Адам Тадеуш Станислав Нарушевич. Переводы стихов

---

V. МЕСТО В ПОЛЬСКОЙ ЛИТЕРАТУРЕ

1. Влияние на современников

— Игнаций Красицкий (друг Нарушевича) развил сатирическую традицию в баснях ("Монах", "Писари"). Образ "фирцика" стал типажом в польской литературе.

— Станислав Трембецкий использовал образ болтуна-придворного в своих сатирах на магнатов.

2. Романтическая рецепция

— Адам Мицкевич ценил Нарушевича как "реформатора польского языка". В посвящении к "Пану Тадеушу" (1834) он называет его среди создателей современного литературного польского языка.

— Юлиуш Словацкий пародировал просветительскую дидактику в "Beniowski" (1841), но признавал мастерство Нарушевича в версификации.

Романтики переосмыслили просветительскую сатиру: то, что для Нарушевича было призывом к разуму, для них стало символом холодного рационализма, убивающего живое чувство. Однако они не отрицали художественной ценности его поэзии.

3. Рецептивная история: как "Sekret" читали в разные эпохи

— XVIII век: политический манифест в защиту дисциплины и государственной тайны

— XIX век (романтизм): устаревшая дидактика, но признанное мастерство формы

— XX век (коммунизм): текст мог читаться как критика цензуры (ирония истории: стихотворение в защиту тайны стало символом свободы слова)

— XXI век: актуальность в контексте дебатов о границах приватности, свободе информации и государственной тайне (ср. Wikileaks, Сноуден, утечки в социальных сетях)

4. Сравнение с русской сатирой XVIII века

Параллель:

Нарушевич, "Sekret" (1770-е) — Кантемир, "Сатира I. На хулящих учение" (1729)

Критика болтливости — Критика невежества

Политический подтекст (разделы Польши) — Просветительская программа (реформы Петра I)

Высокий штиль + вставная басня — Высокий штиль + примеры из истории

Шестистопный ямб (в рус. пер.) — Силлабический стих (позже — ямб)

Вопрос для исследования: Знал ли Нарушевич русских сатириков? Прямое знакомство Нарушевича с русской сатирой маловероятно (Кантемир не был переведен на европейские языки в XVIII веке). Однако типологическое сходство — критика придворных нравов, высокий штиль, дидактизм — объясняется общими источниками: Гораций, Ювенал, Буало. Параллель с Кантемиром показывает, как просветительская сатира решала схожие задачи в России и Польше.

---

VI. ВЫВОДЫ

"Sekret" Адама Нарушевича — шедевр просветительской дидактики, синтезирующий:

1. Античную традицию (Гораций, Плутарх, Марциал)

2. Французский классицизм (Буало, Лафонтен)

3. Польскую барочную риторику (Кохановский, Потоцкий)

Ключевые достижения:

— Политическая актуальность: текст откликается на кризис Речи Посполитой, предлагая этическую программу спасения государства через самоконтроль и дисциплину

— Жанровая виртуозность: сочетание послания, сатиры, басни в единой композиции

— Стилистическое богатство: от высокого штиля (латинизмы, архаизмы) до народной речи (басня о яйце)

— Философская глубина: молчание как основа доверия, политики, любви. Это не пассивность, а активная сила, "меняющая лик земли"

Оригинальность: В отличие от французских сатириков (Буало критикует литературные нравы), Нарушевич политизирует тему: молчание — не только этическая добродетель, но условие выживания государства в эпоху разделов. Болтливость шляхты, разглашавшей государственные тайны, была одной из причин политической анархии, приведшей к утрате независимости.

Итоговая оценка: "Sekret" — выдающееся произведение польского Просвещения, которое заслуживает места в ряду европейских дидактических поэм XVIII века наравне с "Опытом о критике" Поупа (1711) и "Поэтическим искусством" Буало (1674).

---

БИБЛИОГРАФИЯ

Основные источники:

1. Naruszewicz A. Lyrika wybrana. Oprac. J. Platt. Wroclaw, 1964.

2. Naruszewicz A. Poezje zebrane. Warszawa, 1848.

Исследования:

3. Klimowicz M. Oswiecenie. Warszawa, 1972.

4. Kostkiewiczowa T. Klasycyzm, sentymentalizm, rokoko. Warszawa, 1975.

5. Wojcicki K. W. Adam Naruszewicz i jego wspolczesni. Warszawa, 1858.

6. Borowy W. O poezji polskiej XVIII wieku. Krakow, 1948.

7. Kridl M. Antagonizm wieszczow. Warszawa, 1925.

8. Jackl F. Naruszewicz jako poeta. Lwow, 1890.

9. Platt J. Adam Naruszewicz — poeta i historyk. W: Problemy oswiecenia. Wroclaw, 1975.

Западная славистика:

10. Welsh D. Adam Naruszewicz: Poet and Historian. The Hague, 1966.

11. Seemann K.-D. Die altrussische Verssatire. Wiesbaden, 1965. (для сравнительного анализа)

Теория жанра:

12. Curtius E. R. European Literature and the Latin Middle Ages. Princeton, 1953.

13. Frye N. Anatomy of Criticism. Princeton, 1957.

Контекст эпохи:

14. Lukowski J. The Partitions of Poland: 1772, 1793, 1795. London, 1999.

15. Stone D. Polish Politics and National Reform, 1775–1788. New York, 1976.

---

© 2025 Даниил Лазько

Ничто сверх меры. Адам Нарушевич

ПРЕДИСЛОВИЕ

Адам Станислав Нарушевич (1733-1796) — выдающийся польский поэт, историк, епископ, один из столпов польского Просвещения. Друг короля Станислава Августа Понятовского, автор фундаментальной "Истории польского народа", реформатор польской поэзии.

Стихотворение "Nic nadto" ("Ничего сверх меры") написано в 1770 году и представляет собой образец дидактической поэзии эпохи Просвещения. Центральная идея восходит к античному принципу "золотой середины" (лат. aurea mediocritas) Горация и максиме "Ничего слишком" (греч. μηδέν άγαν), начертанной на храме Аполлона в Дельфах.

Произведение построено в форме философской медитации: первая часть воспевает идеал скромной, умеренной жизни (маленький дом, сад, круг верных друзей), вторая — предостерегает от излишеств в любой сфере (власть, богатство, ученость, даже добродетель), финал вводит парадоксальную тему "ничто" — малых, незаметных причин, способных перевернуть судьбу.

Перевод выполнен шестистопным ямбом с парной рифмовкой, что соответствует стилистике русской поэзии XVIII века и передает торжественно-дидактический тон оригинала. Полные русские переводы этого стихотворения ранее в печати не появлялись.

___________________________

Поэтический перевод с польского на русский язык выполнил Даннил Лазько:

Ничто сверх меры

Адам Нарушевич, 1770

Любовь в людских сердцах надеждою живет,

Охоту множит нам, коль прибыль в руки ждет.

Величье знатных лиц лишь властию хранимо,

Скудость ума у нас рассудком восполнима.

Кредит доверия лишь в добродетель вхож,

И верности залог на злато не похож.

Коль здравия желал — умеренность храни,

Довольством ум питай во все земные дни.

В нем легкости печать — ума есть предваренье;

Коль ищешь ты его, блюди во всем строенье.

Природна грация пол нежный украшает

Сильнее, нежели краса лица прельщает;

Писатель, что слова, а не предметы чтит,

Достоин лишь хулы и критикой быть бит.

Кто хочет счастия в сей жизни обрести,

Тому в честнóм житье, не в книжном, смысл нести.

Друзей пусть более, чем милых дам, имеет,

Не столь языками, сколь нравом разумеет.

Здоровье пусть ему дороже злата будет,

И мир души своей прибытка не забудет.

Фольварчек невелик, долгами не тесним,

Садик, да столик мал, да кров, хранимый им,

Мальчишка-слуга, мал, проворный и удалый,

Конёк один-другой — и счастлив я, пожалуй!

Соседей малый круг, но честных и благих —

Вот истинный удел желаний всех моих.

Люблю, пока зима свирепствует вовне,

При малом очаге согреться в тишине;

Люблю обеден стол, когда друзей собор

Ведет за трапезой приятный разговор;

Где с блюда малого мы вкусно насыщаясь,

Винцом из малых фляг, как влагой, угощаясь...

Из речи же такой нам вывести дано,

Что всё, что сверх меры, вредит всем заодно.

Словцо сие мало́, но всякий углядит,

Какая мудрость в нем великая сидит.

Сверх меры лишь покой дух сильный расслабляет;

Сверх меры шум и гам рассудок подавляет.

Сверх меры оборот — чужую рвет суму;

Сверх меры кто смирён — бесчувственен уму.

Сверх меры страсти пыл — помрачит ум порой;

Сверх меры лекарей — ускорит путь земной.

Сверх меры тонкий ум — в обман себя ввергает;

Сверх меры властный муж — тираном пребывает.

Сверх меры бережлив — тот скупостию зван;

Сверх меры дерзостен — нахал и грубиян.

Сверх меры благ земных — тяжелая обуза;

Сверх меры почестей — рабам лишь злая уза.

Сверх меры сладких нег — в могилу сводит нас;

Сверх меры мудрствовать — уму погибель час.

Сверх меры верить всем — к погибели ведет;

Сверх меры сердца жар — предательство найдет.

Сверх меры посулов — исполнить будет сложно.

Сверх меры кто сберёг — нажить то невозможно.

Сверх меры говорлив — болтлив некстати он.

Сверх меры шутовство — ведет к раздору в тон.

Сверх меры важности — гордыни верный знак;

Сверх меры доброта — и прослывешь простак.

Сверх меры уступать — себя уничиженье;

Сверх меры ухищрять — рождает отвращенье.

Но если слово «Сверх» законом укротить,

Рассудку подчинить — делам успешным быть:

Всё зло исходит нам от злоупотребленья,

Зависит всё порой от малого мгновенья,

От сущего «ничто». Не презирай его!

Великие дела родятся из него.

В суде, в любви, в войне — превратности судьбы

От сущего «ничто» меняют ход борьбы.

Одним «ничто» ты вдруг при дворе вознесён,

Любимцем дамских свит внезапно наречён.

Одно «ничто» твои таланты открывает,

Другое же «ничто» рассудок помрачает.

Одним «ничто» казну ты можешь обрести,

Одним «ничто» — с сумой, как нищий, побрести.

Одно «ничто» велит желаниям свершиться,

Одно «ничто», коль трус, заставит устрашиться.

И твой, Амур, огонь не вечен, видит Бог!

Одно «ничто» зажгло — «ничто» его и сжёг.

___________________________

ПРИМЕЧАНИЯ

Строка 2. "Охоту множит" — усиливает желание, стремление (польск. ochota — желание, охота).

Строка 4. "Скудость ума" — недостаток природных способностей (польск. mialkość dowcipu — букв. "мелкость остроумия").

Строка 21. "Фольварчек" — небольшое имение, хутор (польск. folwarczek, уменьш. от folwark — мыза, фольварк).

Строка 22. "Да" — архаичный соединительный союз в значении "и" (ср. у Державина: "Где стол был яств, да гроб стоит").

Строка 29. "Собор" — собрание, сходка (устар.).

Строка 39. "Оборот" — торговые операции, спекуляции.

Строка 52. "Уза" — узы, оковы (церк.-слав.).

Строка 68. Обращение к Амуру (Купидону) — традиционный финал любовной лирики, здесь с философским подтекстом: даже вечная любовь подвластна случайности.

___________________________

СЛОВАРЬ УСТАРЕВШИХ И РЕДКИХ СЛОВ

Благой — добрый, благочестивый

Винцо — вино (уменьш.-ласк.)

Вхож — имеющий доступ, допущенный

Фольварчек — небольшое имение, хутор

Довольство — удовлетворенность, довольство

Злато — золото (поэт.)

Коль — если (устар.)

Нега — наслаждение, роскошь

Обеден стол — обеденный стол

Охота — желание, стремление (устар.)

Пол нежный — женский пол

Посул — обещание

Прибыток — доход, прибыль

Скудость — недостаток, скудость

Собор — собрание людей

Строенье — порядок, устроение

Сума — сумка, торба (здесь: кошелек)

Уза — узы, оковы

Ухищрять — хитрить, изощряться

Фольварчек — небольшое имение

Честной — честный (устар. форма)

___________________________

Оригинал :

Nic nadto

Autor: ADAM NARUSZEWICZ

Miłość się ludzka na nadziei wspiera.

Ochota rośnie, kiedy zysk odbiera.

Powagę panów utrzymuje władza.

Miałkość dowcipu roztropność nagradza.

Kredyt od cnoty zawisł, a ufności

Żaden nie zjedna sobie bez wierności.

Chcesz-li mieć zdrowie, żyj z pomiarkowaniem.

Dowcip się krzepi ukontentowaniem.

Dowcipu sama łatwość jest początkiem;

Chcesz ją otrzymać, czyń wszytko porządkiem.

Więcej płeć białą, zdaniem mym, zaszczyca

Wdzięk przyrodzony, niźli piękność lica;

Większe pisarzów o wybór staranie

Słów, niźli rzeczy, podlega naganie.

Eto chce zupełnie być uszczęśliwionym,

Więcej poczciwym ma być, niż uczonym.

Więcej przyjaciół, niźli miłośników;

Więcej niech ma cnót, niż umie języków.

Więcej niech będzie zdrów, niźli bogaty;

Więcej o pokój dba, niż o intraty.

Mały folwarczek niedłużny nikomu,

Mały ogródek, mały stolik w domu,

Mały a rzeźki chłopiec do posługi,

Mały koniczek i jeden i drugi,

Mały sąsiadów poczet, a poczciwy:

Gdy to mam wszytko, prawdziwie-m szczęśliwy!

Lubię się ogrzać, nim zima przeminie,

W małej izdebce, przy małym kominie;

Lubię też bywać na takim obiedzie,

Kiedy nas kilku przyjaciół się zjedzie;

Gdy jemy smaczno z małego półmiska,

Gdy stare winko z małych flasz wytryska.

Z takowej mowy to się więc dowodzi,

Że wszystko, co jest nadto, człeku szkodzi.

Małe-ć to słówko, lecz każdy obaczy,

Jako jest mądre i jak wiele znaczy.

Nadto spoczynku moc osłabia duszy;

Nadto hałasów często ją ogłuszy.

Nadto obrotów cudze drze szkatuły;

Nadto spokojny — gnuśny i nieczuły.

Nadto kochania często rozum miesza;

Nadto lekarskich proszków śmierć przyśpiesza.

Nadto subtelny dowcip oszukiwa;

Nadto surowy pan tyranem bywa.

Nadto skrzętności łakomstwem się zowie;

Nadto odważni — często zuchwalcowie.

Nadto dóbr — ciężar wielki; a kto liczy

Nadto honorów, ma stan niewolniczy.

Nadto rozkoszy łacno w grób wprawuje;

Nadto rozumu często rozum psuje.

Nadto ufności w zgubę nas wprowadza;

Nadto otwarte serce siebie zdradza.

Nadto obietnic rzadko się uiści.

Nadto kto zbiera, nigdy nie skorzyści.

Nadto mówiący zawsze się wygada.

Nadto żartować z kogo — pewna zwada.

Nadto powagi hardości jest znakiem;

Nadto gdyś dobry, nazwą cię prostakiem.

Nadto ulegać komu — poniżenie;

Nadto wykwintów czynić — obrzydzenie.

Ale to Nadto jeśli się okryśli

Prawem rozumu, pójdą rzeczy k'myśli:

Wszytko się dzieje źle z użycia złego,

Wszytko zawisło czasem od niczego.

Nie gardź tym niczym; często bowiem bywa,

Że wiele dzikich rzeczy stąd wypływa.

Sprawa u sądu, wojna i kochanie,

Często z nic nagłej podlega odmianie.

Jednym nic, pierwszym u dworu kredytem

Zaszczycon będziesz i dam faworytem.

Jedno nic skryte objawi przymioty.

Jedno nic w mózgu zrobi kołowroty.

Jednym nic czasem dostaniesz pieniędzy,

Jednym nic z pana będziesz w ciężkiej nędzy.

Jedno nic żądze przywodzi do skutku;

Jedno nic, gdy się lękasz, przyda smutku.

I twój, Amorku, ogień trwać nie umie!

Jedno go wznieci, jedno nic zatłumi.

1770, II, 13 — 16.

Источник: https://poezja.org/wz/Adam_Naruszewicz/29823/Nic_nadto

Изображения золотой середины и атмосферы произведения.

ЛИТЕРАТУРНЫЙ АНАЛИЗ СТИХОТВОРЕНИЯ NIC NADTO АДАМА НАРУШЕВИЧА (1770)

I. ИСТОРИКО-ЛИТЕРАТУРНЫЙ КОНТЕКСТ

1. Эпоха и автор

Адам Нарушевич (1733-1796) - ключевая фигура польского Просвещения, поэт, историк, епископ, придворный историограф короля Станислава Августа Понятовского. Стихотворение написано в 1770 году, в период расцвета идей Просвещения в Речи Посполитой, когда королевский двор становится центром реформаторских устремлений.

Творчество Нарушевича формировалось под влиянием:

- Французских энциклопедистов (Вольтер, Руссо, Монтескье)

- Античной этики (Гораций, Аристотель, Сенека)

- Европейской дидактической поэзии (Буало, Александр Поп)

- Польской барочной традиции (Ян Кохановский)

Исторический контекст: Речь Посполитая после первого раздела (1772) переживает кризис государственности, что делает просветительскую программу Нарушевича особенно актуальной. Поэт выступает против сарматской идеологии с её культом роскоши и показной набожности.

2. Философская основа

Центральная идея - aurea mediocritas (золотая середина), восходящая к античной традиции:

Аристотель (Никомахова этика): добродетель как среднее между крайностями (мужество между трусостью и безрассудством)

Гораций (Оды II.10): Est modus in rebus (есть мера в вещах)

Теренций (Андрия): Ne quid nimis (ничего сверх меры)

Сенека (Письма к Луцилию): критика излишеств как источника несчастья

Нарушевич адаптирует античный стоицизм к реалиям католической Польши XVIII века, создавая синтез языческой мудрости и христианской умеренности.

II. СТРУКТУРА И КОМПОЗИЦИЯ

1. Архитектоника (68 строк, 34 двустишия)

ЧАСТЬ I (строки 1-32): Апология умеренности

Блок A (1-10): Афоризмы о балансе

Любовь питается надеждой, но множится ожиданием прибыли

Величие знатных держится властью

Скудость ума компенсируется благоразумием

Кредит зависит от добродетели, доверие - от верности

Здоровье требует умеренности, ум крепнет довольством

Блок B (11-20): Идеал счастья

Природная грация важнее красоты лица

Писатель должен ценить предметы, а не слова (критика барочной вычурности)

Путь к счастью: честность важнее учености, друзья важнее любовниц, добродетели важнее языков, здоровье важнее богатства, душевный покой важнее доходов

Блок C (21-32): Картина скромной жизни

Описание идеального быта поэта-философа:

Малое имение без долгов

Малый сад, малый стол, малый кров

Один юркий слуга

Пара лошадей

Малый круг честных соседей

Зимний вечер у малого очага

Обед с друзьями, скромное угощение, старое вино из малых фляг

Эта часть - автобиографическая: после 1775 года Нарушевич действительно ведет уединенную жизнь, работая над Историей польского народа.

ЧАСТЬ II (строки 33-68): Каталог излишеств

Блок D (33-36): Переход к теме nadto

Из такой речи следует, что все, что сверх меры, человеку вредит

Малое словцо nadto содержит великую мудрость

Блок E (37-60): 12 антитез излишеств (24 строки)

Анафорическая структура: каждое двустишие начинается с Nadto

Блок F (61-68): Философия ничто и финальный парадокс

Но если nadto укротить законом разума, дела пойдут успешно

Все зло от злоупотребления, все зависит от малого мгновения, от сущего ничто

Каталог ничто: в суде, в любви, в войне одно ничто меняет судьбу

Финальное обращение к Амуру: и твой огонь не вечен, одно ничто зажгло его, одно ничто погасит

2. Метрическая форма

Польский 13-сложник с женской рифмой (caracter;styczny dla poezji polskiej XVII-XVIII w.):

Milosc sie ludzka na nadziei wspiera. (13 слогов, ударение на 12-м)

Ochota rosnie, kiedy zysk odbiera. (13 слогов, ударение на 12-м)

Цезура после 7-го слога создает ритм 7+6:

Milosc sie ludzka || na nadziei wspiera

Ochota rosnie, || kiedy zysk odbiera

Парная рифмовка (AA BB CC...) - характерна для дидактической поэзии классицизма

Стабильная ритмическая структура без пиррихиев и спондеев, типичная для рационалистической эстетики Просвещения

Отличие от силлабо-тоники: в польском стихе XVIII века главное - количество слогов, а не расположение ударений (как в русском ямбе/хорее). Это наследие итальянской и французской традиций.

III. ТЕМАТИЧЕСКИЙ АНАЛИЗ

1. Идеал скромной жизни (строки 21-32)

Ключевой образ: маленький мир (maly повторяется 8 раз за 12 строк)

Элемент / Польский / Символическое значение:

Имение / Maly folwarczek / Экономическая независимость (фольварк - небольшое поместье, основа дохода мелкой шляхты)

Сад / Maly ogrodek / Эпикурейский сад как место философских размышлений (отсылка к Кандиду Вольтера)

Стол / Maly stolik / Скромность в быту, отказ от пиршеств

Слуга / Maly... chlopiec / Минимум зависимости от челяди (критика магнатских дворов)

Конь / Maly koniczek / Простота передвижения (не каретный выезд)

Друзья / Maly sasiadow poczet / Качество важнее количества (критика светских собраний)

Философская основа: эпикурейская атараксия (безмятежность через ограничение потребностей), но в христианизированном варианте. Нарушевич как католический епископ не мог открыто проповедовать языческий эпикуреизм, поэтому облекает его в форму христианской умеренности.

Автобиографический контекст: после назначения епископом Смоленским (1775) Нарушевич действительно ведет уединенную жизнь ученого-историка, что отражено в этих строках.

2. Каталог излишеств (строки 37-60)

Структура антитез:

Nadto X ; негативное последствие Y

24 пары (полный список):

1. Nadto spoczynku ; ослабление духа (критика лени)

2. Nadto halasow ; оглушение рассудка (критика светского шума)

3. Nadto obrotow ; разорение чужих (критика спекуляций)