и правда? Вдруг этот невидимый проказник не только прятал ручку, но и шептал ему на ухо правильные ответы?

Он незаметно оглядел класс, словно пытаясь разглядеть среди теней маленького домового с озорными глазками.

«Если ты тут, – мысленно сказал он, – спасибо. Но ручку всё-таки верни!».

Глава 3. Пир домовых

На большой перемене Вася, Илья, Наташка и Степа, как всегда, оккупировали свою любимую лавочку у фикуса – зелёного великана с пышными листьями, который, казалось, тоже прислушивался к их разговорам.

Но сегодня ребята решили не просто перекусить – они устроили общий стол. С торжественным видом распаковали контейнеры и расставили их в ряд, словно на королевском пире. Бутерброды с колбасой, сыром и салями выстроились в стройные ряды, рядом красовались яблоки, печенье и даже пакетик с домашними пирожками от Наташкиной бабушки.

– Итак, – провозгласил Степа, взмахнув яблоком, как скипетром, – открываем заседание клуба любителей домовых и вкусных бутербродов!

Все дружно захихикали и принялись за еду.

– Так что там с твоим домовым? – спросила Наташка, откусывая от бутерброда такой внушительный кусок, что крошки посыпались на колени. – Он тебе ручку-то вернул? Или всё ещё держит в заложниках?

Вася вздохнул, задумчиво жуя:

– Пока нет… Но я думаю, он просто проверяет меня. Домовые же любят испытания. Может, если я проявлю терпение, он вернёт ручку с бонусами?

– С бонусами? – переспросил Илья, едва не подавившись печеньем. – Типа «прости, что прятал, вот тебе вторая ручка в подарок»?

– А что, – важно кивнул Вася, – домовые ведь щедрые! Я где то слышал, что если домовой полюбит хозяина, то будет ему во всём помогать. Даже уроки делать!

– О-о-о, – протянула Наташка, закатывая глаза. – Вот бы мне такого домового! Я бы ему все домашние задания отдавала. «Домовой, реши-ка мне математику, а я пока мультики посмотрю!»

Степа, хохоча, добавил:

– А мой бы делал за меня зарядку! «Домовой, побегай-ка вместо меня вокруг дома, а я посплю ещё пять минут!»

Илья, утирая слёзы от смеха, заявил:

– А мой домовой был бы шеф-поваром! Чтобы каждое утро готовил блинчики с вареньем. И чтобы варенье не вытекало по краям!

– Ой, ребята, – всплеснула руками Наташка, – а вы знали, что домовые обожают сладкое? Я однажды оставила на столе конфетку и сказала: «Домовой, если ты тут, возьми одну, но оставь мне тоже!» – и на утро одна конфета пропала!

– Да ладно! – воскликнул Вася. – Ты что, всерьёз думаешь, что это домовой?

– А почему нет? – Наташка гордо вздёрнула нос. – Бабушка говорит, они маленькие, пушистые и очень-очень любят сладкое. Иногда даже воруют варенье из банок!

– Воруют варенье? – переспросил Степа, округлив глаза. – Тогда мой домовой – настоящий преступник! У нас каждую неделю банка с малиновым джемом наполовину пустеет. Мама думает, что это я, а на самом деле…

– …это домовой-сладкоежка! – закончил за него Илья, и все снова разразились хохотом.

Вася, отложив бутерброд, воодушевлённо заговорил:

– А я читал, что домовые умеют разговаривать! Но только шёпотом, и только тем, кто их искренне просит. Вот если я найду свою ручку, обязательно попрошу его поговорить со мной!

– И что ты у него спросишь? – с улыбкой поинтересовалась Наташка.

– Ну… – Вася на мгновение задумался. – Спрошу, почему он любит прятать вещи. И ещё – может, он знает, где спрятаны все потерянные носки в мире?

– И почему они никогда прячут двойки в дневниках! – подхватила Наташка.

Ребята залились таким звонким хохотом, что даже фикус, казалось, затряс листьями от смеха.

Но вдруг…

Дззззззиииинь!

Прозвенел звонок, обрывая весёлую беседу.

– Ой-ой, география! – всполошился Илья, судорожно запихивая остатки печенья в портфель.

– Быстрее! – крикнула Наташка, хватая пакет с пирожками.

Ребята, на ходу рассовывая вещи по рюкзакам, со всех ног бросились к кабинету. Вася чуть не споткнулся о край горшка с фикусом, но успел удержаться и помчался дальше, слыша за спиной смех друзей.

Глава 4. Домовой и прогноз погоды

Людмила Прокофьевна, стройная и собранная, с очками на кончике носа, увлечённо рассказывала о том, как меняется погода. На доске красовалась схема: солнце посылало на землю длинные лучи, от земли поднимались волнистые линии тепла, а над ними кружились облака, готовые пролиться дождём.

– Итак, – говорила она, водя указкой по схеме, – когда солнечные лучи нагревают поверхность, от неё согревается воздух. Тёплый воздух поднимается вверх, охлаждается, и вот тогда…

Но в третьем ряду, где сидели Вася, Илья и Наташка, разговор шёл совсем о другом.

– Илья, домовые и погоду умеют предсказывать! – шёпотом убеждал Вася, косясь на учительницу. – Я точно знаю! Бабушка рассказывала, как у них в деревне, если должен был пойти дождь, домовой вывешивал в прихожей шерстяной носок!

– Шерстяной носок? – так же тихо удивился Илья. – А почему не резиновый сапог?

– Потому что носок впитывает влагу! – важно пояснил Вася. – Если он утром мокрый – значит, дождь будет!

Наташка, сдерживая смех, прошептала:

– А если домовой повесит два носка – это значит ливень?

Класс тихонько захихикал. Людмила Прокофьевна на мгновение замолчала, но, не прерывая объяснения, плавно двинулась вдоль рядов.

– …и таким образом образуются осадки, – продолжала она, словно ничего не замечая. – А теперь скажите мне, ребята, какие ещё факторы влияют на изменение погоды?

Тем временем Вася, увлечённый теорией домовых-синоптиков, не заметил, как учительница неслышно подошла и встала у него за спиной.

– И главное, – воодушевлённо говорил он, оборачиваясь к Илье, – домовые никогда не ошибаются! Они же живут в доме сто лет и всё знают!..

– Василий, – раздался над его головой ледяной голос Людмилы Прокофьевны, – ты меня внимательно слушал?

Вася резко обернулся и увидел прямо перед собой строгие очки и скрещённые на груди руки учительницы. Его лицо мгновенно стало красным, как помидор на грядке под июльским солнцем.

– М-м-м… – промычал он, чувствуя, как уши начинают гореть.

– Может, своими словами, коротко расскажешь нам содержание темы? – не отступала Людмила Прокофьевна. – Только без домовых, пожалуйста.

Вася медленно поднялся и поплелся к доске, чувствуя, как все взгляды устремились на него. Он глубоко вдохнул и начал:

– Ну… солнце шлёт на землю не только свет, но и тепло… От нагретой земли согревается воздух… И он… э-э-э… поднимается вверх…

Голос его постепенно слабел, а мысли путались. Он бросил виноватый взгляд на учительницу, которая смотрела на него с выражением «я же тебя предупреждала».

– И тогда… – пробормотал Вася, глядя на схему, словно она могла подсказать ответ.

– Достаточно, – прервала его Людмила Прокофьевна. – Василий, на первый раз я тебя прощаю. Садись. Три.

Она повернулась к классу и твёрдо добавила:

– Ребята, что касается домовых – это выдумки. Никаких домовых не бывает.

Её тон не допускал возражений. Класс притих. Даже Илья, который только что хихикал над шерстяными носками, теперь молча уткнулся в тетрадь.

До конца урока Вася сидел, не шелохнувшись, ловя каждое слово учительницы. Получать двойку ему не хотелось, да и ребята, кажется, наконец-то поостыли с этими домовыми.

«Надо же было так привязаться к этому домовому…» – думал он, глядя, как Людмила Прокофьевна рисует на доске новую схему. – «Ручка-то всё ещё не нашлась, а из-за него я тройку получил…»

Глава 5. Морозный побег к бабушке

Январские морозы в этом году выдались на редкость трескучими. Даже стёкла в школьных окнах по утрам покрывались узорчатым инеем, а двери приходилось открывать с размаха – их прихватывало ледяным сквозняком. Из-за этого два урока физкультуры отменили: директор строго-настрого запретил выводить детей на промёрзшую спортплощадку.

Но Семён Петрович, школьный физкультурник с пышными усами и громоподобным голосом, не позволил ребятам просто сидеть в классе. Он решительно распахнул двери спортивного зала, где воздух был чуть теплее уличного, и скомандовал:

– Раз погода не даёт нам бегать – будем прыгать!

Его голос эхом разнёсся под высокими сводами зала, и третьеклассники, радостно галдя, высыпали на маты.

Сначала была разминка – весёлая и задорная. Семён Петрович, подражая цирковому дрессировщику, выкрикивал команды:

– А теперь – как страусы! Носки тянем, руки в стороны, шагаем высоко!

Ребята, хохоча, вышагивали, задирая колени чуть не до подбородка. Потом были «медвежьи переваливания» – с согнутыми в локтях руками и тяжёлой поступью. А после – «лягушачьи прыжки» через начерченные на полу круги. Щеки у всех раскраснелись, а дыхание вырывалось белыми клубами пара, но никто не жаловался.

Затем перешли к скакалкам. Кто-то ловко порхал, словно бабочка, кто-то путался в ногах и падал в общий хохот, а кто-то, как Илья, умудрялся одновременно прыгать и рассказывать анекдот. Наташка, самая ловкая в классе, показала трюк – прыжок с перекрещиванием скакалки, и все захлопали в ладоши.

Тем временем Семён Петрович придумал новое испытание:

– Гусиный марш! Спины прямо, руки за спину, шагаем друг за другом, будто важные гуси на прогулке!