Властители магии. Книга 2

– Почему?

– Ну… просто…

– Чтобы никто не пожелал захватить в плен? – высказала своё предположение девушка.

Я усмехнулась и кивнула, решив что этого объяснения ей пока достаточно. В нашем времени ее ждёт и так масса потрясений.

– И ещё… знаешь, в моём времени твоё имя будет звучать очень странно и не привычно…

– Почему?

– Потому что… наши люди не привыкли к такому звучанию имени. Нужно придумать тебе другое имя.

– Какое?

Я задумалась, вспоминая какое имя было у четвёртой сестры. Я – Каролина, Тэш – Лорелея, Кошка у нас… А Розелла! Значит, Шу‑Мина… Ка… как же там?.. О! Кассандра!..". Нет, Касандра – тоже чересчур, хотя в нашем времени и любят нарекать детей чудными именами. Но нет, лучше так:

– Сандра тебя устроит? Это сокращённо от имени Александра.

– А что… по‑моему, звучит красиво. А что оно означает?

Уф, сколько вопросов! Хорошо, что я просто знаю! Доклад ведь когда-то не просто готовила, а учила, по теме "Происхождение и значение имен в современном обществе".

– Надежда, – озвучила я.

– Ну, не так здорово, конечно, как "Зеленая стрела", но тоже ничего. Ладно, Сандра так Сандра… У меня очень болит голова… – вдруг простонала она.

– У меня тоже…

– И пить хочется…

– И мне… – я облизнула пересохшие губы и провела рукой по горячим волосам. – У меня сейчас солнечный удар будет…

Не знаю, сколько времени мы так шли — час или больше. Пустыня не желала радовать нас ни деревьями, ни водоёмами. Мы больше не разговаривали, просто не могли. Мы брели вперёд, уже не надеясь на спасение.

Это не магия! Это какое-то издевательство! Ну забросила нас в пустыню, так можно было забросить хоть поближе к воде! В пустыне же есть вода? Хоть маленький прудик?В полном отчаянии, чувствуя, что силы почти на исходе, я безвольно опустилась на горячий песок, уже не ощущая его обжигающего жара. Голова начала кружиться, перед глазами заплясали чёрные точки.

– Вставай, нужно идти… – прошептала Сандра, пытаясь меня поднять, хотя сама буквально валилась с ног.

– Не могу… Делай со мной что хочешь, но я больше не могу…

Сандра вздохнула и вдруг сдавленно прошептала:

– Дерево!..

Я проследила за её взглядом и поднялась, пошатываясь:

– Колодец!!! Вода!

Дерево и колодец оказались самыми настоящими. Просто чудо! Мало того, здесь было и деревянное ведро на цепи, чтобы зачёрпывать воду.Не чувствуя под собой ног, мы бросились к спасению, наконец, возникшему у нас на пути, даже не думая о том, что это может быть мираж. Мне кажется в тот момент мы бежали, хотя, сдается мне, еле передвигались.

Не обращая внимания ни на что, кроме воды, я опустила ведро вниз. Послышался плеск, и мы вдвоём с трудом вытащили его наружу. Выпив залпом по полведра ледяной воды, мы снова опустили ведро в колодец. Визжа от радости, окатили друг друга водой с ног до головы и без сил рухнули под дерево с редкими листочками. Кожа горела, и, судя по всему, ожог был довольно сильным.

Когда я вновь открыла глаза, солнце почти закатилось за горизонт. Стало заметно прохладнее. Я осторожно толкнула Сандру. Девушка подняла опухшие от жары веки и тряхнула головой.

– Неужели мы всё ещё живы… как хорошо…

Я ощущала жгучую боль в обгоревшей на солнце коже и в отчаянии взывала к Богу, прося о спасении. С трудом поднявшись на ноги, мы, пошатываясь, побрели вперёд, выпив ещё немного воды. Правда, мы уже с трудом понимали, в правильном ли направлении идём. Но нужно было продолжать двигаться, ведь бездействие могло привести к неминуемой гибели.

Внезапно мой слух уловил странные звуки, и я попросила Сандру остановиться. Мне показалось, что я слышу голоса и шелест песка под чьими-то ногами. Я подумала, что это, возможно, лишь игра моего воображения, но всё же покрутила головой, надеясь, что это не обман слуха. И о чудо! Из-за очередного холма показался большой караван верблюдов. Люди, закутанные с ног до головы в тёмные одежды, восседали на этих величественных горбатых животных, и это зрелище казалось чем-то нереальным.

Я была на грани слез от счастья, даже не задумываясь о том, что это могут быть пустынные бандиты. Я верила, что они не плод моего воображения и спасут нас, а что будет потом, было неважно. Когда всё произойдёт, тогда и буду думать. Не могу больше оставаться в пустыне. Не хочу больше солнца!

– Неужели я вижу людей… – прошептала я, медленно оседая на песок.

– Что это за животные? – так же шёпотом спросила Сандра.

– Верблюды… – также тихо отозвалась я, так как говорить в голос мы обе уже были не в состоянии.

Не смотря на то, что нам удалось выпить воды, силы всё же оставили нас окончательно. Конечно, виной этому безжалостно палившее солнце, лучи которого едва нас не уничтожили. Голова кружилась, ноги отказывались слушаться и огнём горела обожженная кожа.

Чёрная фигура соскользнула со спины одного из верблюдов и через короткое мгновение приблизилась к нам. Человек что‑то воскликнул и мой мозг в один миг перевёл всё, что он сказал. Вот и опять я понимаю новый для меня язык. Сандра, похоже, тоже всё поняла и тихонько тронула меня за руку.

– Они удивлены, что нашли здесь женщин… почему?

– Глупый вопрос… – с трудом пробормотала я, пытаясь удержать ускользающее сознание.

Сильные руки подхватили меня, и я словно провалилась в бездонную пропасть. Всё, что я успела ощутить — это нежный аромат мяты и тёплое чувство облегчения и умиротворения. Неважно, что ждёт нас впереди, главное — мы нашли спасение от палящего солнца.

Гарем. Глава 2

Кармен

Я услышала негромкие голоса где-то вдалеке и открыла глаза. Сначала всё вокруг казалось размытым пятном, но постепенно изображение прояснилось. Ого! Где это я? Во дворце персидского шаха?

Высокий расписной потолок был настолько красив, что я залюбовалась им. По центру шёл замысловатый узор из цветов и листьев, а по краям располагались изображения мифических существ. Казалось, они вот-вот оживут и начнут танцевать.

Я лежала на широкой кровати с балдахином. Вокруг было много подушек, расшитых золотом и серебром. На стенах висели ковры и картины, а на полу лежали мягкие ковры.

В комнате было очень светло. Сквозь большие окна лился солнечный свет, озаряя всё вокруг. Я чувствовала себя как в сказке.

Удивительно, но я чувствовала себя прекрасно, как будто всё, что произошло в пустыне, было лишь сном.

А как вообще я сюда попала? Память постепенно восстановила произошедшие события. Всё, что было – не сон. Точно не сон. Амазонки… Ирокезы… Девушка с зелеными глазами. Сандра! Точно, четвертая из нас!.. А дальше?.. Песок и солнце… Слишком много солнца…

Я прикрыла глаза, чтобы лучше сосредоточиться. Мы брели по раскалённому песку, нашли колодец… Потом появились люди в чёрных одеждах и… А что случилось потом?.. Дальнейшие события словно стёрлись из моей памяти и я не смогла больше ничего вспомнить. И где Сандра?

Услышала шаги и снова открыла глаза. Кто-то приближался к моей комнате. Может, это враг? Или друг? Я не знала, чего ожидать. Я даже не знаю где нахожусь!

Мужской голос разговаривал с кем-то невидимым на незнакомом мне языке. Затем распахнулась белая дверь с золотой лепниной, как на потолке, и в комнату вошёл человек. Увидев его, я почувствовала желание исчезнуть. Я никогда раньше не встречала таких людей, и мне стало немного не по себе.

Это был мужчина, но какой огромный! Он не был толстым, просто очень большим, как медведь. Его загорелое, слишком тёмное лицо украшала небольшая тёмная бородка и усы. Его одежда была для меня необычной: просторные красные шаровары, подвязанные ярко-рыжим шёлковым широким шарфом, красная рубашка, застёгивающаяся под самый подбородок, и красный шёлковый халат с длинными рукавами. Всё это было щедро расшито золотыми, серебряными и чёрными узорами, а края халата окаймлены золотой оборкой и усыпаны сверкающими драгоценными камнями.

Человек прошёл мимо меня, открыл занавески, а затем подошёл к кровати и расплылся в белоснежной улыбке.

Не дождавшись от меня ответа и, видимо, сообразив, что я ничего не поняла, незнакомец повторил вопрос, но на другом языке. Я опять молчала и мне ещё больше захотелось исчезнуть сию же минуту. Мужчина вздохнул и спросил в третий раз:Мужчина внимательно разглядывал меня, не стесняясь, а потом спросил что‑то на незнакомом мне языке. Я молчала, удивлённо уставившись на него. Он друг или враг? Где я? Где Сандра? Есть шанс удрать?

– Как ты себя чувствуешь? – я, наконец, поняла его, потому что именно на этом языке тогда говорил человек в чёрной одежде.

– Хорошо… – смущенно ответила.

Лицо человека просияло и он воздел руки к потолку:

– О, хвала Аллаху! Ты говоришь на языке тюрков!.. О, алмаз моих очей, ты заставила нас поволноваться за тебя!

– А где моя сестра?

– Сестра?

Надеюсь, что она жива и всё‑таки тоже где‑то здесь. Опять искать? Да что это за не правильная магия такая?!

– Девушка, с которой я была.

– А, это прелестное создание с изумрудными очами? Она находится в соседних покоях, но ещё не пришла в себя. Я зайду к ней чуть позже…

– А что с ней?

– Вы обе находились в лихорадке больше двух недель.

– Две недели? Невероятно!.. – я со стоном закрыла глаза.

– Шутка ли так обгореть на солнце!.. Каким образом, позволь узнать, красавица моя, вы оказались одни посреди пустыни? Какое чудовище подвергло вас таким мукам?..

Что тут было ответить? Я решила, что самое лучшее промолчать и отвела взгляд от мужчины.

– Бедное моё дитя!.. Ничего, я позабочусь о вас… – а, похоже, ему не так уж и важно как мы оказались в пустыне. Ну и прекрасно! – Ох, прости, моя драгоценная, я совсем забыл представиться! Имя моё Хандиб‑бей, я главный евнух в гареме Великого султана Османской Империи Селима.

Я открыла от удивления рот. Из прочитанных мною бесчисленных романов я отлично знала кто такие евнухи, а тем более главные, и уж начиталась о жизни женщин в гаремах. Не дай Бог угодить туда, да ещё к какому‑нибудь престарелому султанишке! Да, велика радость… Искренне надеюсь, что нам не грозит попасть в гарем. Иначе мы застряли здесь навсегда. Удрать оттуда не возможно.

– А как твоё имя, яхонтовая моя?

– Каролина.

Хандиб‑бей скривился, словно я сказала какую‑то гадость и произнёс:

– Что ж, ладно. Откуда вы родом? Вы не очень‑то похожи на турчанок… И ваша одежда…

– Что не так с моей одеждой?

– Она просто… очень необычная, – деликатно пояснил он и улыбнулся, – и совсем не подходит для путешествий по пустыне.

Я решила, что лучшее, что я могу сделать – промолчать в ответ на это. Он прав, но объяснить ему как мы оказались в пустыне я всё равно не могу, а придумывать что‑то мне просто не хочется.

– А сейчас я провожу тебя в бани! Подымайся!

Услышав его слова, я закуталась в покрывало и отрицательно замотала головой. Хандиб‑бей звонко рассмеялся.

– Неужели ты стесняешься? Меня как раз не нужно стесняться! Я же…

– Да знаю я, что вы евнух! – воскликнула я, оборвав его на полуслове. – Тем не менее, я не собираюсь ни перед вами, ни перед кем‑то другим щеголять без одежды!..

– Прекрати сейчас же эти капризы. Посторонних в этом доме нет.

– Если вы меня туда потащите силой я начну так сопротивляться, что мало вам не покажется! – фыркнула я, тем не менее понимая, что против него я что котёнок против льва.

– О, Аллах! – он вновь поднял руки к потолку и закатил глаза. – Воистину ты послал мне дикую кошку!.. Завернись в покрывало и следуй за мной.

Что ж, сопротивление бесполезно. Вздохнув, замоталась в малиновую шелковую ткань и, легко спрыгнув с кровати, босиком побежала следом за евнухом по пушистому ковру. Едва выскочив в коридор, натолкнулась на чёрнокожего человека и вскрикнула от неожиданности.

– Не волнуйся, это всего лишь мавр, охраняющий твои покои, – пояснил Хандиб‑бей.

Мне от этого пояснения легче не стало. Чёрт возьми, что же это творится? Евнухи, мавры, мои собственные покои, похожие на царские апартаменты, турецкая баня… Кошмар какой‑то!.. Боже, убереги нас от участи стать наложницами! Не важно, что он главный евнух самого Султана! Может, он просто так спас нас? По доброте душевной. Ну ведь мог же, да?

Меня провели в просторную мраморную комнату, в центре которой располагался небольшой бассейн. Евнух, не произнеся ни слова, жестом подозвал к себе женщину, которая встретила меня приветливой улыбкой.

– Приведи её в порядок, Бесма, – сказал Хандиб‑бей.

Она кивнула и сдёрнула с меня моё "одеяние". Естественно, я завизжала. Женщина засмеялась и немедля выпроводила главного евнуха за дверь.

– А ты и впрямь хороша собой… – заметила она, возвратившись. – Сейчас приведу тебя в порядок и станешь просто красавицей! Полезай! – она кивнула в сторону бассейна и мне пришлось влезть в тёплую, почти горячую, воду. – Я Бесма.

– Меня зовут Каролина.

– Не надолго, скоро Хандиб‑бей даст тебе новое имя, – она принялась сосредоточенно тереть меня чем-то наподобии мочалки.

– Зачем?

– Потому что это имя совсем не подходит для гарема нашего султана. Оно режет слух туркам.

– Для гарема? – испугалась я, услышав это слово в очередной раз, и моё сердце забилось в ужасе. – Значит, я буду наложницей?

– Если ты будешь послушной, да ещё умной в придачу окажешься, у тебя есть все шансы стать любимой женой султана Селима.

– Но я не хочу…

– Ты замужем за турком?

– Нет, но…

– А тогда и говорить не о чем. Хандиб‑бей спас тебя и намерен сделать из тебя жемчужину гарема.

– Я…

Я не успела договорить, так как за дверью послышались яростные крики и звуки борьбы. Затем в бани втолкнули, замотанную в тёмно‑зелёное покрывало, Сандру, а за ней вошёл и сам Хандиб‑бей. Моя новоявленная сестрица со всего маху ударила его ногой под колено. Евнух охнул и, что‑то процедив сквозь зубы, быстро вышел.

– Сын шакала! – выкрикнула Сандра ему вслед. – Никто не смеет меня касаться без моего позволения!..

– Кажется, с ней будет ещё больше проблем, чем с тобой… – тихо произнесла Бесма.

Банщица поднялась на ноги и подошла к Сандре. Девушка смерила её свирепым взглядом и с ловкостью кошки отскочила в сторону.

– Сандра! Иди сюда!.. – позвала я, решив её успокоить хотя бы своим присутствием.

– О, Каролина! – радостно воскликнула девушка и подбежала к краю бассейна. – А я думала меня сюда одну притащили, я думала, что больше не увижу тебя, ведь я ничего… – она не успела договорить и вскрикнула, потому что Бесма одним быстрым движением сдёрнула с неё покрывало и толкнула в бассейн.

И, кстати, разве в гарем не девственниц поставляли? Что-то у меня немного не состыковочка. Ладно, выясню.Сандра вынырнула из воды и разразилась проклятиями на языке амазонок, ругая банщицу на чём свет стоит. Я от души расхохоталась. Если судить по моим познаниям из любовных романов, то таких неподготовленных девушек как я и Сандра сразу султану не покажут, а это уже хорошо. Таким образом, у нас есть в запасе… около месяца, я надеюсь. За это время можно разработать какой‑нибудь план и попытаться убежать. А пока… можно немного расслабиться. И баня эта, кстати, очень приятная, и пахнет тут потрясающе…

Моя новоявленная сестрица окинула меня сердитым взглядом:

– И что смешного?

– Ты лучше садись рядом со мной, вот увидишь баня – это здорово!..

– Да? – Сандра вновь перешла на свой родной язык. – Я совсем не трусиха, но я боюсь этих людей, Каролина… Тот страшный мужик называл меня какими‑то странными словами: "жемчужная", "яхонтовая" – язык сломать можно, а потом сказал следовать за ним… представляешь, без одежды!

– И что ты сделала? – хихикнув, спросила я на том же языке.

– Замоталась в это… ну, вот в эту гладкую шкуру, а потом попыталась убежать от него. Но меня остановил чёрный как Таранн человек! Нет, это просто не вероятно! Меня даже ирокезы так не охраняли!.. А этот огромный человек ещё и притащил меня сюда силой, да всё возмущался, что со мной ему будет сложно… Ха! Со мной никто не справится!.. Я – амазонка! – она выпрямилась в воде, гордо вскинув голову, но банщица немедля спустила её с небес на землю:

– Хотя я и не понимаю, о чём вы говорите, но тем не менее всё вижу. Не зачем возвышать задирать свой нос передо мной!.. Гордость и бесстрашие надо будет показывать и применять в гареме.

– Зачем? – поинтересовалась я, сидя с закрытыми глазами и намыленной головой.

– Потому что там нужно не просто завоевать место кадины, а ещё и суметь выжить.

– Выжить? Вы хотите сказать, что нас там могут… отравить, к примеру? – я всегда считала, что это всё сказки о гаремной жизни.

– Вы обе, думаю, очень быстро привлечёте к себе внимание султана, потому что вы удивительно красивы и, я думаю, умны. А это женщины в гареме любят меньше всего. Чем меньше у них конкуренток, тем лучше. Кадины обладают большими привилегиями, а многие девушки годами борются просто за то, чтобы хоть раз разделить ложе с султаном, из кожи вон вылезают, но не всем предоставляется такое счастье… Вот они и делают друг другу всевозможные пакости. В основном это – медленно или быстродействующие яды. Как правило, виновника в таких случаях не находят. Ещё вам нужно усвоить сразу важнейший урок. Как только вы разделите ложе с султаном, в первую очередь вам нужно будет потребовать для себя личную служанку и сделать так, чтобы её не возможно было подкупить… Ну да, я думаю, Хандиб‑бей вам сам всё расскажет.

– А кто такие кадины? – спросила Сандра.

– Ну, это девушки, разделившие ложе с султаном и родившие ему ребёнка.

Моя новоявленная сестрица передёрнула плечами, но промолчала.

Кстати, о наложницах!

– А мы ведь не можем быть наложницами! Мы ведь не невинны!

В голосе банщицы не было ни капли удивления:

– Я знаю, Хандиб‑бей сказал мне.

– Но… откуда он знает? – я ахнула, чувствуя как краснеют щеки.

– Вас осматривал лекарь. Он сообщил, что вы обе не невинны, а так же ничем заразным не больны.

– Но ведь в гарем должны попадать только девственницы! А мы…

– Я думаю, Хандиб‑бей вам сам всё объяснит, – она прервала меня, дав тем самым, понять, что разговор на эту тему окончен.

Бесма смыла с моей головы воду, вновь смазала волосы каким-то средством и, велев мне не опускать голову, принялась за Сандру. Она попыталась отстраниться от банщицы, но я попросила её расслабиться и не делать резких движений (на языке амазонок, конечно). Надув губы, Сандра молча подчинилась женщине.

– А зачем нам нужны личные служанки? – я решила расспрашивать о том, о чём можно.

– Чтобы только они и никто другой одевали вас, приносили и пробовали вашу еду, готовили для вас специальные мази и масла… Чтобы обезопасить вас самих.

– Ясно.

– Скажите мне, а откуда вы родом? Я ещё никогда не видела, чтобы у белых женщин была такая тёмная кожа.

– Мы много времени провели в путешествиях… – вымолвила я, с легкостью придумав нужный ответ.

– Да? И где же вы были?

Холодно ответила:Что-то мне подсказывает, обычная банщица не должна задавать так много вопросов своим подопечным. Я в подруги ей точно не набиваюсь.

– Это не имеет значения.

Бесма покраснела и замолчала. Лишь минут через десять она пробурчала себе под нос:

– М‑да… Долго же придётся провозиться, чтобы осветлить вашу кожу…

– Осветлить?! – так и подскочила я в полном ужасе. – Да я всю жизнь мечтала обладать таким великолепным загаром! Не позволю себя уродовать!..

Женщина, казалось, была в шоке. Она замерла, удивлённо уставившись на меня, продолжая тем не менее заниматься Сандрой.

– Но это просто не мыслимо! Вы едва ли отличаетесь от мавров!

– И что? Я себе нравлюсь! – отозвалась я.

– Ну, это мы ещё посмотрим кто кого. Главное – понравится султану! – банщица нахмурилась.

Банные процедуры заняли около двух часов, если не больше. Нас тщательно вымыли, втирали в кожу и волосы ароматные жидкости из разных флакончиков. Ногти на руках и ногах подстригли (честно говоря, после долгого пребывания в лесу, они находились в жутком состоянии).

Особенно я была рада тому, что мне удалили все лишние волосы на теле. За время жизни как дикарка я даже забыла, что такое эпилятор и бритва, а здесь эта процедура оказалась довольно приятной. Бесма нанесла на мою кожу густую пену с приятным запахом, а потом просто стёрла её губкой. Кожа после этого стала гладкой, как шелк, и без единого ненужного волоска.

Правда, Сандре эта процедура не очень понравилась. Она всю проуедуру сетовала: «Зачем это делать? Я и так себя чудесно чувствую!»

Затем нас нарядили. Признаюсь, я никогда не думала, что мне придётся носить такую одежду. Ярко-малиновые шёлковые шаровары, широкий жёсткий пояс, расшитый золотыми нитками, такой же лиф и кафтан. Я словно попала на съемки турецкого фильма о жизни в гаремах султана. Сандру облачили в похожий наряд цвета морской волны. Волосы, к счастью, оставили распущенными.

После всех процедур нас наконец-то повели обедать. Мы вышли на улицу и оказались в просторной беседке, стены которой были обтянуты материалом, напоминающим шёлк на вид, но на ощупь немного грубоватым. На деревянном полу лежал мягкий ковёр, а в центре беседки стоял изящный низкий столик, вокруг которого были разбросаны разноцветные подушки.

Как только я почувствовала аромат кофе, меня охватила радость, и я чуть не запрыгала от восторга. Кофе! Как же я скучала по нему! На столике нас ждали три дымящиеся чашечки, вазочка с пастилой, три вазочки с джемом и большая ваза с фруктами.

Хандиб‑бей улыбнулся и предложил нам присесть. Я заколебалась, соображая как лучше приземлиться на подушки, чтобы было удобнее, ну а Сандра, естественно, заметив моё колебание тоже замерла в нерешительности. Лицо главного евнуха вновь осветилось улыбкой:

– Скрестите ноги и садитесь на подушки… – произнося эти слова он сам показал как это сделать.

Аромат кофе на столько манил, да и желудок так жалобно заурчал, что я, не колеблясь более, опу́стилась на подушки. Взглянула на всё ещё стоявшую Сандру.

– Присаживайся, чего замерла?

– Так не удобно, – процедила сквозь зубы девушка.

– Да садись, как тебе удобно!.. – улыбнулась я и махнула рукой, приглашая её присесть рядом.

Сандра издала лёгкий вздох и опустилась на колени. Хандиб‑бей хлопнул в ладоши и слуги проворно расставили перед нами ещё блюда. Я с жадностью вдохнула аромат жареного мяса. Сыр, свежеиспеченный хлеб и яичница! О, Боги! Какой аромат! Я подняла глаза на хозяина этого пиршества и получила согласный кивок.

Когда мы расправились с едой, я едва не урчала от удовольствия. Ну, вот теперь время сладкого!

Хандиб-бей с невероятной грацией взял в руки чашечку с кофе, и я, не теряя времени, поднесла свою к губам. Горячий чёрный напиток оказался божественно вкусным, и я прикрыла глаза от удовольствия. Никогда прежде я не пробовала столь восхитительного кофе!

Снова открыв глаза, я удивлённо перевела взгляд с Хандиб‑бея на свою новоявленную сестрицу. Теперь ясно, почему этот главный евнух так пристально с полуулыбкой рассматривает Сандру. Наморщив нос, она держала в руках фарфоровую чашечку, принюхиваясь к незнакомому запаху. Но, это ещё ничего. Девушка сделала глоток и закашлялась, едва не опрокинув на себя чашку с обжигающим кофе. Оно и понятно: человек никогда в жизни не пил ничего, кроме воды и отваров и, само собой, не знает что такое кофе. Поставив свою чашечку на столик, я отобрала у неё чашку с чёрным дымящимся напитком и поставила туда же. Мне не хотелось, чтобы Хандиб‑бей знал лишнее и я заговорила с ней на языке амазонок. Я была уверена, что этот язык никто не знает:

– Ты забыла, что находишься не в родном племени? Здесь принято пить из чашек, и есть приборами, а не руками!..

– А мне об этом кто‑нибудь говорил? – тут же огрызнулась Сандра на том же языке. – Ты ни слова не сказала против, пока я ела руками! А тут тебе не нравится как я пью! И, вообще, что это такое?