Шаман

Случались истории нелепые и даже забавные. Вот хотя бы с ритуальной плетью! Георгию пришлось поместить вверху слева от входной двери оберег, чтобы духи не пытались проникнуть в его собственное обиталище без спросу. А ведь пытались! Пока не появился Аймшагта́й, которого, по-видимому, все остальные побаивались. Приходишь домой, а там сюрприз - очередное послание из другого мира, которое никто не просил. Ну ладно, иногда информация была полезной, к примеру, однажды на столе лежала кипа газет со статьями про снос старинного капища на берегу Байкала, его любимого места на берегу красивейшего озера. Пришлось принять меры. А если при входе, у порога, ты запинаешься об камень, вот что нужно подумать?

Так вот о нелепом. Заметив плеть зорким взглядом, очередная подружка начала задавать вопросы, а он не нашёл ничего лучшего, чем пошутить про имеющиеся у него навыки БДСМ. Приняв шутку за обещание использовать предмет по назначению, дама резво ретировалась из квартиры, оборвав с ним все контакты. Что же может подумать девушка, если застанет его за выполнением очередного эксцентричного задания духов, он боялся даже представить. Иркутск не слишком большой город и слава о местных сумасшедших разносится здесь молниеносно.

В расстроенных чувствах, он пытался узнать, как ему быть и что делать у мамы и у покойной бабушки. Но родственницы каждый раз с улыбкой утешали его, что всему своё время. Мама, не верившая в дар сына, считала его проявления милыми причудами и думала, что особенности сына должны приниматься влюблёнными девушками безоговорочно. Только с недавних пор, когда Георгию перевалило за тридцать, мама стала волноваться и намекать о необходимости повнимательнее присматриваться к женщинам, быть снисходительнее к женским недостаткам, и создать семью, потому что хотелось бы, наконец, обзавестись внуками. Объяснить ей, что он-то не против, но есть некоторые “но”, Георгий даже и не пытался. Впрочем, он надеялся ─ всё как-то наладится со временем само собой.

Так он и жил ─ обычный сибирский парень, иногда совершающий странные поступки. Пока не случилось событие, всколыхнувшее всю страну.

Глава 2. Задание.

… В тот день злой дух появился неожиданно, отразившись за спиной Георгия в темном экране компьютера. Георгий разбирал на столе чертежи очередной сложной подземной установки, разворачивая руководства по эксплуатации, паспорта составных частей, перечитывал технические условия. С оборудованием на первый взгляд все было в порядке, но его никак не оставляли на счет него дурные предчувствия.

Видеть то, что представляло собой лицо Аймшагта́я, вернее то, что должно считаться им и располагаться на соответствующем месте, ему никогда не нравилось. Тем более, такое явление обычно не предвещало ничего хорошего. Еще хуже было то, что вопреки обычному веселому настроению перед тем, как сделать или сказать какую-нибудь гадость, дух появился необыкновенно мрачным и начал сразу с инструкций.

На лежащей на столе бумаге, стали проступать странные буквы. Буквы складывались цветистой вязью в слова, впрочем за столько лет уже ставшими понятными, а на экране выключенного компьютера замелькали картинки: телефон, Москва, река.

Несмотря на недовольство, вызванное возникновением в кабинете существа, сулящего необходимость в очередной раз выполнять неведомо какое поручение и к тому же отвлекающего его от дел, Георгий, усмехнувшись, ехидно заметил, что сущность до сих пор не освоила компьютер, продолжая “по старинке” писать на бумаге и визуализировать образы в картинках перед его глазами. А ведь куда проще, ерничал шаман, научиться тому миру слать ему электронные письма с заданиями, можно даже скомпонованными в видеоряд. Возможно, тогда уважаемому потустороннему существу по имени Аймшагта́й не пришлось бы постоянно курсировать между мирами, тратя своё драгоценное время.

В ответ он услышал возмущенный скрежет ду́ха, что нормальным шаманам вообще не приходится ничего писать и показывать во внешнем мире. Образы и знания, согласно шаманской науке, появляются прямо у них в голове, так как они используют практики расширения сознания. Они не отлынивают от предназначения, как некоторые инженеришки, которым зачем-то дан этот дар, и кто так и норовит улизнуть от своих обязанностей. Кроме того, им не менее ехидно замечено, что этот инженеришка совершенно бестолков, так как не понимает: интернет “оставляет следы”, и если их сторону даркнета никогда не найдут, то такого бестолкового получателя-исполнителя найдут обязательно.

Обменявшись любезностями, оба вынуждены были снова перейти к делу.

“Так, погоди-ка, что ж мне в Москву ехать! – возмутился Георгий. – На какие, простите, шиши? Одни авиабилеты Иркутск-Москва вылетят в копейку, а ещё и обратно!”

“Ты ещё смоги вернуться обратно-то, – мрачно прошипел голос у него в голове. – В этот раз ты послан решить один очень сложный вопрос и не факт, что с твоими неразвитыми способностями у тебя что-то получится. Избран именно ты, хоть ты и никчемный, и никогда раньше не участвовал в такого рода делах. Но ду́хи твоего уважаемого рода заверили нас, что Булга́н готов. Так тому и быть”.

На столе тихо заурчал телефон:

– Георгий Александрович, зайдите к директору! – раздался тонкий голосок секретарши.

Он взглянул на экран компьютера – тот оставался по-прежнему темным, а о визите духа напоминал только исписанный лист бумаги. Сложив его и сунув карман, Георгий поспешил к директору.

Через полчаса, мрачнее тучи, инженер вернулся в свой кабинет с приказом о направлении в командировку в Москву с заданием лично провести приемку нового дорогостоящего оборудования. Установку сию минуту удалось увести из-под носа у конкурентов. Авиабилеты куплены проворной секретаршей в обе стороны и лежали в конверте вместе с доверенностью на получение ценного груза. Тихо пискнула смс, сообщавшая о поступлении солидных суточных.

Несмотря на кажущуюся простоту действий, которые он должен исполнить, что-то не давало Георгию покоя. Уж слишком все произошло неожиданно, слишком второпях организовано. Кроме того, поведение ду́ха казалось совершенно необычным в смысле его беспокойства о детальной точности в выполнении задания. Встревожили Георгия намеки на то, что он может не справится и совсем не вернуться, хотя обычно в такие моменты подчеркивалось, что дельце “яйца выеденного не стоит”, почему ему и поручается. Видимо, означенное дело действительно серьезное! Но что сложного окажется в необходимости совершить обыкновенный телефонный звонок, шаман пока не понимал.

Беспокоить ду́хов рода по такому незначительному вопросу, расспрашивая о последствиях не хотелось, да и, вероятно, не желая отвечать на вопрос, никого из них поблизости уже который день не ощущалось.

Нарочно или нет, но командировка инженера на этот раз должна была проходить в состоянии полного цейтнота.

Прибыв в Москву, ему предстояло посетить офис контрагентов, после чего с ними проследовать на склад для приемки оборудования. В случае отсутствия вопросов организовать транспортировку механизма к месту назначения, а в случае наличия проблем составить техническое задание для их устранения. После этого, привычного в общем дела, и полагалось совершить телефонный звонок, приехав по определенному адресу. Как гласил текст уничтоженного послания, в нужном месте подчеркнутый несколькими чертами до дыр чем-то острым, неприятно напоминающем коготь, следовало избавиться от телефона и сразу улететь в родной город.

Ругая на чем свет стоит директора, изготовителей, продавцов оборудования, и прочих сущностей, которые его в грош не ставят, но многого от него хотят, Георгий принялся действовать по намеченному плану. Сложность ещё состояла в том, что время звонка, следовало соблюсти с точностью до минуты, как очень важную деталь плана, ведь не зря оно обводилось на листе несколько раз и выделялось чем-то красным. Кроме того, одеться надлежало определенным образом-серое, черное, неприметное, максимально закрывающее лицо и тело.

Невыспавшийся после долгого перелета Георгий сошел с трапа в ужасном настроении. Однако после завтрака, заказанного, не глядя на цены, чудесной яичницей с ореховым капучино в одном из заведений на старом Арбате, решил, что возможно не стоит считать поездку такой уж обременительной. Прогуливаясь по старомосковским переулочкам до офиса партнеров, он пришел в прекрасное расположение духа, немного беспокоясь лишь о малом количестве времени, выделенном для приемки.

Вопреки ожиданиям, с оборудованием все произошло замечательно. Новенькая установка не вызвала у инженера никаких нареканий, документы о приемке и транспортировке оформились быстро, партнеры оказались на удивление приятными людьми, не только предоставившими ему машину с водителем для поездок, но сводившими его на бизнес-ланч. Поэтому Георгий совершенно спокойно успел переодеться и доехать на общественном транспорте по нужному адресу.

Прибыв в небольшой дворик в центре города, он не заметил ничего необычного, зато как предполагалось, увидел чуть в стороне лавочку.

Возле нее, в грязи, скрытый опорной ножкой и прикрытый мусором, лежал старенький кнопочный телефон. Георгий поднял телефон, отряхнул его от кусочков земли и протер носовым платком от грязи. Экран показывал низкий уровень заряда, сим-карта была на месте, а в контакты телефона внесен один-единственный номер – тот, по которому необходимо по заданию духов совершить звонок в назначенное время.

С виду все выглядело очень просто и ясно, и он обрадовался: “Пять минут и я сажусь в метро, где-то по пути выйду прогуляться, выкину телефон и улечу, наконец, домой. Получу премию за командировку, возьму отпуск и слетаю, к примеру, в Таиланд, возможно встречу там хорошенькую соотечественницу, ну а если нет, проведу время с та́ечкой, пусть и не безвозмездно”.

Он улыбнулся своим мыслям, отогнал вновь появившееся тревожное предчувствие, сел на лавочку, оказавшись лицом к третьему подъезду и начал внимательно смотреть на часы. До звонка оставалось время, и он принялся размышлять о том, почему его не удивляет находка телефона, и кто возьмет трубку на том конце провода, когда он наберет номер.

Ну, скажем, к неожиданным находкам он привык, и в принципе казалось логичным, что если надо позвонить, то будет и телефон. Тем более, тот должен после звонка отправиться в реку. Он ещё вспомнил, как забеспокоился, когда узнал о том, что от телефона придется избавиться, подумав про личный красивый дорогой смартфон, однако, привыкнув всегда доверять его посылающим, решил: они знают что делают, хотя на всякий случай и перенес все фото и контакты со своего на домашний компьютер.

Начиная уставать от томительного ожидания, Георгий смотрел на экран найденного телефона, наблюдая за медленной переменой минут на маленьком дисплее.

Во дворе не было ни души. Краем глаза он заметил, как во двор начала заезжать Тойота с черными номерами военного ведомства, а дверь подъезда напротив открылась и из нее вышел человек в форме. В этот момент часы телефона показали точное время звонка. “Пора!” – подумал Георгий и нажал на кнопку вызова. Раздался взрыв.

Звук, оказавшийся похожим на хлопок разорвавшейся петарды, оглушил и ошеломил его. Несколько птиц, сорвавшись с карниза, рванулись вверх на крышу дома. Из машины, не успевшей доехать до подъезда, выбежал водитель, в доме открывались окна и двери ─ люди хотели посмотреть на произошедшее. Георгию тоже хотелось увидеть картину происшествия, однако словно оцепенев, встать со скамейки он не мог.

Если бы в этот момент он не сунул телефон в карман, вряд ли впоследствии удалось бы утопить его, выполнив эту часть плана.

Через минуту он понял, что смотрит на место происшествия сверху, глазами птицы, вспорхнувшей на крышу подъезда.

Оттуда картина происшествия выглядела страшно: недалеко от подъезда лежало тело военного. Подбежавший водитель щупал ему пульс, но было совершенно ясно – человек мертв, на асфальте виднелась лужа крови, рядом лежала раскуроченная коляска, скрывавшая, по всей видимости, взрывное устройство.

Ещё ужаснее казалась темная тень, поднимавшаяся с тела и плывущая в сторону лавочки, где неподвижно сидел Георгий. Сознание метнулось от птицы обратно к нему. Жуткий мрак почти настиг его, когда он, вытянув впереди себя руки ладонями вперед, пытаясь защититься от надвигающейся на него тьмы, увидел, как его ладони засветились золотым светом. С кончиков пальцев посыпались золотые искры, они стали наполнять тьму, пронизывать ее, подобно лучам солнца, просвечивающим сквозь ветхую ткань. Через несколько секунд полыхнула громкая вспышка, и наваждение исчезло.

Остался двор, суетящиеся вокруг места происшествия люди, тело военного, машина, вой приближающихся сирен, и застывший на скамейке от ужаса и недоумения Георгий. Пришло понимание – ему только что удалось избежать чего-то действительно жуткого.

Осознав наконец, что здесь ни в коем случае нельзя оставаться, стараясь не привлекать внимания, он надел на голову глубокий капюшон черной толстовки. Не оглядываясь, он медленно пошел из двора, хотя ему хотелось бежать бегом от этого страшного места. Когда он направился, согласно следующей части задания, к Москва-реке с телефоном, казалось, что все люди смотрят исключительно на него, его сейчас выследят и схватят, и скорее всего в тот момент, когда он будет от телефона избавляться.

Однако, все прошло без происшествий. Телефон камнем полетел с моста на дно реки. Георгий быстрым шагом добрался до ближайшей станции метро и, смешавшись с толпой, поехал с пересадками в аэропорт. Рюкзак он нес с собой, в Москве его более ничего не задерживало. Хотелось как можно скорее очутится дома, выпить и попытаться осознать произошедшее. Новости он включил сразу по приезду, хотя казалось лучше бы этого не делать!

В новостях очевидцы утверждали, что слышали два взрыва. По версии следствия, первый из них, произвело взрывное устройство, прикрепленное к специально поставленной кем-то у подъезда, детской коляске, небольшие части которой все ещё лежали у подъезда. Приведенное в действие с помощью телефонного звонка, оно убило того самого человека в военной форме, заслуженного генерала-лейтенанта российской армии.

Средства массовой информации не скупились в описании его рега́лий и заслуг. По всему выходило, что убийца нанес ущерб безопасности государства и подорвал оборону страны. Убит не простой человек, а человек нужный и полезный для страны в трудное время, и понимание такого факта стало для Георгия особенно тяжелым.

Второй взрыв, выглядевший яркой вспышкой, как утверждали немногочисленные свидетели, его наблюдавшие, полыхнувший примерно в середине двора, не причинил никому вреда. Однако, по версии следствия, он “ослепил” все имеющиеся в округе камеры, в результате чего преступнику удалось скрыться. Распространялись сохранившиеся отрывки видео с камер наблюдения: вот из подъезда выходит человек в военной форме, раздается взрыв, после чего темное облако накрывает место происшествия, вспышка золотого огня, конец записи.

Также показывали несколько кадров с предполагаемым преступником: мужчина неопределенного возраста, одетый во все темное, проследовал во двор, лица не видно – эта часть камеры закрыта птичьим крылом – досадное недоразумение.

“Да каждый встречный даже по имеющимся кадрам меня опознает!” – в панике думал Георгий. – А вдруг кто-то сможет сложить два и два: мою внешность и лицо в системе распознавания людей, про которую все только и говорят в Москве, командировку, маршрут следования, и что там ещё…”. Но не свою поимку считал он самым страшным.

Не в силах перенести мыслей о том, что он убил совершенно незнакомого человека, потеряв аппетит и сон, Георгий взял отпуск на работе и запил.

– Какой я шаман? – издевательски спрашивал Георгий, разговаривая сам с собой одинокими вечерами. – Я просто дурак. Дурак, который выполняет неизвестно чьи указания, написанные корявым почерком на бумаге. Может просто сумасшедший, возомнивший о себе невесть что, а на самом деле просто опасный сумасшедший. Ду́хи его, видите ли, попросили. Покойная бабушка велела пойти “на дело”! Так в полиции и расскажешь, когда за тобой придут. Вопрос времени, – терзал себя он. – Меня попросили привидения, и поэтому я стал террористом, убивающим людей. Родители не переживут этого позора, воспитали сыночка, нечего сказать…

Кстати, никакие ду́хи давно не появлялись, как он не звал их, чтобы потребовать объяснений произошедшего. “А были ли они вообще, или всегда являли собой плод моего воображения, если я уже ни в чем не уверен? Мог ли я предвидеть то, что случится? – вопросы в его голове нагромождались один на другой, образуя непроходимые лабиринты, по которым его мысли блуждали с утра до вечера. – Наверное мог, стоило только захотеть выяснить: какое дело предстоит делать и зачем. Вероятно, узнал бы. А потом? Смог бы он отказаться? Что стало бы с ним, откажись он выполнить эту миссию? Какого рода неприятности могли бы произойти?

Который месяц тяжело болеет его мама, и несчетный раз он обращался к ду́хам рода, выпрашивая для нее защиты и здоровья. Несмотря на печальные ранее прогнозы врачей, о которых родители ему не говорили ранее, чтобы не расстраивать сына, все пошло по пути к выздоровлению, как только ему признался в болезни матери по секрету отец, и Георгий вмешался. Смог бы он рискнуть не выполнить задание, понимая, что отказ может отразиться на мамином здоровье?

Он всегда доверял своим покровителям, считал, что они неплохо уживаются. А вдруг и ранее он исполнял нечто подобное по их заданиям, лишая людей жизни, только не давал себе труда выяснить это?

Все эти вопросы и угрызения совести мучили его день и ночь. Георгий практически не спал и не ел все это время. Не давали ему покоя и размышления о тьме, направлявшейся к нему, желающей его поглотить, уничтожить, и о том, как ему удалось вызвать свет, ее рассеявший.

Вспоминая о ней, он снова и снова испытывал одновременно тот пронизывающий ужас и в то же время радость победы. Начинал чувствовать тепло на кончиках пальцев и где-то в груди. Глядя на ладони, он не замечал на них ничего необычного, и в то же время ему казалось, что они стали другими, вернее он сам стал другим.

Через следующие несколько дней, новостные каналы восторженно сообщили: преступник найден, но, к сожалению, соответствующих органов, мертвым.

Онемев от изумления, Георгий наблюдал, как из Москва-реки извлекают тело в черной куртке с капюшоном. Мужчина лет сорока, нигде не работающий, наркоман, по некоторым данным, установивший взрывное устройство несколькими часами ранее и вернувшийся, произвести подрыв. Видеозаписи, где отчетливо видно лицо утонувшего мужчины, в тот момент еще живого, как он привозит и устанавливает коляску. Правда на видео, где позже человек приходит совершить звонок, лица не видно, но ни у кого нет сомнений – по приметам это тот же самый человек.

“Рядом с трупом в воде найден тот самый телефон, с которого сделан звонок. Принадлежность устройства и сим-карты покойному установлена, следы ведут к организаторам в недружественное государство. Смерть наступила в результате утопления, после употребления наркотиков, следов насилия на теле не обнаружено. Сделан вывод, что преступник покончил с собой либо от угрызений совести, либо в наркотическом угаре. Второе вероятнее из-за найденных в организме следов веществ.

Дело раскрыто, следственные органы призывают граждан быть бдительными”. – захлебывались телевизионщики, докладывая наперебой мельчайшие подробности по всем каналам.

Услышанное принесло Георгию некоторое облегчение. Быть позором семьи, садиться в тюрьму или попасть в психушку, объясняя как у него получилось совершить преступление, и главное отвечать на вопросы: “Зачем и почему?” не хотелось.

Утешало его понимание предопределенности произошедшего и явного присутствия в нем потустороннего вмешательства. Несмотря на то, что ду́хи давно не навещали его, и он усомнился в их существовании, они по-прежнему где-то рядом и для него так же реальны, как его собственное существование. Они берегут его и заботятся о нем.

И все же не думать о себе, как об убийце было невозможно. Ведь тот самый звонок совершен именно им, а вовсе не тем человеком, который установил взрывчатку и почему-то потом погиб. Телевизор включать Георгий перестал, не желая наткнуться на сцены похорон, проходивших с максимальной помпой. Не хотелось смотреть в глаза портрета покойного генерала, а также видеть его родных. Правда выяснилось, близких у покойного не осталось: родители умерли, с женой давно разведен, сын в Америке и на похороны приехать не смог или не захотел. Но видеть это было все равно невыносимо.

Ещё через несколько дней Георгию удалось забыться тревожным коротким сном, в котором он увидел старика из детства. Старый шаман, сурово и осуждающе взглянув на него, сказал: “Скоро. Жди вестей”.

Проснувшись утром, он с удивлением обнаружил отсутствие желания выпить, а также воцарение в душе странного спокойствия и умиротворения. Поэтому Георгий вылил в раковину оставшийся коньяк и позвонил директору, сообщив, о планах завтра приступить к работе снова.

Приехав в офис, он проскользнул в свой кабинет, чтобы скрыть помятый вид от коллег и занялся все теми же чертежами оборудования. Ничто здесь не напоминало о произошедшем, как будто события, чуть не стоившие жизни, ему приснились. Также темнел экран монитора, стояла на привычном месте зеленая чашка, из которой он любил пить кофе, и разбросаны бумаги, причем в той же последовательности, в какой он их оставил, уезжая в командировку.

Однако, вскоре поступила смс о зачислении приличной суммы премии, которая заставила его невольно вернуться мыслями к прошедшей командировке, а о деталях напомнил звонок шефа, который полчаса ему рассказывал, как остались довольны контрагенты в Москве его сотрудником: Георгием Александровичем, и как теперь они с этим оборудованием возьмут отличный те́ндер. В связи с получением оборудования, как сообщил ему руководитель, все отпуска и командировки отменяются минимум на четыре месяца. Ему нужно будет чуть ли не круглосуточно заниматься контролем за установкой механизмов и поэтому отлучаться никуда не стоит. “Не отлучаться, так не отлучаться, – вздохнул Георгий. – Настроения совсем нет никуда ехать”.

Выйдя во двор предприятия, он наткнулся на группу менеджеров, громко и увлеченно обсуждающих какую-то новость, возбужденно размахивающих руками.

Один из них, приятель Георгия, перегородил ему дорогу и тыча пальцем в грудь принялся объяснять другим:

– Вот он, он там был как раз в это время! Смотрел телевизор сегодня!? Что думаешь!? Подстава?

– Не смотрел, ещё, – внутри у Георгия похолодело. – А что там?

– Ну ты даешь! Вся страна уже в курсе, один ты нет!

– Да погоди ты, приду домой посмотрю, завтра обсудим, голова гудит после вчерашнего, – сказал Георгий, осторожно обходя коллег.

Ему стало легче только когда он понял, что их радостное возбуждение от новостей хоть и касается убитого генерала, но не связано непосредственно с его личностью и постарался как можно скорее улизнуть домой.

«Возможно, – подумалось ему. – В новостях покажут, о раскрытии новых обстоятельства дела, находках новых улик или чего-то такого, натолкнувшее следствие на мысли: преступника нужно искать получше, или, возможно, у погибшего имелись соучастники».

При мысли об этом, у него холодела спина между лопаток. Добравшись до дома, он первым делом включил и телевизор, и компьютер, желая увидеть новости так взволновавшие его коллег.

На экране телевизора и компьютера почти нон-стоп показывали видео с человеком в маске, сидящего перед компьютером, по экрану которого непрерывно бегали какие-то строчки и говорящего явно измененным голосом.

Неизвестный сообщал, что их хакерское сообщество “Найт корп” получило письмо от некоего человека, назвавшего себя Шаманом. В письме аргументированно предлагалось провести проверку некоего архива недружелюбной страны в отношении определенного высокопоставленного военного.

Речь шла об убитом в Москве генерал-лейтенанте, о чьей гибели все еще сокрушались его сограждане. В ходе мероприятий, их группировке, как гордо заявлял человек в маске, удалось взломать защиту одного из самых защищенных архивов знаменитой иностранной разведки и найти там данные на погибшего.

В видео то и дело мелькали документы, номера счетов, суммы. Кроме того, удалось “вычислить”, что погибший генерал давно приготовил себе вторую личность, в связи с чем найдены доказательства его причастности к шпионажу в пользу иностранного государства, так как часть своего архива военный хранил в неприметной однушке в Подмосковье, оформленной на второе имя.