Книги жанра Судьба человека
Андрей Платонович Платоноврусская классика, литература 20 века, проза жизни, судьба человека, советская эпоха
«…Жил он в уездном обыкновенном советском городе, весьма смиренном. Здесь даже революции не было: стали сразу быть совучреждения, для коих м…
«…Жил он в уездном обыкновенном советском городе, весьма смиренном. Здесь даже революции не было: стали сразу быть совучреждения, для коих м…
Руслан Викторович Мельниковпьесы и драматургия, судьба человека, чужая жизнь, серьезное чтение, пьесы, драматургия
Кризис среднего возраста принимает у писателя Вениамина неожиданные формы. Накануне сороколетия Вениамину кажется, будто большей части прожи…
Кризис среднего возраста принимает у писателя Вениамина неожиданные формы. Накануне сороколетия Вениамину кажется, будто большей части прожи…
Владимир Галактионович Короленкоповести, русская классика, школьная литература, судьба человека, детская дружба
В книгу вошли известные произведения замечательного русского писателя В. Г. Короленко: повести «Дети подземелья» и «Слепой музыкант», расска…
В книгу вошли известные произведения замечательного русского писателя В. Г. Короленко: повести «Дети подземелья» и «Слепой музыкант», расска…
Андрей Платонович Платоновкниги о войне, современная зарубежная литература, зарубежная классика, русская классика, литература 20 века, Великая Отечественная война, проза жизни, судьба человека, социальная проза, рассказы, серьезное чтение, об истории серьезно
«…Тихая ночь войны, проникнутая взорами тысяч бодрствующих людей, медленно лилась по земле…
Четвертая контратака немцев была отбита. Полк Ме…
«…Тихая ночь войны, проникнутая взорами тысяч бодрствующих людей, медленно лилась по земле…
Четвертая контратака немцев была отбита. Полк Ме…
Татьяна Булатовасовременная русская литература, судьба человека, сильные женщины, семейные истории
Антонина Самохвалова с отчаянным достоинством несет бремя сильной женщины. Она и коня остановит, и в горящую избу войдет, и раму помоет.
Но …
Антонина Самохвалова с отчаянным достоинством несет бремя сильной женщины. Она и коня остановит, и в горящую избу войдет, и раму помоет.
Но …
Татьяна Булатовасовременная русская литература, сборник рассказов, проза жизни, судьба человека, семейные истории
«Все счастливые семьи счастливы одинаково» – утверждал классик. Но бывает ли одинаковое счастье? Для героев повести «Гуси-лебеди» оно одно, …
«Все счастливые семьи счастливы одинаково» – утверждал классик. Но бывает ли одинаковое счастье? Для героев повести «Гуси-лебеди» оно одно, …
Андрей Платонович Платоновкниги о войне, русская классика, советская литература, литература 20 века, Вторая мировая война, Великая Отечественная война, судьба человека, рассказы, серьезное чтение, об истории серьезно
«Когда начались тяжелые бои за оборону Сталинграда, перед одним из соединений 51-й армии была поставлена задача. Она заключалась в проведени…
«Когда начались тяжелые бои за оборону Сталинграда, перед одним из соединений 51-й армии была поставлена задача. Она заключалась в проведени…
Андрей Платонович Платоновкниги о войне, русская классика, советская литература, литература 20 века, Вторая мировая война, Великая Отечественная война, судьба человека, рассказы, серьезное чтение, об истории серьезно
«Шла ночь в деревенской избе. Темно и тихо было за окном, лишь голая ветвь вербы изредка еле слышно постукивала в окно, склоняясь от слабого…
«Шла ночь в деревенской избе. Темно и тихо было за окном, лишь голая ветвь вербы изредка еле слышно постукивала в окно, склоняясь от слабого…
Андрей Платонович Платоновкниги о войне, русская классика, советская литература, литература 20 века, Вторая мировая война, Великая Отечественная война, становление героя, философская проза, судьба человека, социальная проза, рассказы, серьезное чтение, об истории серьезно
«Он был самым старым человеком в районе, а может быть, и во всей Башкирии, и его звали всего чаще не по имени – Ягафар, а по старости – баба…
«Он был самым старым человеком в районе, а может быть, и во всей Башкирии, и его звали всего чаще не по имени – Ягафар, а по старости – баба…
Алексей Николаевич Толстойповести, книги о войне, русская классика, гражданская война, Красная Армия, судьба человека, великие писатели, серьезное чтение, об истории серьезно
По замыслу автора повесть «Хлеб» является связующим звеном между романами «Восемнадцатый год» и «Хмурое утро». Повесть посвящена важнейшему …
По замыслу автора повесть «Хлеб» является связующим звеном между романами «Восемнадцатый год» и «Хмурое утро». Повесть посвящена важнейшему …
Алексей Николаевич Толстойповести, книги о войне, русская классика, гражданская война, Красная Армия, судьба человека, великие писатели, серьезное чтение, об истории серьезно
По замыслу автора повесть «Хлеб» является связующим звеном между романами «Восемнадцатый год» и «Хмурое утро». Повесть посвящена важнейшему …
По замыслу автора повесть «Хлеб» является связующим звеном между романами «Восемнадцатый год» и «Хмурое утро». Повесть посвящена важнейшему …
Андрей Платонович Платоноврусская классика, проза жизни, судьба человека, советская эпоха, рассказы
«В марте месяце 1930 года некий душевный бедняк, измученный заботой за всеобщую действительность, сел в поезд дальнего следования на московс…
«В марте месяце 1930 года некий душевный бедняк, измученный заботой за всеобщую действительность, сел в поезд дальнего следования на московс…
Алексей Николаевич Толстойрусская классика, судьба человека, великие писатели, трагедии, рассказы
«Сотрудник одной из московских газет, Иван Петрович Бабушкин, сидя у письменного стола в свету недавно приобретенной шведского фасона рабоче…
«Сотрудник одной из московских газет, Иван Петрович Бабушкин, сидя у письменного стола в свету недавно приобретенной шведского фасона рабоче…
Алексей Николаевич Толстойрусская классика, судьба человека, великие писатели, трагедии, рассказы
«Сотрудник одной из московских газет, Иван Петрович Бабушкин, сидя у письменного стола в свету недавно приобретенной шведского фасона рабоче…
«Сотрудник одной из московских газет, Иван Петрович Бабушкин, сидя у письменного стола в свету недавно приобретенной шведского фасона рабоче…
Алексей Николаевич Толстойрусская классика, проза жизни, судьба человека, великие писатели, рассказы
«По темной степи тянуло дымком. Кашевар сгреб кучкой золу – под ней тлели угольки сухого навоза. Тишина была такая, что слышно за версту, ка…
«По темной степи тянуло дымком. Кашевар сгреб кучкой золу – под ней тлели угольки сухого навоза. Тишина была такая, что слышно за версту, ка…
Алексей Николаевич Толстойрусская классика, проза жизни, судьба человека, великие писатели, рассказы
«По темной степи тянуло дымком. Кашевар сгреб кучкой золу – под ней тлели угольки сухого навоза. Тишина была такая, что слышно за версту, ка…
«По темной степи тянуло дымком. Кашевар сгреб кучкой золу – под ней тлели угольки сухого навоза. Тишина была такая, что слышно за версту, ка…
Алексей Николаевич Толстойповести, русская классика, житейские истории, судьба человека, великие писатели
Из рукописной книги князя Туренева
«Во исполнение зарока, припоминаю всё, что видели грешные мои глаза в прошедшие лютые годы… Начинаю нетор…
Из рукописной книги князя Туренева
«Во исполнение зарока, припоминаю всё, что видели грешные мои глаза в прошедшие лютые годы… Начинаю нетор…
Алексей Николаевич Толстойповести, русская классика, житейские истории, судьба человека, великие писатели
Из рукописной книги князя Туренева
«Во исполнение зарока, припоминаю всё, что видели грешные мои глаза в прошедшие лютые годы… Начинаю нетор…
Из рукописной книги князя Туренева
«Во исполнение зарока, припоминаю всё, что видели грешные мои глаза в прошедшие лютые годы… Начинаю нетор…
Татьяна Булатовасовременная русская литература, судьба человека, сильные женщины, семейные истории
Женщина, любимая отцом, всегда чувствует себя красавицей и любима другими мужчинами.
Георгий Одобеску обожал свою Аурику, не сомневался в ее…
Женщина, любимая отцом, всегда чувствует себя красавицей и любима другими мужчинами.
Георгий Одобеску обожал свою Аурику, не сомневался в ее…
Виктория Самойловна Токаревавзаимоотношения, жизненные ценности, сборник рассказов, житейские истории, судьба человека, легкая проза
Новая книга Виктории Токаревой. Галерея новых ярких образов. Драма и юмор новых историй. Тонкое восприятие жизни – и при этом трезвый взгляд…
Новая книга Виктории Токаревой. Галерея новых ярких образов. Драма и юмор новых историй. Тонкое восприятие жизни – и при этом трезвый взгляд…
