Ларчик несбывшихся надежд

На мгновение остановилась и громко выдохнула. В суете и панике вчера я просто-напросто не успела насладиться видением, осознать ощущение слияния и единства с тем местом, где теперь буду работать. Захватывало дух, в животе летали бабочки, и в груди наполнялось от чего-то детского, наивного и такого счастливого, что просто не описать.

Да, архитектура здания корпорации сама по себе кричала о мощи, надёжности и уверенности. Помню, школьницей, когда мама приводила нас с Тайей к зданию «Детского центра сладостей и развлечений», располагавшееся тогда прямо за зданием уже существовавшей и действующей корпорации, я с особым интересом разглядывала неприступные панорамные окна, пытаясь безрезультатно подсмотреть за сотрудниками, которые, как я полагала, безупречно делают свою работу – ведь они служат в стенах корпорации «ХоупСити», влиянию и развитой системе которой не было в Конфедерации равных.

Бесконечные этажи устремлялись в небо, угрожая поразить голубой свод острым шпилем, который неизвестный для меня мастер архитектуры этого небоскрёба, расположил на самой последней открытой площадке крыши корпорации.

Деятельность «ХоупСити» связана с крупными займами. Их выдавали для физических и юридических лиц под залог. Залогом становились обычные человеческие надежды и ожидания, в случае тройной просрочки изымавшиеся при помощи Ларчика. А заёмщика отправляли на исправительные работы в мир за вратами Мрака. Звучит страшно, но благодаря основателю корпорации и президенту Конфедерации КНН Гра́нвальду Гро́зову наш некогда обречённый навсегда исчезнуть мир восстал из хаоса.

Грозов быстро понял, что для человечества надежды важнее имения самой души. Гранвальду удалось восстановить порядок и привить законы населению, тогда почти полностью утратившее способность элементарно к кому-либо прислушиваться и дисциплинироваться.

Что это за мир за вратами никто не знает - вероятно, корпорация брала от задолжников расписку о неразглашении информации о реальности того мира, где проводятся исправительные работы.

Вообще, существует версия, что сам Гранвальд Грозов – пришелец из мира за вратами, но всё это недостоверно. В общем, важно то, что сейчас Конфедерация процветает и живёт полноценной жизнью. А отдавать надежды или нет – хоть и звучит жутко – личный выбор каждого…

Ну да ладно. Сейчас я стою перед самым роскошным небоскрёбом корпорации в предвкушении чего-то невероятного и невозможного!

Вчера после звонка и спасительной операции для Чучи, я ещё долго и неподвижно лежала, уткнувшись взглядом в потолок, не понимая, почему взяли именно меня.

В последнее время в моей жизни все шло наперекосяк. Тайи и мамы не было рядом. У отца и без меня хватало забот. Кутерьма в делах учебы тоже не воодушевляла, а еще мне не давали покоя неполученные, но очень долгожданные мною аэроводительские права. На обучение я потратила восемь месяцев еще в прошлом году.

Дело в том, что в КНН существовала возможность оплатить некоторые услуги после получения необходимого обучения. Я не могла пока запросить регистрацию в дорожном управлении без единовременной оплаты. Поэтому очень было важно накопить необходимую сумму, чтобы приобрести заветный документ. А корпорация в свою очередь предоставляла возможность приобретения бессрочного займа своим сотрудникам. На что я очень и очень рассчитывала.

Почему меня взяли? Ответ, вероятно, и не нужен, потому что получение должности в «ХоупСити» – единственное спасительное для меня сейчас событие, а новость о том, что зачислили в штат – как первый глоток воздуха после долгого пребывания под водой. Кстати, два раза в неделю я посещаю коллективные занятия по плаванию. Понимаю, что прозвучит абсурдно, но в свои двадцать один я «абсолютно провально и безнадёжно невосстановительно» не умею плавать! Поспешу пропустить и эту страницу моей жизни и вернусь к тому, зачем на следующее утро после собеседования я явилась в холл корпорации.

Сегодня я чувствовала себя вполне уверенно, так как надела свою любимую фатиновую серую юбку с вертикальными складками до колен и белую шифоновую блузку, которую заправила в нее. Сейчас по каменному полу цокали невысокие каблуки матово-бежевых туфель, а по моей спине переливались длинные ярко-красные волосы, привлекая внимание проходящих мимо сотрудников.

Я вошла в забитый лифт с полностью панорамным остеклением, откуда можно было рассмотреть самые удаленные проспекты столицы Балаз, несмотря на беспрестанно пролетающий аэротранспорт, и, соревнующиеся друг с другом высотами небоскребы.

На очередном этаже двери лифта разомкнулись, и в «парящую» кабину вошёл Драг Васильков.

Он бесцеремонно оглядел меня с головы до ног и обрадованно произнёс:

– Князева, признаюсь, до последнего не верил, что тебя взяли. Когда вычитал в корпоративке о прибавлении в штате СБ, кем-кем – Радой Князевой, в прямом смысле слова оторопел от неожиданности. – Драг смотрел на закрытые двери и широко улыбался в то время, как я от внезапно обрушенного смущения почувствовала весомый дискомфорт.

Вообще, мы с Васильковым пару лет учились на одном курсе конфедерационной школы. Потом родители перевели не шибко общительного мальчика в другую. Но спустя несколько лет мы снова пересеклись уже в университете.

С Драгом мало, кто общался из-за его непостоянности в вопросах дружбы. К сожалению, парень с весьма приятной внешностью имел скверную привычку доносить, не сдерживать обещания, тем самым предавая всеобщее доверие. Но Драг отличался чрезмерным трудолюбием и усидчивостью, от чего и успел многого добиться за годы учёбы в университете. Экстерном окончил обучение и пустился на паруснике самостоятельности по прямому курсу: «взрослая жизнь».

– Ну, то, что меня взяли, не значит моё долгое здесь пребывание. Честно сказать, не представляю, что именно буду делать…, – всё также смущённо ответила я бывшему сокурснику.

– Тебя не ознакомили с должностной инструкцией? – Драг удивился так, что даже приподнялась его аккуратно вычерченная природой и генетикой бровь.

Я знала, что он работает ведущим специалистом в отделе охраны и режима, где отвечает за сохранность, безопасность информации в Базе корпорации и осуществляет работу по установлению степени конфиденциальности сведений.

На самом деле об этом мне рассказала Фиджи. Она была тайно влюблена в Драга. Но призналась о своей горячей заинтересованности только мне. Агне догадывалась и в свою очередь тоже делилась со мной подозрениями на счет чувств подруги к этому засранцу, но прямо спросить у Фиджи почему-то не решалась.

– Ещё нет, – тихо ответила я, ещё больше смущаясь присутствия в лифте помимо нас с Драгом ещё троих сотрудников. Но, те, казалось, и не обращали особого внимания на наш диалог: девушка с шикарной дизайнерской сумочкой сама себе улыбалась, прослушивая сообщения из микропередатчика, встроенного в ухо, который позволял отображать информацию перед глазами обладателя в любом пространстве, не показывая при этом картинку содержимого стоящему рядом человеку. Высокий, худощавый молодой человек с очками со стильной темно-синей оправой также был сосредоточенно погружен в свой коллофон. А мужчина средних лет с аккуратно зачесанной челкой на заметной проплешине просто безучастно ожидал скорейшего прибытия до нужного этажа.

– Интересно…, – на короткое время задумался Васильков и снова улыбнулся, будто резко вспомнив, что я еще рядом. – Что ж, Князева, добро пожаловать в «ХоупСити». Мне лично очень приятно знать, что буду работать с тобой в одном отделе, – вежливо выдал он. – Если нужна будет помощь, знай, я – рядом, – привычно отчеканил Драг и, стоило лифту остановиться и раскрыть свои надежные створки, как тут же уверенно ступил на сверкающий пол своими стильными черными ботинками и бодро зашагал вперед.

Я же, напротив, неуверенно вышла за ним и даже немного расстроилась, осознав, что оказалась в широком коридоре совсем одна.

Мы с Драгом не считались близкими друзьями. И вообще никакими не считались, хоть Васильков не сделал мне за годы обучения и в школе, и в университете ничего плохого. Но многочисленные истории «жертв» его предательств инстинктивно заставляли усерднее следить за тем, что я говорю и делаю в его присутствии. Совсем не хотелось становиться причастной к очередной драме, где Васильков вдруг захотел бы донести до учительского кабинета или деканата очередную сплетню, случайно услышанную от меня.

Васильков на удивление и сам никогда не лез ко мне с лжедружбой. Даже частенько пытался помочь во время экзаменов с предложением микропередатчика или еле заметного для комиссии микродинамика, по которому можно было скачать любой ответ на любой экзаменационный вопрос в билете. Я никогда не подпускала его в свой круг. На всякого рода помощь вежливо отказывала и больше, чем: «Привет! Как твое ничего?» – не спрашивала.

Жаль, а Васильков без своего порока «доносчика» стал бы прекрасным человеком и верным другом, но… Уверена, каким он был, таким и остался. Люди редко способны меняться. Если б такое случалось чаще, мир давно бы стал другим.

Драг уже скрылся за поворотом, и его шаги давно растворились в гуще серого офисного пространства, где сотрудники за своими столами активно и со всей ответственностью приступили к работе.

Я глубже вдохнула и направилась в сторону по порядку выстроенных вдоль стены стеклянных дверей, по логике рассчитывая, что на одной из них быстро отыщу указатель: «Отдел управления персоналом».

У каждого отдела в корпорации имелось свое управление персоналом – об этом я знала точно. К моей удаче нужная дверь была второй по счету от лифта. Я обрадованно выдохнула и, тихонько постучавшись, потянула дверь на себя.

За аккуратным белым столом сидела та самая сотрудница с широким лбом и строгими очками. Сегодня светловолосая девушка была уже в сером костюме, но такого же строгого кроя, как и в день собеседования. Неожиданно девушка доброжелательно улыбнулась и поприветствовала:

– Князева Рада, доброе утро! Добро пожаловать в «ХоупСити»! Меня зовут Аманда Ковалёва. Я курирую работу поступивших в штат кадров. Отныне я Ваш путеводитель во все кромешное и неопознанное в отделе службы безопасности.

Аманда отчеканила и непривычно засмеялась, моментально преобразившись в моих глазах из строгой зануды и ученой грамотейки в обыкновенную девушку, у которой есть сердце и простые человеческие чувства.

– Доброе утро! Благодарю. Мне очень приятно, – вежливо улыбнулась я, и стало заметно комфортнее здесь находиться.

– Вот и чудненько! – бодро отозвалась Аманда. – Коллеги называют меня Ама. В корпорации все связаны общим делом, поэтому приветствуется простота и некоторая свобода в общении. В меру, конечно, – снова засмеялась. – Бестактность по отношению к руководящим должностям здесь довольно быстро пресекается, – предупредила, снова усаживаясь за свой стол.

Спустя мгновение в пространстве перед Амой забегал курсор, и в воздухе отобразилась информация в виде схем и чертежей с пометками и обозначениями.

– Я выдам тебе наручные часы со встроенным чипом – что-то типа личного минирабочего стола. Туда по ходу работы будет загружаться вся необходимая для тебя информация. В первую очередь, я прямо сейчас загружу схему расположения отделов, с которыми тебе непосредственно придется пересекаться. Не волнуйся, на стенах в каждом коридоре имеются цифровые указатели, по которым ты сможешь свободно перемещаться по зданию корпорации. Но уверяю, это только сейчас тебе кажется, что ты обязательно обойдешь все этажи «ХоупСити». Я работаю на этом месте второй год, и еще не успела обойти и сорока процентов всего здания.

– Ого! Внушительно! – искренне восхитилась я, действительно полагая, что обойду все этажи в ближайшую неделю.

– Да уж, внушительнее некуда! – подтвердила Ама и продолжила водить курсором по столешнице.

– Стыдно спрашивать, но на какую должность меня взяли? – решила начать я.

– О, прости, я не сказала. На самом деле выбор на твою кандидатуру выпал совершенно неожиданно. Признаться честно, собеседование на выдвинутую открытую вакансию ты не прошла. Но тебя взяли на другое место в этом же отделе. Флипп Крассовский сам предложил тебя Во́ронову. А тот в свою очередь, не задумываясь, твою кандидатуру утвердил. Повезло! – улыбнулась снова и сосредоточенно продолжила начатый процесс.

– Воронов – это кто? – настороженно решила уточнить, растерявшись окончательно.

– Воронов – руководитель инженерно-технического отдела. После загрузки данных в наручный чип, я провожу тебя к нему знакомиться, а потом, возможно, успею показать и твое рабочее место, – уведомила Ама, и в просторном светлом кабинете с такими же панорамными окнами, как и в лифте, на короткое время образовалась абсолютная тишина.

– Что ж. Готово. Не успеешь изучить на месте, ознакомишься со всем дома. Часы можно забирать с собой.

– Но…

– Не волнуйся. Чип оснащен системой самоуничтожения на тот случай, если им захотят воспользоваться злоумышленники, – словно наперед зная, о чем я спрошу, быстро и бодро ответила Ама.

– Но…

– Часы в единственном экземпляре могут принадлежать только одному хозяину. С соприкосновением с твоей кожей, они автоматически приобретают уникальный код и блокируются при использовании третьими лицами. Стирают все данные, говоря простыми словами. Об этом будет прописано в твоем трудовом договоре. Ты подпишешь его в кабинете у Воронова, – снова опережая пояснила она.

– Я поняла. - Расслабиться не получалось. Как-то все быстро происходило, что не успевала в полную силу прочувствовать течение всего процесса.

– Так, пойдем к Воронову, – скомандовала Аманда, отключив Базу, и попутно оглянула меня с ног до головы. Улыбнулась, будто одобрила мой внешний вид и добавила:

– Расслабься! Алекс – сам новичок. Его перевели буквально месяц назад из ва́рганского филиала. Очень приятный молодой человек. Смотри, не влюбись, – засмеялась по-доброму Ама и понеслась к двери. Удивила буквально своим «дружеским» советом. На что я ухмыльнулась, и покорно последовала за ней.

Пока мы быстрым шагом преодолевали расстояние до кабинета этого самого Воронова, я успела рассмотреть служебный мини-кафетерий, откуда тянуло насыщенными кофейными ароматами. По ту сторону панорамного дверного стеклопакета расположилось довольно уютное кафе, обустроенное мебелью теплых оттенков. Это помещение напоминало оазис посреди бесконечной пустыни холодных стен здания корпорации.

Судя по тому, как со мной приветливо здоровались встречные сотрудники, обо мне знали через уведомление на корпоративной почте. Я лишь успевала улыбаться и кивать головой в ответ.

– У тебя красивые волосы! – отметила Ама, не сбавляя скорость.

– Спасибо, – скромно ответила я, не посвящая в подробности отчаянного окрашивания. Возможно, Аманда решила, что это натуральный цвет. «Ну да ладно».

Миновав десяток кабинетов с многообразными указателями, в том числе и кабинет, где, возможно, сидел Васильков, мы остановились. Аманда постучалась в дверь, и не дождавшись разрешения, открыла ее и вошла.

– Алекс, привела к Вам новую сотрудницу – Раду Князеву.

– Пусть проходит, – прозвучал мужской голос. Аманда повернулась ко мне и жестом указала пройти в кабинет полностью из белого цвета стен, полов, потолка и мебели. Даже глазам стала дискомфортно.

Стоило пройти вглубь кабинета, как уставилась на того, кого называют Алексом Вороновым и заведомо наставляют "не влюбляться". Насчет влюбленности - не знаю, но то, что в эту секунду была готова провалиться на месте – это точно.

За столом сидел не просто руководитель отдела, а тот самый парень, под ноги которого меня вывернуло в ночном клубе накануне собеседования!

«Какой стыд! Я очень и очень рассчитываю, что он меня не узнает! Надеюсь, сам был охмелен каким-нибудь алкогольным напитком и благополучно пропустил мой позорный поступок».

– Здравствуйте…, – пробубнила я.

Молодой и красивый, черноволосый, хорошо сложенный телом мужчина в шикарном строгом костюме и сверкающих ботинках осмотрел меня с ног до головы и выдал:

– Спасибо, Ама. Ты можешь идти.

– Благотворного дня! – пожелала она в ответ. – Удачи! – полушепотом пожелала мне. Я осталась неподвижная и, кажется, не дышащая на одном и том же месте.

– Рада – красивое имя, – вежливо отметил красавчик и так по-мужски превосходно улыбнулся, что под шифоновой тканью блузки по коже рук стремительно пробежали мурашки. Я четко ощущала, как румянятся мои щеки, и губы расплываются в глупой от умиления улыбке. – Итак, Вас приняли на службу. Поздравляю, – так же спокойно продолжил он.

– Благодарю, – просипела я, пытаясь взять себя в руки.

– Прошу Вас, присаживайтесь. Стоять необязательно.

Стараясь не слишком громко цокать каблуками, прошла и села на стул напротив.

– Возникла весьма интересная ситуация в отделе. Срочно понадобился человек на должность, которую занимал один и тот же сотрудник на протяжении десяти лет. К сожалению, по состоянию здоровья его пришлось заменить… Вами.

– Да, я готова приступить к работе прямо сейчас, – уверенно отчеканила я.

– Ваше рвение похвально, – улыбнулся он, и меня бросило в жар от этой чертовски притягательной улыбки. – Необходимо подписать договор и дополнительное соглашение о Вашей готовности работать.

Воронов вытащил электронный документ из воздушного файла над столешницей и, переведя содержимое в бумажную версию, подал мне на ознакомление и подпись.

– Не спешите. Читайте внимательно, и если появятся вопросы, я с удовольствием помогу в них разобраться.

Я стала вчитываться в мелкие строки, в юридические термины, всматриваться в цифры, в перечисленные условия, права и обязанности и так далее, но стоило дойти до описания моих должностных функций, я снова застыла.

– Отправной пункт?! Меня взяли на службу в кластер, где находится тот самый Ларчик?! – Плечо задергалось, а по спине пробежался холодок.

– Вы расстроены? – улыбнулся красавчик в костюме, который я бы обязательно сорвала с его, наверняка, безумно красивого тела, появись для этого хоть какая-то оправдывающая моё безумие причина.

– Это невероятно!

– Это радует. Положительных эмоций Вам не помешало б. Помнится, двумя днями ранее Вы были чем-то сильно озабочены и огорчены, – снова улыбнулся он.

«Вот же гадство! Все же он меня узнал…». Моя радость мгновенно сползла с лица и покрылось едким предательским румянцем, что никогда не могла контролировать. «Ну как же так?! Все так хорошо начиналось».

– Вам нечего стыдиться, Рада. Это обычная физиологическая реакция на острую интоксикацию от большого количества единовременно потребленного алкоголя. Все когда-нибудь испытывают подобное. Несмотря на это, Вы были милы. К тому же, отчисление из университета – причина серьезная.

«Вот тебе и Воронов. Ну, разумеется! Он же сотрудник СБ! В Базе все это есть. Думаю, такому умному руководителю было несложно сопоставить факты в единую картину. Да и Флипп Крассовский, наверняка, как на духу выдал обо мне все, что знает. Да уж… Я и не уверена теперь, хочу здесь работать или нет… Какой же этот Воронов потрясающий! Хорошо, что анатомия и физиология Человека не имеет способности выпускать из глаз сердечки во время восхищения. Вот было бы зрелище».

Я так и не нашла слов, чтобы хоть как-то оправдать себя за тот проступок в ночном клубе. Я просто онемела и обреченно ухмыльнулась в ответ. Я даже забыла о том, что до конца не дочитала дополнительное соглашение из договора. Просто взяла маркер и поставила подписи, где только требовалось.

– Гм. Как говорят у нас в корпорации: Пусть Ваши ожидания не огорчат Вас, Рада, – выдал Алекс и опять улыбнулся. А у меня от этого взгляда и идеального изгиба губ, кажется, вспотели стопы и теперь неприятно скользят по стельке моих немало безупречных туфель. «Просто отвратительное состояние!»

– Благодарю Вас. Я не подведу, – тихо просипела я.

– Можете идти. Аманда все расскажет и покажет, – мое непосредственное начальство перевело глаза на свою цифровую столешницу и продолжило заниматься своими делами. А я поспешила скорее покинуть кабинет, уже не думая: громко цокаю каблуками или нет.

Переполняли чувства гордости, волнения и необъятного счастья, ведь теперь я буду работать не просто в офисе «ХоупСити», а в том месте, куда бы редко кому посчастливилось попасть на службу: в кластере, где находилось невероятное открытие последнего столетия – Ларчик с надеждами!

Пока искала Аму, пыталась разобраться, что же меня взволновало больше: мой руководитель – красавчик, или новая должность.

Ларчик – феномен нашего времени. Его открыл миру сам Гранвальд Грозов.

В подразделениях «ХоупСити» выдаются крупные займы клиентам под залог их надежд. После тройной просрочки надежды заемщика изымаются при помощи Ларчика, а самого задолжника ссылают за врата Мрака для отработки долга. Сам Ларчик располагается в специальном кластере, куда можно входить только сотрудникам, числившимся непосредственно в данной службе. Некий портал к вратам Мрака находится там же. И мой мозг, и сердце сводило от безумного накала осознания того, что я буду тесно взаимодействовать со всеми возможными процессами, связанными с Ларчиком.

Я быстро шла к кабинету Амы, а самой хотелось срочно позвонить Тайе и отцу, чтобы объявить об этой грандиозной новости.

Ворвалась в кабинет без стука. У окна стояли Аманда и Драг. Васильков что-то тихо нашептывал ей в ухо, а ладонью прижимался к ее ягодицам. Та широко улыбалась и не смела сопротивляться. «Вот так сочетание! Я, конечно, не против – пусть взаимодействуют и размножаются. Просто необычно видеть этих двоих в едином тандеме.

Очень хочется верить, что Драг все же изменился и перестал быть жалким осведомителем. Ковалёву Аму я почти не знаю, но почему-то нестабильная интуиция подсказывает, что она – неплохой человек».

– Рада?! – Ама оттолкнула Драга и поправила ворот своего жакета. Васильков же абсолютно спокойно улыбнулся и по-свойски подмигнув мне, направился к выходу. Стоило ему выйти, как Ама судорожно стала копаться в Базе, что уже покорно зависала над рабочим столом.

– Прости, Ама. Я не постучалась, – начала я.

– Все хорошо. Это нам нужно быть немного скромнее и чаще напоминать друг другу о своем местонахождении, – улыбнулась она.

– Я все подписала. Что дальше? – решила я больше девушку не смущать, а перейти сразу к делу.

– Я загружу тебе должностную инструкцию и покажу схему рабочего места. Туда отведу завтра. Сегодня пока спокойно, но ночью уже выйдет распоряжение по просрочкам закрытого месяца. Завтра будешь отрабатывать навыки уже на практике.

– Так скоро?! – «мне бы присесть». Сама не ожидала, что так отреагирую.

– О, дорогая, настоятельно рекомендую поработать над стрессоустойчивостью. В нашем деле истерики и обмороки не приветствуются, – с улыбкой произнесла она, заметив мое нестабильное состояние.

– Поняла, – согласилась с ней и выпрямилась. Ковалёва оценила мою реакцию и уставившись прямо в мое лицо, отчеканила:

– Не волнуйся. Нет ничего сложного. Просто успевай делать все своевременно, чтобы в будущем не было накладок и несостыковок. От тебя требуется лишь лично уведомлять задолжников об условиях их временного договора, о предстоящей отработке долга и получить подпись в их письменном соглашении на эту самую отработку. Вот и все. Никаких запускных механизмов, никаких замков и ключей. Ларчик срабатывает автоматически, врата открываются сами. Ты лишь будешь контролировать процесс со стороны. Пока все понятно?

– Да, – обрабатывая услышанное, кивнула я.

И все равно на душе было то ли беспокойно от непонятного предчувствия, то ли просто волнительно от избытка эмоций. Но я ощущала себя действительно счастливой.

– Кстати, тебе знакомо лояльное предложение корпорации о бессрочном займе своим сотрудникам.

– Что, прямо так сразу? С первого дня?! – «я сплю?»

– Абсолютно верно. В расчетном отделе тремя этажами ниже, – спокойно уведомила Аманда.

– Я поняла, – еле сдержалась, чтобы не захлопать в ладоши.

– Только они заканчивают работу на час раньше. Сегодня у тебя ознакомительный день, поэтому – дерзай.

Я, довольная, покорно ожидала загрузки данных. Чуть позже Аманда обещала показать кафетерий, отвести в обеденный перерыв в «одно милое местечко» рядом с «ХоупСити», а потом оставить одну для самостоятельного передвижения по отделу для дальнейшего ознакомления и скорейшего привыкания к здешней атмосфере.