Книги жанра Рассказы
Саша Чёрныйдетская проза, русская классика, литература 20 века, рассказы
«Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдешь в погр…
«Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдешь в погр…
Саша Чёрныйдетская проза, русская классика, литература 20 века, рассказы
«Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдешь в погр…
«Конечно, «страшное» разное бывает. Акула за тобой в море погонится, еле успеешь доплыть до лодки, через борт плюхнуться… Или пойдешь в погр…
Саша Чёрныйдетская проза, русская классика, литература 20 века, рассказы
«Утром Тосю будить не надо: просыпается она вместе с цикадами и петухами – их ведь тоже никто не будит. Проснется и тихо лежит рядом с матер…
«Утром Тосю будить не надо: просыпается она вместе с цикадами и петухами – их ведь тоже никто не будит. Проснется и тихо лежит рядом с матер…
Саша Чёрныйдетская проза, русская классика, литература 20 века, рассказы
«Утром Тосю будить не надо: просыпается она вместе с цикадами и петухами – их ведь тоже никто не будит. Проснется и тихо лежит рядом с матер…
«Утром Тосю будить не надо: просыпается она вместе с цикадами и петухами – их ведь тоже никто не будит. Проснется и тихо лежит рядом с матер…
Казимир Станиславович Баранцевичрусская классика, литература 20 века, рассказы
«Что это шумитъ, Алена? Колеса, что-ли?
– Какое тебѣ колеса, Господь съ тобой, Гаранюшка!
– Колеса, право колеса! Нешто мельница работаеть?
…
«Что это шумитъ, Алена? Колеса, что-ли?
– Какое тебѣ колеса, Господь съ тобой, Гаранюшка!
– Колеса, право колеса! Нешто мельница работаеть?
…
Казимир Станиславович Баранцевичрусская классика, литература 20 века, рассказы
«Знакомы ли вы, читатель, с теми отдаленными, укромными уголками столицы, вроде конца Песков, Коломны, набережной Обводного канала и проч., …
«Знакомы ли вы, читатель, с теми отдаленными, укромными уголками столицы, вроде конца Песков, Коломны, набережной Обводного канала и проч., …
Владимир Галактионович Короленкорусская классика, литература 19 века, рассказы
«Это было месяц и два дня спустя после того, как, при громких криках афинского народа, судьи постановили смертный приговор философу Сократу …
«Это было месяц и два дня спустя после того, как, при громких криках афинского народа, судьи постановили смертный приговор философу Сократу …
Константин Николаевич Леонтьеврусская классика, литература 19 века, рассказы
«…Отец мой сказывал, помню, что в Янине девушки и на улицу не выходят, и причащаются ночью, а днем и в церковь даже не ходят, чтобы не видал…
«…Отец мой сказывал, помню, что в Янине девушки и на улицу не выходят, и причащаются ночью, а днем и в церковь даже не ходят, чтобы не видал…
Константин Николаевич Леонтьеврусская классика, литература 19 века, рассказы
«…Имя твое, Пембе, есть цвет розы, самого прекрасного из цветов… <…>
Так, засветив лампу, писал ночью в своей приемной молодой албанский бей…
«…Имя твое, Пембе, есть цвет розы, самого прекрасного из цветов… <…>
Так, засветив лампу, писал ночью в своей приемной молодой албанский бей…
Константин Николаевич Леонтьеврусская классика, литература 19 века, рассказы
«…Право не знаю, что тебе сказать. Не потому не знаю, что нечего, а потому, что очень много материала. С чего начать?
Не знаю, что предпочес…
«…Право не знаю, что тебе сказать. Не потому не знаю, что нечего, а потому, что очень много материала. С чего начать?
Не знаю, что предпочес…
Семен Соломонович Юшкевичдетская проза, русская классика, литература 20 века, рассказы
«С утра начался дождь, и напрасно я умолял небо сжалиться над нами. Тучи были толстые, свинцовые, рыхлые, и не могли не пролиться. Ветра не …
«С утра начался дождь, и напрасно я умолял небо сжалиться над нами. Тучи были толстые, свинцовые, рыхлые, и не могли не пролиться. Ветра не …
Семен Соломонович Юшкевичдетская проза, русская классика, рассказы
«Перед нами стоял оборванный, босой мальчик, поразительно худой, но чистенький, с удивительно нежным лицом, заострённым книзу. У него были б…
«Перед нами стоял оборванный, босой мальчик, поразительно худой, но чистенький, с удивительно нежным лицом, заострённым книзу. У него были б…
Альберт Анатольевич Ивановдетская проза, современная русская литература, послевоенные годы, книги о подростках, рассказы
Рассказ посвящен послевоенным годам, взрослению подростков в это трудное время, когда перед ними со всей остротой встали вопросы морального …
Рассказ посвящен послевоенным годам, взрослению подростков в это трудное время, когда перед ними со всей остротой встали вопросы морального …
Николай Георгиевич Гарин-Михайловскийрусская классика, литература 20 века, рассказы
«Воскресный летний день собирался быть особенно жарким. Солнце как-то сразу показалось на безоблачном небе и скучно, без предрассветной прох…
«Воскресный летний день собирался быть особенно жарким. Солнце как-то сразу показалось на безоблачном небе и скучно, без предрассветной прох…
Лев Николаевич Толстойдетская проза, русская классика, литература 19 века, рассказы
«Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было…»
«Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было…»
Лев Николаевич Толстойдетская проза, русская классика, литература 19 века, рассказы
«Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было…»
«Стал дед очень стар. Ноги у него не ходили, глаза не видели, уши не слышали, зубов не было…»
Надежда Тэффистихи и поэзия, русская классика, сборник рассказов, рассказы, серьезное чтение, cтихи, поэзия
Стихотворения и рассказы Надежды Тэффи.
Стихотворения и рассказы Надежды Тэффи.
Варлам Тихонович Шаламоврусская классика, рассказы
«ОСО – это особое совещание при министре, наркоме ОГПУ, чьей подписью без суда были отправлены миллионы людей, чтобы найти свою смерть на Да…
«ОСО – это особое совещание при министре, наркоме ОГПУ, чьей подписью без суда были отправлены миллионы людей, чтобы найти свою смерть на Да…
Евгений Петрович Карновичрусская классика, литература 19 века, рассказы
«Идя с патентами и столбами вдоль новой прусско-польской границы, королевские комиссары и сопровождавшие их солдаты приближались к обширному…
«Идя с патентами и столбами вдоль новой прусско-польской границы, королевские комиссары и сопровождавшие их солдаты приближались к обширному…
Евгений Петрович Карновичрусская классика, литература 19 века, рассказы
«Три раза опрашивал примас шляхту и три раза она повторяла имя Станислава Понятовского. Избрание нового короля было исполнено стародавним по…
«Три раза опрашивал примас шляхту и три раза она повторяла имя Станислава Понятовского. Избрание нового короля было исполнено стародавним по…
