Хроники Речека. Луна Самайна

Алекс Моран

Хроники Речека. Луна Самайна

Глава 1

Тревоги и пряности

Створка окна раскачивалась с тихим скрипом, усиливая запах карамели и печеного яблока. Наверняка старушка Ла́ла снова готовила шарлотку на всех соседей.

Сейчас, в пору сбора урожая, весь Ре́чек пропитался запахами спелых фруктов, тушеных овощей и свежей выпечки.

Пи́а снова замахала форточкой, привлекая мое внимание. Запах яблока смешивался со стойким ароматом трав, лежавших передо мной на кухонном острове. Я успела разобрать только половину букета, что утром занесла Роза, а потом отвлеклась на другие дела.

– Что такое, Пи? – уточнила я, не поднимая взгляда от документов.

Позади громко лязгнула посуда, а я со вздохом выпрямилась.

– Ты права. Сегодня совсем не могу сосредоточиться. – Я отодвинула от себя лист, первый абзац которого безуспешно пыталась прочитать последние пять минут.

Внутри с самого утра угнездилось волнение, до сих пор заставляющее время от времени замирать и погружаться в свои мысли. Это не совсем плохое предчувствие или страх, скорее легкий мандраж, словно предвкушение чего-то грядущего.

Вот только сейчас, за пару недель до Сама́йна, у меня накопилось достаточно много забот, нужно было продумать массу мелочей, составить списки, скоординировать всех. Мне не хотелось откладывать дела по приготовлению праздника на последний момент, но и заставлять себя я не собиралась.

Я взглянула на часы.

– Скоро семь, Пи, как там запеканка?

В ответ пару раз стукнула дверца шкафа около духовки.

– Хорошо, сейчас проверю.

Не торопясь, я собрала бумаги и убрала в папку – знала, что Пиа не даст мне испортить ужин. Я видела много фильмов про будущее, где умными домами управлял искусственный интеллект. У меня же дом был не просто умным, а обладающим собственным разумом, но благодарить за это нужно вовсе не технологии будущего, а старую добрую магию.

Я достала картофельную запеканку с грибами из духовки и оставила остывать на плите. В начале восьмого вернутся мужчины, Глеб обещал привезти несколько вещей, как раз повод его угостить. Для меня, в отличие от большинства в Речеке, распорядок дня не был привязан к возвращению автобуса, я еще не обзавелась мужем, которого ждала бы с работы. Но в этот раз и я следила за временем.

– Пиа, погода стоит такая теплая, думаю, на ночь окна можешь не закрывать, как минимум на кухне.

Она помахала мне форточкой.

– Нет, мне нравится запах специй, но всего должно быть в меру.

И я принялась снова разбирать травы и пряности, раз уж с документами поработать не вышло. Роза принесла мне букет из их теплиц: шафран, розмарин, шалфей, кориандр и мелиссу.

Вернувшись к монотонному занятию, я снова почувствовала волнение, будто где-то звонил воображаемый колокольчик, постоянно отвлекая, перетягивая на себя внимание. Казалось, в густых ароматах специй я начала чувствовать нотки острого перца, которого совершенно точно быть не могло.

Пришлось оторваться, сделать несколько глубоких вдохов и сосредоточиться. Потому что, если сила хотела тебе что-то сказать, лучше прислушаться. Однако магия молчала, я почувствовала уже зашедшее за горизонт солнце, медленно плывущее где-то там дальше, но все еще дарящее тепло, пусть и не такое жаркое, как летом. При должной концентрации я могла ощутить каждого жителя нашего крохотного городка, но совершенно не находила поводов для беспокойства.

– Почему же у меня сердце не на месте? – проговорила я вслух.

В шкафу задрожали столовые приборы, а яркая лампа, освещавшая кухню, заморгала.

– Пи, ты тоже волнуешься? Почему?

Она не могла ответить прямо, но покачивание стула рядом со мной дало понять, что Пиа и сама не уверена. Может, мое состояние влияло и на нее? Все же я, как и вся моя семья в прошлом, была крепко связана с этим домом.

Я услышала дверной колокольчик, и через несколько секунд на кухню вошла моя обожаемая Лала с пирогом в руках. Серебряные волосы старушки были забраны в аккуратный пучок, взгляд горел задорной синевой, будто и не прожила его обладательница долгую жизнь. Она пришла прямо в светлом переднике поверх зеленого льняного платья.

– Лу, дорогая, какие у тебя здесь ароматы! – втянула носом воздух бабуля.

– Куда мне до тебя, Лала, твои пироги чудесно пахнут на всю улицу! – Я указала на приветливо раскачивающуюся створку окна, так Пиа приветствовала гостью.

Лала просияла, щелкнула пальцами, и тарелка из ее рук самостоятельно отправилась в полет, двигаясь к столу. Бабуля же пошла ко мне, чтобы заключить в крепкие объятия. После того как не стало моей бабушки У́лы, Лала твердо решила взять на себя заботу обо мне, хотя я пыталась отказаться и объяснить, что мне и одной неплохо. Было бы грустно одной жить в таком большом доме, будь он обычным, у меня же была Пиа, которая заботилась обо мне и составляла компанию.

– Что с тобой, внученька? Чувствую, как у тебя душа мечется. – Она отстранилась и посмотрела на меня взволнованно.

– Ничего, Лала. Правда, – заверила я, увидев ее хмурый взгляд. – Сама не знаю, что такое, весь день сегодня все внутри подрагивает.

– Что-то должно случиться. Ты чувствуешь это.

– Лала, ты преувеличиваешь. Я могу заглядывать в будущее не больше, чем любая ведьма здесь.

– Ничуть! – отмахнулась она. – В твоем роду были провидицы.

– Да, и судя по их записям, когда есть дар, он проявляется еще в детстве – это ни с чем не спутать.

– А я и не говорю, что у тебя этот дар есть. Но кровь не водица, поэтому ты так хорошо гадаешь. – Она с проворством, которого не ожидаешь от женщины ее возраста, отошла к столу, взяла тарелку с пирогом и протянула мне.

– Съешь кусочек моей шарлотки, уверяю, он все печали и тревоги как рукой снимет.

– Ты что сегодня добавила туда свою наливку?! – засмеялась я, за что получила шлепок от Лалы, которая, несмотря на шутливое возмущение, поддержала мой смех.

– Лу! Лу! – вдруг услышали мы крик. В кухню вбежала Ли́ли, что меня удивило, я сегодня ждала только ее сестру, Розу. Лилия запыхалась, видимо, очень быстро поднималась по лестницам. Темные как смоль волосы растрепались. Она пару раз оттянула светлую хлопковую футболку; на ее лице я даже заметила испарину. – Лу, у нас ЧП! Миша высадил всех, а когда пошел за каким-то инструментом в конец автобуса, нашел там незнакомца, истекающего кровью!

Я почувствовала, что моя челюсть отвисла, Лала удивленно присвистнула. Мы переглянулись. Как вообще обычный человек попал в наш автобус?! На моей памяти что-то подобное случалось впервые.

– Ну вот мы и выяснили, к чему волновалось твое сердце, внученька, – резюмировала Лала, оставаясь совершенно спокойной – не иначе как с высоты собственного опыта.

Глава 2

Незнакомец

Мы с Лили побежали к выходу, наказав бабуле оставаться дома. В ранней темноте осеннего вечера вся текущая ситуация казалась еще тревожнее, чем в ярком свете моей кухни.

Чтобы не тратить время, на крыльце, уже украшенном к предстоящему празднику, я призвала свою метлу, и мы вдвоем быстро долетели до края нашего городка. Около автобуса собралась толпа мужчин.

– Лу, иди сюда, – позвал меня Женя, муж Розы. Этот крупный короткостриженый мужчина из-за своего роста и широких плеч казался великаном тем сильнее, чем ближе я к нему подходила, а его обычно такое доброе лицо сейчас выражало недоумение и тревогу.

Я обошла автобус, двигаясь к его задней части. Мы специально купили достаточно старенький, чтобы не привлекать внимание. Его вид с чуть потрескавшейся голубой краской вполне соответствовал транспорту, везущему работяг в пригород, в крохотный закрытый поселок Заречный, которым Речек и являлся для всего мира людей. У автобуса была небольшая дверца сзади, через которую вполне можно залезть в салон. Миша, видимо, забыл ее запереть, так неожиданный пассажир и попал внутрь.

Подойдя ближе, я увидела через этот открытый люк мужчину в темных брюках и хлопковой голубой рубашке. Женя специально подсветил его для меня ярким фонариком, который Миша обычно возил с собой, чтобы я могла получше рассмотреть нашего неожиданного безбилетника. Здесь сохранялась теплая погода, но за пределами Речека уже господствовала настоящая холодная осень, соответствуя середине октября, поэтому отсутствие у мужчины куртки меня удивило. Незнакомец полулежал без сознания, привалившись к стенке автобуса, видимо, пока не отключился, он держался одной рукой за свой живот. Его рубашка в том месте насквозь пропиталась кровью. Каштановые волосы на лбу слиплись от пота, мужчина дышал прерывисто, периодически вздрагивая. Ему совершенно точно было очень плохо, чудо, что он вообще доехал сюда живым.

Прибежал Ян, наш врач, он бегал домой за медицинскими принадлежностями. Подойдя, он тут же собрал светлые волосы в низкий хвост, закатал рукава рубашки и принялся осматривать незнакомца, направляя руку Жени с фонариком на рану.

– Плохо, беднягу подстрелили, пуля до сих пор внутри. Ему нужно в больницу, – констатировал Ян со вздохом, давшим понять, насколько печально текущее положение.

– Но мы не можем так рисковать. Неизвестно, сколько он слышал и видел во время поездки. – Женя покачал головой.

– Это точно, к тому же не думаю, что он переживет возвращение от нас. – Ян проверил зрачки незнакомца и его пульс. – Мы не можем отвезти его прямо в больницу, а приезда скорой в нашу глушь он не дождется.

– Нет, отпускать его нельзя, – подтвердила я, давно заметив, что мое слово имело больший вес в Речеке, чем слово кого-то конкретного из соседей в отдельности. Такое отношение немного смущало, ведь я лично его ничем не заслужила, всего лишь осталась здесь единственной наследницей рода, основавшего это место. Совершенно безопасное, полностью подходящее под наши нужды. Я до сих пор не до конца понимала, как относиться к тому, что меня стали воспринимать негласным лидером, но давно приняла подобное положение вещей. Людям это было нужно, и раз так, я могла взять на себя такую роль.

Подозвав свою метлу, я чуть поколдовала над ней, сделав что-то вроде полупрозрачной площадки над древком.

– Ребята, пожалуйста, переложите его сюда. Лили, мы с тобой пойдем обратно. У меня достаточно места, чтобы разместить нашего неожиданного пассажира, и, когда он окрепнет, Пи сможет присмотреть, чтобы не сбежал. – Попросила я, еще раз взглянув на бордовое пятно и тяжело вздымавшуюся грудь. – Зовите всех женщин, его придется исцелять магией, иначе бедняге просто не выкарабкаться.

Пока мужчины перекладывали незнакомца на метлу, ко мне подошел Михаил.

– Лу, ей-богу, я случайно дверь не запер! – Он положил одну руку на сердце, а второй нервно взъерошил тронутые сединой волосы.

– Миш, все нормально, такую ситуацию никто не мог предугадать. Этот человек явно попал в серьезную передрягу, может, и хорошо, что он оказался в нашем автобусе, иначе его могли и не спасти.

Мы с Лилией отправились обратно домой. Метла с раненым послушно летела рядом. Пока мы шли до горы, ставшей вместилищем моего необычного дома, парни успели собрать бо́льшую часть ведьм, и мы продолжили путь небольшой толпой. Я слышала шепотки, все передавали друг другу новости, делились мыслями. Совершенно внезапное появление в Речеке незнакомца заставляло чувствовать тревогу. Мы более полутора веков жили в безопасности, но наши предки, что подвергались людским гонениям и преследованиям, трепетно хранили эти темные страницы прошлого в памяти и своих записях. Чтобы мы не забывали: на свете рождаются как хорошие, так и отвратительные люди.

Я не ощущала волнения, мне пока было не до того. Сосредоточившись на сиюминутных задачах, я просто действовала по ситуации. Переживать и обдумывать случившееся буду позже. Правда, появилось одно обстоятельство, выбившее меня из колеи: чудесный аромат яблочного пирога, что до сих пор витал между домами, смешивался с резким железистым запахом свежей крови, рождая странное, противоестественное сочетание, смутно пугающее. Еще и все наши дома уже успели украсить венками из листьев, целыми тыквами, свечами и гирляндами, задорно мерцавшими на контрасте с чужими страданиями.

Пока мы шли, я разглядывала мужчину в желтом свете фонарей. Темные волосы почему-то наталкивали на мысли, что и глаза у него такие же темные. Меня настораживала излишняя бледность его кожи, заметная даже при таком освещении, но это не вызывало удивления, учитывая, сколько крови он потерял.

Мы поднялись по каменным лестницам. Я пошла вперед, открыла дверь и повела всю процессию в ближайшую большую спальню на первом этаже. Нам нужно было пространство, чтобы всем разместиться вокруг счастливчика.

В коридор вышла Лала. Охнув от удивления, она сообщила:

– Принесу все для ритуала. – И тут же без лишних вопросов скрылась на кухне, благо бабуля проводила много времени у меня дома и знала, где что лежит.

Я зашла в комнату первой, ведьмы помогли мне разместить незнакомца на кровати. Я сразу схватилась за полы его рубашки и дернула в разные стороны, открывая грудь. Рана выглядела удручающе.

Лала подоспела со свечами, камнями и травами. Мы расставили аккумулирующие кристаллы в нужных точках, окурили комнату, зажгли и передали каждой ведьме по одной моей, напитанной магией, длиной свече, приготовившись к трудному исцелению. У всех свои способы подготовки к сложным магическим практикам, мой заключался в нескольких секундах глубокого дыхания, до тех пор, пока сила внутри не перестанет «подрагивать».

– Как будем лечить? – уточнила Роза, тряхнув рыжими кудрями. Она медленно разминала кисти рук, настраиваясь.

– Полностью? – предложила Лили, для нее это вообще будет первый такой серьезный опыт, поэтому Роза встала рядом с ней, чтобы поддержать младшую сестру.

Я покачала головой.

– Нет, полное исцеление потребует от нас слишком много сил. Если бы это был кто-то из наших – никаких вопросов, но для незнакомца… – Я перевела взгляд на подрагивающего от боли мужчину. – Не хочу рисковать кем-то из вас. Вылечим его настолько, чтобы ранение перестало быть смертельным, остальное сделает Ян.

– Так точно, Лу, я наготове, – подтвердил доктор, заглянув из коридора.

– Тем более пока не дал клятву, лучше пусть он будет менее… кхм, мобильным, – высказала Роза то, что и так у всех крутилось на языке.

– Раз решили, чего ждем, девоньки?! – Лала с улыбкой потрясла кистями, разряжая общее напряжение.

Мы принялись за дело. Исцеляющая магия всегда давалась ведьмам тяжело. Поэтому маги прошлого никогда не исцеляли людей, не связанных с членами ковена. Но сейчас сложилась иная ситуация, мы не рисковали разоблачением, пока этот мужчина остается в Речеке, и раз уж могли спасти, будет преступлением не сделать этого.

Ритуал требовал большой концентрации, и к концу я чувствовала себя не лучшим образом, остальные тоже выглядели неважно, но дело было сделано. Мужчина перестал дрожать, его дыхание выровнялось.

Как только мы отошли, за дело принялся Ян, он достал показавшуюся над кожей пулю, обработал бедняге рану, наложил швы и перевязал. А после нескольких тестов по определению группы крови даже сделал переливание от пожертвовавшего немного крови Михаила, потому что магия не могла восполнить то, что уже давно вытекло из организма и осталось где-то на полу старенького автобуса. В конце Ян сделал мужчине укол успокоительного с дополнительным обезболивающим, чтобы тот проспал всю ночь, а не проснулся от боли, когда анестезия вокруг раны перестанет действовать.

Пока наш доктор занимался больным, я переговаривалась с Лалой и Розой. Мы пытались делать предположения, что случилось с нашим незнакомцем и не грозит ли это проблемами Речеку. Тот, кто пытался его убить, возможно, захочет убедиться в выполнении работы. Что, если его поиски приведут к Заречному?

Краем уха я услышала разговор других женщин. Пышнотелая красотка Ли́ка тихо ответила собеседнице:

– Мне бабушка всегда говорила: «Никто не попадает сюда просто так. Если уж такое случилось – это не иначе как судьба».

– Гликерья Павловна была женщиной невероятной мудрости, – кивнула ее соседка, Влада.

Я снова отвлеклась на Розу, она спрашивала, не нужно ли остаться со мной на ночь.

– Ни в коем случае, тебя муж ждет не дождется, – отмахнулась я с улыбкой. – К тому же самый опасный человек в этом доме вовсе не наш раненый.

– Самая опасная в этом доме Пиа, но она не человек, – хохотнула Лала. Дверца комода рядом с ней распахнулась, и старушка задорно хлопнула по ней, давая пять сущности дома. Пи всегда обожала Лалу, они словно были на одной волне.

– Может, этот красавец как раз ей и предназначен, – донесся до нас шепот. Я не поняла, кто произнес эту фразу, но она заставила меня вздрогнуть.

Лала возмущенно стрельнула глазами в группку ведьм неподалеку от нас, и они поспешили перевести тему, почувствовав гнев боевой бабули.

Я знала, что когда-нибудь судьба приведет меня к встрече с предначертанным мужчиной, так было со всеми ведьмами, но очень сомневалась, что наш незнакомец может быть тем самым. Мне бы не хотелось связывать жизнь с человеком, которого подстрелили, и ему пришлось прятаться в чужом автомобиле. После смерти сначала бабушки, а потом родителей, я все больше уверялась в мысли, что одиночество не такой плохой выбор. По крайней мере, так никто не причинит еще больше боли. Это было одной из причин, почему я не стремилась покидать Речек, чтобы найти любовь. Могла ли она сама отыскать меня в лице этого мужчины? Думать о таком не хотелось.

Ян попросил стоявшую рядом Сапфир магией помочь ему переодеть незнакомца. Та совершенно неосознанным жестом накрутила на палец прядь своих шоколадных волос, точно таких же темных и непослушно вьющихся, как у Руби, но, промедлив лишь секунду после просьбы, мать одной из моих лучших подруг послала магию прямо из коридора, не заходя, а Ян проконтролировал и помог с этим в комнате. Когда он закончил с пациентом, сказал, что завтра зайдет сделать уколы и перевязку. Ян словно почувствовал, что мне нужно побыть одной, и забрал с собой почти всех ведьм, проруководив этим нестройным маршем. Перед тем, как все ведьмы разошлись, я успела спросить:

– Лика, захватишь мужу запеканку? Я же обещала ему за помощь.

– Да, хорошо. – Она просто спокойно пошла за мной на кухню и даже не стала острить, видимо, слишком устала. Лика забрала контейнер, быстро попрощалась и ушла.

– Точно не остаться с тобой, внученька? – уточнила Лала, подойдя сбоку и сжав мои плечи.

– Нет, не переживай. Идите, вас уже дома заждались, – ответила я ей и Розе.

Мы с Розой обнялись, и она отправилась домой, бабуля Лала тоже, пожелав мне хорошего отдыха, была такова.

Оставшись одна, я наконец почувствовала умиротворение. Пока мы возились с раненым, на улице заметно посвежело. Я ничуть не пожалела, решив поужинать на широком подоконнике в одной из комнат второго этажа. Я старалась время от времени как-то использовать каждую комнату, чтобы дом не казался полузаброшенным, чересчур огромным. Он и так возвышался над всеми домами в Речеке не только из-за расположения, но и по количеству этажей, я была благодарна своей семье за то, что они решили сделать себе жилище, углубленное в гору. Если бы не такое количество магии, чтобы сделать дом пригодным для жизни, здесь не появилась бы Пиа, а без нее точно стало бы очень тоскливо.

Перед тем, как пойти спать, я заглянула в комнату к незнакомцу, проверить, все ли в порядке. Он мирно спал, и даже температура на ощупь казалась вполне нормальной. Мы отлично постарались.

– Что ж, кто бы ты ни был, твой путь теперь неразрывно связан с нашими, хотим мы того или нет, – проговорила я вслух.

Я попросила Пи разбудить меня, если мужчина проснется ночью, а еще быстро обговорила с ней аспекты, касающиеся удержания его в доме как минимум до момента, пока сама не выпущу. После этого я пошла к себе, провалившись в сон, стоило только лечь поудобнее, словно отключившись – одно из последствий истощения от использования сложной магии.

К счастью, спала я крепко, без сновидений, и проснулась рано, как, впрочем, и всегда.

Если вчера я ходила в льняном костюме молочного цвета с цветочной вышивкой, то сегодня мне захотелось облачиться во что-то более подходящее моему привычному стилю.

Я достала темно-синее платье из летящей ткани с россыпью маленьких звезд, расшитых золотыми нитями по всей поверхности ткани. Платье струилось до самого пола, в нем я напоминала самой себе владелицу поместья из позапрошлого века, мне нравился подобный стиль, хоть я и не хотела ходить именно так постоянно.

Волосы я оставила распущенными, только пряди от лица собрала назад и закрепила заколкой с золотым контуром полумесяца, взглянув в зеркало, заправила выбившуюся светлую прядь за ухо и вышла из комнаты.

По пути на кухню я снова зашла к мужчине, он все еще крепко спал. По совету Яна я проверила его температуру, давление и осмотрела, не кровит ли повязка.

Как только кожа незнакомца снова порозовела, он стал выглядеть гораздо лучше. Не то чтобы вчера я не заметила его красоту, мне просто было не до этого, сегодня же, обведя его тело взглядом, я призналась себе, что сложен наш внезапный новый сосед очень-очень недурно. Восхищение мое не выходило за рамки чисто эстетического. Все, чего я от него хотела – обеспечение безопасности ведьм. Ни больше ни меньше.

После осмотра я отправилась завтракать, а потом готовить для больного куриный бульон и укрепляющую волшебную настойку.

Определенная мелодия звонка дала понять, что мне позвонила бабушка Надя.

– Ба, привет!

– Луна, маленькая моя! Здравствуй! Как твои дела? Я слышала, у вас там ЧП! – Бабуля звучала обеспокоенно.

– А тебе, смотрю, уже доложили! Лала позвонила? – Я легонько рассмеялась от того, насколько хорошо работала местная система распространения информации как внутри, так и за пределами Речека!

Я как раз едва успела подумать, чего бабушка Надя решила позвонить раньше, мы же привыкли созваниваться по понедельникам, а тут и гадать не пришлось.

– Конечно, Лала! От тебя, моей родной внучки, новостей не дождешься! – проворчала бабуля, но по-доброму, просто для проформы.

– Я собиралась позвонить.

– Ты лучше скажи, как там ваш этот… застреленный? Все еще спит?

– Пока да, в себя не приходил, так что рассказывать особо нечего.

– Лу, девочка моя, но ты же будешь осторожна, правда? Незнакомый мужчина, вы одни в доме… ведьмы ведьмами, но мало ли… попроси Лалу у тебя пожить! Хочешь, я ее попрошу? – Судя по тихому шуршанию на том конце, она мяла в руках какую-то бумажку.

– Надежда Венеровна, а ну, отставить панику! Вы же прекрасно знаете, что из нас двоих опасаться стоит моему гостю. Поэтому не волнуйтесь.

– Что ты мне эту Венеровну припоминаешь! И так с этим отчеством намучилась за жизнь.

Прежде чем бабушка снова начала бы свою любимую историю о нерадивом отце-алкоголике, которого давным-давно случайно записали Венером вместо Вениамина, и как она хотела поменять это слишком уникальное отчество всю свою жизнь, я сказала:

– Что значит припоминаю? Просто вежливо к тебе обращаюсь, ба! К тому же в нашем Звездном семействе, как ты помнишь, это обычное дело.

– Да уж, я Венеровна, а внучка у меня Орионовна… кому скажешь – не поверят! – рассмеялась бабушка. – Но ты все равно будь там с этим мужиком поосторожнее, хорошо?

– Конечно, бабуль! Когда я вообще не была?

– И то верно. Ты у меня умница! – умилилась она. – Когда уже приедешь к нам? Я скучаю, Мурфик скучает, Оля мне вообще недавно призналась, что ты ей снилась!

– Правда? А тетя рассказала, что именно было в ее сне? – Пусть эта семейная ветка состояла из обычных людей, но ведь и им тоже могут сниться необычные сны.

– Нет, это уж лучше у нее самой спросить. Так все-таки, когда планируешь приехать и погостить у бабули?

– У меня же тут теперь раненый. Пока с ним не разберемся, вряд ли я к тебе смогу выбраться. Давай после Самайна, когда уедет Элен, мы с тобой еще раз этот вопрос обсудим. Думаю, я смогу перепоручить нашего нового жителя кому-то из Драгоценных, к примеру, и приехать к тебе сразу дней так на семь!