Книги жанра Русская классика
Викентий Викентьевич Вересаеврусская классика, литература 20 века, рассказы
«Это случилось в давние времена, в далеком, неведомом краю.
Над краем царила вечная, черная ночь. Гнилые туманы поднимались над болотистою з…
«Это случилось в давние времена, в далеком, неведомом краю.
Над краем царила вечная, черная ночь. Гнилые туманы поднимались над болотистою з…
Петр Алешкинисторическая литература, современная русская литература, пьесы и драматургия, русская классика, мифы / легенды / эпос
В произведениях Петра Алешкина всегда острые ситуации, конфликты с неожиданными поворотами, поэтому критики считают, что он привнес в русску…
В произведениях Петра Алешкина всегда острые ситуации, конфликты с неожиданными поворотами, поэтому критики считают, что он привнес в русску…
Петр Алешкинисторическая литература, современная русская литература, пьесы и драматургия, русская классика, мифы / легенды / эпос
В произведениях Петра Алешкина всегда острые ситуации, конфликты с неожиданными поворотами, поэтому критики считают, что он привнес в русску…
В произведениях Петра Алешкина всегда острые ситуации, конфликты с неожиданными поворотами, поэтому критики считают, что он привнес в русску…
Викентий Викентьевич Вересаевпублицистическая литература, биографии и мемуары, русская классика, литература 20 века, публицистика
«На фоне яркой весенней зелени – великолепный конь золотистой масти, с раздувающимися черными ноздрями. На нем – нагая девушка с беломраморн…
«На фоне яркой весенней зелени – великолепный конь золотистой масти, с раздувающимися черными ноздрями. На нем – нагая девушка с беломраморн…
Викентий Викентьевич Вересаеврусская классика, литература 19 века, рассказы
«Однажды вечером я сидел на крылечке избы моего приятеля Гаврилы и беседовал с его старухой матерью Дарьей. Шел покос, народ был на лугах. И…
«Однажды вечером я сидел на крылечке избы моего приятеля Гаврилы и беседовал с его старухой матерью Дарьей. Шел покос, народ был на лугах. И…
Александр Иванович Куприночерки, русская классика
«Очень длинный, утомительный для лошадей, спиральный и извилистый путь по шоссе…
Темнота. Наконец видишь звезды, которых никогда не видел в …
«Очень длинный, утомительный для лошадей, спиральный и извилистый путь по шоссе…
Темнота. Наконец видишь звезды, которых никогда не видел в …
Александр Иванович Куприночерки, русская классика
«Опять повторяю вам, любезные читательницы и почтенные читатели: не верьте ни бедекерам и даже ни писателям. Они вам расскажут, что Монте-Ка…
«Опять повторяю вам, любезные читательницы и почтенные читатели: не верьте ни бедекерам и даже ни писателям. Они вам расскажут, что Монте-Ка…
Александр Иванович Куприночерки, русская классика
«Ницца – это сплошное человеческое недоразумение. И Юлий Цезарь, и Август, и, кажется, Петроний избегали этого болотистого, зараженного маля…
«Ницца – это сплошное человеческое недоразумение. И Юлий Цезарь, и Август, и, кажется, Петроний избегали этого болотистого, зараженного маля…
