Адам Тадеуш Станислав Нарушевич. Переводы стихов

Оригинал:

Адам Нарушевич (Adam Naruszewicz), «Do ojczyzny» (1771)

Общественное достояние (прошло более 70 лет после смерти автора)

Перевод:

Даниил Лазько, 2025

Все права на перевод защищены. 2025

Условия использования

Этот перевод распространяется по лицензии Creative Commons Attribution-NonCommercial-ShareAlike 4.0 (CC BY-NC-SA 4.0)

Это означает:

Можно:

Цитировать с указанием автора перевода

Использовать в образовательных целях (учебники, лекции, курсовые)

Копировать и распространять в некоммерческих целях

Создавать производные произведения (адаптации, антологии) при условии сохранения той же лицензии

Нельзя:

Использовать коммерчески без письменного разрешения автора

Публиковать без указания автора перевода

Для коммерческого использования

Запросы на публикацию в печатных изданиях, аудиокнигах, театральных постановках или иное коммерческое использование – обращайтесь: [e-mail]

Рекомендуемая форма цитирования

В тексте:

Нарушевич А. К Отечеству / Пер. с польск. Д. Лазько // [Название издания]. 2025.

В библиографии:

Naruszewicz A. Do ojczyzny [To the Fatherland] / Transl. by D. Lazko. 2025. Available at: [URL].

Этот перевод – результат скрупулёзной работы над каждым словом. Цель – не просто передать смысл, но воссоздать ДУХ торжественной оды XVIII века, чтобы русский читатель услышал голос эпохи классицизма.

Если у вас возникнут вопросы по тексту или историческому контексту – пишите в комментариях, с радостью отвечу!

ЛИТЕРАТУРНЫЙ АНАЛИЗ ОДЫ «DO OJCZYZNY» АДАМА НАРУШЕВИЧА

ДОРАБОТАННАЯ ВЕРСИЯ (ЭТАЛОННАЯ)

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

I. ИСТОРИКО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНТЕКСТ

Ода «Do ojczyzny» («К Отечеству») создана Адамом Нарушевичем (1733–1796) в ноябре 1771 года – непосредственно после покушения на короля Станислава Августа Понятовского, совершённого конфедератами Барской конфедерации 3 ноября. Это ключевое уточнение: не 1782 и не 1791 год, а именно 1771 – момент наивысшего национального кризиса, когда Речь Посполитая находилась на грани первого раздела (1772).

ИСТОРИЧЕСКАЯ СИТУАЦИЯ

3 ноября 1771 года группа конфедератов под руководством Казимежа Пулавского похитила короля из королевской кареты на улицах Варшавы. Заговорщики планировали либо вывезти монарха за границу (чтобы вынудить его отречься), либо убить. Операция провалилась из-за несогласованности: король сумел бежать, спрыгнув с повозки в лесу близ деревни Марымонт. Через несколько часов Станислав Август вернулся во дворец живым, но потрясённым.

Барская конфедерация (1768–1772) – вооружённое объединение польской шляхты, выступавшее против реформ короля и влияния России. Конфедераты получали военную и финансовую помощь от Османской империи (1768–1774 годы – русско-турецкая война) и Франции. Они обвиняли Станислава Августа в том, что он марионетка Екатерины II, и видели в нём предателя национальных интересов.

Первый раздел Речи Посполитой (1772) – через год после покушения Россия, Пруссия и Австрия отторгнут 30 процентов территории Польши. Нарушевич предвидит катастрофу и пытается остановить её через слово.

АВТОР И ЕГО ПОЗИЦИЯ

Нарушевич, иезуит, придворный историограф и поэт эпохи раннего Просвещения, создаёт текст как политический манифест, защищающий монархию и осуждающий анархию шляхетской «золотой вольности». Ода написана в традициях польского классицизма с элементами барочной патетики и становится образцом гражданской лирики, соединяющей личное потрясение с общественным призывом.

Ключевая идеологическая коллизия: Нарушевич защищает короля, избранного при поддержке России, что делает его позицию уязвимой для обвинений в «национальном предательстве». Однако он формулирует третий путь: не реакционная анархия конфедератов и не слепое подчинение иностранной державе, а просвещённая монархия с реформами при сохранении национального суверенитета.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

II. ЖАНР И КОМПОЗИЦИЯ

ЖАНР: ТОРЖЕСТВЕННАЯ ОДА-ИНВЕКТИВА

Произведение синтезирует три жанровых модуса:

1. ЛАМЕНТ (плач об отечестве) – строфы 1–12

– Риторические вопросы «Ужели мало?» (3 раза)

– Описание разрушения государства

– Эмоциональная кульминация: «Где царь?» (строфа 5)

2. ИНВЕКТИВА (обличение предателей) – строфы 13–22

– Разоблачение лицемерия конфедератов (строфа 13: «Из коего Корана…»)

– Богохульство под маской веры (строфа 14)

– Медицинская метафора (строфа 16): врач, обезглавливающий пациента

3. ЭНКОМИЙ (хвала Богу и королю) – строфы 23–48

– Молитва о спасении (строфы 28–34)

– Благодарение за чудо (строфы 35–38)

– Апофеоз единства (строфы 39–48)

Это не чистая хвалебная ода (как у Ломоносова), а политическая проповедь, использующая риторику страстной церковной речи для воздействия на национальное сознание.

КОМПОЗИЦИЯ: ПЯТИЧАСТНАЯ ДРАМАТУРГИЯ

I. ЭКСПОЗИЦИЯ (строфы 1–4): Diagnosis mali

Нарушевич ставит диагноз Польше: страна «измучена» не внешними врагами, а внутренними раздорами. Три риторических вопроса («Ужели мало?») создают нарастающее напряжение, подводя к кульминации – похищению короля.

Ключевая строфа 2:

«Что под луной нигде примера нет, как тут: / Где вольность есть разврат, а смутою живут?»

Это формулировка главной проблемы: извращение понятия свободы (liberum veto превратилось в инструмент анархии).

II. КУЛЬМИНАЦИЯ (строфы 5–12): Imago sceleris

Центральная часть – живописание преступления. Нарушевич использует технику ekphrasis (подробного описания), превращая похищение в апокалиптическое зрелище:

– Четырёхкратная анафора «Где царь?» (строфа 5) – ритуальный плач всех сословий (сенат, рыцарство, крестьяне, духовенство, «всяка разумная душа»)

– Сравнение с волком (строфа 9) – библейская образность (отсылка к Евангелию от Иоанна 10:12: «наёмник… видит приходящего волка и оставляет овец»)

– Гуроны как символ варварства (строфа 12) – ирония: конфедераты, прикрываясь верой, хуже язычников

Ключевое достижение: Нарушевич создаёт эффект присутствия – читатель видит сцену похищения как очевидец.

III. ИНВЕКТИВА (строфы 13–22): Refutatio

Опровержение аргументов конфедератов через богословскую, моральную и политическую аргументацию:

1. Богословская (строфы 13–15): Вера не учит цареубийству. Ссылка на Коран (строфа 13) – это не критика ислама, а политическая метафора: конфедераты получали помощь от Турции, что в глазах католической Европы было предательством.

2. Моральная (строфа 16): Медицинская метафора – страну нужно лечить, а не обезглавливать.

3. Политическая (строфы 17–22): Цареубийство приведёт к международной изоляции («князи стран иных» не признают узурпаторов) и внутреннему хаосу (безкоролевье = смута).

Ключевая максима (строфа 21):

«Ладью чини, но кормчего не смей менять снова!»

Это квинтэссенция политической философии Нарушевича: реформы необходимы, но не через революцию.

IV. ПЕРИПЕТИЯ (строфы 23–34): Deprecatio

Поворот от отчаяния к мольбе. Апокалиптическое видение (строфы 28–30):

– Ночь похищения (строфа 28) – космическая катастрофа («Зари не видно нам!»)

– Фурии из Тартара (строфа 30) – античная мифология на службе христианской эсхатологии

– Хаос безвластия (строфа 31) – «гордыня, жадность, месть» материализуются в «драконьих гривах»

Но затем – молитва (строфы 28–34): обращение к «Властелину Сиона» с мольбой о спасении «помазанника».

V. РАЗВЯЗКА (строфы 35–48): Gratiarum actio et exhortatio

Двухчастный финал:

А) Благодарение (строфы 35–42):

– Король спасён божественным вмешательством (строфа 35: «Услышал Ты мольбу»)

– Гимн благодарения с восьмикратной анафорой «Он» (строфы 39–42) – это литургическая форма (ектения), воспроизводящая молитвенное славословие

Б) Призыв к единству (строфы 43–48):

– Апофеоз монарха (строфа 43: «Он показал нам всем: кого на трон посадит…»)

– Обращение к отечеству (строфа 46: «Отчизна милая!») – переход от трагедии к надежде

– Финал (строфа 48): призыв доказать Европе, что «горстка подлецов» не представляет нацию

Кольцевая композиция: Ода начинается с обращения к «стране родной» (строфа 1) и завершается обращением к «отчизне милой» (строфа 46). Эмоциональная арка: от отчаяния к ликованию.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

III. ПОЭТИКА И СТИЛИСТИКА

1. РИТОРИЧЕСКИЕ СТРАТЕГИИ

А) Анафора как структурный принцип

Нарушевич использует анафору не как украшение, а как способ мышления:

1. Анафора вопроса (строфы 1–3):

– «Maloz… Malezes… Trzeba-z…» (оригинал)

– «Ужели… Ужели… Иль надобно…» (перевод)

– Создаёт эффект допроса совести нации

2. Анафора призыва (строфа 5):

– «Wola… wola… wola… wola» (4 раза) – оригинал

– «Зовёт… зовёт… зовёт… зовёт» – перевод

– Имитация всенародного крика (сенат, рыцарство, крестьяне, духовенство)

3. Анафора славословия (строфы 39–42):

– «On… On… On…» (8 раз) – оригинал

– «Он… Он… Он…» – перевод

– Гимническое перечисление чудес Божьих (форма литургической ектении)

Функция: Анафора создаёт ритуальность – ода перестаёт быть просто стихотворением, становясь обрядом (плача, обвинения, благодарения).

Б) Риторические вопросы

Более 20 вопросов в тексте создают эффект quaestio indignata (возмущённого допроса):

– Упрекающие (строфы 1–3): «Ужели мало бед?»

– Обвиняющие (строфа 13): «Из коего Корана сей яд вы извлекли?»

– Изумлённые (строфа 16): «Где видан лекарь, что… главе удар наносит?»

Эффект: Читатель не может остаться нейтральным – вопросы требуют ответа, втягивают в диалог.

В) Апострофа (прямое обращение)

Нарушевич меняет адресата 5 раз, создавая полифонию голосов:

1. К отечеству: «Ojczyzno strapiona» (оригинал) – «страна моя родная» (перевод, строфа 1)

2. К предателям: «Nie lzyj, bluznierska gebo!» (оригинал) – «Молчи, хулитель злой!» (перевод, строфа 15)

3. К Богу: «O rzadco wiecznego Syona!» (оригинал) – «О Властелин Сиона!» (перевод, строфа 28)

4. К европейским монархам: «Ktozby sie z was powazyl…» (оригинал) – «Кто, князи стран иных…» (перевод, строфа 18)

5. К народу: «Zacny narodzie» (оригинал) – «мой народ» (перевод, строфа 19)

Эффект: Создаётся ощущение публичной речи, произносимой перед всей Европой (не камерная лирика, а политическое выступление).

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

2. ОБРАЗНАЯ СИСТЕМА

ТРИ МЕТАФОРИЧЕСКИХ ПЛАСТА

А) Пастырская метафора (pastor bonus)

Король = пастух, народ = стадо, конфедераты = волки

Библейский архетип (Евангелие от Иоанна 10:11–14):

«Я есмь пастырь добрый… наёмник… видит приходящего волка и оставляет овец»

Строфа 9:

«Как волк, что алчет крови невинного ягненка… уносит жертву в лес»

Строфа 10:

«Похитила, увы, пастуха у стада»

Функция: Сакрализация монархии (король = образ Христа, Доброго Пастыря). Покушение на короля = покушение на Христа в его земном наместнике.

Б) Медицинская метафора (строфа 16)

Польша = больное тело, конфедераты = безумный лекарь, обезглавливающий пациента

«Где видан лекарь, что, безумьем одержимый, / Леча гнилую плоть болезни нетерпимой, / Чтоб членам здравие вернуть на склоне дней, / Главе удар наносит, вместилищу идей?»

Это просвещенческий аргумент: реформы нужны (Польша больна), но не через цареубийство (обезглавливание убивает пациента).

Источник: Аристотель («Политика», кн. V): государство как организм, где голова (монарх) управляет членами (сословиями).

В) Морская метафора (строфа 21)

Польша = ладья в шторме, король = кормчий

«Ладью чини, но кормчего не смей менять снова!»

Функция: Максима переводит политику в область здравого смысла (менять капитана во время бури = безумие).

Источник: Гораций («Оды», I.14): «O navis, referent in mare te novi fluctus» («О корабль, новые волны унесут тебя в море»).

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

МИФОЛОГИЧЕСКИЙ КОД

1. Гуроны (строфа 12)

Не просто индейцы, а символ «естественного варварства», противопоставленного христианской цивилизации.

Контекст XVIII века:

– Вольтер («Простодушный», 1767): гурон как «благородный дикарь»

– Руссо («Рассуждение о происхождении неравенства», 1755): дикарь морально чище европейца

Ирония Нарушевича: Конфедераты, прикрываясь верой, хуже язычников:

«Ze sie w twym lonie krwawi legna Huronowie» (оригинал)

«Гнездятся дикари с гуроном неизменным» (перевод)

Подтекст: Настоящие варвары – не индейцы, а «христиане», убивающие помазанника.

2. Мегера, Клото, Тенар (строфа 30)

Античная эсхатология для описания современности:

– Мегера (Megaera) – одна из трёх Эриний (у римлян – фурий), богиня мести. Изображалась со змеями вместо волос, с факелом и бичом.

– Клото (Clotho) – одна из трёх мойр (богинь судьбы), прядущая нить человеческой жизни.

– Тенар (Taenarum) – мыс на юге Пелопоннеса (современная Греция), где находился один из входов в Аид.

Оригинал:

«Juz napol kark z Tenaru wzniosla jedza krwawa»

«Уже наполовину шею из Тенара подняла фурия кровавая»

Образ: Фурии вырываются из Аида (подземное царство прорывается на поверхность).

Функция: Покушение на короля = нарушение космического порядка, выпускание адских сил на землю.

Источник: Вергилий («Энеида», кн. VII, строки 323–571): Юнона посылает фурию Алекто, чтобы разжечь войну в Лации.

3. Дракон, волк (строфа 42)

Архетипы зла, укрощённые Богом:

«Дракону пасть зажал, что ядом истекала, / И агнчей шерстью волка-кровопийцу сткала»

Источник: Псалмы (Пс. 73:13–14):

«Ты сокрушил головы змиев в воде; Ты сокрушил голову левиафана»

Также: Книга пророка Исаии (11:6):

«Тогда волк будет жить вместе с ягнёнком»

Функция: Спасение короля = эсхатологическое чудо (Бог усмиряет хаос, как при сотворении мира).

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

3. ЯЗЫКОВЫЕ ОСОБЕННОСТИ

БАРОЧНАЯ ЭКСПРЕССИЯ В КЛАССИЦИСТИЧЕСКОЙ ФОРМЕ

Нарушевич пишет польским силлабическим 13-сложником (7+6 с цезурой) с парной рифмовкой – польским вариантом александрийского стиха, восходящего к французской классицистической традиции. Но лексика и синтаксис сохраняют барочную напряжённость:

А) Оксюмороны:

– «slodycz + szczerosc nie doznala zbroi» (оригинал)

– «доброта… и кротость… испытывали сталь» (перевод, строфа 28)

– Сладость/кротость vs. доспехи/сталь = несовместимое сочетание

Б) Гиперболы:

– «tysiac sztychow» (оригинал) – «тысячи мечей» (перевод, строфа 1)

– «powszechnym pozarem swiat caly zaburzyc» (оригинал) – «весь мир не подожжёт пожаром страшным вновь» (перевод, строфа 17)

В) Зевгма:

– «lzy brocza karte, mysl truchleje» (оригинал)

– «Стыд пишет, мысль дрожит» (перевод, строфа 4)

– Соединение физического («стыд пишет») и духовного («мысль дрожит») в одной конструкции

Г) Церковнославянизмы и латинизмы создают торжественный регистр:

Польский – Латинский источник – Русский перевод:

– namiestnik – vicarius Dei – наместник

– pomazaniec – christus Domini – помазанник

– swietokradzki – sacrilegus – святотатственный

– rzadco – gubernator – властелин

Д) Синтаксические инверсии (отклонение от нормального порядка слов):

Оригинал:

«Twoj krol, boski namiesnik, twoj ociec zyczliwy / Gdziez jest?»

Буквальный перевод:

«Твой король, божественный наместник, твой отец доброжелательный / Где есть?»

Перевод Лазько:

«Наместник Божий где? Отец твой и оплот? / Какой жестокий рок его от нас влечёт?»

Функция инверсии: Создаёт драматическое напряжение (ключевое слово «где?» выносится в сильную позицию).

Е) Звукопись (аллитерации и ассонансы):

Пример 1 (строфа 32):

«Strach z rozpacza sie miesza, blask ogniow, szczek broni»

Аллитерация на «с» / «ш» / «ж» создаёт звуковой образ хаоса

Перевод:

«Отчаянье и страх, лязг сабель, блеск огней»

Сохранена аллитерация на «с» / «з» / «л»

Пример 2 (строфа 5):

«Wola… wola… wola… wola»

Повтор звука «о» создаёт эффект колокольного звона (набат)

Перевод:

«Зовёт… зовёт… зовёт… зовёт»

Повтор звука «о» сохранён

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

IV. ИДЕОЛОГИЧЕСКИЙ ПОДТЕКСТ

ПОЛИТИЧЕСКАЯ ФИЛОСОФИЯ ОДЫ

Нарушевич формулирует программу просвещённого монархизма, которая стоит между двумя крайностями:

А) Против анархии «золотой вольности»

Строфа 2:

«Где вольность есть разврат, а смутою живут»

Критика liberum veto (право любого депутата сорвать сейм):

– Идея: защита свободы

– Реальность: анархия (соседи подкупают депутатов, чтобы парализовать Польшу)

Б) Против тирании

Нарушевич НЕ защищает абсолютизм. Он выступает за монархию ограниченную, но эффективную:

Строфа 21:

«Ладью чини, но кормчего не смей менять снова!»

Это формула реформизма: изменяй систему (чини ладью), но сохраняй преемственность власти (не меняй кормчего).

В) За просвещённую монархию

Четыре принципа:

1. Свобода не равно анархия

   «Где вольность есть разврат» (строфа 2)

2. Монарх = божественный институт

   «Их сила – то Твоя; кто клятву им попрал, / Тот на Твою же власть дерзнул» (строфа 29)

   Учение о божественном праве королей (источник: Фома Аквинский, «Сумма теологии»)

3. Реформа, а не революция

   «Ладью чини, но кормчего не смей менять снова» (строфа 21)

4. Европейская репутация

   Повторяющийся мотив «что скажет Европа?» (строфы 12, 18, 48)

   Нарушевич апеллирует к чувству национального стыда, пытаясь мобилизовать шляхту через публичный позор

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

РЕЛИГИОЗНАЯ РИТОРИКА КАК ПОЛИТИЧЕСКИЙ ИНСТРУМЕНТ

Ода насквозь пронизана теологическим дискурсом, но это не мистика, а рациональная теодицея:

А) Критика религиозного фанатизма (строфы 13–15)

Строфа 13:

«Из коего Корана сей яд вы извлекли, / Чтоб избранным царям укорачивать дни?»

Это НЕ критика ислама, а политическая метафора:

– Барская конфедерация получала помощь от Османской империи

– В глазах католической Европы XVIII века это выглядело как союз с «иноверцами» против христианского мира

– Нарушевич обвиняет конфедератов: вы предаёте христианство, используя «магометанские» методы (убийство законного монарха)

Строфа 14:

«Иль вера учит злу, под рясою смиренной / Велит разбой творить над главою священной?»

Разоблачение лицемерия: Конфедераты прикрываются религией, но нарушают заповедь «Не убий».

Б) Бог как гарант порядка (строфы 28–34)

Это не мистическая сила, а просветительская деистская концепция:

Строфа 34:

«Ты Сам царей вершишь над паствою земною, / Народами правишь их властною рукою»

Источник: Апостол Павел (Рим. 13:1):

«Нет власти не от Бога; существующие же власти от Бога установлены»

Функция: Легитимация Станислава Августа через божественное право.

В) Чудо как знак воли Божьей (строфа 38)

«Твоя лишь, Боже, власть чудо явит нам ныне»

Спасение короля = знак, что Бог одобряет Станислава Августа (в отличие от конфедератов, которых Бог «покарал» провалом операции).

Это рациональная теология: Бог действует через естественные законы (король сбежал не чудесным образом, а благодаря случайности – несогласованности заговорщиков), но Нарушевич интерпретирует это как провидение.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

V. ИСТОРИЧЕСКОЕ ЗНАЧЕНИЕ

ОДА КАК ПОЛИТИЧЕСКИЙ ДОКУМЕНТ

«Do ojczyzny» – это не просто стихотворение, а памфлет, направленный против Барской конфедерации. Нарушевич, как придворный историограф, выполняет заказ двора: создать нарратив о предательстве, дискредитирующий оппозицию королю.

Однако текст выходит за рамки пропаганды. Это диагноз системного кризиса польской государственности:

1. Liberum veto превратилось в инструмент анархии

2. Шляхетская демократия выродилась в магнатскую олигархию

3. Внешние державы (Россия, Пруссия, Австрия) используют внутренние распри для раздела страны

Нарушевич предвидит катастрофу: первый раздел 1772 года произойдёт через год после оды. Он взывает к последнему шансу на спасение через единство вокруг монарха-реформатора.

Но история доказала его правоту лишь частично:

– Конституция 3 мая 1791 года (принята при участии Нарушевича) станет первой в Европе конституцией

– Но Польша всё равно будет разделена окончательно в 1795 году

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

ЛИТЕРАТУРНОЕ ВЛИЯНИЕ

Ода Нарушевича становится образцом гражданской лирики для следующих поколений:

1. Юлиан Урсын Немцевич – «Spiewy historyczne» (1816)

– Наследует патриотический пафос Нарушевича

– Использует анафору как ключевой приём

– Формула «народ-мученик» (страдающий, но непокорённый)

2. Адам Мицкевич – «Ksiegi narodu polskiego» (1832)

– Повторяет мотив «божественного провидения» в истории Польши

– «Польша – Христос народов» (страдает за грехи Европы)

– Источник: риторика Нарушевича (король = помазанник = образ Христа)

3. Циприан Камиль Норвид – «Fortepian Szopena» (1863)

– Переосмысляет идею провидения: не внешнее чудо, а внутренняя духовная сила

– Но сохраняет структуру: диагноз – катастрофа – надежда

4. Русская традиция

Сопоставимые тексты:

– Ломоносов – «Ода на взятие Хотина» (1739): торжественная ода с политическим подтекстом

– Державин – «Фелица» (1782): ода-инвектива (хвала императрице через обличение вельмож)

– Рылеев – «Думы» (1821–1823): гражданская лирика с историческими примерами

Нарушевич создаёт канон польской политической оды: соединение личного потрясения, исторической рефлексии и морального призыва.

;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;;

VI. ЗАКЛЮЧЕНИЕ: ОДА КАК ЗЕРКАЛО ЭПОХИ

«Do ojczyzny» – это текст на разломе эпох:

А) Формально – классицизм:

– Александрийский стих (13-сложник, AABB)

– Античные аллюзии (Мегера, Клото, Тенар)

– Рациональная аргументация (медицинская метафора, морская метафора)

Б) Эмоционально – барокко:

– Экспрессия (гиперболы, оксюмороны)

– Драматизм (апокалиптические видения)

– Контрасты (ад/рай, тьма/свет, смерть/воскрешение)

В) Идеологически – раннее Просвещение:

– Критика фанатизма (строфы 13–15)

– Защита разума (строфа 16: медицинская метафора)

– Вера в прогресс через реформы (строфа 21: «ладью чини»)

Нарушевич создаёт трагедию нации, где герой (король) спасён, но судьба страны остаётся под вопросом.

Финальный призыв (строфа 48):

«И докажи Европе, и всем краям земным, / Что горстка подлецов чужда сынам твоим»

Это звучит как:

– Мольба об исторической реабилитации

– Пророчество о грядущих разделах (которые докажут, что конфедераты ускорили катастрофу)