Реатум. Книга 3. Инициация. Том 2

Глава 1(126)

Если по воскресенью еще было понятно, почему нам нельзя в Реатум, то вот в понедельник с самого утра ничего не было ясно. То, что меня куда-то там привлекут… да, это я уже знал, но вот когда именно и почему из-за этого нельзя в виртуал — вопрос очень интересный.

Но уже в десять утра прилетело новое уведомление, призывающее всех нас собраться в обозначенных точках. Расстояние было немалым, но при этом за нами приехали… грузовики. Из нашего дома вышло около пятидесяти человек, и мы едва уместились в машине. Никто ни о каком комфорте не говорил, так что пришлось ехать «в тесноте, да не в обиде».

— Если закончим пораньше, то я пешком домой пойду, — пробормотал недовольно какой-то парень, но уже гражданин четвертого уровня.

И многие с ним согласились. Конечно, если это не продлится до комендантского часа, что бы «это» ни было. Но сколько тут было молодых людей на самом деле. Некоторые прям были какими-то… убитыми. И, казалось, парочку-то я видел достаточно часто, чтобы запомнить. Но нет, через интерфейс я смотрел на их имена… и мне это ничего не давало. Не мог вспомнить вообще.

Литу и Ханако я старался отгородить от остальных: они сидели возле бортика грузовика, а я стоял возле них. Да много кто так делал со своими знакомыми. И в какой-то степени это даже радовало. Всё же менталитет был примерно одинаков. Но кое-кто из парней всё равно возмущался, что они тоже имеют право сидеть и так далее. Но та же биология говорит, что наши мышцы куда лучше приспособлены к нагрузкам, чем женские. Даже так… в общем, не буду в эти дебри, потому что не особо в них разбираюсь. Да и просто я считаю это правильным. Хоть ни перед кем не оправдываюсь, но всё равно эти мысли из-за негативщиков полезли.

В какой-то момент карта перестала отображать, где мы едем, хотя ориентироваться еще можно было. Скорее всего, из-за близости к границе купола какие-то генераторы помех стояли или что-то подобное… в общем, сеть работала, но плохо.

И вот только после этого мы еще за двадцать минут доехали до того места, где нас встречали. И, надо признать, народа тут было невероятно много. Никогда бы не подумал, что у нас в городе столько людей от шестнадцати до двадцати лет. Тысяч пятьдесят, только по прикидкам… оценить я нормально точно не смогу, потому что не вижу всех.

Машины сменяли машины, выгружали людей толпами. Всех разгоняли по разным зданиям, кто-то кричал, кто-то возмущался, но в принципе с виду всё выглядело более-менее организованно. Среди людей старше восемнадцати лет было возмущение, что им сегодня еще в битве у Степей Истинного Хлада сражаться, так что они тут не хотели задерживаться. Кто-то, наоборот, радовался тому, что их освободили от работы или учебы, но за этот день всё равно заплатят.

А я не мог перестать думать, для чего такая армия. Хотя понятно для чего — встречать беженцев… но для чего столько?

Но когда почти подошла моя очередь, я стал прислушиваться к тому, что происходило вокруг. Кого-то определяли в «строители», кого-то — в грузчики, кого-то — в повара, кого-то — в прачки… ну и так далее. На границе с куполом, там, где сейчас, как стало понятно, считалось наиболее безопасно, возводили временный лагерь для беженцев, для их последующего расселения. И вот для обеспечения трехсот тысяч человек нужна такая армия, как сейчас сюда свезена.

— Имя, — устало сказала девушка, к которой я стоял в очереди.

— Аэлита, — спокойно ответила моя соседка.

— Подтверждено, — едва переборола зевок работница администрации. — Определена в… группу обеспечения продовольствием. Здание номер сто двадцать три, этаж пять. Там тебя встретит инструктор. Как наберется группа, проведут занятия.

И последние слова она проговорила с такой скоростью, что можно было бы ничего не понять… если бы я это не слышал уже раз в десятый. Но у нее это буквально было доведено до автоматизма так, что даже как-то страшно представить, сколько раз ей приходилось произносить эту фразу.

Следом была Ханако. Ее распределили в группу встречающих, ведущих первичный учет. И меня это даже позабавило, потому что уже можно проследить некую закономерность. Но пока я выводы оставлю при себе, так как есть еще же я.

— Имя, — подняла на меня взгляд девушка… и тут же улыбнулась. — Можешь не называть, Ник, — подмигнула она. — Группа регистрации, здание за мной, пятый этаж, кабинет пятьдесят три. Последний из группы.

Я кивнул, получил небольшой бумажный талон, на котором было написано примерно то же самое, после чего я проследовал дальше. И что интересно, очень мало людей шло в ту сторону, очень мало. А значит, далеко не каждого допускали до этой информации. Знак доверия? Или причина в чем-то другом? Пока не особо понятно, но в то же время даже была какая-то внутренняя радость, что не придется работать в шуме и гаме. По крайней мере на это были надежды.

Здание изнутри выглядело каким-то пустующим. Не знаю, как я это понимал… но вот было такое ощущение, что оно просто пустым стояло всё время. Построили, чтобы было. Сколько я смотрел фильмов, обычно такие использовали для размещения бойцов, если вдруг будет битва около купола. Может, так и есть на самом деле. В некоторых «комнатах» сейчас были оборудованы учебные классы. В какой-то степени понедельник с одного учебного дня сменился на другой. И когда я дошел до нужного учебного класса, то вообще не удивился, когда там оказалась треть моего класса из Старшей школы.

— Значит, я был прав, — пробормотал я с довольной ухмылкой себе под нос.

И что меня порадовало, тут была Марьяна, которая тут же махнула рукой мне, приглашая присесть возле нее. Специально никого не подпускала? Или знала, что приду? С учетом того, кто у нее мама, не удивлюсь, если та знала, где мы с Марьяной окажемся, уж слишком она хорошо знает бюрократические проволочки. Как я люблю это слово!

— В чем был прав?

Я даже удивился тому, что одноклассница меня услышала.

— В плане распределения людей, — спокойно ответил я. — Одна знакомая поступила в Старшую школу по направлению… еды, скажем так. Ее отправили в обеспечение продовольствия. Вторая — СГБ. Она на первичную регистрацию.

— А, ну так логично, — кивнула Марьяна. — Всех по способностям и предрасположенности. Тут только те, кто с техникой на «ты» общается. Чтобы не так долго тупили, тыкая на разные кнопочки.

— Интересно, Карта в охрану засунули?

— Скорее в оказание физической помощи уставшим, травмированным и инвалидам, — пожала плечами соседка. — Рано ему охрану обеспечивать.

Что правда, то правда. Но вот помощь оказывать — самое то. Если так подумать, он может воспринять это как тренировку. Он может. Но в то же время, вспоминая историю с дедом Гарри… тоже неудивительно, что его засунули именно в помощь пострадавшим. Ему, как мне кажется, это понравится в какой-то степени. Не в плане того, что люди лишились всего, а в плане, что он сможет помочь им тут освоиться и добраться до места. А иногда даже сумку донести — дорогого стоит.

Из нашего класса тут было еще несколько человек, но я с ними особо не общался. Самые примечательные — тройняшки, сидели какие-то потерянные. Одна даже, если правильно всё «считал», на грани истерики была. Даже не хотелось уточнять почему, потому что после слов мамы Марьяны… нужно быть внимательным ко всем одноклассникам.

— Кстати, переговорим после всего? — покосился я на соседку по парте.

— Угу, — кивнула она. — Тоже хотела это тебе предложить. Подальше от глаз.

Я молча кивнул и стал присматриваться к остальным. Одного, кажется, встречал в Реатуме. Ему на вид лет двадцать, сидел недовольный, скрестил руки на груди. Смотрел он в окно, которое вело… в бетонную стену. И толку от такого окна? Чтобы что? Показывать серость и уныние? Спасибо, хватает в этом городе этого.

— День всем добрый, — вошел какой-то чиновник, судя по виду, а также тому, что определялся только девятый уровень гражданства, а вот имя было скрыто.

Несколько человек поднялись первыми, после чего, словно по цепной реакции, стали подниматься остальные. Я встал с Марьяной чуть ли не последним, что не осталось без внимания этого человека. Я еще раз присмотрелся к его лицу… и нет, я его не помнил, хотя вот он мог меня запомнить, ведь на том заседании Совета на меня могло смотреть множество глаз… и его — одни из них.

— Вы одна из пяти групп, кто будет проводить полноценную регистрацию вновь прибывших, — бегло осмотрел класс сотрудник администрации, наверное, после чего убрал руки за спину и как-то очень фальшиво улыбнулся. — Но начнем с того, что у каждого из вас разный уровень знаний, каждый к чему-то готов, к чему-то — нет. Кого-то готовили к одним процессам, в итоге вы оказались включены в другие. Все тут присутствующие — или сёрферы будущие, или сотрудники администрации, или сотрудники бюро хранения информации. Но всех вас объединяет одно — отличное владение различной высокоинтеллектуальной техникой и просто некоторые особенности склада ума. Итак… приступим к ликбезу.

И всё началось с того, что к нам идут около трехсот тысяч человек по двум тоннелям, при этом первая группа прибудет только через два дня, но готовиться надо уже сейчас, почему и проходят учебные занятия. Сегодня только теория, немного практики. На завтра уже будет только практика с оцениванием и поправками. Работать будут все, избежать не выйдет. А мы — везунчики, которые действительно были лишены тяжелых условий. Но если будем филонить, то девушек легко перераспределить в прачки, а парней — в грузчики, а оттуда забрать тех, кто действительно хочет помогать.

Немного мотивации никогда не повредит.

Через два дня… то есть если группа ускорится по той или иной причине, они могут прибыть в среду, ну а так — в четверг. Времени на подготовку, как мне кажется, вполне достаточно. Но прежде чем нас допустили к технике, нам объясняли, почему вообще так произошло, что пришлось столько людей призывать.

— Как вы можете понимать, обычно эвакуация проходит по старым надземным путям среди Тумана, из-за чего количество жертв неоправданно высоко, — вот только говорил мужчина об этом так спокойно, словно для него это ничего не значило, жестикулировал еще для пущей убедительности, аж претило от его слов. — Но из-за близости Города сорок пять к нашему определенное количество времени назад был завершен проект, который связал наши Города. Так появились тоннель номер три и тоннель номер четыре. Они не единственные, но пока оставим это. Один тоннель — технический, узкий, там курсирует транспорт, но из-за обесточивания со стороны Города сорок пять ни одна единица транспорта выехать не смогла. Сейчас по нему идут пешком около пятидесяти тысяч человек. Они прибудут первыми. В основном это граждане седьмого уровня и выше.

И почему-то сразу же вспомнилась настольная игра, в которую вчера играли. По факту она действительно отображала реальность. Сначала спасают наиболее ценных людей, а что может быть ценнее ума? Конечно, ум и разум — понятия разные, и, помня историю отца той же Марьяны, в разумности еще можно усомниться… но вот знания действительно всегда важны.

Этих специалистов мы должны были встретить и за десять дней, как рассчитывали в администрации Города, всех записать. Выдавать, кому куда идти, — уже не в наших полномочиях, после регистрации их нейроинтерфейсы свяжутся с системой нашего Города, а там уже вся основная работа перейдет на автоматику.

Но было интересно на самом деле. И тут же становилось понятно, что, несмотря на всю «легкость» работы, работать нам придется чуть ли не дольше всех. Если я правильно понимаю, что нас всего девяносто человек будет проводить регистрацию. Даже если на одного человека будет выделяться всего пять минут, как сказал мужчина, то за день мы сможем провести что-то около… тринадцати тысяч человек, если работать по двенадцать часов в день. Минус перерывы… и теперь становится понятна цифра, почему пятьдесят тысяч за десять дней, это нам давали еще с огромным запасом времени. Но целых пятьдесят тысяч человек только граждан седьмого уровня и выше? Что-то слабо верилось, что их там столько с семьями наберется. Но вот фраза «в основном» на что-то да намекала. Вероятно, там тысяч тридцать граждан седьмого и выше с семьями, что может быть правдой, а остальные — семьи ценных граждан, но уровней пониже.

И только после этого мы должны будем приступить к регистрации людей, которые прибудут по тоннелю три, там их больше двухсот пятидесяти тысяч. Много… очень много. То есть работа тут на месяц минимум, если не больше.

— Определенной скорости работы вам никто ставить не будет, но в среднем на одного человека вы должны тратить не больше двадцати минут, — вздохнул девятка. — Учитывая особенности некоторых людей, понимаю, что дело может доходить и до часа, но старайтесь обрабатывать информацию как можно быстрее. От этого зависит, как быстро вы освободитесь. Нормы личной нет, только общая. А общая норма… все, кто прибудет.

После этого у нас наступило время для первого перерыва. За час нас только ввели в курс дела. Пока мы стояли в коридоре, нам пришло оповещение, что следующее занятие будет уже на первом этаже этого здания, на будущих рабочих местах. Пришлось спускаться, причем пешком. Этот дом был всё еще по большей части обесточен, хотя во всем Городе электричество-то восстановили.

У каждого рабочее место было пронумеровано, причем тут нас ждал уже другой сотрудник администрации, точнее, на этот раз сотрудница. Девушка седьмого уровня гражданства, но тоже скрыла свое имя. Странно даже, что так делают, зачем и почему — вопрос интересный, но пока не до этого.

Тут нас уже начали обучать тому, как обращаться с программным обеспечением той аппаратуры, которая нам досталась. И вот это уже было довольно увлекательно. В какой-то степени я себя почувствовал экзаменатором… если это так можно назвать. Со стороны меня обследовали уже дважды минимум, а тут придется мне считывать данные с людей.

— Сначала вы будете проводить устный опрос и вносить данные в базу данных, сверяя их актуальность, — поясняла девушка. — Хоть у нас есть полные списки тех, кто к нам идет, успели передать, но эвакуация была спешной, могла быть путаница, плюс никто не исключает вероятность сбоя аппаратуры, особенно в момент атаки Тумана, Регуляторов и их ботов. Атаки на инфраструктуру Города тоже имели место быть, что тоже могло повредить информацию об эвакуированных гражданах.

Попутно на голографическом экране за ее спиной подсвечивалось ровно то, что объясняла девушка. Имя и, если есть, фамилия. Кто помнит — индивидуальные номера, но их можно посмотреть в нейроинтерфейсе. Возраст, профессия… в общем, основная информация. После этого уже посредством специального шлема, перчаток и датчиков, которые крепились на шею, считывается биологическая информация и что-то с нейроинтерфейса. Тут нам только следить за непрерывностью процесса.

Вроде бы всё выглядело довольно просто… но в то же время это нужно было делать быстро. И это только казалось, что информации совсем немного. Тут определялось не только, кто пришел, но еще и все родственные связи, кого можно было сразу отпускать к родственникам, а кому ждать квоты на получение базового жилья… и так далее.

И снова объяснения всех меню и подменю заняли целый час… и как показала практика, это был не конец. Нас распустили отдохнуть, пригласили даже на обед… и это была не паста, что интересно. Разливали куриный бульон с картошкой. Вот только куриное мясо было синтезировано, да и ароматизаторов кучу добавили, но даже так это было куда лучше, чем чертова паста. Вот тройки и четверки сейчас, а также из прибывших, обрадуются, что наш Город так решил расщедриться. А может, на это просто свои какие-то внутренние протоколы есть. Всё же люди явно будут идти и недоедать, а что может быть лучше для восстановления, чем бульон?

А еще мне казалось, что это так тренировали юных кухарок. Нас хоть тут не три сотни тысяч человек, но для пятидесяти тысяч тоже еды готовить надо было целую кучу. Тоже можно сказать, что своего рода тренировка перед встречей. Плюс, не удивлюсь, если сейчас делают заготовки для того, чтобы потом быстрее готовить.

После перекуса мы вернулись в «Зал регистрации», после чего нам провели ликбез на тему того, что отвечать на те или иные вопросы. Методичку скинули, конечно, но всегда проще, когда еще дополнительно объясняют. А потом еще проводили тренинги. В общем, день этот пролетел незаметно, но до пробы работы с оборудованием мы так и не дошли, так как сыпались на самом банальном, а нейроинтерфейс сбоил. И, как сказала куратор этого мероприятия, рядом с гражданами высокого уровня — это норма. Даже в их телах могут стоять устройства, которые заставляют аппаратуру вокруг сбоить. Для их безопасности.

Параноики, блин. Но меня в этом мире уже ничего не удивляет.

— Мои мозги словно через трубочку высосали, через блендер провернули, а потом кашей назад в голову влили… — устало проговорила Марьяна. — И я на грузовике не поеду. Что хочешь делай, но не поеду!

— Я тоже не собирался, — осмотрелся я вокруг. — Да и нет их тут. Народ сам расходится.

— А купол уже не так ярко горит, — подошла к нам такая же уставшая Ханако. — Я уже ненавижу этот день.

— Понимаю, — усмехнулась Марьяна. — Первичный учет — дело неблагодарное. Но и освободитесь раньше всех.

— Ага, сейчас! — возмутилась тут же моя соседка. — Освободимся мы. Потом пойдем на помощь тем, кто разносит лекарства, запасную одежду… и так далее. В общем, будем все тут, пока не закончится всё расселение. Кого-то на кухню направят… в общем, мы все тут надолго.

— Хотя странно, что так много человек в обеспечение дернули, — осмотрелся я вокруг.

— Для контроля, — пожала плечами Ханако. — Да и чтобы нас не перегружать. Это только первые дни, как мне кажется, тяжело будет. Там же нас еще на смены разобьют, все мероприятия круглосуточные будут.

— Нам об этом не говорили, — посмотрел я на Марьяну, которая согласно кивнула.

Ханако тоже решила, что домой она пойдет пешком, хоть и оставалось всего полтора часа до комендантского часа. Но пока мы не могли пойти, так как еще нужно было дождаться Литу, которая задерживалась. А когда она подошла, то стало понятно почему. Их заставили перемывать и перекладывать всю посуду. Автоматику же сюда не подвезли, а человека заставить работать проще, чем «умную машину».

— Вам сказали, завтра во сколько тут быть? — посмотрел я на всех девушек.

— Мне к девяти утра… — сгорбилась Лита. — Сейчас домой, ужин… и спать. Никаких завтра грузовиков не будет. Пешком идти придется. Если не бегом…

— Мне к десяти, — удивилась сказанному Ханако.

— А нам даже время не сообщили, — нахмурился я.

— Сообщили, просто ты с открытыми глазами уснул, видимо, — едва сдержала смешок Марьяна. — Нам тоже к девяти утра.

— Ну, значит, часа за два выйти…

— Можете у нас переночевать, — предложила Марьяна. — Мы хоть только переехали, но для вас места найдутся.

— Ого, — удивилась Ханако. — Это с чего такая щедрость от самой Горловой?

— Хано… иди в задницу, хорошо? — явно с раздражением проговорила дочка элиты. — Я сейчас серьезно и нормально предлагаю. Да, знаю, в прошлом тебе наговорила, но сейчас-то что я сказала тебе не так, а? Я просто, блин, предложила переночевать поближе! У нас дома даже нормальной еды полно, а ты тут мне мозг решила вывернуть? Или решила за всё прошлое отплатить?

— Скажу так, — весьма спокойно стала отвечать Хано. — Просто то, что ты мне ранее говорила, до сих пор отголосками при тебе отзывается.

— Ну прости! — прорычала она. — Предложение снимается.

И тут можно было понять обеих… и в то же время я их не понимал. Ведь меня Марьяна в свое время тоже много доставала, но я решил это хоть и не забыть… но по крайней мере не упоминать. Да, такое действительно сложно выкинуть просто из головы, но зачем ворошить прошлое? Но вмешиваться я не стал. Это их взаимоотношения, они обе мои подруги, если уж откровенно разграничивать, я морального права не имею встревать между ними, да и они не просят этого.

Но всё равно Ханако нарвалась на мой осуждающий взгляд и… склонила голову. Марьяна оторвалась на десяток шагов вперед, из-за чего Ханако пришлось ее догонять. О чем они говорили, я не слышал, да и не хотел. Мы с Литой шли и болтали о своем, обсуждая, кто сегодня что делал.

— Предложение возвращается, — что интересно, даже с какой-то легкостью в голосе проговорила Марьяна. — Что скажете?

— Уверена? — осторожно я покосился на Хано.

— Мы хоть и не особо любим друг друга, но эта метиска умеет извиняться, — легко улыбнулась Марьяна, но что интереснее, что меня действительно поразило: в ее улыбке не было никакой злобы, надменности, властности, которые бы точно проступили ранее, просто… искренность. — Да и я с плеча рублю. Мама говорит, надо быть помягче. Вот. Стараюсь.

— Я не против, — посмотрела на меня Лита.

— Вы можете оставаться, — подтолкнул я Литу к девушкам, — но с моей стороны это будет выглядеть очень странно. Уж прошу простить, но я пойду домой. Не хочу, чтобы лишний раз вопросы задавали.

Потом все девушки переглянулись между собой… и через миг дружно засмеялись, понимая всю абсурдность ситуации. Я лишь только вздернул пару раз брови, махнув им рукой. Не просто же так мы остановились. Марьяне надо было в одну сторону, а мне — в другую. И хорошо, что девушек не пришлось убеждать. Пускай они лучше поболтают, а Лита сама написала, что проконтролирует этих двоих, чтобы они не убили друг друга.

Интересная у них получается компашка… и хорошо, что сейчас я в нее не войду. Думаю, сейчас самое время нормально Ханако переговорить с Марьяной. Расставить все точки над «и», как говорил папа.

Ну а я… пробегусь. А то после десяти часов, потраченных на обучение сегодня, хоть и с перерывами, одно мое место кажется квадратным. А завтра еще столько же сидеть, если не больше.

Главное, чтобы я хоть как-то мог помочь беженцам. Но всё равно немного странно, что всего девяносто человек привлекают к такой работе, как у нас. И мне кажется, что тут дело не в количестве подготовленных кадров… скорее из-за того, что просто аппаратуры не так много. Из того, что я сегодня уяснил, так это только тот факт, что спаслось очень много человек.

А еще не стоит забывать, что огромный административный ресурс выделен на виртуальную осаду… плюс еще стандартные функции. Не думаю, что там просто так тети и дяди свои пятые точки просиживают. Наверное, сейчас они в еще большем шоке, чем мы. И именно им придется разгребать всё, что мы зарегистрируем.

Вообще им не завидую.

Но всё же пятьдесят тысяч… или меньше? Всё же мои прикидки. Но для нашего Города не такая уж космическая цифра. Думаю, это еще не всех привлекли.

— Хоть на завтра Реатум не заблокировали… — с облегчением вздохнул я. — Надо будет как можно быстрее задание с местами силы выполнить…

Мама меня ждала дома, объяснений, почему я пришел один, не потребовала. И судя по всему, они с тетей Юкио или что-то отмечали… или помогали моей маме справиться с тревожностью. Новость о том, что пал соседний Город, мама восприняла очень тяжело, даже пришлось медицинского бота активировать, чтобы с ней всё было хорошо.

Благо, мне больше не надо было лекарства принимать — закончилась терапия.

— Как день прошел? — уточнила тетя Юкио.

Мама смотрела на меня полупустым взглядом. Кто-то расслабился уже и душой, и телом.

— Непривычно, — нахмурился я. — Словно бы не мы должны сидеть, а люди из администрации…

— Они… тоже будут сидеть, — очень тяжело проговорила мама, но тут не из-за напитков: кто-то недавно очень сильно… плакал.

Глаза ее выдавали, из-за приглушенного света, до того, как сел, этого не было особо видно, а вот вблизи — да.

Быстро пересказал день. Мама вспомнила, что через такое проходила примерно на пятнадцатые сутки, как прибыла в этот Город. И что ее позабавило: «офисы» по встрече располагались ровно там же. А ведь, на минуточку, прошло больше двадцати лет. По сути, ничего не изменилось за это время, может, немного доработали технологии. А может, и ничего не доработали. Как говорят программисты, да и не только они: если что-то работает — не трогай.

И с моего рассказа мы как-то переключились на воспоминания мамы… и она снова в слезы. Снова вспоминала свою сестру, с которой так и не удалось нормально связаться за столько лет. Только редкие сообщения, да и те несли мало информации.

В конечном итоге тетя Юкио дала маме снотворного. И уже через пять минут мама лежала в своей кровати. Пришлось ее туда относить. Тетя Юкио пообещала, что этой ночью последит за мамой, ну а я же отправился в свою комнату. Завтра день будет тяжелее, по крайней мере из-за того, что после обязательных «учебных» мероприятий нужно будет в Реатум.

— Весь мир говорит о том, что Регуляторы изменили свои тактики, — вещала девушка по новостям на включенном в зале телевизоре.